<<
>>

1. 2. Детерминация девиантного поведения подростков

Современные знания о девиантном поведении личности позволяют утвер­ждать, что мы имеем дело с чрезвычайно сложной формой социального пове­дения, детерминированного системой взаимосвязанных факторов.

Под детерминацией понимается совокупность факторов, вызывающих, провоцирующих, усиливающих и поддерживающих девиантное поведение. Де­терминирующие факторы действуют на различных уровнях социальной орга­низации, в которой личность является одной из подсистем. Система «общество - личность», как известно, функционирует на нескольких уровнях: геофи­зическом, макросоциальном, социально-групповом, микросоциальном, инди­видуально-личностном, психофизиологическом [81].

В соответствии с выделенными уровнями можно определить следующие группы факторов, детерминирующих девиантное поведение личности:

- внешние условия физической среды;

- внешние социальные условия;

- внутренние наследственно-биологические и конституциональные пред­посылки;

-внутриличностные (психологические) причины и механизмы девиант­ного поведения.

При изучении факторов, детерминирующих отклоняющееся поведение, мы будем исходить из принципа перехода от внешних условий к внутренним причинам явления, начиная от внешнесоциальных факторов девиантности, обращая внимание на её внутренние, биологические условия, и заканчивая психологическими концепциями, раскрывающими индивидуально-личностные механизмы отклоняющегося поведения. Данная классификация представлена у Е. В. Змановской [81].

К внешним физическим условиям девиантного поведения относятся такие факторы, как климатический, географический, экологический и др. Зарубеж­ные исследователи Р. Бэрон, Д. Ричардсон среди возможных причин агрес­сивного и другого нежелательного поведения называют такие явления как шум, теснота, геомагнитные колебания [37]. Однако многими учёными данный фактор признаётся недостаточно существенным, поскольку действует очень опосредованно, и люди ведут себя по-разному в одних и тех же условиях.

На наш взгляд, более важным фактором являются внешние социальные условия. К социальным факторам девиантного поведения относятся: общест­венные процессы (социально-экономическая ситуация, государственная поли­тика, средства массовой информации), социальные группы, в которые включена личность (субкультура, принадлежность к учебно-профессиональной, рефе­рентной группе) и микросоциальная среда (семья, близкие люди).

Современный отечественный исследователь Ю. А. Клейберг [100] счи­тает, что к девиантному поведению молодёжи приводят следующие факторы:

1) культ насилия, утвердившийся в современном искусстве (широкий поток фильмов, книг, песен и т. д.), формирующий негативно духовный мир молодёжи;

2) состояние аномии (падения нравственности), свойственное кризисному обществу (отказ от прежних идеалов);

3) неудовлетворённость социальных потребностей;

4) отсутствие жизненных перспектив, в то же время у некоторых под­ростков завышенные ожидания в материальном плане;

5) плохая организация досуга;

6) отмена уголовной ответственности за употребление наркотиков и т. д.

Современный период развития общества, характеризующийся как кри­зисный, закономерно приводит к появлению этих и многих других отрицатель­ных факторов.

В процессе экономических реформ в России многие семьи оказались от­брошены за грань минимального прожиточного уровня. В результате резкого ухудшения материального положения семей для современных подростков стало характерным раннее начало трудовой деятельности, совмещение работы с уче­бой, препятствующее получению полноценного образования. Для работающих подростков характерен неквалифицированный тяжелый труд, занятость во вредных и зачастую опасных для их здоровья областях. Работающие подростки склонны к усвоению взрослых стереотипов поведения - приобщение к курению, употреблению алкоголя и наркотиков, среди них чаще выявляются различные нарушения здоровья и развития. Кроме того, для них крайне слабы мотивации получения более качественного образования, что в дальнейшем ведет к повышению безработицы среди подростков этой категории.

Кроме того, невозможность трудоустройства в современных социально­экономических условиях, даже при достаточном уровне образования, является дополнительным фактором развития социальной и психологической деза­даптации лиц подросткового возраста.

Произошедшая коммерциализация таких институтов социализации детей и подростков, как учреждения дополнительного образования, досуговые цент­ры, учреждения здравоохранения, культуры, спорта, отрицательно сказалась на здоровье детей, их интеллектуальном и психическом развитии.

В этой связи А. Б. Фомина и Н. Н. Фомина отметили, что образовавший­ся в начале 90-х годов прошлого столетия после вывода из стен общеобразова­тельной школы комсомольской и пионерской организаций на их месте идеологический вакуум не был в достаточной степени заполнен детскими и молодежными организациями, что также оказало негативное влияние на подростков. Произошел разрыв в координации деятельности внешкольных учреждений и школы, которые на протяжении многих десятилетий осу­ществляли социальное воспитание детей и подростков в сфере свободного вре­мени, взаимно обогащая друг друга методиками и технологиями воспитания, проводя таким образом профилактику девиантного поведения [180].

