<<
>>

2.2 Полициклические ароматические углеводороды, полихлорированные бифенилы хлорорганические пестициды

Полициклические ароматические углеводороды. Основным загрязнителем атмосферы городов органическими веществами является автомобильный транспорт. Он выбрасывает в атмосферу около 50 % углеводородов.

Другой мощный источник углеводородов – испарение органических растворителей на бензоколонках, в производстве и в быту. Предполагается, что вклад автомо-бильного транспорта в загрязнение воздуха будет возрастать, несмотря на меры по борьбе с токсичностью двигателей внутреннего сгорания. Количество органических соединений, выделяющихся с отработавшими газами, зависит от многих факторов – типа двигателя, режима его работы, состава топлива. Сравнение состава отработанных газов бензиновых и дизельных двигателей показывает, что бензиновые двигатели вырабатывают больше несгоревших углеводородов и продуктов их неполного окисления (СО и альдегидов), тогда как дизельные – больше сажи (около 1 г/м3). Концентрация несгоревших углеводородов в отработавших газах бензиновых двигателей зависит от соотношения топлива и воздуха в горючей смеси. На холостом ходу, при крейсерской скорости, ускорении и торможении концентрация углеводородов в выхлопных газах меняется в соотношении 2,3:1,0:1,3:9,2 соответственно. Это означает, что в городах наибольшее количество углеводородов выделяется с отработавшими газами при кратковременных остановках на перекрестках. Всего в составе отработавших газов идентифицировано более 500 органических соединений. Отработавшие газы автотранспорта оказываются обогащенными более реакционноспособными и токсичными соединениями, чем исходное топливо. В наибольших количествах в выхлопных газах присутствуют простейшие углеводороды С1–С2. В основном (более 47 %) это метан, этилен, ацетилен, толуол. Наряду с углеводородами в результате их частичного окисления при работе двигателя в выхлопных газах образуется большое число кислородсодержащих соединений.
Общее содержание легколетучих кислородсодержащих соединений в выхлопных газах автомобиля гораздо ниже, чем углеводородов, но сами эти соединения обладают высокой биологической активностью. В основном это альдегиды, кетоны, спирты, фенолы, нитрометан.

В выхлопных газах как бензиновых, так и дизельных двигателей присутствуют также полиядерные ароматические углеводороды (ПАУ) и их кислород – и азотсодержащие производные.

Значительные количества летучих углеводородов выбрасываются в атмосферу с отходящими газами ТЭС и ТЭЦ. При сжигании 1 т нефтепродуктов выделяется 0,25 кг, а при сжигании 1 т угля – 0,16 кг углеводородов.

Значительным источником ПАУ служат ТЭС и ТЭЦ. Некоторые из них представлены в таблице 9.

Таблица 9 – Полиароматические углеводороды

Название Химическая формула Канцерогенная

активность

1 2 3
Нафталин
Флуорен +
Аценафтен
Фенантрен
Антрацен

Продолжение таблицы 9

1 2 3
Пирен
Бенз(а)пирен +++

Источниками загрязнения воздушной среды дурнопахнущими веществами служат сооружения по очистке коммунальных сточных вод и свалки твердых отходов.

Индикаторное значение для всех ПАУ имеет бенз(а)пирен (БП). Эта роль в настоящее время обоснована следующими наблюдениями:

1) БП всегда находят, где присутствуют другие ПАУ;

2) по сравнению с другими ПАУ именно БП обладает наибольшей относительной стабильностью в объектах окружающей среды;

3) БП отличается наиболее выраженной биологической, в частности, канцерогенной активностью;

4) существующие физико-химические методы индикации БП в различных средах являются наиболее чувствительными среди методов определения ПАУ.

Главным образом БП и другие ПАУ образуются в процессе горения самых различных горючих материалов (уголь, древесина, нефтепродукты, пища, табак и т.д.) при температурах около 80 °С и свыше 500 °С.

Как правило, уровни содержания бенз(а)пирена в воздухе в крупных промышленных центрах находятся в интервале от 0,1 до 100 нг/м3. Что касается поверхностных вод фоновых районов России, то концентрация бенз(а)пирена в них не превышает 10–11нг/л [9].

Обычно содержание бенз(а)пирена в поверхностном слое почв сельских районов, находящихся вдали от индустриальных центров, не превышает 5–8 нг/г сухой массы [10].

