<<
>>

ТРАДИЦИОННЫЕ ИНСТИТУТЫ ВЛАСТИ В ГАНЕ

Сложившиеся в доколониальную эпоху традиционные институты народов Ганы, как и других народов Африки, по-прежнему оказывают значительное воздействие на современную общественно-политическую и культурную жизнь.
В этой связи изучение традиционных структур и политических институтов, истории их эволюции помогает понять многие современные процессы, происходящие в этой стране. Одним из наиболее известных традиционных институтов является институт традиционных правителей, который в каждой историко-культурной области имеет свои особенности, связанные с этносоциальной организацией того или иного народа или группы народов. В Гане можно выделить три региона, которые в доколониальное время отличались уровнем социально-политического развития и типом традиционной политической культуры: — Конфедерация Ашанти — централизованное государство с развитой традиционной политической структурой, управляемое родовыми вождями во главе с верховным правителем; — территория, ставшая впоследствии собственно колонией Золотой Берег, где каждый этнос имел определенную иерархию традиционных правителей, возглавляемую верховным вождем; — северные территории — аморфные предгосударственные образования со слабой степенью политической централизации. Во главе омана — традиционной территориально-родовой организации народов акан, к которым принадлежат и ашанти. — стоял оманхене (ожене). Сакрализация этого титула выражалась в том, что он считался священной особой, посредником между умершими предками и живыми членами общины. Подданные должны были соблюдать определенные табу в отношении оманхене. Запрещалось смотреть, как он ест и пьет, — это каралось смертью. Сам оманхене не имел права ходить босым — и специальный слуга постоянно носил за ним запасные сандалии. Кроме того, оманхене вообще не мог каким-либо образом касаться земли, и в связи с этим церемония его смещения сводилась к тому, что его сажали три раза на землю, и таким образом оскверненный вождь уже не мог соответствовать принятому эталону магической чистоты1.
На традиционных советах за пределами омана оманхене разрешалось говорить только через переводчика-интерпретатора, который был посредником при всех беседах и выступлениях вождя. Оманхене считался хранителем земель предков и осуществлял контроль над землепользованием, хотя сам лично не мог распоряжаться землями. В его функции входило также ведение судебных дел, обеспечение порядка в Омане, объявление и прекращение войны, а также руководство всевозможными религиозными церемониями. В отличие от традиционных правителей других африканских народов, оманхене не был единоличным правителем. Так как ашанти ведут мат- рилинейный счет родства, то женщина играет значительную роль и в традиционных политических институтах. По традиции считалось, что истинным «хозяином» омана являлась королева-мать — оманхема (охема), а сам оманхене лишь исполнитель власти. Как правило, оманхема не была матерью вождя, а являлась его сестрой или сестрой его матери. При выборах нового верховного вождя ей принадлежало приоритетное право как главе всех ветвей данного рода. Если совет старейшин, который выносил окончательное решение, высказывался против той или иной кандидатуры вождя, королева-мать должна была предложить другой вариант. Оманхема могла выдвинуть в общей сложности три кандидатуры. Если и третий выбор был отвергнут (для чего должны были быть довольно веские основания), то совет старейшин выбирал одного из членов данного королевского рода2. Эта процедура в настоящее время по многим причинам не всегда соблюдается. Иногда оманхемы делают выбор в пользу своих детей, которые не всегда способны выполнять функции вождя. Нередко имеют место и чисто денежные соображения. В функции оманхемы входило руководство женским населением омана, церемониями «посвящения» девочек, а также ведение некоторых судебных дел. Кроме того, оманхема имела непосредственное отношение к процедуре смещения вождя. «Разжалование» вождя (destoolment) происходило по решению совета старейшин, но инициатором, как правило, была оманхема.
