<<
>>

3.2. Политический механизм формирования позитивной этнической идентичности центрально-азиатских диаспор Республики Татарстан

Завершающая часть диссертационной работы содержит ответ на вопрос о действующей политической системе управления этническими, идентификационными, диаспоральными, миграционными процессами в регионе. Проводится всесторонний анализ представлений центрально-азиатских диаспор об этом механизме и его экспертная оценка.

Диссертант исследует политическое оформление прав этнических сообществ в Республике Татарстан, обозревает достижения местных властей в регионально-правовой деятельности и роль этнополитических организаций различного уровня в позитивизации этнической идентичности центрально-азиатских диаспор.

В рамках изучения средств профилактики негативной этнической идентичности центрально-азиатских диаспор Татарстана диссертант проанализировал деятельность соответствующих национально-культурных автономий, действующих на территории республики. Наряду со стандартизированным интервью с членами центрально-азиатских диаспор диссертантом был проведен экспертный опрос с руководителями одноименных национально-культурных автономий. Среди экспертов, принявших участие в интервью, 41,5% являются председателями центрально-азиатских национально- культурных автономий, 17% – их помощниками, еще 41,5% – лидерами молодежного крыла данных НКА (Приложение 5, Таблица 1). Эксперты проживают в Татарстане на протяжении длительного срока: это в среднем около

20-ти лет (Приложение 5, Таблица 3).

Деятельность НКА, по оценкам экспертов, многогранна и охватывает широкий спектр задач, стоящих перед ней: от решений личных проблем членов диаспоры до налаживания межгосударственных связей между Родиной и

Татарстаном (Приложение 5, Таблица 2). Среди основных направлений деятельности центрально-азиатских НКА можно выделить следующие:

· сохранение национального языка, традиций, культуры, национальной самобытности в целом;

· решение проблем земляков-мигрантов, связанных с оформлением документов;

· решение личных проблем членов диаспоры (в том числе, материальных);

· попечительство семей членов диаспоры;

· объединение молодежи диаспоры, воспитание в них межконфессиональной и межэтнической терпимости;

· укрепление межнационального взаимопонимания и дружбы между народами Татарстана;

· всестороннее развитие отношений между страной исхода и Татарстаном. Проблемы, стоящие перед НКА в основном проблемы связанны

с мигрантами, языковым барьером между ними и населением Татарстана, оформлением необходимых для их легального пребывания в республике документов, содействии в поиске работы и т.д., их дальнейшей социокультурной адаптации в РТ (Приложение 5, Таблица 5).

Данные задачи центрально-азиатские НКА решают при помощи проведения совокупности мероприятий административного, социального, культурного и организационного характера. Личные проблемы членов диаспоры руководство НКА обсуждают с ними на всевозможных встречах, собраниях, при индивидуальных беседах, а также на страницах периодических изданий, прежде всего, изданий Ассамблеи народов Татарстана, например, в журнале «Наш дом Татарстан» (Приложение 5, Таблица 4). Среди наиболее эффективных методов решения проблем мигрантов главными, по мнению экспертов, являются: информирование и консультирование земляков по организационным и документационным вопросам, а также сотрудничество НКА с органами власти Татарстана: с МВД, УФМС и другими соответствующими ведомствами и службами (Приложение 5, Таблица 6).

Руководство НКА проводят частые общие собрания с членами диаспоры:

66,7% руководителей проводят их каждый день, 25% - несколько раз в неделю (Приложение 5, Таблица 29).

Индивидуальные встречи проводятся реже, но также достаточно часто: от еженедельных (33,3%) до ежемесячных (49,8%) встреч (Приложение 5, Таблица 30). Среди основных причин обращений к руководителям НКА со стороны членов диаспоры: личные затруднения (417%), проблемы мигрантов (33,3%), сложности, связанные с оформлением различных документов (25%) или обучением в школах и университетах (8,3%) (Приложение

5, Таблица 31).