Авторы также указали на появление ряда других факторов, отрицательно влияющих на социально-воспитательный процесс и увеличивающих рост девиантного поведения в подростковой среде:

- общая направленность социально-воспитательного процесса, при кото­рой подростки выступают в качестве объекта воздействия;

- стандартизация социально-воспитательного процесса как следствие отвлеченного представления о его целях, средствах, формах и методах;

- отрыв социального воспитания от обучения, подход к ним как к двум изолированным друг от друга процессам, взгляд на воспитание как на сопут­ствующую учению второстепенную деятельность;

- авторитарный стиль воспитания, вызывающий протест, сопротивление

подростков, нарушение координации, взаимосвязи и преемственности между всеми звеньями системы воспитания: семьями, другими социальными

институтами, общественными объединениями, вузами и т.д.;

- отсутствие как взаимодействия между этими звеньями, так и общей цели воспитания, конкретизирующих их важнейшие задачи и основные направ­ления деятельности, связанных с их достижением, выполнением [180].

В. М. Димов говорит о том, что «кроме причин и стимулов девиантного поведения конкретного характера, связанных с обвальным падением жизнен­ного уровня, с неуверенностью в завтрашнем дне, с отчуждением молодёжи от своего ближайшего окружения, есть другие, не менее важные причины - это сдвиги в массовом сознании, изменение ценностных ориентаций, которые, не­сомненно, определяют отношение россиян к соблюдению социальных норм и законов». Как известно, фундаментальной базовой ценностью в сознании людей является жизнь. Однако на первый план начинают выходить те референты этой моноценности, которые больше связаны с непосредственным её физическим воспроизводством, а не с духовными и социально политичес­кими предметностями [65, с. 51].

Социолог А. В. Жаворонков отмечает: «Подсистема массового сознания приземляется, стандартизируется и сжимается вокруг понятий: власть, деньги, стабильность, выживание» [73, с. 60].

Наряду с этим резко сокращается спектр духовных потребностей в мас­совой научной, художественной и культурной информации, что говорит об общей деградации и унификации духовного производства в обществе. Духов­ность как важнейшая сущностная составляющая человека, исчезает в его же собственных потребностях, обеспечивающих выживание любой ценой, любыми средствами. Поэтому нравственность, совестливость, забота о других, человеч­ность, милосердие - все то, что составляет духовность, заменяется необходи­мостью элементарного выживания.

Я. И. Гилинский в своих исследованиях отмечает, что наиболее чутким показателем неблагополучия в обществе является подростковый суицид. Ста­тистика фиксирует неуклонный рост количества самоубийств среди подростков с 1991г. [54].

Большинство исследователей девиантного поведения (С. А. Беличева, А. Б. Фомина, Ю. А. Клейберг, В. М. Димов, А. Е. Личко, А. Д. Гонеев, А. М. Печенюк, В. В. Ковалёв и др.) в качестве основного социального фактора, влия­ющего на его генезис, называют фактор микросреды, к которому относятся семья, школа и различные молодёжные группы.

Считаем необходимым рас­смотреть их воздействие более подробно.

Высокая социально-психологическая зависимость несовершеннолетнего от семьи, особенно в раннем возрасте, во многом определяет формирование у него всех тех свойств и качеств личности, которыми он руководствуется в своём отношении к окружающей действительности.

В настоящее время в криминологических, психологических, педагогичес­ких, медицинских, социальных исследованиях (М. А. Алемаскин, Л. С. Алексе­ева, С. А. Беличева, И. А. Двоймённый, В. Н. Кудрявцев, В. А. Лелеков, А. Е. Личко, А. М. Печенюк и др.) накоплен достаточно большой и убедительный материал, свидетельствующий о решающем отрицательном влиянии семейных факторов социального риска на воспитательные функции семьи, на физичес­кое, психологическое и социальное здоровье детей, на их взаимосвязь с различ­ными формами девиантного поведения детей и подростков.

Б. Н. Алмазов [7, c. 85] выделяет четыре типа неблагополучных семей:

1) семьи с недостатком воспитательных ресурсов (разрушенные или не­полные семьи, семьи с невысоким общим уровнем развития родителей, семьи с низким материальным уровнем);

2) конфликтные семьи, где родители не стремятся исправить недостатки своего характера, либо где один из родителей нетерпим к другому;

3) нравственно неблагополучные семьи, среди которых отмечаются раз­личия в мировоззрении и принципах организации, стремление достичь своих целей в ущерб интересам других, использование чужого труда, стремление подчинить своей воле других и т. д.;

4) педагогически некомпетентные семьи, в которых надуманные или устаревшие представления о ребёнке заменяют реальную картину его развития (например, уверенность в возможности полной самостоятельности ребенка, ведущая к безнадзорности, вызывает у последнего дискомфорт, эмоциональ­ную напряженность, стремление оградиться от всего нового и незнакомого, недоверие к людям).

