А. А. Никишенков МЕТОД СТРУКТУРНОГО АНАЛИЗА А. Р. РЭДКЛИФФ-БРАУНА И ПРОБЛЕМА ИЗУЧЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ РОДСТВА В ДОКЛАССОВЫХ ОБЩЕСТВАХ

Проблема природы отношений родства в доклассовых обществах и методов их изучения по традиции является одной из ведущих в британской социальной антропологии. На протяжении всей истории существования этой научной дисциплины представители самых разных теоретико-методологических ориентаций пытались дать ответ на вопрос: что собой представляют отношения родства в так называемых «примитивных» обществах и как надо изучать эти отношения, чтобы адекватно отразить их сущность.
Значительный вклад в разработку этой проблемы внес А. Р. Рэдклифф-Браун. Критический анализ его концепции родства, сложившейся полвека назад, и сегодня представляет COS''' бой актуальную научную задачу. Это объясняется тем, что с именем Рэдклифф-Брауна в значительной степени связана коренная переориентация в британской социальной антропологии, в результате которой с 20-х годов нашего века и по настоящее время методы структурно-функционального анализа господствуют в этой дисциплине. Структуралистский подход Рэдклифф-Брауна к изучению отношений родства составляет методологическую основу многих современных исследований британских антропологов и ученых других стран, и поэтому критический анализ основных постулатов этого подхода представляет не только историографический интерес, но необходим для более эффективной критики современной этнологии запада. Подход Рэдклифф-Брауна к изучению родства представляет собой своеобразный синтез главным образом двух научных традиций: английской социально-антропологической школы и французской социологической на почве эмпирических полевых исследований, проведение которых со времен экспедиции в Торресов пролив представителей т. н. «кембриджской школы» (А. Хэддон, У. Риверс, Ч. Зелигман и др.) стало необходимым условием научной работы в британской социальной антропологии. Учителем Рэдклифф-Брауна — сначала в психологии, а затем в социальной антропологии — был У. Риверс, признанный авторитет своего времени в изучении систем родства, сторонник ц учения Л. Г. Моргана. Именно через него Рэдклифф-Браун вос- принял моргановскую идею социальной детерминированности систем родства и взгляд на отношения родства как на важный аспект социальной организации доклассовых обществ. % В самом начале своей научной деятельности Рэдклифф-Бра- ун оказался под сильным влиянием социологизма Э. Дюркгей- ма, который в значительной степени определил облик его общетеоретических концепций и сказался на его трактовке отношений родства. Учение Э. Дюркгейма об обществе как особой реальности, независимой от индивидов, его составляющих, и предписывающей им нормы поведения, а также ряд принципов дюр- кгеймовского социологического метода Рэдклифф-Браун стремился применить к изучению социальной организации т. н. «примитивных» обществ. Но для этого дюркгеймовское понятие общества было слишком отвлеченным, и Рэдклифф-Браун произвел своеобразную концептуальную детализацию этого понятия, разработав и логически обосновав категории «структура», «структурная форма», «система» и др. \ которые в значительной степени вытекают из организмических представлений об обществе Г. Спенсера. Характерной особенностью конкретных обществ, которые Рэдклифф-Браун изучал в поле (он главным образом работал среди коренного населения Австралии), была большая роль в их социальной организации отношений классификаторского родства; отсюда у него заметная тенденция связывать именно • с этими отношениями понятия «социальная структура», «структурная форма». Сами же эти понятия трактовались Рэдклифф- Брауном, исходя из специфики его полевой работы, которая была ориентирована на непосредственное наблюдение межличностных отношений, выражающихся в конкретных поведенческих актах. Стремясь к позитивистскому идеалу социальной науки (ин- дуктивизм, естественнонаучный подход к общественным явлениям), Рэдклифф-Браун выдвинул положение о том, что социальные явления, в том числе и системы родства, могут быть научно объяснены только на основе анализа фактов, непосредственно наблюдаемых исследователем. С этой позиции он полностью отверг научное значение «метода пережитков», разработанного и широко применяемого классиками эволюционистской этнографии, не увидев в нем ничего, кроме чисто умозрительных и беспочвенных предположений. Исходя из этого, Рэдклифф-Браун резко выступил против тезиса JI. Г. Моргана о том, что классификаторские системы родства представляют собой остатки исчезнувших форм семьи, жены и их ребенка или детей, независимо от того, живут они вместе или нет»8. Необходимо сказать. что положение о примате индивидуальной семьи в механизме воссоздания и функционирования любой системы родства стало общепризнанным в «новой», т. е. структурно-функционалистской социальной антропологии. Его разделял и Б. Малиновский, но при всем сходстве их трактовки роли индивидуальной семьи в системе отношений родства позиции основоположников структурно-функционального анализа в этом вопросе различны и разница проявляется в том, как они понимают сущность процесса расширения внутрисемейных отношений и родственных терминов на все общество. Если Малиновский рассматривал образование системы классификаторского родства как процесс расширения внутрисемейных эмоциональных отношений за пределы индивидуальной семьи, происходящий по мере взросления ребенка 9, то по Рэд- клифф-Брауну распространение основных типов отношений классификаторского родства, берущих начало в «элементарной семье», не имеет ничего общего с распространением чувств — это просто метод, спонтанно возникающий в обществе с класси- фикаторской системой родства, который «дает упрощение и экономию теории» 10, позволяя использовать небольшое количество семейных родственных терминов (мать, отец, брат, сестра и т. п.) и связанных с ними поведенческих моделей в отношениях с большинством членов этого общества, даже если они не являются кровными родственниками или свойственниками. Это положение легло в основу всей концепции родства Рэдклифф-Брауна и нашло свое отражение в сформулированных им «универсальных структурных