Обычно это происходило, когда правитель совершал серьезные проступки: нарушал табу, был уличен в адюльтере или совершил убийство. Если оманхеме не был согласен с решением совета старейшин своего омана, он мог обратиться к верховному вождю своего народа. У ашанти это асантехене, верховный правитель всех ашанти. После решения асантехене провинившийся вождь лишался титула оманхене и, естественно, власти и ее символа — деревянного трона, украшенного резьбой и аппликациями. Таким образом, в доколониальный период институт традиционных правителей ашанти представлял собой сочетание, с одной стороны, сильной централизованной власти в лице вождя омана и федерального верховного правителя асантехене и, с другой стороны, элементов демократии, представленных советом старейшин, который частично ограничивал власть вождей. Народы, населяющие Атлантическое побережье и впоследствии вошедшие в собственно колонию Золотой Берег, — фанти (аким, аквапим, фету), га, эве (анло, анехо) и другие уже имели институты власти, сходные с ашантийскими, но с некоторыми отличиями. I Фанти, как и все народы акан, имели матрилинейный счет родства. Главой семьи считался дядя матери. Однако, в отличие от ашанти, вожди не имели соправительниц-оманхем и были более независимы от верховных правителей. Народы га вели патрилинейный счет родства. Большая роль принадлежала военным организациям (асафо), так как га вели активные военные действия, связанные с охотой на рабов. В мирное время общину возглавлял вождь-жрец — мантсе, а в период военных действий — выборный военный вождь. У эве должность вождя большой патриархальной семьи хотя и считалась выборной, но постепенно становилась наследственной, а роль совета старейшин была значительно меньше, чем у народов акан3. Северные районы Ганы — наименее изученные — населены народами вольтийской группы: дагомба, моей, мампруси, нанумба, конкомба и др. Наиболее крупным народом являются дагомба. Верховная власть у дагомба принадлежала правителю я-на и передавалась по мужской линии по наследству.
Большую роль играл совет старейшин, который являлся своего рода верховным судом и мог накладывать любые наказания, вплоть до смертного приговора или обращения в рабство. Верховный правитель у мампруси назывался на-йири, у годжа — ябум-вуру, у нанумба — бимбила-на. В отличие от южных народов, символом власти традиционных правителей которых были деревянные троны, у северных народов власть символизировали шкуры животных, на которых восседали правители во время празднеств и торжественных церемоний. Основное отличие института традиционного правления Севера от Конфедерации Ашанти и народов побережья состояло в том, что вожде- ства на Севере были абсолютно независимы друг от друга во всех делах и не имели такого центрального политического аппарата, какой был, например, в Конфедерации Ашанти4. Как уже отмечалось, традиционные правители считались священными особами, которые помимо своих основных функций руководства повседневной жизнью общины осуществляли и посреднические функции между духами предков и живыми. Культ предков, составляющий основу традиционных верований африканских народов, касался в первую очередь умерших вождей и старейшин. Согласно традиционным представлениям, предки постоянно присутствуют среди живых и оказывают воздействие на их повседневную жизнь, руководят поступками человека, способствуют благосостоянию общины, наказывают за нарушение норм и обычаев рода и т.п. Руководство торжествами и церемониями, посвященными предкам, было прерогативой традиционных правителей. Обычно эти ритуалы сопровождались пышными обрядами и жертвоприношениями в честь умерших оманхене и асантехене, освящением нового урожая, просьбами к духам предков о покровительстве и т.д. Наиболее известным празднеством, посвященным культу предков, у народов Ганы был и остается фестиваль Адаэ, который происходит дважды в течение каждых 42 дней. Один из них, более пышный, выпадает на воскресенье (Аквасидаэ), другой — на среду (Вукудаз). О наступлении праздника оповещается боем барабанов, специально изготовленных из кедра (связанного, по поверьям, с духом дерева) и кожи уха слона.