Помимо указанных проблем, важнейшей задачей НКА, по мнению экспертов, является сохранение этнической идентичности членов центрально- азиатских диаспор, и прежде всего, сохранение и передача национального языка. Данную задачу НКА решают в рамках Воскресной многокультурной языковой школы, созданной при Ассамблее народов Татарстана (Приложение 5, Таблица

15). Эксперты отмечают, однако, что важнейшим источником и передатчиком знаний о родной культуре и языке является, конечно, семья. Именно общение внутри семьи способствует как передаче родного языка, так и сохранению родной культуры и традиций (Приложение 5, Таблица 16). По мнению экспертов, важнейшими принципами строительства семейной жизни являются: национальные традиции (66,4%), правила шариата (49,8%), а также общие нормы российского общества как страны проживания (49,8%), ценности которой следует учитывать (Приложение 5, Таблица 19).

Эксперты отмечают важность успешной социокультурной адаптации членов диаспоры в Татарстане. Особо ими ставятся вопросы о языковой и этнокультурной компетентности своих земляков, в том числе вопрос языкового барьера, остро стоящий перед многими мигрантами. Эксперты различных НКА неодинаково оценили ситуацию языкового барьера между членами центрально- азиатских диаспор и основным населением Татарстана. По оценкам экспертом, для казахской диаспоры Татарстана проблемы языкового барьера не существует. Руководители кыргызской и туркменской НКА считают данную проблему как

незначительную и решающуюся со временем. Другие НКА помогают землякам- мигрантам освоить русский язык в Воскресной языковой школе, а также на специальных курсах русского языка, которые проводятся как при Ассамблее народов Татарстана, так и на Родине. Кроме того, при НКА организована служба переводчиков (Приложение 5, Таблица 17).

Также экспертами было отмечено, что члены центрально-азиатских НКА обладают высокой языковой компетентностью не только в родном языке (здесь компетентность почти 100%-ная), но и в русском и татарском языках (Приложение 5, Таблицы 8-13). Такой уровень языковой компетентности членов центрально-азиатских диаспор, по мнению экспертов, содействует развитию межкультурных коммуникаций в республике (Приложение 5, Таблица 14). Уровень этнокультурной компетентности членов центрально-азиатских диаспор, по оценкам экспертов, достаточно высок и может быть определен как «выше среднего». Так считают большинство экспертов (7,4%), принявших участие в интервью (Приложение 5, Таблица 26).

Представляют интерес ответы экспертов на вопрос об этнокультурных различиях между членами центрально-азиатских диаспор и титульными народами Татарстана (татарами и русскими). По мнению 41,7% экспертов этнокультурные различия «стираются» при длительном проживании в зоне иной культуры (Приложение 5, Таблица 21), что объясняет некоторое различие в этнической идентичности членов диаспоры и жителями исторической Родины. Однако большинство экспертов уверены, что вследствие проживания в «чужой» культуре, этническая идентичность членов центрально-азиатских диаспор и их бытовая культура, в целом не меняется или претерпевает незначительные изменения (Приложение 5, Таблица 23). Основными «зонами» на территории Республики Татарстан, в которых пребывают центрально-азиатские диаспоры, стали крупные города. Так, эксперты отметили, что исследуемые организуют свои диаспоры преимущественно в больших городах, в числе которых Казань, Набережные Челны, Альметьевск и другие крупные города Татарстана (Приложение 5, Таблица 22).

Большинство экспертов (83,4%) уверены, что между центрально- азиатскими диаспорами и титульным населением нет выраженной этнокультурной и этносоциальной дистанции (Приложение 5, Таблица 32). Эксперты единогласно высоко оценили состояние межэтнических отношений в Татарстане, охарактеризовав их как «добрососедские» (Приложение 5, Таблица

35). Это, по их мнению, благоприятно влияет на процессы идентификации центрально-азиатских диаспор в республике: 91,7% экспертов уверены, что члены диаспор не ощущают себя «чужими» местному социокультурному сообществу и

100% экспертов сами не ощущают такой «чуждости» (Приложение 5, Таблицы 36-

37).