принципах» родства. Поиски структурных принципов составляют содержание процедуры т. н. «методов социологического анализа» Рэдклифф- Брауна, представляющих собой совокупность методов «структурного» и «сравнительного» анализа. Метод структурного анализа направлен на вычленение из всей совокупности непосредственно наблюдаемых отношений между индивидами характерных особенностей поведения, санкционированного обычаями данного общества. В обществах, где большую роль играют отношения классификаторского родства, обычай санкционирует нормы поведения различных категорий родственников по отношению друг к другу. Целью метода структурного анализа Рэдклифф-Брауна и является обнаружение этих норм поведения, которые суть структурные принципы родства данного общества. Метод сравнительного анализа, по Рэдклифф-Брауну, дает возможность путем сравнения структурных принципов разных обществ сформулировать универсальные структурные принципы. Главным структурным принципом родства, сформулированным Рэдклифф-Брауном, был принцип «единства сиблингов», т. е. братьев и сестер одних родителей. «Принцип, на котором основана классификаторская терминология, — пишет Рэдклифф- Браун, — может быть назван принципом единства группы сиб- лингов. Это относится не к внутреннему единству этой группы, выраженному в отношениях ее членов друг к другу, а к тому факту, что эта группа может составлять единство для лица, находящегося вне ее и связанного с ней специфическими отношениями к одному из ее членов. Так, в некоторых системах сына учат относиться к группе сиблингов его отца как к единому целому, с которым он связан как их «сын» а. Следствием действия этого принципа Рэдклифф-Браун объяснил распространенный у некоторых народов обычай называть сестру отца «женским отцом», а брата матери — «мужской матерью». В частности, пишет Рэдклифф-Браун, «обычай называть сестру отца «женским отцом» указывает на то, что эта женщина находится в таких отношениях с сыном своего брата, которые существенным образом подобны отношениям отца со своим сыном» 12. Вторым важным структурным принципом, сформулированным Рэдклифф-Брауном, был принцип «единства линиджа». Рэдклифф-Браун утверждал, что непременным условием клас- сификаторской системы родства является не только элементарная семья, но и клановая экзогамия 13, неизменный атрибут которой — наличие патрилинейного или матрилинейного линиджа, f т. е. генеалогической линии происхождения. В определении Рэдклифф-Брауна «патрилинейный линидж (или агнатный) состоит из мужчины и всех его потомков по мужской линии на протяжении определенного количества поколений», а клан — это «группа, которая, хотя в действительности не является линиджем (принадлежность к ней не может быть прослежена по реальным генеалогиям), но принимается за таковой» н. Разница между кланом и линиджем, по Рэдклифф- Брауну, заключается в том, что основатель первого — это, как правило, мифический персонаж, а основатель второго — лицо всегда реальное. В конкретных обществах линиджи различных таксономических уровней воспринимаются как иерархические подразделения максимальной генеалогической общности — клана. Сущность принципа «единства линиджа», по Рэдклифф-Бра- уну, заключается в том, что для индивида, условно поставленного в центр системы классификаторского родства, члены ли- ниджей всех его ближайших родственников (матеря, отца, дедов, бабок, жены и т. д.) включаются им в соответствующие категории, часто носящие общий термин родства. Анализируя материал по терминологии родства ряда североамериканских племен, собранный С. Тэксом, Рэдклифф-Браун продемонстрировал действие принципа «единства линиджа», которое выражалось, в частности, в племени Ва Ндау (система типа Омаха) в том, что дед по матери, брат матери, сын брата матери называются одним термином «дед» 15. Следующий структурный принцип, выводимый Рэдклифф- Брауном из широко распространенного, особенно в Австралии, обычая, по которому в одну категорию объединяются родственники через одно поколение, он назвал принципом «комбинации альтернативных поколений». Действие этого принципа в некоторых племенах Австралии проявлялось в обычае называть отца отца «старшим братом», а сына сына — «младшим братом» 1в. Значение, которое Рэдклифф-Браун придавал сформулиро* ванным им принципам, видно из его утверждения, что все существующие системы родства конструируются из ограниченного набора структурных принципов, «которые могут быть использованы и комбинированы различными способами. Характер структуры зависит от выбора, метода использования и комбинации этих принципов» 17. Исходя из своих идей о структуре и структурных принципах, Рэдклифф-Браун подходит к традиционным проблемам изучения систем родства и брака. Отвергнув эволюционистскую трактовку проблемы авунку- лата как основанную на чисто умозрительном предположении, что особые отношения, связывающие человека с дядей по матери, наблюдаемые во многих доклассовых обществах, — это пережитки матриархата в патриархальном обществе 1S, он заявил, что «обычаи, относящиеся к брату матери, не являются обособленным институтом, но частью единой системы; и ни одно объяснение части системы не может быть удовлетворительным, пока ке будет связано с анализом системы как целого» 19. Отношения интимности, привязанности и целого ряда обязательств по отношению к детям со стороны брата их матери Рэдклифф-Браун объясняет следующим образом: «В патриархальных обществах определенного типа особый образец поведения между сыном сестры и братом матери вытекает из образца поведения, существующего в отношениях между ребенком и его матерью (действие принципа «единства сиблингов». — А. Н.)