Для подробного рассмотрения факторов социального риска, отрицательно сказывающихся на благополучии семьи, взята за основу классификация С.

А. Беличевой.

1. Социально-экономические факторы (низкий материальный уровень жизни семьи, плохие жилищные условия).

По данным исследования криминалистов И. А. Двоймённого и В. А. Лелекова, доходы абсолютного большинства семей подростков (78%), совершивших преступления, ниже минимального прожиточного уровня. В ходе исследования было также установлено влияние жилищно-бытовых условий на поведение подростков-правонарушителей. Так, например, большинство подростков не имели своей комнаты (6,3 %, тогда как из числа подростков контрольной группы - 29 %). По этой причине подростки часто становились свидетелями родительских ссор, пьянства и т. д. Большой процент семей под- ростков-правонарушителей не имеют квартиры, проживают в общежитиях или снимают комнату [64].

2. Медико-санитарные факторы (экологически неблагоприятные условия, хронические заболевания родителей и отягощенная наследственность, вредные условия производства родителей, особенно матери, антисанитария и пренебре­жение санитарно-гигиеническими нормами, неправильное репродуктивное по­ведение семьи и особенно матери).

К этой группе также относятся семьи с недееспособными по разным при­чинам родителями. Среди них значительное число таких, которые имеют тен­денцию к увеличению, семей с несовершеннолетними одинокими матерями, родителями-инвалидами, хроническими больными, нетрудоспособными людь­ми.

3. Социально-демографические факторы (неполная, либо многодетная семья, семьи с престарелыми родителями, семьи с повторными браками и свод­ными детьми).

В некоторых исследованиях содержатся данные о том, что от 40 % до 60 % подростков девиантного поведения воспитывались в неполной семье. Особый интерес вызывает то, что этот процент снижается для мелких форм девиаций и повышается для подростков-правонарушителей [64].

Неполная семья «нашего времени» в большинстве своём - результат рас­торжения брака. По данным И. А. Двоймённого и В. А. Лелекова, 6,4 % под­ростков-правонарушителей - внебрачные дети, у 9,0 % - отцы или матери находятся в местах лишения свободы, 47, 9 % воспитывались только отцом или матерью, 52,1 % воспитывались матерью или отчимом, или лицом, не сос­тоящим в браке. Практика свидетельствует о том, что в этих семьях распрост­ранено эмоциональное отвержение ребенка, он часто испытывает трудности во взаимоотношениях со сверстниками, взрослыми, в выборе друзей и т. д.

4. Социально-психологические факторы (семьи с деструктивными эмо­ционально-конфликтными отношениями супругов, родителями и детей, педа­гогической несостоятельностью и их низким образовательным уровнем, дефор­мированными ценностными ориентациями).

Такие функционально несостоятельные, несправляющиеся с воспи­танием детей семьи составляют от 50 до 60 % неблагополучных семей и часто

называются конфликтными. В них наблюдаются самые различные непра­вильные стили детско-родительских отношений [64].

A. Е. Личко выделяет четыре типа неблагополучных ситуаций в таких семьях:

1) гиперопека различной степени: от желания быть соучастником всех проявлений внутренней жизни ребёнка до семейной тирании;

2) гипоопека, нередко переходящая в безнадзорность;

3) ситуация, создающая «кумира» семьи, для которой характерны посто­янное внимание к любому побуждению ребенка и неумеренная похвала за весьма скромные успехи;

4) ситуация, создающая «золушек» в семье.

Автор отмечает, что в 80-е гг. появилось много семей, где родители уделяли внимание преимущественно себе, а не детям. В этой связи отмечено увеличение количества чёрствых, агрессивных и жестоких подростков [129].

B. А. Гарбузов, [53] выделяет три типа неправильного семейного воспитания, предрасполагающего к возникновению девиаций:

1) отвергающее (неприятие). Его суть заключается в чрезмерной требова­тельности, жесткой регламентации и контроле, либо в недостатке контроля и попустительстве;

2) гиперсоциализирующее - возникает на фоне тревожной мнительности родителей в отношении здоровья ребенка и других членов семьи, социального статуса ребенка среди сверстников и особенно его успехов в учёбе. Проявляет­ся также в чрезмерной озабоченности будущим ребенка и его семьи;

3) эгоцентрическое - наблюдается в семьях с низким уровнем ответствен­ности, когда ребенку навязывается представление «Я - большой» в качестве са­моценности для окружающих.