Барабанщики боем и пением взывают к наиболее из- вестным предкам своего народа и воспевают историю рода. Крестьяне приходят и из отдаленных деревень, чтобы принять участие в праздновании. Основное действие совершается в специальном помещении, где хранятся троны-скамейки предков и куда могут войти только вождь и несколько старейшин. Вождь обычно окропляет пол дома и скамейки предков водой и пальмовым вином, а также раскладывает на скамейки приготовленную для них еду. После этого приносится в жертву овца, кровью и нутряным жиром которой смазываются скамейки. При этом вождь перечисляет имена предков рода, начиная со старейшего и наиболее почитаемого. Таким образом сохранялась память о предках, чья жизнь и поведение могли служить образцом для последующих поколений. После основной церемонии поминания и умилостивления предков начинался непосредственно сам праздник, сопровождавшийся пением, танцами, игрой на барабане5. Другими праздниками, связанными с почитанием умерших вождей, например у народа факти, являются фестивали Эгуадото и Ахобаа. Последний обычно происходит в конце мая — начале июня и связан с освящением нового урожая ямса6. В целом культ предков сплачивал людей на основе родственных связей, общей земли, чувства неразрывности с прошлым, и вождь являлся живым символом всего этого. Сила и авторитет традиционных правителей Ганы были тем фактором, который побудил британскую колониальную администрацию не только не разрушать, но использовать этот политический институт для успешного управления завоеванными территориями. Тем не менее в колониальный период традиционные структуры претерпели ряд изменений, связанных с приспособлением их к нуждам английской колониальной администрации. Реформы местного управления 1920-х годов значительно укрепили позиции верховных правителей за счет ослабления прерогатив вождей более низких рангов. Именно из среды верховных вождей избирались представители в Законодательный совет и в местные советы, учрежденные в каждой провинции. Как отмечают исследователи, провинциальные советы вождей не имели аналогов среди традиционных политических институтов собственно колонии Золотой Берег.
Это был новообразованный институт с традиционными элементами7. Должностные иерархии правителей различных рангов, отличавшиеся друг от друга у ганских народов, были нарушены. Закон о местной администрации 1927 г. признавал существовавшую у фанти иерархию вождей в качестве универсальной и распространил ее на всю территорию Атлантического побережья8. Конфедерация Ашанти была наиболее централизованным государством на территории современной Ганы с четко сложившимися политическими структурами власти, более всего подходящими для британской системы косвенного управления. Тем не менее английская колониальная администрация в начале своей деятельности не могла использовать существовавшие традиционные институты дпя колониальных служб, так как ашанти, в отличие от других народов, завоеванных англичанами, оказали сильное вооруженное сопротивление. Во главе этой борьбы стояли традиционные верховные правители. В связи с этим Великобритания была вынуждена проводить политику прямого управления, фактически разрушив политические структуры конфедерации. Лишь к середине 20-х — началу 30-х годов XX в. традиционные политические институты ашанти были постепенно восстановлены и приспособлены английскими колониальными властями к системе непрямого управления. К этому времени (1935 г.) вышло несколько законов о восстановлении Конфедерации Ашанти, состоящей из 21 омана. Был создан Совет конфедерации во главе с верховным правителем — асантехене, наделенный законодательной и судебной властью по отношению ко всем ашанти. Однако, несмотря на внешнюю самостоятельность, деятельность традиционной власти жестко контролировалась колониальной администрацией. Колониальные чиновники определенных рангов могли назначать и распускать суды, отменять приговоры, вынесенные традиционным судом, увольнять членов судов и т.