... Тот же самый тип поведения имеет тенденцию быть распространенным на всех родственников матери, т. е. на всю семью или группу родственников, к которой принадлежит и брат матери (действие принципа «единства линиджа». — А. Н.)». Далее Рэдклифф-Браун обосновывает системную связь этих двух принципов со структурным принципом «комбинации альтернативных поколений», которая выражается у ряда народов в том, что наряду с термином «мужская мать» по отношению к брату матери применяется еще и термин «дед» 20, что означает своеобразную общность поведенческой модели, ассоциируемой с этими терминами. Приведенная особенность классификаторской терминологии родства выводит нас на положение концепции родства Рэдклифф-Брауна, которому он придавал чрезвычайно важное значение. Речь идет о специфическом типе отношений, которые он назвал «шутливыми отношениями» («joking relations»). Они представляют собой особую модель поведения в отношениях между родственниками определенных категорий и включают своеобразную комбинацию дружелюбия и антагонизма, это отношения «неуважения», санкционированного обычаем 2i. Прямой противоположностью «шутливых отношений» являются отношения подчеркнутого уважения. Эти альтернативные модели поведения, по утверждению Рэдклифф-Брауна, представляют собой единство противоположностей, всегда строго фик« сированы обычаем и играют большую роль в регулировании повседневной жизни в обществах, лишенных политической власти, где особое значение имеют родственные связи. Брак в этих обществах означает установление тесных отношений с группой, до сих пор относительно незнакомой, чужой; если в своей семье, клане человек занимает определенное положение, его права и обязанности по отношению к сородичам строго определены и привычны, то в отношениях с родственниками жены такой определенности нет. Подобная двойственность положения, не исключающая всевозможных недоразумений, угрожающих конфликтом, порождает набор правил, предписывающих подчеркнутое уважение и почитание старших по возрасту или по поколению (разновидностью этих правил являются обычаи избегания) и «шутливое отношение», доходящее до подтрунивания, к младшим и ровесникам, причем обижаться на подобное отношение считается «неприличным» 22. «Шутливые отношения» (под этим термином Рэдклифф-Браун имеет в виду не только модель собственно шутливых отношений, но всю совокупность типов поведения по отношению к чужакам), по мнению Рэдклифф-Брауна, вступают в действие всегда, как только возникает ситуация, в которой комбинированы тенденции, направленные на «соединение» (conjunction) и «разрыв» (disjunction) в социальных отношениях23, главным образом между представителями разных родственно-корпоративных групп или поколений одной группы. Особенно велика роль «шутливых отношений» в механизме передачи культурной традиции. Для того чтобы традиция сохранялась в бесписьменном обществе, как вполне справедливо полагает Рэдклифф-Браун, за ней должен стоять авторитет, который во многих таких обществах закреплен за первым восходящим поколением родственников; отсюда отношения подчинения и подчеркнутого уважения (одностороннего) между поколением детей и поколением отцов. Как своеобразный контраст, подчеркивающий этот тип отношений, устанавливаются «шутливые» отношения между поколениями дедов и внуков. У ряда народов внуки и деды относятся к одной категории и отношения между ними отличаются непринужденностью, доходящей в Австралии, например, до шутливых притязаний внуков на жен своих дедов 24. То обстоятельство, что поведенческая модель «племянник — дядя по матери» во многом напоминает модель «внук — дед», послужило, по мнению Рэдклифф-Брауна, причи ной «юридической фикции», по которой на дядю по матери часто распространяется термин «дед» 25. В полном соответствии со своими представлениями о роли структурных принципов Рэдклифф-Браун трактует проблему природы сорората, т. е. обычая жениться на сестре или другой родственнице умершей жены, широко распространенного во многих традиционных обществах. Сорорат, утверждает он, «наиболее часто встречается в связи с патрилинейным линиджем и тем, что может быть названо отцовскоправовым браком, и именно в этих условиях он наиболее эффективно функционирует, сохраняя и усиливая отношения, установленные браком»2в. Эта функция выражается прежде всего в том, что мужчина «может взять вторую жену без вступления в новые социальные связи (таким образом сохраняя уже установившиеся связи, поставленные под угрозу разрыва смертью первой жены. — А. Н.)... а вступление в брак с этой родственницей (сестрой жены или дочерью брата жены. — А. Н.) является просто результатом приложения принципа единства линиджа в системе пат- рилинейного линиджа» 27. Необходимо отметить, что Рэдклифф-Браун все особенности систем родства и брака, как, впрочем, и других социальных явлений, сводит к одной единственной функции — к сохранению и поддержанию социальной структуры общества. Таким же образом он объясняет обычаи, регулирующие заключение брака, в ^ том числе клановую экзогамию; «правила и обычаи, относящиеся к запрету или предпочтению браков, имеют социальную функцию защищать, сохранять или продолжать существующую структуру родства как систему институциональных отношений»28. Клановая экзогамия, утверждает Рэдклифф-Браун, выполняет ту же функцию, так как запрещает браки внутри линиджа, ибо подобный брак «разрушителен для его единства, ведь он создает в этой группе отношения брака, которые полностью несовместимы с установленными отношениями линиджа»28. Догма монофункциональности социальных явлений — характерная особенность структурного метода Рэдклифф-Брауна, она сказалась и на его трактовке проблемы брачного выкупа в «примитивных» обществах. Этот обычай он объясняет, с одной стороны, как своеобразную компенсацию за подрыв чувства внутренней солидарности родственной группы, из которой берут невесту, отсюда — широко известная этнографии ритуальная враждебность между партией жениха и партией невесты, часто выражающаяся в обряде «похищения» невесты30. Рэдклифф- Браун вслед за Э. Дюркгеймом именно в чувстве коллективной солидарности видит основу существования социальной структуры. С другой стороны, брачный выкуп рассматривается Рэд- клифф-Брауном как один из вариантов широко распространенного в традиционных обществах способа установления отношений путем дара и отдара, так как брак, по его мнению — это не ? только способ регулирования половых отношений, посредством которого создается новая семья, но «союз между двумя семьями или группами родственников»31, основная функция которого — «воссоздание социальной структуры» 32. * * * Критическая оценка вклада Рэдклифф-Брауна в область изучения отношений родства в доклассовых обществах предполагает прежде всего рассмотрение его подхода к