М. И. Рожков и др. в качестве одного из основных факторов возникнове­ния девиаций подростков называют дисгармонию, дестабилизацию семьи, нега­тивный характер супружеских отношений, выражающийся в постоянном кон­фликтном взаимодействии супругов. В таких семьях наблюдается постоянное снижение социальной и психологической адаптации, несогласованность в воп­росах воспитания детей, высокий уровень напряжения, приводящий к эмо­циональным нарушениям, невротическим реакциям, беспокойству и т. д. [47].

5. Криминальные факторы (алкоголизм, наркомания, аморальный и пара­зитический образ жизни родителей, семейные дебоши, проявления жестокости и садизма, наличие судимых членов семьи, приверженцев субкультуры крими­нального мира).

И. Ф. Дементьева, Л. Я. Олиференко, Т. И. Шульга называют такие семьи «тяжёлыми неблагополучными» и указывают на невозможность выхода их из кризиса без участия специалистов. В таких семьях родители из-за своего антиобщественного или преступного образа жизни не создают элементарных условий для воспитания детей, допускается насилие и жестокое обращение с детьми, вовлечение их в преступную и антиобщественную деятельность. В этом случае речь идёт об «антивоспитании», а длительное нахождение детей в такой семье может оказаться разрушительным для их личности. Положение осложняется тем, что члены этих семей воспринимают свой образ жизни как единственно нормальный [199, с. 94].

Вопрос об участии подростков в неформальных молодёжных объедине­ниях также заслуживает отдельного рассмотрения.

Изучению основных направлений подросткового неформального груп­пового общения посвящены работы многих учёных (И. П. Башкатов, А. Д. Го- неев, А. Е. Личко, И. А. Невский, Д. В. Ольшанский и др.).

По данным исследований С. И. Плаксия, 82 % опрошенных школьников 8-11 классов и учащихся ПУ считают себя членами компаний, в основе которых лежит совместное проведение времени, общение. Среди работающей молодё­жи в возрасте до 20 лет к таким группам относят себя 76 % [цит. по 201, с. 225].

И. А. Невский провёл психолого-педагогический анализ причин включе­ния подростков в неформальные молодёжные группы. Эти причины, по его мнению, следующие:

1) стремление учащихся среднего и старшего школьного возраста к нео­бычному для них и некритически усваеваемому западному искусству;

2) низкая успеваемость таких подростков и отчуждение от школьного коллектива;

3) отсутствие постоянных содержательных интересов, общественно-по­лезной деятельности, равнодушие к учёбе;

4) потребность в эмоциональной разрядке, характерной даже для хоро­ших учеников;

5) единые требования ко всем ученикам, а также задержки в умственном развитии у части таких учеников;

6) недостаток внимания к подросткам в семьях - безнадзорность, вызы­вающая у подростков чувство одиночества, заброшенности, ненужности, без­защитности;

7) новизна, своеобразие впечатлений, получаемых в группе сверстников- неформалов;

8) возможность заявить протест против собственного бесправия, консер­вативных форм обучения и воспитания в школе, отрицательных явлений в семье и т. д. [159].

В. Г. Степанов приводит такие причины: недостаточность социального опыта подростков, неразвитость критического сознания при значительно воз­росшей общественной активности и стремлении к независимости и самостоя­тельности, потребность подростков к общению с образцовой для них группой сверстников, желание подражать им, эмоционально-волевая неустойчивость, отсутствие занятости, недостаток престижного общения и позитивных сти­мулов к напряженной деятельности, невозможность самоопределения и само­выражения имеющимися средствами и т. д. [201].

В. А. Татенко и В. М. Титоренко в качестве психологической основы объединения подростков в неформальные группы выделяют механизм компен­сации. Когда подросток, испытывающий острый дефицит неформального, заин­тересованного, доверительного общения «на равных», относится к числу неус­певающих и трудновоспитуемых, у него оказывается очень мало шансов удов­летворить эту потребность в условиях школы и семьи. Чувство угнетённости постоянным неуспехом в учебной деятельности, отстранённость от активного участия в общественных делах, постоянные замечания со стороны педагогов, неблагополучная обстановка в семье, ощущение своей беспомощности, без­защитности и другие противоречия заставляют искать «психологическое прис­танище» в группе себе равных, компенсируя тем самым отмеченный дефицит [208].

Анализ исследовательских работ показывает, что не исключена возмож­ность создания неформальных групп с положительной направленностью, в том случае, если групповое общение возникает на фоне совместных коллективных интересов (музыки, спорта и т. д.).

Л. Н. Онищук [167] отмечает, что в процессе такого общения компенси­руются негативные установки, отклонения, а возможность самореализации устраняет возникшие ранее деформации.