Общий уровень удовлетворенности жизнью в РТ в оценках экспертов высок: 75,1% удовлетворены условиями жизни в Татарстане полностью (Приложение 5, Таблица 48), как и уровень удовлетворенности проводимой в Татарстане национальной политикой (Приложение 5, Таблица 50). По мнению экспертов, Татарстан – уникальное в положительном смысле место для проживания центрально-азиатских диаспор: это благоприятный, толерантный регион с добрососедскими межэтническими отношениями и высоким уровнем жизни, титульные народы которого объединены с членами центрально-азиатских диаспор единством религии (ислама), общностью языковых и исторических корней и т.д. (Приложение 5, Таблица 49).

В целях гармонизации межэтнического фона республики и дальнейшего осуществления успешной деятельности центрально-азиатских НКА, эксперты считают целесообразным развивать следующие направления своей работы:

1) Сотрудничество с органами власти РТ; 2) Открытие филиалов своих НКА в городах РТ; 3) Расширение сферы межправительственных коммуникаций на официальном уровне; 4) Участие в молодежной политике РТ; 5) развитие молодежного Крыла Ассамблеи народов Татарстана, в том числе: создание национальной фольклорной группы, создание национальной команды КВН, создание национальной команды по футболу; 6) Проведение различных форм

массовых мероприятий, в том числе: спортивные мероприятия, национальные праздники, благотворительные акции.

Руководители центрально-азиатских НКА обладают всей совокупностью инструментов и средств помощи своим диаспорам по их адаптации в социокультурных условиях Татарстана. Важнейшей своей задачей руководители НКА считают сохранение этнонациональной идентичности членов своих диаспор, а важнейшей своей функцией – развитие межгосударственных связей между Родиной и Россией и налаживанию парадипломатических отношений между Родиной и Татарстаном как залога благоприятных межнациональных взаимодействий.

Усилия этнополитических представительских институтов базируется на концептуальных основах российского общенационального и регионального, татарстанского законодательства. В рамках политико-правового регулирования этнических процессов создано множество законов, положений, указов и т.д. Наиболее значимые из них, действующие на региональном уровне, по мнению диссертанта, следует отметить особо.

Государственная национальная политика в Республике Татарстан выстроена с целью обеспечения равных условий жизнедеятельности всех национальных общин и граждан, составляющих многонациональный народ республики 1 . На сегодняшний день в Татарстане сложилась система регулирования и взаимодействия в сфере этнических отношений, в которой значительная роль отводится органам государственной власти и общественным этнокультурным

объединениям2.

1 Конституция Республики Татарстан : ЗРТ от 30.11.1992 г. № 1665-XII [Электронный ресурс] // Информационно-правовое обеспечение Гарант. URL:http://constitution.garant.ru/region/cons_tatar/ (дата обращения 17.09/.2014); Указ Президента Республики Татарстан «О Концепции государственной национальной политики в Республике Татарстан» : Указ Президента Республики Татарстан от 26.07.2013 № УП-695 [Электронный ресурс] // Российская газета.

2013. URL: http://www.rg.ru/2013/08/13/tatrastan-ukaz695-reg-dok.html (дата обращения

25.07.2014);

2 Федеральный закон «Об общественных объединениях»: ФЗ РФ от 07.12.2012 № 602-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 21. С. 1930; Федеральный закон

«О национально-культурной автономии» : ФЗ РФ от 17.06.1996 № 74-ФЗ // Собрание

законодательства Российской Федерации. 1996. № 24. Ст. 2837; Закон Республики Татарстан «О

К органам государственной власти, в рамках своей компетенции занимающимися вопросами этноконфессиональных отношений, относятся: Государственный Совет РТ (в котором действует Комитет по культуре, науке, образованию и национальным вопросам), Управление по реализации национальной политики при Департаменте по вопросам внутренней политики Президента РТ, Кабинет Министров РТ (отдел культуры и развития языков народов Республики Татарстан), Совет по делам религий при Кабинете Министров РТ и действующая при нём Комиссия по вопросам государственно- конфессиональных отношений, Министерство культуры РТ (отдел межрегионального и межнационального сотрудничества и выставочной деятельности), Министерство образования и науки РТ (отдел учебно- методической литературы и межрегионального сотрудничества), Министерство по делам молодёжи, спорту и туризму РТ и ряд других.