этому явлению как одного из вариантов приложения метода структурного анализа к изучению эмпирической социальной реальности. Структурный метод Рэдклифф-Брауна теснейшим образом связан с его общесоциологическими воззрениями. Поэтому для определения эффективности этого метода в области изучения родства надо всегда четко разграничивать философские притязания его автора и реальные возможности его аналитических средств. «Как и всякая конкретная специализированная методология, — пишет специалист в области методологии науки 3. Г. Юдин, — структурно-функциональный анализ, с одной стороны, открывает новые пути научного исследования, а с другой — ограничен в своих возможностях. Дело в том, что структурно-функциональный анализ вполне сознательно ориентирован на изучение определенного типа изменений, а именно — изменений, не связанных с развитием, с историей общества. Поэтому он принципиально неисторичен... с чисто методологической точки зрения ориентация на изучение одного определенного типа изменений еще не является свидетельством принципиальной порочности соответствующей методологии, пока и поскольку эта методология не претендует на универсальность обеспечиваемых ею выводов и поскольку она не превращается в идеологию» 33. Именно на универсалистские претензии Рэдклифф-Брауна необходимо прежде всего обратить внимание при анализе его концепции родства. Свой структурный метод Рэдклифф-Браун использовал более или менее последовательно в одной области — в изучении родства. Он был склонен приписывать этому методу чрезвычайно обширные аналитические возможности: «Это единственный метод, при помощи которого мы можем надеяться в конце концов достичь широких обобщений о природе человеческого общества, т. е. о всеобщих характеристиках всех обществ прошлого, настоящего и будущего»34. Такое же значение Рэдклифф-Браун приписывал и выводам, полученным при помощи структурного метода. Естественнонаучный пафос позитивизма был в высшей степени свойствен Рэдклифф-Брауну и отразился в тех требованиях, которые он ставил перед «индуктивной» и «обобщающей» нау кой — социальной антропологией. Он заявлял, что «любая гипотетическая реконструкция только тогда может быть полностью' успешной, если она основана на твердом знании законов истории. Но только социальная антропология может дать такие законы» 35. О подобных претензиях буржуазных социологов на открытие универсальных общественных законов В. И. Ленин писал: «...начинать с вопроса, что такое общество, что такое прогресс? — значит начинать с конца. Откуда вы возьмете понятие об обществе и прогрессе вообще, когда вы не изучили еще ни одной общественной формации в частности, не сумели даже установить этого понятия...» 36. Рэдклифф-Браун так и не сформулировал ни одного сколько-нибудь значимого универсального общественного закона и одной из причин этого, по нашему мнению, послужило то, что саму категорию «общественного закона» он трактовал весьма примитивно — как простую повторяемость, регулярность и распространенность социальных явлений. А научную процедуру открытия законов представлял как «абстрагирование из социальных систем определенного структурного принципа, который мы находим в этом обществе и в другом, до тех пор, пока... мы сможем сформулировать то, что будет универсальным структурным принципом всех человеческих обществ» 37. Подобная позиция выражает эмпиризм и индуктивизм, доведенный до крайности и обрекающий науку на собирание фактов в ожидании той отдаленной эпохи, когда человечество будет, наконец, тотально исследовано единообразными методамиг что даст возможность сделать «эмпирически обоснованные обобщения». По сути дела подобный подход — это проявление скрытого агностицизма, против которого возражали даже те представители позитивистской социологии, для которых главенство индуктивного метода в научном познании не вызывало сомнений; в частности, подобный подход отвергал «духовный отец» Рэдклифф-Брауна Э. Дрюкгейм 38. Бэконовский «культ» индуктивного метода, как образно можно назвать главную черту методологической позиции Рэдклифф-Брауна, послужил основной причиной неудачи в достижении другой важной задачи, которую он ставил перед социальной антропологией, — в создании универсальной типологии обществ вообще и систем родства в частности (для Рэдклифф- Брауна эти явления были теснейшим образом связаны). Обязательным условием создания универсальной типологии Рэдклифф-Браун считал тотальное структуралистское исследование всех обществ, способное дать сопоставимые результаты. Если учесть, с одной стороны, огромное количество обществ и темпы их развития в XX в., а с другой стороны — скромное число социальных антропологов, воспринявших структуралистскую ориентацию Рэдклифф-Брауна, и существенные теоретические расхождения в рамках этой ориентации, становится оче- видным, что подобное мероприятие не могло осуществиться ни во времена Рэдклифф-Брауна, ни в обозримом будущем. Неда- ром Рэдклифф-Браун на протяжении своей без малого полувековой научной карьеры не раз ссылался на это обстоятельство, объясняя свои более чем скромные результаты. В конце своей жизни он был вынужден не без горечи признаться, что «мы до сих пор не имеем систематической общей типологии систем родства» и единственное, что он мог сказать об огромном разнообразии типов систем, — это то, что они делятся на «матриархальные и патриархальные»39 (Рэдклифф-Браун имеет в виду матрилинейность и патрилинейность). Несмотря на осознание практической невыполнимости тех условий, которые он сам поставил для формулирования общественных законов, Рэдклифф-Браун все же был склонен приписывать статус общественного закона своим структурным принципам родства, хотя эти принципы не соответствовали даже его неопределенному пониманию категории «закона». Те особенности поведения во взаимоотношениях между различными категориями родственников, которые Рэдклифф-Браун свел к нескольким структурным принципам, действительно весьма широко распространены в известных этнографии доклассовых обществах. Об этом свидетельствует обширнейшая этнографическая литература, да и сам Рэдклифф-Браун иллюстрирует свои выво- ? ды фактами из жизни многочисленных племен Америки, Африки, Австралии и Океании.