Основными источниками бенз(а)пирена являются предприятия цветной и черной металлургии, нефтехимии, асфальтобетонные заводы, тепловые электростанции, транспорт, мусоросжигание. Максимальное содержание бенз(а)пирена в воздухе городов наблюдается в зимний период, минимальное – летом.

Следует отметить, что максимальное содержание бенз(а)пи-рена наблюдается преимущественно в поверхностных слоях почв и связано это с тем, что гумусовые горизонты, содержащие набольшее количество органических веществ, обладают более высокой сорбционной способностью по отношению к бенз(а)пирену, благодаря чему и происходит его накопление в почвах.

В многочисленных работах приведены данные о том, что ПАУ могут переходить из почвы в растения, корма для животных и затем в пищу человека [10]. Фоновые концентрации бенз(а)пирена в растениях зависят от их способности накапливать ПАУ.

Повышенным содержанием бенз(а)пирена отличаются мхи и лишайники (до 50 нг/г и более). В траве концентрации бенз(а)пи-рена довольно низкие (менее 1 нг/г), хотя в отдельных видах растений они могут достигать 20–30 нг/г. При этом растения усваивают бенз(а)пирен как через корневые системы, так и непосредственно из воздуха – загрязнение листьев и плодов. Так в капусте содержание бенз(а)пирена заметно выше, чем в томатах – соответственно 15,6 и 0,22 мкг/кг. В зернах пшеницы бенз(а)пирен обнаружен в количествах от 0,68 до 1,44 мкг/кг. В сушеных фруктах его содержание достигает 23,9 мкг/кг, а в черносливе – 16 мкг/кг [11].

Кроме пищевых продуктов растительного происхождения, ПАУ могут накапливаться в мясных и молочных продуктах. Исследования показали, что в колбасе твердого копчения содержание бенз(а)пирена составляет 0,2–3,7 мкг/кг; в вареной колбасе – 0,4–0,6; в окороке и корейке – 16,5–29,5; в сельди холодного копчения – 6,8–11,2; в молоке – 0,13 мкг/кг. Установлено, что в среднем за год в организм жителя России с продуктами питания поступает 1–2 мг бенз(а)пирена (БП) [11]. По другим сведениям [12], доза поступления бенз(а)пирена в организм человека за 70 лет только с продуктами растительного происхождения с учетом их кулинарной обработки составляет 3–4 мг. Фактор биоконцентрирования ПАУ в рыбе меньше, чем в водных растениях и донных отложениях.

Биологические эффекты БП широко исследовались на различных организмах. Установлено, что ПАУ в малых концентрациях обладают способностью усиливать рост и размножение ряда растений и низших позвоночных. У планарий, например, при аппликации на поверхность тела некоторых ПАУ возникают образования тератогенной, органогенной или канцерогенной природы.

По оценке экспертов МАИР прямые эпидемиологические доказательства о канцерогенности ПАУ для человека отсутствуют и индикаторное вещество этого класса соединений – БП отнесено к группе 2А, т.е. к категории потенциально опасных. Вместе с тем российские специалисты относят БП к группе 1 – безусловным канцерогенам для людей.

В настоящее время, принято полагать, что опухоли у человека вызывают лишь воздействия комплекса ПАУ. В атмосферном воздухе идентифицировано более 130 ПАУ.

БП и многие другие ПАУ обладают мутагенным действием. В частности БП вызывает репарацию ДНК у микроорганизмов и индукцию бактериофага у микроорганизмов, индуцирует прямые и обратные мутации у тестерных штаммов бактерий, мутации у дрозофилы, а также сестринские хроматидные обмены, хромосомные аберрации, точковые мутации in vivo и in vitro, а также ряд других генетических изменений. Кроме того, БП обладает эмбриотоксическим и тератогенным эффектами. В производственных условиях при экспозиции к ПАУ у людей, в зависимости от способа контакта с ними и вида продукта, могут возникать дерматиты, кератоконьюктивиты, а также повышен риск возникновения ишемической болезни сердца, хронических заболеваний легких и другими болезнями респираторной системы.

Принимая во внимание способность ПАУ к аккумуляции, присутствие в различных звеньях трофической цепи, а также многообразие вызываемых биологических эффектов, ПАУ следует относить к наиболее приоритетным экологически опасным факторам.

Особую опасность для биоты и человека представляют вещества, входящие в группу стойких хлорорганических соединений – хлорорганические пестициды (ДДТ, ГХБ, ГХЦГ) и полихлорированные бифенилы (ПХБ).