Кроме этого, отдельные вопросы межнационального и межконфессионального характера решаются на уровне Совета безопасности РТ, Совета муниципальных образований РТ, Министерства внутренних дел РТ (отдел информации и общественных связей) и Антитеррористической комиссии РТ. Межнациональные и межконфессиональные отношения являются одним из направлений деятельности Общественной палаты РТ, в рамках которой функционирует Комиссия по вопросам этноконфессиональных отношений, а также – Координационного совета Министерства внутренних дел РТ, Управления федеральной миграционной службы по РТ и Ассамблеи народов Татарстана.

Основополагающие принципы, регулирующие вопросы межнациональных и межконфессиональных отношений, заложены в Конституции Республики Татарстан, в Законе РТ «О государственных языках Республики Татарстан и других языках в Республике Татарстан», в Государственной программе Республики Татарстан по сохранению, изучению и развитию государственных

языков Республики Татарстан и других языков в Республике Татарстан на 2004 –

национально–культурных автономиях в Республике Татарстан» : ЗРТ от 12.05.2003 № 15-ЗРТ [Электронный ресурс] // Информационно-правовая база Гарант. 2014. URL: http://www.garant.ru/hotlaw/tatarstan/87698/ (дата обращения 19.10.2014).

2013 годы, в Законе РТ «О свободе совести и о религиозных объединениях», в Законе РТ «О национально-культурных автономиях в Республике Татарстан», в Программе «Комплексная помощь мигрантам в Республике Татарстан», в Комплексной программе по профилактике правонарушений в Республике Татарстан на 2007–2010 годы и других1.

3 ноября 2007 года состоялся Съезд народов Татарстана, на котором был

рассмотрен проект Концепции государственной национальной политики Республики Татарстан, в 2008 году Концепция была утверждена указом Президента РТ, в 2013 г. – переработана и также утверждена. В 2013 году создан Совет при Президенте Республики Татарстан по межнациональным и межконфессиональным отношениям, в который вошли представители органов государственной власти, национальных общественных объединений в составе Ассамблеи народов Татарстана, религиозных организаций 2 . На VI Съезде Ассамблеи народов России деятельность Ассамблеи народов Татарстана за 2010-

2013 гг. была отмечена как наиболее успешная, наряду с некоторыми другими регионами РФ3.

На основании экспертных оценок диссертант заключает, что деятельность

центрально-азиатских национально-культурных автономий направлена на

1 Закон Республики Татарстан «Об утверждении государственной программы Республики Татарстан по сохранению, изучению и развитию государственных языков Республики Татарстан и других языков в Республике Татарстан на 2004 – 2013 годы» : ЗРТ от 11.10.2004

№52-ЗРТ [Электронный ресурс] // Ассамблея народов Татарстана. URL: http://www.an- tat.ru/natsionalnaia-politika-v-rt/the-state-program-of-tatarstan-on-preservation-study-and-

development-of-languages/ (дата обращения 25.07.2014); Закон Республики Татарстан «О

государственных языках Республики Татарстан и других языках в Республике Татарстан»: ЗРТ от 28.07.2004 № 44-ЗРТ [Электронный ресурс] // Информационно-правовой портал Гарант. 2014. URL: http://base.garant.ru/8102506/ (дата обращения 25.07.2014); Постановление Кабинета Министров Республики Татарстан «Об утверждении долгосрочной целевой программы

«Профилактика терроризма и экстремизма в Республике Татарстан на 2014 – 2016 годы» : Постановление Кабинета Министров Республики Татарстан от 29.10.2010 №865 [Электронный ресурс] / Официальный Татарстан. 2013. URL: http://tatarstan.ru/rus/file/pub/pub_223771.rtf (дата обращения 25.07.2014).