Но эти особенности, во-первых, отнюдь не абсолютно универсальны и, во-вторых, сведение их к нескольким «принципам» дает лишь формально классификационный эффект, потому что реально существующие системы родства представляют собой своеобразное и неповторимое сочетание и взаимодействие. Объяснять же качественную определенность этих сочетаний Рэдклифф-Браун вообще отказался, признав, что метод структурного анализа не позволяет ответить на вопрос, почему данное общество имеет эту систему родства40. Еще при жизни Рэдклифф-Брауна его универсалистские декларации о задачах социальной антропологии были подвергнуты сомнению некоторыми британскими учеными, в настоящее же время крах его претензий на выводы, имеющие философско- мировоззренческий характер, очевиден4I. Однако это не дает основания для отрицания научного значения теоретического наследия Рэдклифф-Брауна, ибо, как писал В. И. Ленин о философствующих представителях буржуазной науки, если «...ни единому из этих профессоров, способных давать самые ценные работы в специальных областях химии, истории, физики, нельзя верить ни в едином слове, раз речь заходит о философии...», то «...задача марксистов и тут и там суметь усвоить себе и переработать те завоевания, которые делаются этими «приказчиками» (В. И. Ленин имеет в виду «ученых приказчиков класса капиталистов»), и уметь отсечь их реакционную тенденцию...»42 В задачу настоящей статьи не входит противопоставление теоретическим воззрениям Рэдклифф-Брауна на отношение родства альтернативной предметно-содержательной теории этого явления. Наша цель — критически рассмотреть аналитические средства, с которыми Рэдклифф-Браун подходил к изучению отношений родства, их объяснительные возможности и показать, что, с одной стороны, структурный метод позволил ставить и решать ряд новых для британской социальной антропологии проблем изучения родства, а с другой стороны, раскрыть, как узость философско-мировоззренческой позиции автора в значительной степени ограничивала его возможности. Тезис Рэдклифф-Брауна о том, что в доклассовых обществах отношения родства — это прежде всего отношения социальные, далеко выходящие за пределы круга действительно кровных родственников и свойственников и играющие большую роль во всех сферах жизнедеятельности общества, явился в свое время большим шагом вперед в развитии буржуазной этнологии. Немалой заслугой Рэдклифф-Брауна было и то, что этот тезис стал отправной точкой при изучении социальной организации т. н. «примитивных» обществ в многочисленных этнографических экспедициях, давших богатый фактический материал. В настоящее время положение о социальной обусловленности отношений родства признано всеми ведущими специалистами в этой области этнографии 43. Непримиримая (и часто справедливая) критика Рэдклифф- Брауном эволюционистского метода изучения отношений родства привела его к сознательному отказу от исторических по своей природе проблем происхождения и развития этого института. Его метод структурного анализа была направлен на исследование проблем исключительно синхронного плана и основывался на данных, полученных при непосредственном наблюдении поведения индивидов, связанных отношениями классификаторского родства. В этой связи возникает проблема методологической правомочности разделения и противопоставления исторического и структурно-функционального подходов к изучению социальных явлений. В настоящее время становится все более очевидным, что «без методологически (но, конечно, не онтологически) обоснованного разведения синхронии и диахронии вряд ли возможно построение содержательных и конструктивных научных предметов, посвященных специальному изучению процессов функционирования»44. И поэтому, как нам кажется, то обстоятельство, что Рэдклифф-Браун подчеркнул право синхронического анализа на самостоятельное существование, является не пороком его подхода, а достоинством. И если нельзя согласиться с его тенденцией считать структурно-функциональный анализ основополагающим в изучении систем родства, а также с его резким ппотивопоставлением этого анализа историческим исследованиям, то надо признать, что эта позиция объясняется обстанов кой методологического кризиса в британской социальной антропологии в первой трети XX в. Эта обстановка отличалась до- * вольно резкой идейной конфронтацией, которая не могла не привести к излишней поляризации мнений. Э. Г. Юдин писал о подобной научной ситуации: «...рассмотренное в историко-мето- дологической перспективе такое обособление (диахронии и синхронии.— А. Н.) было в каком-то смысле неизбежной издержкой на пути углубления методологического базиса научного познания, имеющего своим предметом развивающиеся объекты. Положительным результатом этого процесса явилось осознание существенных различий между механизмами функционирования и механизмами развития объекта»45. Однако «положительным» методологическое разведение диахронии и синхронии в изучении общества можно назвать лишь при определенных оговорках. Абсолютизация структурно-функционального подхода и игнорирование историко-генетического анализа являлись грубым методологическим просчетом Рзд- клифф-Брауна, который в принципе не позволял даже приблизиться к открытию сколько-нибудь значимых общественных законов. Это оказалось под силу лишь методологии марксизма — историческому материализму и именно потому, что эта методология обосновала подлинно научный подход к анализу социальных процессов, «соединяющий принцип развития, историзма с г всесторонним учетом структуры и функционирования социальных организмов»4в. Если рассматривать структурализм Рэдклифф-Брауна как конкретно-научный, специальный метод, то в этом качестве он открыл для британской социальной антропологии ряд новых аналитических возможностей (хотя они являются таковыми лишь при постановке строго определенных, узких исследовательских задач). Ограниченность применения структурного метода вытекает из самого характера его основных понятий и принципов, которые суть не что иное, как априорные эвристические сентенции, ориентирующие на фиксацию и исследование строго определенных свойств и связей социальной реальности. Принципы метода Рэдклифф-Брауна по своей природе не предопределяют предметной содержательности получаемых с его помощью выводов, он сам признавал, что «понятие функции создает рабочую гипотезу, при помощи которой формируется определенное количество проблем для исследования» так же он определил понятие «системы»48 и представление об обществе как «функциональном целом»49. Идея о системном строении общества, наиболее полно и последовательно изложенная Рэдклифф-Брауном в «Естественной науке об обществе»50, лежащая