п. Хотя вожди избирались в соответствии с существовавшей традицией, их статус тем не менее должен был быть одобрен губернатором. В этот период были нарушены и традиционные взаимоотношения между асантехене и верховными вождями, самостоятельность последних в решении внутренних дел была значительно сокращена, в то время как полномочия асантехене, возглавлявшего Совет конфедерации, расширены, что было удобно колониальной администрации. На севере Ганы реформы местного управления привели к тому, что произошло смешение вождей, получивших свои титулы по традиционным нормам и обычаям, с вождями, назначенными колониальными чиновниками и нередко имевшими незнатное происхождение, чьи предки никогда не возглавляли родовые общины. В результате в местные органы управления вошли назначенные вожди, которые не пользовались авторитетом у местного населения. Эти органы власти составили новый политический институт, не имевший корней в традиционном обществе. Кроме того, в отличие от вождей прибрежных территорий и Конфедерации Ашанти, вожди Севера были лишены такой важной традиционной функции, как право распоряжаться землей. В 1931 г. все земли северных территорий Ганы были объявлены общественными и переданы под контроль губернатора9. Таким образом, административные реформы колониальных властей в целом ослабили институт традиционных правителей фактически во всех регионах Ганы, уменьшив властную и финансовую самостоятельность вождей, нарушив должностную иерархию правителей различных титулов и рангов, повысив прерогативы верховных властей и в то же время уменьшив их престиж в глазах общинного крестьянства как проводников непопулярных мер колониальной администрации. Кроме того, широкое распространение христианства и обращение многих вождей в эту религию существенно снизили значимость института традиционных правителей. По мере развития колониального общества изменялось положение традиционной знати. Появились определенные слои (торговцы, бизнесмены, группы интеллигенции, получившие западное образование), представители которых были нередко гораздо состоятельнее многих вождей и экономически от них никак не зависели. Происходило постепенное обуржуазивание и самих традиционных правителей. Многие из них использовали в целях личного обогащения общинные земли, где выращивали деревья какао для продажи какао- бобов, занимались торговлей, ростовщичеством, открывали через подставных лиц счета в банках и т.д. Многих вождей можно было обвинить в злоупотреблениях и коррупции. В то же время многие традиционные правители, особенно в глубинке, были неграмотны и консервативны10. Все это способствовало тому, что ко времени получения независимости большой авторитет приобрела нарождающаяся нетрадиционная элита, нередко имеющая высшее европейское образование и получившая некоторый опыт управления в колониальной администрации — в местных советах, судах и т.п., и которая составляла серьезную конкуренцию традиционным правителям. Однако новые правительства понимали, что в повседневной жизни для большинства сельского населения и городских низов вожди по- прежнему оставались высшей инстанцией, связующим звеном с предками и своими соплеменниками. Так, верховный правитель одной из областей Ганы — Нана Квадо Адухене II отмечал в 1991 г., что если он будет хотя бы присутствовать при объявлении какого-либо мероприятия, то население области проведет его в жизнь, но оно обречено на провал в любом другом случае11. Поэтому уже первое правительство независимой Ганы, существенно ограничившее статус и прерогативы вождей, не устраняло их полностью из управления, так как «любая попытка в этом направлении вызвала бы ответную реакцию, которую президент К.Нкрума не мог допустить»12. Последующие правительства Ганы также стремились максимально ограничить власть традиционных правителей. Если согласно «Акту о вождях» 1971 г. вождям для представительства в районных советах выделялась одна треть мест, то Закон о местном самоуправлении 1981 г. такого положения не предусматривал. В нем лишь говорилось о том, что традиционные вожди являются одной из групп, с которой Высший совет Национальной обороны (правительство Ганы) консультируется при назначении своих представителей в районные ассамблеи. Учитывая складывающуюся ситуацию и стремясь идти в ногу со временем, а также для упрочения своего положения и демонстрации лояльности центральному правительству Ганы традиционные советы при местных органах власти предприняли ряд шагов. Они объявили о пересмотре некоторых норм традиционного права, которые уже длительное время подвергались резкой критике руководства страны. В частности, район- ная ассамблея г. Бавку (Верхне-Восточная область) по предложению традиционного совета приняла решение об