2 См.: Национальная политика в Республике Татарстан [Электронный ресурс] // Ассамблея народов Республики Татарстан. URL: http://www.an-tat.ru/natsionalnaia-politika-v-rt/ (дата обращения 10.04.2014).

3 См.: Резолюция VI съезда Ассамблеи народов России от 8 июля 2013 г., Москва. URL: http://www.economy.irkobl.ru/sites/ngo/sotsialno_orientirovannye_nekommercheskie_organizatsii/gu bernskoe_sobranie_obshchestvennosti_irkutskoy_oblasti/Резолюция%20Съезда[1].pdf (дата

обращения 30.04.2014).

формирование позитивной этнической идентичности соответствующих диаспор. Основными направлениями данной деятельности являются: формирование высокой языковой, этнокультурной компетентностей представителей центрально- азиатских диаспор, развитие сети межэтнических коммуникаций на территории республики, повышение уровня удовлетворенности жизнью в РТ и проводимой здесь национальной политикой, активное содействие социокультурной адаптации и сохранению уникальности центрально-азиатских этнокультур, традиций и языков и т.д. Благодаря активной работе и разнообразию методов, центрально- азиатские НКА достигают положительных результатов в деле позитивизации этнической идентичности центрально-азиатских диаспор.

Обобщая результаты интервью и экспертного опроса, диссертант делает вывод о том, что этническая идентичность центрально-азиатских диаспор Татарстана формируется по позитивному пути. Однако, в целях поддержания отношений межэтнической стабильности в республике, необходим дальнейший мониторинг идентичности данных этнических групп. В качестве одного из наиболее открытых и доступных способов мониторинга диссертантом был выбран анализ информации о процессах и результатах этноидентификационной активности центрально-азиатских диаспор, накопленной как местными средствами массовой коммуникации, так и самими диаспорами.

Осознание значимости успешной адаптации в новой среде, качественного коммуницирования со всеми участниками этого процесса, а также понимание важности утверждения результатов собственной этнической идентификации способствовало эволюции центрально-азиатских диаспор в соответствующие национально-культурные автономии с присущими им функциями организационной, юридической, финансовой, культурной, а также информационной поддержки процесса позитивизации этноидентификационного продукта.

Помимо этого, выявленные негативные тенденции в формировании этнической идентичности центрально-азитских диаспор, по мнению диссертанта, требуют поиска адекватного решения. Учитывая сложность и многогранность

самого этнополитического феномена диаспоры, решение должно быть комплексным и предлагать ответы «вызовам» различных уровней их идентичности: социальным, языковым, культурным и политико-правовым запросам диаспоры (что представляется особенно важным при выявленной

«множественной» идентичности центрально-азиатских диаспор РТ). Наиболее полным образом это решается путем формирования политического механизма управления этнической идентичностью диаспоры, который, в свою очередь, может включать различные методы конструирования этнополитического процесса.

Аналогично исследованиям Л.В. Сагитовой и О.В. Борисовой, и основываясь на результатах собственного исследования, диссертант выделяет три возможных уровня этого политического механизма: государственный или законодательный (верхний), общественно-гражданский (средний) и повседневно- бытовой (нижний) уровни.

Так, верхний, государственный уровень политического управления этнической идентичностью диаспоры включает в себя: 1) разработку нормативно- правовой базы обеспечения этнического равноправия, права на сохранение собственной этнокультурной, языковой идентичности; 2) сеть межгосударственных и парадипломатических взаимодействий принимающего региона и страны исхода диаспоры; 3) усиление концептов проводимой национальной и этнокультурной политики достижениями последних научных исследований; 4) акцентирование официального дискурса в информационно- политическом пространстве на важность успеха в достижении этнополитического согласия, предупреждения этнополитических конфликтов.