в основе его структурного метода, должна рассматриваться как крупный вклад в развитие логики и методологии научного познания, но применение абстрактных логических конструкций, выражающих отношение эле- (ментов системы к самой системе, само по себе еще не достаточ но для изучения системных характеристик общества. Для этого совершенно необходимо четко определить, какие именно явления в обществе являются системообразующими, т. е. каким со- < держанием насыщаются такие понятия, как «социальная система», «социальная структура», «социальная функция», кроме того, какими бы совершенными ни были аналитические модели, жизнедеятельность конкретного общества будет всегда сложнее и богаче их, поэтому всегда существует опасность неоправданного упрощения изучаемых явлений. Все объяснения Рэдклифф-Брауном тех или иных особенностей конкретных систем родства — это, по сути дела, не что иное, как бесконечное повторение априорной формулы, выражающей модель соотношения элементов системы с самой системой. Именно так объясняет он такие явления, как брак, экзогамия, сорорат, авункулат и др. Хотя подчеркиваемое Рэдклифф- Брауном интегрирующее значение действительно свойственно многим общественным обычаям, определяющим отношения родства, может ли такое объяснение считаться достаточным даже в узких рамках анализа структурно-функциональных связей? Нужно признать, что оно слишком упрощает природу сложных социальных явлений, что в этом случае стремление к универсальности выводов было достигнуто дорогой ценой — ценой подмены всестороннего изучения явления тощей абстрактной фразой. В целом можем заключить, что ограниченные самой приро- ч дой структурно-функционального анализа объяснительные возможности метода Рэдклифф-Брауна были им еще более ограничены принятием тезиса о монофункциональности социальных явлений вообще и обычаев, регулирующих родственные отношения, в частности. Вполне справедливо считая отношения родства социальными отношениями, Рэдклифф-Браун саму категорию «социальные отношения» трактует как поведенческие отношения между двумя индивидами. Таким образом, он априорно ограничивает сферу своего анализа изучением лишь поверхности социальных отношений, их внешнего проявления. Такой подход полностью лишает исследователя возможности познать сущность глубинных системообразующих оснований всякой социальной структуры (в человеческом обществе — это процесс материального производства, включающий и производство материальных благ, и производство общественных отношений, и производство самих людей) . Диадные поведенческой модели и структурные принципы родства — это, по сути дела, конечный продукт структурного анализа отношений родства «примитивных» обществ Рэд- клифф-Брауна. Что же дают эти конструкции для познания природы отношений родства вообще и конкретных систем родства в частности? Для полевого эмпирического исследования первой и необходимой научной процедурой является фиксация наблюдаемых фактов и их классификация. Для этой процедуры поведенческие модели и структурные принципы Рэдклифф-Брауна могут по- служить неплохим техническим средством, так как позволяют обобщать повторяющиеся, инвариантные особенности поведения в отношениях между различными категориями родственников. Эти средства вполне пригодны для описания конкретных систем родства51 и для последующего их формального сравнения, но для познания природы и качественной характеристики этих систем они ничего практически не дают, так как дальше простой констатации не идут. Что же касается структуралистских объяснений, то они, как правило, сводятся к универсальным априорным формулам. Так, например, все особенности конкретных систем родства Рэдклифф-Браун «объясняет» действием того или иного структурного принципа. Как же понимает он это «действие», которое, судя по его концепции, определяет и сами поведенческие модели, а через них и поведение классификаторских родственников во взаимоотношениях друг с другом? Рэдклифф-Браун не дает прямого ответа на этот вопрос, но не трудно заметить, что его учение о структурных принципах, находящих воплощение в поведенческих моделях, вытекает из дюркгеймовского положения о «социальных фактах», которые суть «образы мыслей, действий и чувствований, находящиеся вне индивида и одаренные (г- принудительной силой, вследствие которой он вынуждается к ним»52. Доктрина социологизма, отразившаяся на трактовке Рэд- клифф-Брауном структурных принципов родства, заставила его при объяснении их действия остановиться на констатации того, что те или иные стереотипы поведения в отношениях между родственниками воспринимаются индивидом в уже готовом виде от общества. С общесоциологической, философской точки зрения подобная позиция — это выражение объективного идеализма. По этому поводу Э. В. Ильенков писал: «Идеализм —это совершенно трезвая констатация объективности идеальной формы, то есть факта ее независимого от воли и сознания индивидов существования в пространстве человеческой культуры, оставленная, однако, без соответствующего трезвого научного объяснения этого факта. Констатация факта без научно-материалистического объяснения и есть идеализм»53. Идеалистический, социологизаторский подход Рэдклифф- Брауна поставил непреодолимые препятствия для решения целого ряда конкретных проблем изучения отношений родства в доклассовых обществах. Этот подход делал невозможным научное объяснение механизма воспроизводства структуры родства как части общей социальной структуры. Решая эту проблему, Рэдклифф-Браун ограничился констатацией явлений, лежащих на поверхности: он считал заключение брачного союза «воссозданием социальной структуры»54, чрезвычайно упрощая тем самым ^ сложный процесс производства и воспроизводства общественных •отношений, который не может быть научно объяснен без обращения к сфере материального общественного производства, главным средоточием которого в доклассовых обществах является не эле- 4 ментарная семья, а общинные образования различного уровня. Поэтому Рэдклифф-Браун не смог объяснить сущности широко известного явления, когда родственные термины применяются при обращении к лицам, заведомо не являющимся родственниками, но принимающим участие в совместном производстве и потреблении материальных благ55. Подобные факты он объяснял стремлением «дикарей» отобрать из известных им моделей поведения, ассоциируемых с определенными родственными терминами, ту, которая в данном случае больше подходила бы к чужаку. Это происходило, по мнению Рэдклифф-Брауна, потому, что члены «примитивных» обществ попросту не знали бы, как себя вести, если бы не поместили чужака в свою систему родства. На уровне индивидуально-психологической