Негативные же процессы наиболее интенсивно протекают в, так называ­емых стихийных группах, возникающих самопроизвольно, спонтанно и боль­шей частью через эмоциональное притяжение. В таких группах очень развит конформизм. В отличие от коллективов и иных социальных общностей, такие группы наиболее подвержены восприятию деформированных черт сознания и поведения, не имеют четко сформированных нравственных норм и обществен­но полезных ценностей. Лидером группы становится взрослый человек, имею­щий более твёрдый характер, сильную волю, богатый опыт. Свойственные от­дельным личностям отрицательные черты часто уродливо трансфомируются в психологию группы. То, в правильности чего не уверена отдельная личность, принятая группой, воспринимается как не подвергающаяся сомнению. Не слу­чайно в некоторых группах подростков хулиганско-анархистские установки сами по себе, без индивидуального сознания каждого члена группы, становятся мотивом его девиантного поведения. Так, исследованиями установлено, что у подростков в силу их группового конформизма «неопределённые», плохо осоз­наваемые мотивы в 20-40 % случаев становятся причиной их участия в груп­повых преступлениях [167].

В. М. Димов указывает на возможность первичной алкоголизации и нар­комании подростков в неформальных группах. Протекает она в русле «экспе­риментов» отражающих возрастную психологическую специфику подростков, которая проявляется через особое, интересное времяпровождение. Основными мотивами этих подростков являются: любопытство, подражание лидерам, уча­стникам группы, подчинение, жесткая субординация, стремление к нахожде­нию и занятию своего места в группе, протест против «норм взрослого пове­дения» [65].

К. В. Седых предлагает следующую классификацию неформальных под­ростковых групп:

1) группы, имеющие просоциальную направленность, характеризуются положительным влиянием на личность, занимаются общественно-полезной деятельностью, имеют демократическую структуру организации (общественно­политические, эколого-этнические группы и т. д.);

2) группы, имеющие асоциальную направленность, характеризуются ин­дифферентным влиянием на личность, объединяются на основе развлечений, имеют анархическую структуру, неустойчивы, без постоянного лидера и внут­ренней организации;

3) группы антисоциальной направленности, характеризуются резко отри­цательным влиянием на личность, общественно-опасной деятельностью, име­ют автократическую, авторитарную организацию. Такие группы стабильны по составу, в них преобладает авторитет лидера и жесткая субординация (моло­дёжные преступные группировки, радикальные группы, нетрадиционно-рели­гиозные группы и т. д.) [190].

Как известно, одним из ключевых микросоциальных факторов, влияю­щих на формирование и развитие личности детей и подростков, является шко­ла. Первые проявления девиантного поведения иногда наблюдаются уже в младшем школьном возрасте и объясняются относительно низким уровнем интеллектуального развития ребенка, «дефектами» процесса формирования личности, отрицательным влиянием семьи и т. д. Чем старше ребёнок, тем больше причин, способствующих проявлению девиаций. Это и зависимость подростков от требований группы и принятых в ней ценностных ориентаций, и стойкая школьная неуспеваемость, которая проявляется отсутствием запаса школьных знаний и познавательных интересов.

М. И. Рожков отмечает, что «систематическая школьная неуспеваемость - серьёзная причина появления девиантного поведения. Нарастание неуспе­ваемости приводит к полному отсутствию желания учиться, в результате чего у подростка появляется много свободного времени, которое нечем заполнить, так как нет ни познавательных устремлений, ни интересующих подростка дел. Не находя возможности реализации в учебной деятельности, он ищет само­утверждения в дурных поступках» [47].

Р. В. Овчарова выделяет следующие причины школьной дезадаптации:

- слабое знание педагогами ученика, условий его воспитания в семье;

- недостаточная работа по психолого-педагогической подготовке роди­телей к воспитанию детей;

- недостаточная дифференциация педагогической работы, организации обучения;

- слабая индивидуальная работа педагогов по преодолению отклонений в поведении и нравственном развитии подростков;

- незнание методики негативного стимулирования их поведения и дея­тельности;

- отсутствие учёта эмоционального состояния подростка, щадящей наг­рузки;

- недостаточное руководство формированием межличностных отношений в классе;

- несистематическое взаимодействие семьи и школы в профилактике не­успеваемости учеников [163].

A. И. Кочетов, Н. Н. Верцинская выделяют следующие типичные недос­татки школьного воспитания:

- стремление сломить сопротивление ученика педагогическим давлением с помощью угроз, наказаний, жалоб родителям;

- поверхностное знание педагогами особенностей ученика, принятие сложности и своеобразия его характера за трудновоспитуемость;

- конфликтные отношения родителей с педагогами или подростка с учи­телями;

- злоупотребление словесными методами воздействия, неумение исполь­зовать методы переубеждения, переучивания, перестройки поведения и т. д.

[113].