ПХБ благодаря своим уникальным свойствам – химической, термической и биологической устойчивости и высокой диэлектрической постоянной нашли широкое применение в электротехнической и других отраслях промышленности. Опасность этих веществ связана с их способностью аккумулироваться в экосистемах по трофическим цепочкам (в первую очередь в жировой ткани). В настоящее время почти во всех странах приняты законы, запрещающие или резко ограничивающие применение ПХБ. На территории России разработаны предельно допустимые нормативы их содержания в атмосферном воздухе (0,001 мг/м3) и почве (0,06 мг/кг).

Однако остается проблема сжигания отходов на свалках, когда происходит загрязнение окружающей среды не только ПХБ, но и диоксинами, и дибензофуранами, образующимися при неполном сгорании хлорированных бифенилов.

Термин «диоксины» носит довольно условный характер. Название «диоксины» относится ко всем их хлорированным производным, отличающимся числом атомов хлора в молекуле и их расположением (гомологи и изомеры). Содержание атомов хлора в молекуле может быть от 1 до 8. Всего насчитывается более 200 хлорированных диоксинов, но наибольший интерес представляют только наиболее токсичные. Причем из 12 наиболее токсичных диоксинов выделяют симметричные тетрахлоризомеры. 2, 3, 7, 8 – тетрахлордибензодиоксин (2, 3, 7, 8 – ТХДД) является самым токсичным соединением, известным науке. Его токсичность принята за 1, а токсичность остальных выражается в эквивалентах к 2, 3, 7, 8 – ТХДД. Токсичное действие различных диоксинов проявляется одинаково, но отличается по интенсивности.

Сведений об образовании диоксинов в природе наука не имеет.

Диоксины – полихлорированные соединения, содержащие ароматические ядра и, прежде всего, полихлорированные диоксины и дибензофураны за высокую токсичность относятся к особому классу загрязняющих веществ – суперэкотоксикантам. Диоксины присутствуют в природной среде уже несколько десятилетий, со времени начала производства хлорорганических соединений. Они обладают широким спектром биологического действия на человека и животных.

В малых дозах диоксины вызывают мутагенный эффект, отличаются кумулятивной способностью, ингибирующим и индуцирующим действием по отношению ко многим ферментам живого организма, вызывают у человека повышение аллергической чувствительности к различным ксенобиотикам. Комплексный характер действия этой группы соединений приводит к подавлению иммунитета, поражению внутренних органов и истощению организма. В природной среде диоксины достаточно устойчивы, и могут длительное время оставаться без изменений. Для них, не существует предела токсичности (явление так называемой сверхкумуляции), а понятие ПДК теряет смысл.

Впервые сведения о заболеваниях людей, вызванных воздействием сильных антисептиков-хлорфенолов появились в 30-х годах двадцатого столетия. Тогда ошибочно полагали, что болезнь происходит из-за контакта с основным продуктом, так как не было данных о воздействии диоксинов. Во время войны во Вьетнаме (1962–1971) американские войска для борьбы с партизанами широко использовали дефолиант «agent orange» вызывающий ускоренное опадание листьев деревьев. Всего над джунглями против населения Вьетнама (детей, стариков, женщин) было распылено этими «сверхчеловеками» 57 тысяч тонн препарата, в котором в виде примеси содержалось до 170 кг диоксина.

Сейчас этот дефолиант известен под названием 2, 4-D (2, 4-дихлорфеноуксусная кислота) (рис. 24).

Рисунок 24 – 2, 4-дихлорфеноуксусная кислота

Через несколько лет в г. Севезо (Италия) на химическом заводе произошла катастрофа, в результате которой сотни тонн пестицида 2, 4, 5-трихлорфеноуксусной кислоты (2, 4, 5-Т) были распылены в окрестностях предприятия (рис. 25). В результате погибло большое число людей и сельскохозяйственных животных, по причине того, что в выбросе оказалось около 3–5 кг диоксинов.

Рисунок 25 – 2, 4, 5-трихлорфеноуксусная кислота

После этих событий появились сообщения о содержании диоксинов в различных препаратах и о накоплении их в экосистемах. Диоксины стали находить в выхлопных газах автомобильного транспорта, продуктах сжигания мусора, в грудном молоке женщин (1984 г.), в выбросах целлюлозно-бумажной промышленности (1985 г. – США, Швеция). Можно сказать, что диоксины и родственные им по структуре соединения непрерывно генерируются человеческой цивилизацией и поступают в биосферу.

