<<
>>

§ 4. Этнология в первой половине XIX в.

Большого прироста этнографических знаний о внеевропейских странах в первой половине XIX в. не было. Время больших морских плаваний подходило к концу,35 населенные материки были открыты, их берега обследованы.
Проникновение вглубь материков происходило медленно. Путешествия совершались преимущественно с географическими и естественнонаучными целями. Зато необычайно возрос интерес европейцев к изучению собственных стран и народов. До XVIII в. быт народов Европы практически не описывался.36 Ситуация изменилась, когда в заморских землях был открыт —благородный дикарь» и просветители начали идеализировать условия жизни —детей природы» (таитян, ирокезов и иже с ними). Поневоле напрашивались аналогии с бытом низших классов европейского населения. И если Вольтер (1778 г.) писал, что дикарями надо считать не аборигенов Канады и Африки, которые, по его мнению, свободны, горды, защищают свою честь, а скорее французских крестьян, безропотно терпящих феодальный гнет, то немецкий историк Юстус Мёзер примерно в те же годы в своей —Оснабрюкской истории» (1768 г.) защищал все без разбора старые обычаи и традиции немецкого крестьянства, выступал против любых реформ. Даже певец —национального духа» Гердер не проявлял такого консерватизма. Интерес к европейской народной старине окреп на фоне антинаполеоновского движения в германоязычных странах (1805-1813 гг.). В годы оккупации Пруссии Наполеоном философ Иоганн Готлиб Фихте выступил с —Речами к немецкой нации» (1807-1808 гг.), где проповедовал немецкое единство, немецкое величие и требовал воспитания молодежи в духе безоговорочного подчинения государству и интересам нации. В 1810 г. появилась книга Фридриха Людвига Яна, писателя и общественного деятеля, —Немецкая народность», безмерно воспевавшая немецкую родину. Ян уверял, что Германия, развив свои огромные силы, сумеет стать созидательни- цей вечного мира в Европе, ангелом-хранителем всего человечества.
Он наметил программу политического и культурного объединения, народных зрелищ, к охране национальных памятников.37 Всплеск националистических идей в среде немецких философов и литераторов способствовал собиранию и изучению фольклора. До этого имелись только редкие опыты публикации памятников народной поэзии.38 В 1806-1808 гг. поэты Людвиг фон Арним и Клеменс Брентано выпустили сборник подвергнутых ими художественной обработке старинных немецких песен под названием «Волшебный рог мальчика». В 1812 и 1814 гг. появились два тома «Детских и домашних сказок», собранных братьями Якобом и Вильгельмом Гримм. В 1815 г. братья Гримм издали древнеисландский эпос «Эдду». Во Франции созданная в 1804 г. «Кельтская академия»39 с 1807 г. занялась сбором записей народных песен. В 1824 г. Клод Шарль Фориель, историк и литературовед, издал собранные им новогреческие народные песни. В 1837 г. был издан полный текст средневековой поэмы «Песнь о Роланде», в 1839 г. — сборник бретонских народных песен. С 1843 г. выходили обширные сборники под названием «Народные песни и напевы Франции». Литераторы Англии и Шотландии на основе местных исторических преданий сочиняли баллады, поэмы, исторические романы. Один из таких писателей-собирателей — Вальтер Скотт (1771-1832), романами которого зачитывалась вся Европа. В скандинавских странах в 1811 г. были опубликованы «Стародатские героические песни», в 1844 г. — «Шведские народные песни». Фольклором вдохновлялся известный сочинитель сказок Ганс Христиан Андерсен. В Финляндии поэт, врач по профессии, Элиас Лёнрот на основе древних песнопений - «рун», открытых в карельской части страны поэтом Топелиусом, написал «Калевалу» (1835 г.). В Чехии под влиянием идей Гердера аббат Йосиф Добровский (1753-1829) занялся изучением славянских языков и создал их классификацию. Ученик Добровского, Павел Шафарик опубликовал получившие широкую читательскую аудиторию книги «Славянские древности» (1837 г.) и «Славянское народоведение» (1842 г.). Свои собиратели были у поляков,40 словаков, словенцев, сербов.
В Северной Америке поэт Лонгфелло, использовав записанные Генри Роу Скулкрафтом41 алгонкинские и ирокезские мифы и легенды сочинил и издал поэму «Песнь о Гайавате». В первые три десятилетия XIX в., получившие название «эпохи романтизма», теоретической основой фольклористики была так называемая «мифологическая школа». Школа имела два основных источника. Первый источник — успехи сравнительного религиеведения. В 1795 г. французский ученый Шарль Дюпюи написал труд под названием «Происхождение всех культов». В нем он старался доказать, что боги всех религий — всего лишь олицетворения Солнца и других небесных светил. Эта идея была взята фольклористами на вооружение и развита дальше. Вторым источником школы стали данные сравнительного индоевропейского языкознания. Датчанин Расмус Кристиан Раск, немец Франц Бопп и другие лингвисты сделали вывод о существовании индоевропейской семьи языков. В XVIII в. были переведены и опубликованы ведические гимны Индии и иранская Авеста. К ним прибавились результаты изучения германо-скандинавского эпоса. Античная литература и мифология были известны и ранее. Обнаружилось сходство имен богов (санскритский Варуна — греческий Уранос, санскритский Дьяус греческий Зевс и т. д.), сходство мифологических сюжетов. Философской базой мифологической школы стал романтизм Фридриха Вильгельма Шеллинга (1775-1854) и братьев Августа Вильгельма Шлегеля (1767-1845) и Фридриха Шлегеля (1772-1829), воспринимавших мифологию как «естественную религию», необходимое условие и первичный материал всякого искусства, ядро и центр поэзии. Окончательно мифологическая школа оформилась с появлением работы братьев Вильгельма Гримм (17861859) и Якоба Гримм (1785-1863) «Немецкая мифология» (1835). К приверженцам школы относились: в Германии А. Кун, В. Шварц, В. Манхардт, в Англии М. Мюллер, Дж. Кокс, в Италии А. Де Губернатис, во Франции М. Бреаль, в Швейцарии А. Пикте, в России А. Н. Афанасьев, Ф. И. Буслаев, А. А. Потебня, О. Ф. Миллер, И. А. Худяков, А. А. Котляревский.
Основные идеи школы: - некогда существовал единый индоевропейский пранарод, говоривший на «праязыке» и разделявший единую систему религиозных представлений; - расселение индоевропейцев привело к распаду их языково-культурного единства, которое, однако, можно реконструировать; - религиозные представления отражались в мифах; из мифа в процессе его эволюции (деградации) возникли сказка, эпическая песня, легенда и другие жанры; - изначально в мифе обожествлялись атмосферные явления и небесные светила солнце, луна, гроза, небо, ветер и т. д.; - фольклор современных (XIX в.) народов Европы — остатки древнего астрально-магического мировоззрения (например, сказочные Иван и Марья — солнце и луна, умный сын у глупого отца — это день и ночь, или лето и зима, дочь семилетка — утренняя заря, серый конь — рассвет, черный конь — ночь, и т.д.); - фольклор — бессознательное и безличное творчество «народной души»; действительно национальное искусство возможно только при условии обращения художников к мифологии. Кроме общепризнанных источников мифологической школы, укажем еще один. Собиранием и изучением фольклора в конце XVIII-начале XIX в. занимались философы, поэты, писатели и литературоведы — дилетанты в области знаний о культурах. Фантазеры сами, они ничего не сумели понять в собираемом материале и относились к нему не как к историческому источнику, а как к плоду народной фантазии.42 Считая устное народное творчество вольными поэтическими размышлениями на астрально-метеорологические темы, мифологи-собиратели фольклора не видели ничего плохого в перекомпоновке и литературной переработке источников. С XVIII в. появлялись и прямые фальсификации — произведения одержимых национальным духом литераторов, опубликованные без указания авторства и выдаваемые за народные произведения. Трудно сказать, чего от мифологической школы было больше, вреда или пользы. Собранный «мифологами» фольклорный материал обширен, но в значительной своей части для действительно научной разработки непригоден. Методология и теоретические выводы школы в большинстве оказались ошибочными.
Предложенные истолкования сказочных образов (символы дождевых туч и проч.) будучи подставлены в любой конкретный текст превращают повествование в галиматью. Для этнографии мифологическая школа имела самое малое значение, ничем не обогатив ее теоретический и методический арсенал. Это была далеко не последняя из не оправдавших себя концепций, знать которые необходимо хотя бы для того, чтобы не повторять ошибок предшественников. Параллельно развитию мифологической школы и независимо от него в первой половине XIX в. определилось место этнологии в системе наук. Она стала рассматриваться (и рассматривается доныне) как часть антропологии — науки или даже комплекса наук о человеке, его биологических и социокультурных свойствах.43 Знаком превращения этнологии из расплывчатого и неопределенного «народоописания» в дисциплину с конкретным предметом и задачами стало создание научных этнологических обществ — Парижского (1839), Американского (1842), Английского (1843 г.).
<< | >>
Источник: Зорин А.Н.. Основы этнографии. 1994