B. Г. Степанов отмечает, что многочисленные случаи отклоняющегося поведения учащихся часто обусловлены двумя факторами: частой сменяемос­тью учителей и значительными изменениями состава учащихся класса [201].

Л. Н. Онищук в своём исследовании, проведённом на примере общеобра­зовательных школ г. Барнаула, выделяет наиболее часто встречаемые у педаго­гов затруднения в работе по профилактике и преодолению девиантности:

- в связи с общей низкой компетентностью в вопросах воспитания под­ростков девиантного поведения;

- в определении и классификациях девиантности, выявлении детей с нез­доровой психикой и в рекомендациях обращения за психологической помощью для такого ученика;

- в выявлении сущности и причин отклоняющегося поведения;

- в разработке индивидуальных профилактико-коррекционных программ;

- в отборе форм, методов, средств воспитания, адекватных уровню и виду отклоняющегося поведения подростков;

- в проведении групповой и индивидуальной работы с подростками и их родителями, неумение установить контакт с семьёй;

- в неумении анализировать свою педагогическую деятельность, своевре­менно выявлять и устранять ошибки;

- в отсутствии мотивационной готовности к работе с девиантными деть­ми, уход от проблемы;

- в преобладании авторитарного стиля взаимодействия с подростками и членами семьи;

- в неумении предотвратить и урегулировать конфликт;

- в отсутствии индивидуального личностно-ориентированного подхода к подростку и т. д. [167].

Таким образом, микросоциальные факторы играют исключительную роль в детерминации девиантного поведения, что необходимо учитывать в работе с подростками.

При рассмотрении внутренних, наследственно-биологических предпосы­лок девиантного поведения, следует сразу отметить, что многие современные отечественные и зарубежные учёные отрицают решающее влияние на девиан­тное поведение подростков генетического фактора, наследственной отягощен- ности их действий. Мы придерживаемся той точки зрения, которая признаёт наличие природных предпосылок определённых особенностей психики, но при этом считаем, что эти особенности действуют не напрямую, а только через социальные факторы.

Из всех биологических факторов девиантного поведения подростков не­обходимо выделить причины, связанные с возрастными кризисами. Психолог Р. С. Немов определяет кризис возрастного развития как задержку в психичес­ком развитии человека, сопровождающуюся депрессивными состояниями, вы­раженной неудовлетворённостью собой, а также трудноразрешимыми пробле­мами внутреннего (личностного) и внешнего (межличностного) характера. Он также отмечает, что возрастные кризисы обычно возникают при переходе из одного физического возраста в другой [160].

Общеизвестно, что кризис подросткового возраста связан с физиологи­ческими (ускоренное и неравномерное развитие костно-мышечной системы, «эндокринной бурей», дисбалансом в развитии сердечно-сосудистой системы) и психосоциальными изменениями (стремление к общению со сверстниками и самоутверждение, вызванные процессом активного формирования самооценки и самосознания, автономизацией от взрослых и конфликтностью со взрослыми, повышенным интересом к вопросам пола и т. д.). Всё это делает подростковый возраст весьма трудным как для окружающих, так и для самого подростка и ведет к различным, как правило, временным, проявлениям девиантного поведения.

Кроме того, к биологическим факторам следует отнести отклонения и патологии психического развития и нервно-психические заболевания, в основе которых лежат функционально-органические поражения центральной нервной системы (органическая недостаточность ЦНС, психозы, эпилепсия, шизофре­ния, олигофрения и т. д.).

По данным известного зарубежного психиатра М. Раттера (1987) от 5 до 15% всех детей и подростков страдают серьёзными психическими отклонени­ями. Если к этому количеству добавить менее тяжелые нарушения и эмоци­ональные расстройства, становится ясным размер и смысл проблемы [179].

В. В. Ковалёв применительно к подростковому возрасту вводит понятие «психический дизонтогенез», обозначая им нарушение психического развития в подростковом возрасте в результате расстройства и созревания структур и функций головного мозга [103].

Отечественный исследователь Г. Е. Сухарева выделила три типа психи­ческого дизонтогенеза: задержанное, повреждённое и искажённое развитие. В основе искаженного развития лежит ретардация - общее или частичное за­паздывание или приостановка в развитии психических функций подростка; пов-реждённое развитие - регресс, распад уже сформировавшихся функций; иска-женное развитие является следствием асинхронии, что проявляется в выражен-ном опережении одних психических функций и свойств формирования лич-ности и значительным отставанием темпа и сроков созревания других функций и свойств [203].