Попадая в организм, диоксины выступают как индукторы длительных ложных биоответов, способствуют накоплению ряда биокатализаторов-гемопротеидов в количествах, опасных для функционирования клетки и всего организма. В итоге затрагиваются регуляторные механизмы адаптации к внешней среде. В связи с чем, даже слабое поражение диоксинами, проявляющееся в постоянной дискомфортности организма, высокой утомляемости, пониженной физической и умственной работоспособности, а также в повышении чувствительности к биологическим инфекциям, может привести к драматическим последствиям. Вторичные эффекты диоксинов связаны с тем, что биокатализаторы – гемопротеиды в комплексе с диоксинами включают механизм расходования энергетических ресурсов клетки, что приводит к биодеградации гормонов, витаминов, липидов и разрушению биомембран. Вторичные эффекты усугубляют первичные, что приводит к понижению иммунитета и в конечном итоге вызывает так называемые экологические заболевания человека и животных.

Количества диоксинов мизерны, но из-за их чрезвычайно высокой токсичности и устойчивости существования в природных условиях эта проблема волнует все человечество. Так как диоксины могут переноситься в воздухе на большие расстояния, то проблема диоксинов носит глобальный характер.

Среди других характеристик диоксинов следует указать на их высокую адгезионную способность, в том числе к почве, частичкам золы и донным отложениям [23, 24], что способствует их накоплению и миграции в виде комплексов с органическими веществами и поступлению в воздух, воду и пищевые продукты.

Следует заметить, что данные по человеку относятся именно к последствиям воздействия химических веществ, загрязненных диоксинами, или к авариям в условиях повышенных физических, химических, биологических и психических стрессовых ситуаций. Во всех случаях невозможно точно определить уровень воздействия диоксинов, который оказал влияние на индивидуума. При этом установленная для России ориентировочная доза допустимого поступления доксинов в организм человека (10 пг/кг) имеет коэффициент запаса. Однако это не означает, что существующие в настоящее время уровни диоксинов в окружающей среде не причиняют кому-либо вред. Вполне очевидно, что следует придерживаться рекомендованных норм и добиваться снижения уровней загрязнения природной среды диоксинами.

В частности, появившиеся в последние годы материалы свидетельствуют о значительно более высокой опасности ПХДД и ПХДФ по риску поражения иммунных систем, а не канцерогенности. По-видимому, именно этим можно объяснить распространение в районах расположения химических предприятий, производящих хлорорганические вещества, заболеваний вирусным гепатитом, геморрагической лихорадкой, разнообразных кишечных инфекций.

В настоящее время признано недопустимым присутствие диоксинов в продуктах питания, воздухе и питьевой воде. Однако достичь этого при наличии в окружающей среде больших количеств указанных ксенобиотиков практически невозможно. Поэтому санитарно-гигиеническими службами и органами охраны природы большинства развитых стран установлены нормы допустимого поступления диоксинов в организм человека, а также предельно допустимые концентрации или уровни их содержания в различных средах. По мнению специалистов основная доля диоксинов поступает в организм человека с пищевыми продуктами, прежде всего с мясом и молоком.

Полихлорбифенилы обнаруживаются повсеместно в окружающей среде, а также в тканях рыб, птиц, животных, человека.

Так как не существует нетоксичных для человека пестицидов нельзя не обратить внимания на неблагоприятные последствия их применения. По данным [13], 60 % всех гербицидов, 90 % фунгицидов и 30 % инсектицидов вызывают опухоли у животных. Многие из этих веществ помимо высокой токсичности обладают ярко выраженными кумулятивными свойствами, последствия которых проявляются в изменении иммунологического статуса организма, мутагенном и тератогенном действии [14]. Свободный или слабо связанный хлор никогда не встречался в природе. Поэтому некоторые его соединения вызывают у животных организмов непредсказуемые реакции. Обострение экологической ситуации в ряде регионов России во многом связано с недооценкой опасности высокотоксичных хлорорганических пестицидов (ХОП). Несмотря на то, что многие их них запрещены к применению, продолжается производство и применение гексахлорана, дихлоранилина, линдана, альдрина гептахлора, 2, 4-Д и других веществ. Между тем, применение стойких хлор-органи-ческих соединений является классическим примером того, насколько осторожным должно быть вмешательство человека в природные процессы. Большинство хлорорганических пестицидов крайне медленно разлагается под влиянием физических, химических, микробиологических факторов и передается по пищевым цепям, накапливаясь в опасных количествах в живых организмах. Упомянутые свойства характерны и для технологических отходов хлорорганических производств.

