<<
>>

Глава 1. КОНЦЕПЦИЯ HOMO AESTHETICUS

Эта глава посвящена рассмотрению современных трактовок феномена чувственности, определяющих его как главный эстетический фактор. Основная задача этой главы состоит в определении причин этого «поворота к чувственности», получившего имя homo aestheticus.
Центральным вопросом является то, почему именно чувственность стала считаться основополагающей чертой сущности человека, почему именно на этот концепт многие авторы возлагают надежду на выход из кризиса современной эстетической мысли. Этот кризис можно обозначить, как тупик постмодерна, выразившийся в размывании границ эстетического поля, в утрате эстетикой своего предмета, в идее о конце эстетики, как науки. Выход из этого тупика многие авторы связывают с пересмотром основ классической эстетики возвышенного и прекрасного и переориентацией эстетики на концепт чувственности, открывающий перспективы иного способа организации проблемного поля эстетики. Выбор авторов, на позиции которых мы опираемся в нашем исследовании, обусловлен именно таким углом зрения на современную эстетическую проблематику. Это преимущественно теоретики второй половины ХХ века, пытавшиеся представить чувственность в новом, неклассическом контексте. Тенденция рассмотрения современной эстетики через проблему чувственности свойственна, прежде всего французским исследователям (Л.Ферри, Н.Буррио, Ж.Рансьеру, А.Бадью).

К концепту чувственности, как к другой оптике рассмотрения проблем эстетики, обращались и такие отечественные авторы, как А.А.Грякалов,

Н.М.Савченкова, А.Е.Радеев. Все они рассматривают чувственность как точку опоры для пересмотра перспектив построения современной эстетической теории.

Так, А.А.Грякалов в работе «Эстетическое и политическое в контексте постсовременности: топос HOMO AESTHETICUS» подходит к проблеме чувственности, опираясь на концепт события. Этот подход позволяет автору представить эстетику, как топологию, то есть как место пересечения различных логик, идеальную площадку их сосуществования.

По контрасту с эстетикой Грякалов отводит политике роль логики времени, то есть причинно-следственной связи. Он полагает, что благодаря укоренненности в эстетике, в политике возникает возможность «смещения стратегий временности» в сторону возникновения некой множественности, объединенной общим эстетическим полем. Эстетика, таким образом, является способом «утверждения возможного единства во множестве». Перекрестком путей эстетики и политики, то есть воплощением принципа единства и множества одновременно, становится концепт Homo aestheticus, который автор характеризует, как: «существо интенсивно проживаемого опыта, представления которого понуждают к пристальному всматриванию и вслушиванию в мир»[1]. Таким образом, благодаря связи эстетического дискурса с дискурсом политическим Грякалов видит эстетику в новом контексте, позволяющем определить ее уникальное теоретическое поле.

Похожую задачу ставит перед собой и с успехом выполняет Н.М.Савченкова. В работе «Альтернативные формы чувственности»[2] она стремится создать «общую теорию чувственности», по минимуму прибегая к анализу и систематизации форм чувственности, но скорее позволяя самому предмету исследования определить соответствующий метод. Так, исследование теории чувственности обретает форму обращения к различным модусам существования аффектов, без их обобщения в концептуальные схемы. От древнегреческих персонажей, до открытий кино, прослеживаются различные способы видеть, а значит, и чувствовать, а эстетика объединяет их всех, становясь универсальным горизонтом, в котором «предъявленные формы чувственности могли быть поняты».[3] Но, несмотря на первоначальную установку не исходить из общих концептов для объяснения и систематизации различных форм чувственности, автор все-таки приходит к некоторым обобщениям, выявляя два типа «причастности к чувственности» - идеосинкразию и катастрофу (катарсическое переживание). Казалось бы, самое индивидуальное и интимное, что может быть в человеке, отсылает напрямую к его включенности к всеобщему.

Само по себе чувство является переживанием сугубо личным, но организовано оно полностью в рамках всеобщего способа чувствования. Такм образом, в своей книге Н.М.Савченкова ставит очень важный для исследования феномена чувственности вопрос о соотношении общего и индивидуального в чувственном.

Другую точку зрения на проблему чувственности предлагает А.Е.Радеев[4], который подходит к ней в ракурсе методологии, представляя концепт чувственности как способ переопределить эстетику. Он ставит вопрос так: способна ли эстетика найти собственное проблемное поле, не «расползаясь по культурологическим и междисциплинарным штудиям». А.Е.Радеев предлагает концептуализировать множественность, что позволит не только обозначить уникальный предмет эстетики, но и отразится на ее методе, который должен заключаться в отказе от классических (причинно-следственных) форм единства. Главный порок и причину кризиса современной эстетики автор видит в ее неспособности создавать концепты. В этом смысле опора на концепт чувственности может послужить фундаментом для обоснования субъекта собственно эстетического отношения. Эстетика предлагает форму сосуществования (через отношения сомножения, размножения и присомножения) для разных вариантов множественности, без ее упорядочивания. Таким образом, в вопросе о формах множественности, по мнению автора, состоит специфика эстетики и ее преимущество.

Придерживаясь русла намеченной проблематики у вышеуказанных авторов, мы в своем исследовании постараемся объединить все предложенные аспекты теории чувственности в один логический ряд. Для этого сначала обратимся к вопросу - почему именно чувственность становится краеугольным камнем современных эстетических исследований и какой смысл вкладывается в это понятие.

Концепт homo aestheticus был введен одновременно в начале 1990-х годов двумя авторами Элен Диссанайк и Люком Ферри, но с позиций различных подходов: антрополог Элен Диссанайк основывает свои рассуждения на

обширном эмпирическом материале, Люк Ферри - представитель «чистой» философии, опирается на анализ трудов Канта, Гегеля и Ницше. Но оба они, тем не менее, сходятся в одном - попытке найти универсальное обоснование для всех проявлений человека. При этом Элен Диссанайк руководствуется поиском общего среди разных обществ, а Люк Ферри следует скорее трансцендентальному методу, определяя условия его возможности. Необходимо выяснить, почему на пересечении столь разных путей оказывается эстетика, то есть, почему именно в эстетическом контексте стали определятся сущностные характеристики человека.

<< | >>
Источник: АРТЕМЕНКО ТАТЬЯНА ЮРЬЕВНА. ПРОБЛЕМА ОСНОВАНИЙ ЭСТЕТИЧЕСКОЙ ЧУВСТВЕННОСТИ В СОВРЕМЕННОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ ФИЛОСОФИИ. 2014

Еще по теме Глава 1. КОНЦЕПЦИЯ HOMO AESTHETICUS:

  1. Глава 1. КОНЦЕПЦИЯ HOMO AESTHETICUS
  2. Глава 2. АКТИВНЫЙ И ПАССИВНЫЙ СУБЪЕКТ
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