И. И. Мамайчук, называя детей и подростков с явлениями психического дизонтогенеза «детьми с проблемами в развитии», описывает шесть его видов:

1) психическое недоразвитие, что наблюдается у детей с умственной отсталостью;

2) задержанное психическое развитие, наблюдаемое у детей с задержкой психического развития различных форм;

3) повреждённое развитие, обусловлено более поздним (после 3-х лет) патологическим воздействием на мозг ребёнка, когда большая часть мозговых систем уже сформирована;

4) дефицитарное развитие, наблюдаемое у детей с недоразвитием анали­заторных систем (слуховые, зрительные, двигательные);

5) искажённое развитие, при котором наблюдаются сложные сочетания общего психического недоразвития, задержанного, повреждённого и ускорен­ного развития отдельных психических функций;

6) дисгармоничное развитие, в основе которого лежит врождённая или рано приобретённая диспропорциональность психики, преимущественно в эмо­ционально-волевой сфере [138].

В 50-е годы в отечественной литературе появился термин «задержки пси­хического развития» (ЗПР). Авторы описывали особенности психического раз­вития детей с минимальными повреждениями мозга. В числе этих особенностей отмечались следующие: стойкие трудности в обучении, пониженный запас зна­ний, ограниченность представлений, отклоняющееся поведение, но сохранён­ные интеллектуальные возможности. При этом специалисты подчёркивали, что необходимо отличать таких детей от умственно отсталых.

Так, Г. Е. Сухарева для обозначения состояний, определяющих стойкую школьную дезадаптацию, но отличающихся от лёгких форм умственной от­сталости, предложила термин «задержки темпа психического развития» [203].

В. В. Ковалёв выделяет четыре основные формы ЗПР [103]. Это:

- дизонтогенетическая форма, при которой недостаточность обусловлена механизмами задержанного или искаженного психического развития ребёнка;

- энцефалопатическая форма, в основе которой лежит органическое пов­реждение мозга на ранних этапах онтогенеза;

- ЗПР в связи с недоразвитием анализаторов (слепота, глухота и т. д.);

- ЗПР в связи с дефектами воспитания и дефицитом информации с ран­него детства (педагогическая запущенность).

М. С. Певзнер также рассматривала ЗПР вне рамок умственной отсталос­ти как самостоятельную группу заболеваний и состояний, в которую входят:

- разные варианты инфантилизма;

- интеллектуальные нарушения при цереброастенических состояниях, де­фектах слуха, речи, отклонения в характере и поведении [203].

Развитию отклоняющегося поведения у детей и подростков могут способ­ствовать различные эмоциональные нарушения. В психологической литературе эмоциональное неблагополучие рассматривается как отрицательное состояние, возникающее на фоне трудноразрешимых личностных конфликтов (А. И. Заха­ров и др.).

К биологическим факторам, предрасполагающим к возникновению эмо­ционального неблагополучия и, как следствие, различных отклонений в пове­дении подростков, можно отнести различные соматические заболевания. Ряд авторов указывают на повышенную частоту эмоциональных расстройств у де­тей и подростков с хроническими соматическими заболеваниями, отмечая, что нарушения эти не являются прямым результатом болезни, а связаны с труднос­тями социальной адаптации больных детей и с особенностями их самооценки [В. В. Ковалёв, И. И. Мамайчук, М. Раттер].

Еще одним важным фактором, детерминирующим девиантное поведение подростков, являются внутриличностные (психологические) причины, действу­ющие в тесной взаимосвязи с социальными и биологическими механизмами.

Е. В. Змановская выделяет основные психологические составляющие де­виантного поведения в целом:

1) духовные проблемы - отсутствие смысла жизни, несформированные нравственные ценности, редуцированные высшие чувства (совесть, ответствен­ность, честность), внутренняя пустота, блокировка самореализации;

2) деформация в ценностно-мотивационной системе личности - девиант­ные ценности, ситуативно-эгоцентрическая ориентация, фрустрация потреб­ностей, внутренние конфликты, малопродуктивные механизмы психологичес­кой защиты;

3) эмоциональные проблемы - тревога, депрессия, негативные эмоции, трудности понимания и выражения эмоций;

4) проблемы саморегуляции - нарушение способности ставить цели и до­биваться их выполнения; неадекватная самооценка, низкая рефлексия, мало­продуктивные механизмы совладания со стрессом, низкие адаптативные воз­можности, дефицит позитивных ресурсов личности;

5) когнитивные искажения - дисфункциональные мысли, ограниченные знания, предрассудки, неадекватные установки;

6) негативный жизненный опыт - отрицательные привычки и навыки, де­виантный опыт, психические травмы, опыт насилия [81].

А. В. Мудрик [147], И. С. Кон [108] выделяют типичные психологичес­кие черты подросткового возраста: стремление к новизне, к оригинальности поведения (в том числе и отклоняющегося), желание понимать, бороться, достигать, утверждаться, пытаться изменить существующую систему оценок и взглядов, принятых в среде ближайшего окружения. Это становится почвой для девиантного поведения.