Обычно хлорорганические пестициды представляют собой твердые вещества, имеющие высокую термическую стабильность и плохую растворимость в воде, но хорошую растворимость в органических растворителях и жирах. Отличительной особенностью ХОП является присутствие в молекулах бензольных колец. Период полураспада в почве большинства хлорорганических пестицидов превышает 1,5 года, а в случае с ДДТ и дильдрином – 15–20 лет.

Несмотря на то, что ХОП имеют низкое давление насыщенных паров, они испаряются с поверхности почвы и воды в воздух. Особенно много ХОП попадает в атмосферу при использовании сельскохозяйственной авиации. С воздушными потоками они переносятся на тысячи километров. Максимальные концентрации ХОП в воздухе обнаружены в теплый период с пиковыми значениями весной и осенью.

В силу высокой гидрофобности ДДТ и другие ХОП в большинстве своем не способны к транслокации в растительности через корневую систему, но зато хорошо поглощаются листьями и побегами из воздуха. Такая специфичность их поведения подтверждена рядом исследований [15, 16]. Однако это не относится к изомерам ГХЦГ, которые концентрируются в зеленой массе.

Следует отметить, что ХОП хорошо адсорбируется также органическим веществом почвы или донным илом и за счет этого способны перемещаться с поверхностными водами.

По своим химическим свойствам ХОП в обычных условиях довольно инертны и практически не разлагаются под действием концентрированных кислот, щелочей и воды. Наиболее распространенными механизмами разрушения ХОП в окружающей среде можно считать фотохимические реакции и процессы метаболизма с участием микроорганизмов. В целом считается, что в итоге продуктами фотохимического разложения ХОП являются одни и те же вещества – ПХБ. Очевидно, что в разных климатических условиях фотохимические процессы идут с различной интенсивностью. Многие ХОП настолько стабильны, что практически не подвергаются фотохимическому разложению.

Метаболизм ХОП микроорганизмами осуществляется путем использования ими органического углерода в качестве пищи и катализируется ферментами. При этом образуются различные вещества, и некоторые из них могут оказаться более опасными для живых организмов, чем их предшественники [17].

Чрезвычайно важной характеристикой потока ХОП в окружающую среду является их концентрация в атмосферных осадках.

Загрязнение водных объектов ХОП обусловлено главным образом поверхностным стоком загрязняющих веществ, а также их осаждением из атмосферы. Попадая в водоемы, ХОП сравнительно быстро перераспределяются между водой и донными отложениями. Средние концентрации ХОП в речных и озерных поверхностных водах европейской части России лежат в пределах 10–60 нг/л [18]. Максимальные уровни ХОП в поверхностных водах наблюдаются в периоды половодья.

Формирование концентраций ХОП в почвах связано как с интенсивностью их использования в сельском хозяйстве, так и с атмосферным переносом от антропогенных источников. Отмечается [18], что фоновая концентрация ХОП в почвах России не превышает средних значений, характерных для почв Европы (1–20 нг/г).

Для млекопитающих, как и для птиц, ХОП особенно опасны способностью воздействия на репродуктивную функцию. Проникновение хлорорганических пестицидов в эмбрионы, изначально определяющее загрязнение организмов потомства и понижение их жизнеспособности, вызывает озабоченность именно потому, что на ранних стадиях онтогенеза молодые организмы обладают исключительно высокой чувствительностью к токсичным веществам. Некоторые ХОП способны нарушать также структуру генетического аппарата. При высокой устойчивости в природе и широком распространении действие ХОП во многом аналогично действию диоксинов и дибензофуранов.

В отличие от наземных животных, для которых основным путем поступления ХОП является трофический, для гидробионтов важное значение имеет постоянный контакт с загрязненной водной средой. Некоторые авторы [19, 20] считают рыб хорошим индикатором загрязнения водных экосистем. Так, анализ содержания ДДТ в балтийской салаке показал, что хлорированные углеводороды прочно вошли в состав всех звеньев экосистемы Балтийского моря.

Однако изучение последствий их биоаккумуляции необходимо, поскольку упомянутые вещества могут способствовать появлению летальных мутаций, уродств, приводить к рождению нежизнеспособной молоди. Кроме того, накапливающиеся в рыбе ХОП, как уже отмечалось выше, могут передаваться по трофической цепи к человеку.