Еще по теме § 4. Этнология в первой половине XIX в.:

  1. Накопление эмпирического материала.
  2. СУДЬБЫ ЗАПАДНОЙ ФИЛОСОФИИ НА РУБЕЖЕ III ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ
  3. Интерне т-ре сурсы 1
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. Э
  6. «МОРЕПЛАВАТЕЛИ СОЛНЕЧНОГО ВОСХОДА» ПРИОТКРЫВАЮТ СВОИ ТАЙНЫ
  7. Литература и мифология
  8. Глава 5 ЧТО ТАКОЕ ЭТНИЧНОСТЬ. ПЕРВОЕ ПРИБЛИЖЕНИЕ
  9. Глава 1. Очерк истории этнологических знаний в Европе до XVIII в.
  10. § 4. Этнология в первой половине XIX в.
  11. Глава 4. Очерк развития этнологии в России
  12. Раздел 2. ПРЕДМЕТ И МЕТОДЫ ЭТНОЛОГИИ (ЭТНОГРАФИИ)
  13. Какое место занимает Россия в системе хофстедовых этнометрических координат? Измерения хофстедовых индексов для России
  14. Отступление: изучение фольклора
  15. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  16. Очерк первый ПОНЯТИЙНО-ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЭТНИЧЕСКОЙ ПРОБЛЕМАТИКИ (предварительные замечания)
  17. Г. Гереро АНТРОПОЛОГИЯ (НАУКА О ЧЕЛОВЕКЕ) В АРГЕНТИНЕ
  18. ОСНОВНЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ПРОГРАММЫ В ОБЩЕСТВОЗНАНИИ
  19. 1.1. Возрождение этнической культуры как социально-               историческая проблема