мотивации человеческих поступков в конкретных случаях это объяснение выглядит убедительно, ло далеко не объясняет сущности явления. Так же не объясняет сложной природы группового родства (кланового, общинного) и структурный принцип «единства ли- ниджа». Этот принцип — не что иное, как простая констатация осознания индивидом единства групп, объединенных общностью происхождения. Для Рэдклифф-Брауна главное в этом осознании— та диадная модель поведения, которая из него вытекает, ^ а не то, что оно является отражением истинной природы родственно-корпоративного единства, имеющей определенную материально-производственную основу. Главной причиной того, что Рэдклифф-Браун не смог верно оценить такого важного аспекта социальных отношений в доклассовом обществе, как клановое или общинное родство, которое по своей природе существенно отличается от семейного и генеалогического56, послужила его теоретическая предвзятость. Скованный догмой социологизма, он при изучении родства отталкивался от аналитической модели, выражающей соотношение абстрактной категории общества «sui generis» (активный элемент) и индивида {пассивный элемент), которая привела его к утверждению, что «компонентами социальной структуры являются человеческие существа, а структура — это аранжировка индивидов в отношениях институционально определенных и регулируемых»57. При таком подходе социальные группировки перестают рассматриваться как субъекты социальных отношений, растворяются в межличностных отношениях и при анализе социальной организации отодвигаются на второй план. Однако как наблюдательный полевой исследователь Рэдклифф-Браун не мог не заметить того факта, что «существуют бесчисленные виды социальной деятельности, эффективное, проведение которых возможно только корпоративными группами; таким образом, там, где, как во многих бесписьменных обществах, главным источником социальной связи является признание родства, корпоративные родственные группы имеют тенденцию- стать наиболее важной чертой социальной структуры...»58. Это верное наблюдение не было развито Рэдклифф-Брауном в его концепции родства и по существу осталось простой констатацией факта. Идеалистическая ограниченность его научного мировоззрения не давала возможности верно понять материальные основания общественной деятельности и характера диалектической связи между общественной деятельностью и общественными группировками. Аналитические средства его метода не соответствовали этой задаче, так как были ориентированы на изучение индивидуального поведения, но не общественной деятельности. * * * Подводя итог нашему анализу структурного метода Рэдклифф- Брауна в его приложении к изучению отношений родства в доклассовых обществах, можем заключить, что этот метод в силу •самой природы структурно-функционального анализа вообще не может служить средством ни для познания природы и качественной определенности конкретных систем родства, ни тем более для постижения «универсальных законов родства», на что претендовал его автор. Идеалистическая научно-мировоззренческая позиция Рэд- клифф-Брауна, характерными чертами которой были бэконов- ский культ индуктивного метода и крайний эмпиризм, поставила его в положение, которое образно можно сравнить с положением муравья, ползающего по гигантской статуе. Муравей может получить верное представление об отдельных участках поверхности статуи, но никогда не сможет на основе этих представлений воссоздать образ, воплощенный в камне, и тем более понять природу этого образа. Подобная позиция заставила Рэдклифф-Брауна воспринимать отношения родства только как реализацию неких поведенческих моделей отношений между двумя родственниками, а систему отношений родства — как атрибут квазиреальности «sui generis», навязывающей индивидам те или иные нормы поведения, но не как продукт жизнедеятельности конкретного общества и форму деятельности индивидов, обладающих волей. Еще более ограничивал и без того ограниченные возможности структурного метода постулат о монофункциональности социальных явлений, в свете которого отдельные особенности родственных отношений рассматривались автором его исключительно через призму их интегративной функции, что является чрезвычайным упрощением этих отношений и свидетельством несоответствия логических средств объяснения и объясняемого явления. Все вышесказанное заставляет прийти к выводу, что подход Рэдклифф-Брауна к изучению отношений родства в доклассовых обществах, выраженный в его структурном методе и концепции родства, не дает возможности адекватного объяснения природы отношений родства в контексте производства и воспроизводства общественных отношений данного народа. Такое объяснение возможно только при анализе материальных оснований общественной деятельности и отношений в процессе этой деятельности, которые в доклассовых обществах имеют тенденцию принимать, форму родственно-корпоративных. Однако структурный метод Рэдклифф-Брауна обладает рядом положительных моментов, сыгравших известную роль в развитии той области этнографии, которая занимается системами: родства. Системные идеи Рэдклифф-Брауна стали сильным стимулом: для представителей «новой» социальной антропологии в их стремлении преодолеть методологическую порочность изолированного изучения отдельных особенностей систем родства и злоупотребления понятием «пережиток». Рэдклифф-Брауну принадлежит немалая заслуга в том, что- в западной этнографии институт брака перестал рассматриваться только как средство регулирования половых отношений. Он: один из первых в буржуазной науке подошел к этому институту как к явлению, устанавливающему целую сеть социальных связей между родственно-корпоративными группами, к которым принадлежат брачные партнеры. Принятие Рэдклифф-Брауном положения о том, что отношения родства в «примитивных» обществах являются выражением социальных отношений (при всей ограниченности его трактовки категории «социальные отношения»), способствовало более реалистичному раскрытию природы отношений родства, чем предшествовавшие и современные ему теории, либо абсолютизирующие случайность языкового выражения классификаторской терминологии, либо выводящие ее из биопсихической природы индивида, либо воспринимающие эту терминологию как отражение действительного «ровного родства и брака. Что касается реальных возможностей структурного метода изучения родства Рэдклифф-Брауна, то этот метод, во-первых,, дает аналитические средства и ориентирующие принципы главным образом для описания конкретных систем родства лишь на уровне поведенческих моделей в контексте общественной жизни маломасштабных доклассовых обществ при непосредственном их наблюдении; во-вторых, дает возможность анализа отдельных элементов системы родства в виде демонстрации лишь одной их функции — интегративной; в-третьих, позволяет сводить многообразные проявления норм обычного права, определявших отношения между классификаторскими родственниками, к ограниченному числу структурных принципов, которые применимы для формально-сравнительного анализа различных систем родства. Обобщая наши выводы, мы должны признать, что метод структурного анализа Рэдклифф-Брауна гораздо больше обещал, чем. могли позволить его аналитические возможности, так как, претендуя на выводы, имеющие универсальное, общесоциологическое значение, оставался при этом лишь средством специально-науч-. ного анализа не самого процесса развития и функционирования общества, а лишь элементарных предпосылок его в условиях маломасштабных доклассовых обществ. 1 Подробный анализ этих категорий см.: Веселкин Е. А. Кризис британской социальной антропологии. М., 1977. 2 African systems of kinship and marriage. Ed. A. R. Radcliffe-Brown and D. Forde. London, 1960, p. 4. 3 Brown A. R. The Andaman islanders. Cambridge, 1922, p. 52. 4 Radcliffe-Brown A. R. The study of kinship systems.— In: Structure and function in primitive society. London, 1958, p. 53. 5 Ibid., p. 62. 6 Radcliffe-Brown A. R. The mother’s brother in South Africa.— In: Structure and function in primitive society, p. 18. 7 Radcliffe-Brown A. R. The study..., p. 53. 8 Ibid., p. 51. 9 Malinowski B. Preface.— In: Firth R. We, the Tikopia. London, 1939, p. X. 10 African systems..., p. 34. 11 Ibid., p. 24. 12 Ibid., p. 26. 13 Brown A. R. The Andaman islanders, p. 53. Собственно, первым, кто открыл и научно обосновал тесную связь классификаторской системы родства с родовой организацией, был Л. Г. Морган. См.: Морган JI. Г. Древнее общество. Л., 1934, с. 250. 14 Radcliffe-Brown A. R. The study..., p. 69. 15 Ibid., p. 79. 16 Ibid., p. 69. 17 African systems..., p. 83. 18 Radcliffe-Brown A. R. The mother’s brother..., p. 15. 19 Ibid., p. 18. :20 Radcliffe-Brown A. R. On joking relations.— In: Structure and function in primitive society, p. 99. 21 Ibid., p. 91. 22 Ibid., p. 92. 23 Ibid., p. 95. 24 Ibid., p. 96—97. Its 25 Ibid., p. 99. ?26 African systems..., p. 65. 27 Radcliffe-Brown A. R. The study..., p. 81. 28 African systems..., p. 62. 29 Ibid., p. 68. 30 Ibid., p. 49. 31 Ibid., p. 51. 32 Ibid., p. 43. 33 Юдин Э. Г. Системный подход и принципы деятельности. М., 1978, c. 125. 34 Radcliffe-Brown A. R. The study..., d. 86. 35 Radcliffe-Brown A. R. Methods in ethnology and social anthropology.— In: Method in social anthropology. Bombey, 1973, p. 21. 36 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 1, с. 141. 37 Radcliffe-Brown A. R. A natural science of society. Glencoe, 1957, p. 4. 38 Дюркгейм Э. Метод социологии. Киев; Харьков, 1899, с. 86. 39 Radcliffe-Brown A. R. Structure..., р. 7. 40 Radcliffe-Brown A. R. The study..., p. 85. 41 См.: Веселкин Е. А. Структурализм: претензии на философию (теоретические проблемы британского этнологического структурализма).— В кн.: Этнография за рубежом. М., 1979. 42 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 18, с. 363—364. 43 В советской этнографии из этого положения исходят такие ведущие специалисты по социальной организации доклассового общества, как Д. А. Ольдерогге, А. Н. Бутонов, М. В. Крюков и др. См.: Ольдерогге Д. А. Основные черты развития систем родства.— Сов. этнография, 1960, № 6; Бутинов А. Н. Папуасы Новой Гвинеи. М., 1968; Крюков М. В. Система родства китайцев. М., 1972. 44 Юдин Э. Г. Системный подход..., с. 114. 45 Там же. 46 Федосеев П. Н. Некоторые методологические проблемы общественных наук.— Вопросы философии, 1979, № 11, с. 3. 47 Radcliffe-Brown A. R. On the concept of function in social science.— In: Structure and function in primitive society, p. 184. 48 Radcliffe-Browti А. R. The study..., p. 53. 49 Radcliffe-Browti A. R. On the concept..., p. 181. 50 Radcliffe-Brown A. R. A natural science... 51 В этой процедуре особое место за нимает способ фиксации систем родства, разработанный Рэдклифф- Брауном. См.: Radcliffe-Brown A. R. A system of notation for relationships.— Man, 1930, N 30, p. 93. 52 Дюркгейм Э. Метод социологии, с. 9. 53 Ильенков Э. В. Проблема идеального.— Вопросы философии, 1979 № 6, с. 140. 54 African systems..., p. 43. 55 См.: Бутинов Н. А. Типология родства.— В кн.: Проблемы типологии в этнографии. М., 1979; Он же. Общинно-родовой строй мотыжных земледельцев.— В кн.: Ранние земледельцы. Л., 1980. 56 См.: Бутинов Н. А. Типология родства, с. 74. 57 African systems..., p. 82. 58 Ibid., p. 43.
| >>
Источник: Бромлей Ю.В.. Пути развития зарубежной этнологии. 1983

Еще по теме А. А. Никишенков МЕТОД СТРУКТУРНОГО АНАЛИЗА А. Р. РЭДКЛИФФ-БРАУНА И ПРОБЛЕМА ИЗУЧЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ РОДСТВА В ДОКЛАССОВЫХ ОБЩЕСТВАХ:

  1. СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ «КОДЕКСА ЭТИКИ ОБЩЕСТВА ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ЖУРНАЛИСТОВ» США Е.С. Полякова Старооскольский филиал БелГУ
  2. ГЛАВА 2 МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ СЕМЬИ И СЕМЕЙНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  3. Изучение китайской системы родства
  4. Проблемы организации методов в комплексном психологическом анализе деятельности А. Н. Костин, Ю. Я. Голиков (Москва)
  5. 4.3. ПРОБЛЕМЫ СТАНОВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА, МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫХ И МЕЖКОНФЕССИОНАЛЬНЬХ ОТНОШЕНИЙ В КОНТЕКСТЕ СОВРЕМЕННЫХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ПРАКТИК
  6. Структура и коммунитас в обществах, основанных на родстве
  7. ГЛАВА 2 СТРУКТУРНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫМ АНАЛИЗ БИБЛИОТЕКИ
  8. ПРОВЕДЕНИЕ СТРУКТУРНОГО КОНТЕНТ-АНАЛИЗА
  9. 8.2. Структурный анализ процессов функционирования медиа в социуме и медиатекстов на медиаобразовательных занятиях в студенческой аудитории
  10. Методологизация: язык как метод в структурно-семиотической перспективе.
  11. Н. Я. Дараган ПРЕДМЕТ И МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ В «СТРУКТУРНОЙ АНТРОПОЛОГИИ» К. ЛЕВИ-СТРОССА
  12. 4.2. КОНФЛИКТ ЭКОНОМИКИ И ПОЛИТИКИ КАК ВЫРАЖЕНИЕ СТРУКТУРНОГО ПРОТИВОРЕЧИЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА
  13. 1.4.6. Проблема вины как ключевая проблема философской антропологии: Сопоставительный анализ
  14. 7. Изучение эффективности и анализ формы воспитательной работы
  15. Об изучении перевода: опыт филологического анализа и интерпретации
  16. МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ПСИХИКИ