Таким образом, масштабы антропогенного загрязнения окружающей среды ХОП, их миграция и замедленный метаболизм в природных объектах, биокумуляция обусловливают необходимость организации постоянного экологоаналитического мониторинга этих соединений, тем более что в сельском хозяйстве многих стран, в том числе и в России, продолжается применение хлорорганических пестицидов.

К пестицидам относят химические вещества, применяемые для борьбы с различными вредными организмами: растительноядными клещами (акарициды), насекомыми (инсектициды), бактериями (бактерициды), высшими растениями (гербициды), грибами (фунгициды), моллюсками (лимациды), круглыми червями (нематоциды), паразитическими червями у животных (антигельминты), тлей (афицид), личинками и гусеницами (ларвициды) и др. В эту группу веществ обычно включают и антисептики, применяемые для предохранения неметаллических материалов от разрушения микроорганизмами, а также вещества, употребляемые для предуборочного удаления листьев с растений (дефолианты), вызывающие обезвоживание тканей растений, что ускоряет их созревание и облегчает уборку урожая (десиканты), предпосевную обработку семян (протравители семян) и др.

Пестициды подразделяются на два основных класса: хлорорганические и фосфорорганические. Хлорорганические пестициды представляют собой хлорпроизводные многоядерных углеводородов (ДДТ), циклопарафинов (гексахлорциклогексан), соединения диенового ряда (гептахлор), алифатических карбоновых кислот (пропанид) и др.

Важнейшей отличительной чертой большинства хлорорганических соединений является стойкость к воздействию различных факторов окружающей среды (температура, солнечная радиация, влага и др.) и нарастание концентрации их в последующих звеньях биологической цепи (например, содержание ДЦТ в гидробионтах может превышать содержание его в воде на один–два порядка).

Фосфорорганические пестициды представляют собой сложные эфиры: фосфорной кислоты – диметилдихлорвинилфосфат (ДДВФ); тиофосфорной – метафос, метилнитрофос; дитиофосфорной – карбофос, рогор; фосфоновой – хлорофос. Преимуществом фосфорорганических пестицидов является их относительно малая химическая и биологическая устойчивость. Большая часть их разлагается в растениях, почве, воде в течение одного месяца, но отдельные инсектициды и акарициды внутрирастительного действия (рогор, сейфос и др.) могут сохраняться в течение года.

Некоторые химические препараты могут действовать на вредные организмы только при непосредственном контакте (контактные пестициды). Для проявления действия такой препарат обязательно должен войти в непосредственное соприкосновение с объектом воздействия. Другие (системные пестициды) способны передвигаться по сосудистой системе растения и в ряде случаев, по сосудистой системе животного. Они часто оказываются более эффективными, чем препараты контактного действия. Механизм действия системных фунгицидов в большинстве случаев существенно отличается от такового для инсектицидов. Если инсектициды поражают сосущих членистоногих в результате попадания яда в организм вредителя, то фунгициды в основном способствуют повышению устойчивости растения к данному виду заболевания.

Основным источником поступления пестицидов в водные объекты является поверхностный сток талых, дождевых и грунтовых вод с сельскохозяйственных угодий, коллекторно-дренаж-ные воды, сбрасываемые с орошаемых территорий. Пестициды могут попадать в водные объекты во время их обработки с целью уничтожения нежелательных водных растений и других гидро-бионтов, а так же со сточными водами промышленных предприятий, производящих ядохимикаты; непосредственно при обработке полей пестицидами с помощью авиации, при небрежной транспортировке их водным транспортом и при хранении. Несмотря на большой вынос стойких пестицидов в водную среду, содержание их в природных водах относительно невелико из-за быстрой кумуляции пестицидов гидробионтами и отложения в илах. Коэффициенты кумуляции (во сколько раз содержание химического вещества больше в гидробионтах, чем в воде) составляют от 3–10 до 1000–500000 раз.

<< | >>
Источник: Стрельников В.В., Мельченко А.И.. ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ МОНИТОРИНГ Учебник. 2012

Еще по теме 2.2 Полициклические ароматические углеводороды, полихлорированные бифенилы хлорорганические пестициды:

  1. 2.6 Контроль воздействия ксенобиотиков
  2. 2.2 Полициклические ароматические углеводороды, полихлорированные бифенилы хлорорганические пестициды