При этом девиантные действия выступают:

- в качестве средства достижения значимой цели;

- как способ психологической разрядки, замещения блокированной потребности и переключения деятельности;

- как самоцель, удовлетворяющая потребность в самореализации и само­утверждении.

Ю. А. Клейберг считает, что для подростковых девиаций характерны сле­дующие психологические особенности:

- высокая аффективная заряженность поведенческих реакций;

- импульсивный характер реагирования на фрустирующую ситуацию;

- кратковременность реакций с критическим выходом;

- низкий уровень стимуляции;

- высокий уровень готовности к девиантным действиям [101].

Ю. А. Клейберг также указывает на то, что девиантные подростки обна­руживают ряд свойств, свидетельствующих о значительных эмоциональных нарушениях. Они, как правило, импульсивны, раздражительны, вспыльчивы, агрессивны, конфликтны, что затрудняет их общение с окружающими и создаёт значительные трудности с точки зрения их воспитания. Для девиантных под­ростков характерны такие свойства эмоционально-волевой и ценностно-норма­тивной системы, как тревожность и дефектность ценностной системы (особен­но в области цели и смысла жизни). Автор утверждает, что девиация как форма поведения находится в прямой зависимости от комплексного личностного обра­зования, детерминирующего, направляющего и обеспечивающего реализацию девиантного поведения [100].

В. В. Бойко одним из факторов повышенного риска девиантного поведе­ния подростков считает наличие различных акцентуированных черт характера [33].

По данным А. Е. Личко, акцентуированность отдельных черт характера у учащихся различных типов школ варьируется от 32 до 68 процентов от общего контингента [129].

Обычно акцентуации развиваются в период становления характера и сглаживаются по мере взросления индивида. Особенности характера при акцен­туациях могут проявляться не постоянно, а лишь в некоторых ситуациях, при определённой обстановке, и почти не обнаруживаются в обычных условиях. Социальная дезадаптация при акцентуациях либо вовсе отсутствует, либо быва­ет непродолжительной.

В исследовании С. Ю. Чебуракова, проведённом среди подростков доп­ризывного возраста, употребляющих алкоголь, наркотические и токсические вещества, состоящих на учёте в наркодиспансере и Инспекции по делам несо­вершеннолетних, выявлено 93% лиц с акцентуированными чертами харак­тера. При этом превалировали подростки с неустойчивым типом акцентуации - 39 %, с шизоидной - 21 % и эпилептоидной - 19 % акцентуациями [211].

Агрессивное и суицидальное поведение как формы социальной дезадап­тации подростков свидетельствуют о том, что личность не смогла справиться с выпавшими на её долю обстоятельствами и испытаниями. Как было выявлено, социальная дезадаптация сопровождается повышенными показателями эпилеп- тоидных, истероидных и лабильных черт.

Криминальная ориентация у подростков мужского пола связана с шизо­идными чертами; криминальная направленность у подростков женского пола - с шизоидными, эпилептоидными и истероидными [33].

Концепция акцентуаций характера получила широкое распространение в современном научном мире, однако этот подход не может быть единственным в трактовке детерминации девиантного поведения в силу однобокости взглядов на человека и причины его поведения. Девиантному поведению могут способ­ствовать не сами акцентуации, а, как считают многие учёные, психологические особенности личности, которые формируются под их влиянием.

Л. Н. Онищук отмечает, что у детей нарушения поведения связаны с на­рушением развития по типу эмоционально-волевой личностной незрелости, к подростковому возрасту у них формируются явления педагогической запу­щенности. Росту самосознания, самостоятельной работы, усилению познава­тельных интересов препятствует неспособность к волевому усилию, несоответ­ствие психологических решений. У них недоразвита производственная орга­низация психологических функций, задержка в формировании функций целе- полагания, прогнозирования, планирования. Пресыщаемость и отвлекаемость способствуют процессу школьной дезадаптации [167].

Таким образом, процесс возникновения девиантного поведения связан с комплексным воздействием сложных социальных, биологических и психологи­ческих факторов, которые необходимо учитывать в коррекционной работе с подростками девиантного поведения.

<< | >>
Источник: ПЕТРУСЕВИЧ Денис Фёдорович. КОРРЕКЦИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ ПОДРОСТКОВ СРЕДСТВАМИ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ И СПОРТА. 2013

Еще по теме 1. 2. Детерминация девиантного поведения подростков:

  1. Сущностные признаки агрессивности и характеристика еѐ проявлений у подростков
  2. Апробация и внедрение результатов исследования.
  3. 1. 2. Детерминация девиантного поведения подростков
  4. 1.3. Проблема девиантного поведения подростков в педагогической теории и практике
  5. ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ 1.
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -