<<
>>

Глава 10 РАЗГОВОРЫ С ПАРРАСИЕМ, КЛИТОНОМ И ПИСТИЕМ ОБ ИХ СПЕЦИАЛЬНОСТЯХ

а Если когда Сократ разговаривал с художниками,

занимающимися своим искусством с целыо заработка, то и им он был полезен.

Так, он пришел однажды к живописцу Парра- сию1 и в разговоре с ним сказал: Не правда ли, Паррасий, живопись есть изображение того, что мы видим? Вот, например, предметы вогнутые и выпуклые, темные и светлые, жесткие и мягкие, неровные и гладкие, молодое и старое тело вы изображаете красками, подражая природе.

Верно, отвечал Паррасий.

2 Так как нелегко встретить человека, у которого

одного все было бы безупречно, то, рисуя красивые человеческие образы, вы берете у разных людей и соединяете вместе какие есть у кого наиболее красивые черты и таким способом достигаете того, что все тело кажется красивым.

Да, мы так делаем, отвечал Паррасий.

я А изображаете вы то, что в человеке всего более

располагает к себе, что в нем всего приятпее, что возбуждает любовь и страсть, что полно прелести,— я разумею духовные свойства? Или этого и изобразить нельзя? спросил Сократ.

III. ГЛ. 10. РАЗГОВОРЫ С ПАРРАСИЕМ, ИЛИТОНОМ Ю1

Как же можно, Сократ, отвечал Паррасий, изобразить то, что не имеет ни пропорции, ни цвета и вообще ничего такого, о чем ты сейчас говорил, и даже совершенно невидимо?

Но разве не бывает, что человек смотрит на кого-нибудь ласково или враждебно? спросил Сократ.

Думаю, что бывает, отвечал Паррасий.

Так это-то можно изобразить в глазах?

Конечно, отвечал Паррасий.

Л при счастье и при несчастье друзей, как ты думаешь, разве одинаковое бывает выражение лица у тех, кто принимает в них участие и кто пе принимает?

Клянусь Зевсом, конечно, нет, отвечал Паррасий: при счастье они бывают веселы, при несчастье мрачны.

Так, и это можно изобразить? спросил Сократ.

Конечно, отвечал Паррасий.

Затем, величавость и благородство, униженность и рабский дух, скромность и рассудительность, наглость и грубость сквозят и в лице и в жестах людей, стоят ли они или двигаются.

Верно, отвечал Паррасий.

Так, и это можно изобразить?

Конечно, отвечал Паррасий.

Так, на каких людей приятнее смотреть, спросил Сократ,—на тех ли, в которых видны прекрасные, благородные, достойные любви черты характера или же безобразные, низкие, возбуждающие ненависть?

Клянусь Зевсом, Сократ, тут большая разница, отвечал Паррасий.

Однажды Сократ пришел к скульптору Клито- ну2 и в разговоре с ним сказал: Прекрасны твои произведения, Клитон,— бегуны, борцы, кулачные бойцы, панкратиасты3: это я вижу и понимаю; но как ты придаешь статуям то свойство, которое особенно чарует людей при взгляде на них,—что они кажутся живыми?

Клитон был в недоумении и не сразу собрался ответить. Тогда Сократ продолжал: Не оттого ли

в твоих статуях видно больше жизни, что ты придаешь им сходство с образами живых людей?

Конечно, отвечал Клитон.

Так вот, воспроизводя то опущение или поднятие при разных телодвижениях, то сжатие или растяжение, то напряжение или ослабление, ты и придаешь статуям больше сходства с действительностью и больше привлекательности.

Совершенно верно, отвечал Клитон. 9

А изображение также душевных аффектов у людей при разных действиях разве пе дает наслаждения зрителю?

Надо думать, что так, отвечал Клитон.

В таком случае у сражающихся в глазах надо изображать угрозу, у победителей в выражении лица должно быть торжество?

Именно так, отвечал Клитон.

Стало быть, сказал Сократ, скульптор должен в своих произведениях выражать состояние души. о Однажды Сократ пришел к Пистию, специали

сту по изготовлению панцирей.

Пистий показал ему панцири хорошей работы. Клянусь Герой4, Пистий, сказал Сократ, прекрасное изобретение — панцирь: он прикрывает у человека части тела, нуждающиеся в прикрытии, и вместе с тем не мешает действи- 10

ям рук! Но скажи мне, Пистий, продолжал Сократ, почему ты продаешь дороже других свои панцири, хоть ты делаешь их не крепче, чем другие, и не из более дорогого материала?

Потому что, Сократ, я делаю панцири с соблюдением пропорции, отвечал Пистий.

Как же ты показываешь эту пропорциональность — мерой или весом, назначая за них более дорогую цену? Ведь, я думаю, ты не все их делаешь одинаковыми и похожими, если только ты делаешь их каждому по мерке.

Клянусь Зевсом, так и делаю, отвечал Пистий: без этого в панцире нет никакого толку. її А телосложение у человека бывает у одного про

порциональное, у другого непропорциональное? спросил Сократ.

Конечно, отвечал Пистий. III. ГЛ. 10. РАЗГОВОРЫ С ПАРРАСИЕМ, ИЛИТОНОМ ЮЗ

Так, как же ты делаешь, чтобы панцирь был по мерке человеку с непропорциональным сложением и в то же время был бы пропорциональным? спросил Сократ.

Точно так же, как делаю его ио мерке, отвечал Пистий: панцирь по мерке и есть панцирь пропорциональный.

м Пропорциональность ты понимаешь, по-видимо

му, не безотносительно, сказал Сократ, а ио отношению к тому, кто носит папцирь, совершенно так же, как если бы ты сказал, что щит пропорционален для того, для кого он по мерке; то же самое касается, по-видимому, судя по твоим словам, и вола енного плаща и всех вообще предметов. Но, может быть, в том, что панцирь приходится ио мерке, есть и еще какая-нибудь не малая выгода.

Скажи, Сократ, если знаешь, отвечал Пистий.

Панцирь, сделанный по мерке, меньше давит своей тяжестью, чем сделанный не по мерке, при одном и том же весе, сказал Сократ. Если он сделан не по мерке, то он или висит всей тяжестью на плечах пли сильно надавливает на какое-нибудь другое место тела, и через это неприятно и тяжело его носить. Если же он сделан по мерке, то тяжесть его распределяется по разным местам: часть ее несет ключица и иадплечие, часть — плечи, часть — грудь, часть — спина, часть — живот, так что он почти не похож на ношу, а скорее на предмет, приложенный к телу. и Ты указал как раз на то качество, за которое я

так дорого ценю свою работу, сказал Пистий, некоторые, однако, охотнее покупают панцири раскрашенные и золоченые.

Ну, если они только из-за этого покупают панцири, сделанные им не по мерке, сказал Сократ, то is они, кажется мне, покупают раскрашенный и золоченый вред. Но ведь тело не остается всегда в одном и том же положении,— то бывает в наклоненном, то в прямом: так как же могут быть по мерке панцири, сделанпые точь-в-точь по человеку?

Никоим образом, отвечал Пистий.

Ты хочешь сказать, заметил Сократ, что по мерке приходятся не те, которые сделаны вполне по

человеку, а те, которые не беспокоят его при употреблении.

Ты угадал, Сократ, и совершепно верно понимаешь дело, отвечал Пистий.

<< | >>
Источник: Ксенофонт. Воспоминания о Сократе / Авторский сборник / Издательство: Наука / Серия: Памятники философской мысли. 1993

Еще по теме Глава 10 РАЗГОВОРЫ С ПАРРАСИЕМ, КЛИТОНОМ И ПИСТИЕМ ОБ ИХ СПЕЦИАЛЬНОСТЯХ:

  1. Речевой этикет делового разговора ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР КАК ОСОБАЯ РАЗНОВИДНОСТЬ УСТНОЙ РЕЧИ
  2. Глава 4 РАЗГОВОР О ДРУЗЬЯХ
  3. Глава 3 РАЗГОВОР ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ ГИППАРХА
  4. Глава 2 РАЗГОВОР ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ СТРАТЕГА
  5. Глава 11 РАЗГОВОР С ФЕОДОТОЙ О ДРУЗЬЯХ 1
  6. Глава 3 РАЗГОВОР С ЕВФИДЕМОМ О БОГАХ
  7. Глава 4 РАЗГОВОР С ГИППИЕМ О СПРАВЕДЛИВОСТИ
  8. Глава 6 РАЗГОВОР СОКРАТА С СОФИСТОМ АНТИФОНТОМ
  9. Глава 1 РАЗГОВОР С ДИОНИСОДОРОМ ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ СТРАТЕГА
  10. Глава 2 РАЗГОВОР С ЕВФИДЕМОМ О НЕОБХОДИМОСТИ УЧИТЬСЯ
  11. Глава 3 РАЗГОВОР С ХЕРЕКРАТОМ О БРАТСКОЙ ЛЮБВИ 1
  12. Глава 2 РАЗГОВОР С ЛАМПРОКЛОМ О ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ К РОДИТЕЛЯМ
  13. Глава 5 РАЗГОВОР С АНТИСФЕНОМ О ВЫБОРЕ ДРУЗЕЙ