уменьшении выкупа за невесту. В Центральной области традиционный совет объявил запрет на ритуальные убийства, осуществляемые после смерти вождя. Национальная палата вождей Верхне-Западной области вынесла на обсуждение ассамблеи вопрос о наложении запрета на ритуалы, ущемляющие права детей. Раньше речи вождя для традиционного совета писались клерками и зачитывались от имени вождя особым чиновником, состоящим при нем, — интерпретатором. В настоящее время многие вожди выступают сами на симпозиумах, дают анализ событий, принимают активное участие в дискуссиях. Многие из них подают пример грамотного управления в области сельского хозяйства, в бизнесе13. Современные политики прекрасно понимают сохраняющуюся роль традиционных структур в жизни ганского общества. Недаром в наиболее трудные и кризисные моменты политические деятели постоянно обращались и обращаются за помощью к традиционным правителям, которые играют значительную роль в урегулировании этнических и этнокон- фессиональных конфликтов. Это со всей очевидностью продемонстрировали события 1994 г., когда в межэтнических столкновениях на Севере Ганы между конкомба, с одной стороны, и нанумба, дагомба и гонджа — с другой, погибло огромное число людей14. Именно к традиционным советам вождей обратились за помощью региональные власти Северной области, с тем чтобы остановить кровопролитные столкновения, продолжавшиеся в течение всего года. Активное участие в разрешении этого конфликта принял и президент Национальной палаты вождей — Оденехо Одуру Нумапао. Помимо своей функции хранителей самобытной культуры, древних традиций и обычаев «вожди всегда представляли силу в политической жизни Ганы, и сегодня они предлагают правительству свою мудрость и опыт как в деятельности Национальной палаты вождей, так и в региональных палатах»15. Эта идея зафиксирована и в новой конституции Ганы, положения которой гарантируют сохранение института вождей и деятельность традиционных советов. 7 История Ганы в новое и новейшее время. М., 1985, с. 87. 8 Edsman В.М. Lawyers in Gold Coast Politics: 1900-1945. Stockholm, 1979, p. 109-110. 9 Staniland M. The Lions of Dagbon: Political Change in Northern Ghana. Cambridge, 1975, p. 42. 10 Sarpong P.A. Ghana in Retrospect, p. 98. n Материалы ТАСС. 19.07.1991. 12 West African Chiefs. Ile-lfe, 1970, p. XXVII. 13 Instrument of Progress. — West Africa. 1994, № 4017, p. 1671. '*Akwetey E.O. Ghana: Violent Ethno-Political Conflicts and the Democratic Challenge. — Challenges to the Nation-State in Africa. Uppsala, 1996, p. 102-135; Davis D. Fatal Miscalculation. — West Africa. 1994, №3987, p. 356. 15 Cultural Policy in Ghana. P., UNESCO, 1975, p. 13.
<< | >>
Источник: Н.А.КОЧНЕВА. Традиционные культуры африканских народов: прошлое и настоящее. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН.. 2000

Еще по теме ТРАДИЦИОННЫЕ ИНСТИТУТЫ ВЛАСТИ В ГАНЕ:

  1. Глава IV ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА
  2. § 3. ОРГАНЫ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  3. КОММЕНТАРИЙ ИЗБРАННЫХ МЕСТ КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ
  4. А.А.Гриценко ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ АРХИТЕКТОНИКА: ОБЪЕКТ, ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ
  5. КОММЕНТАРИЙ
  6. ГЛАВА 1. «РУССКИЙ ТРАНЗИТ» НАЧАЛА ХХ ВЕКА: ИСТОРИЯ ИЗМЕНЕННОГО МАРШРУТА
  7. В. Г. Сергеева ВОПРОСЫ ЗАСЕЛЕНИЯ АМЕРИКИ И ТРАНСОКЕАНСКИХ КОНТАКТОВ В ТРУДАХ ХУАНА КОМАСА
  8. ТРАДИЦИОННЫЕ ЭТНИЧЕСКИЕ КУЛЬТУРЫ В СОВРЕМЕННОЙ АФРИКЕ: ТОЛЬКО ЛИ ПРОШЛОЕ?
  9. Глава 1 САКРАЛИЗАЦИЯ ВЛАСТИ ЦАРЕЙ И ВОЖДЕЙ В АФРИКЕ ЮЖНЕЕ САХАРЫ
  10. ТРАДИЦИОННЫЕ ИНСТИТУТЫ ВЛАСТИ В ГАНЕ
  11. Глава X ТРАДИЦИОННЫЕ КУЛЬТЫ И ВЕРОВАНИЯ В ЗАПАДНОЙ АФРИКЕ
  12. ТРАДИЦИОННАЯ КУЛЬТУРА ОХОТНИКОВ-СОБИРАТЕЛЕЙ БУШМЕНОВ
  13. СПОСОБЫ РАЗРЕШЕНИЯ МЕЖЭТНИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ
  14. Виды и особенности власти
  15. Законодательные органы власти
  16. Нравственная составляющая судебной власти в России начала XVIII - первой половины XIX в.
  17. 1.1. Возрождение этнической культуры как социально-               историческая проблема
  18. 2.1. Закономерности генезиса образовательных систем при прогнозе развития этнокультурной системы образования
  19. ГЛАВА 73 КОНЕЦ ПРАВЛЕНИЯ БЕЛЫХ В ЗАПАДНОЙ АФРИКЕ
  20. 1.2. Социальные медиа в реализации диалога общества и власти