Общественно-гражданский уровень механизма политического управления исследуемого объекта представлен: 1) анализом практик институционального взаимодействия региональных властей и форм этнополитического представительства (диаспоры, национально-культурных автономий, этнокультурных организаций, этнических профсоюзов, а также лидеров этнических общин); 2) нацеленностью на развитие этнополитического, межкультурного диалога; 3) контролем этнокультурных, образовательных,

профессиональных инициатив этнических диаспор; мобилизации социальных и культурных капиталов диаспоры; 4) популяризацией позитивного опыта бесконфликтности (по А.С. Киму) диаспор, их политического поведения как субъектов общественной интеграции.

Повседневно-бытовой уровень управления этнической идентичностью диаспоры, по мнению диссертанта, содержит: 1) возможности реализации личностного и профессионального потенциала носителей этнической идентичности (по О.В. Борисовой); 2) просветительскую деятельность по преодолению этнических стереотипов в отношении народов Центральной Азии;

3) развитие черт этнокультурной и межкультурной компетентности у всех участников этнополитического взаимодействия; 4) адекватные вышесказанному стратегии общественных СМИ.

Результатом реализации предложенного диссертантом политического механизма управления этнической идентичностью диаспоры (и, фактически, регулирования этнополитических процессов в регионе) являются достижения в области: 1) конструирования позитивной этнической идентичности диаспоры;

2) регулирования тенденций политизации и/или актуализации этнической идентичности диаспоры; 3) развития установок общественной интеграции и этнополитической консолидации; 4) формирования на их базе установок общегражданской идентичности, консолидации общества и иноэтничных групп не на основании отсутствия противоречий между ними, а на базе реального и взаимного поддержания баланса между этническими и общегражданскими ценностями, солидаризации на основании региональной, «татарстанской» идентичности.

Таким образом, в формировании позитивной этнической идентичности центрально-азиатских диаспор используются как внутренние ресурсы диаспоры, так и внешние механизмы этнополитического управления. Со стороны диаспоры активизируются установки на благоприятное проживание через успешную социально-культурную адаптацию, бесконфликтное взаимодействие с принимающим населением, развитие множественной идентичности как ответа на

представительства – национально-культурные автономии, их лидеров и активистов-общественников, защищающих права иноэтничных групп (чаще всего, мигрантов).

Со стороны принимающего сообщества разработаны концепция национальной политики с признанием этнического равноправия, официальная система регулирования этнических и диаспоральных процессов (нормативно- правовая база в сочетании со сложной структурой контролирующих и ответственных органов). Зоны соприкосновения усилий по позитивизации этнической идентичности центрально-азиатских диаспор проходят через деятельность национально-культурных автономий и их лидеров, которые, в свою очередь, являются постоянными участниками работы Координационного совета. По мнению диссертанта и с учетом выявленных случаев межэтнических конфликтов, определенной доли этносоциальной дистанцированности, эти усилия достигают результата не всегда. Сами эксперты отмечают несовершенство действующей системы регулирования этнополитических процессов в Татарстане, а рядовые представители центрально-азиатских диаспор не имеют четкого представления об этой системе. Тем не менее, предоставляемые республикой социально-политические ресурсы достижения позитивной этнической идентичности используются национально-культурными автономиями и их лидерами и по каналам внутригрупповой коммуникации транслируются соответствующим диаспорам.

Встает вопрос о политико-коммуникативных ресурсах, используемых центрально-азиатскими диаспорами. Процессы трансформации этнической идентичности центрально-азиатских диаспор усилиями местных СМИ и соответствующих национально-культурных организаций, их активистов и представителей, спроецированы в информационное пространство республики, в связи следует рассмотреть информационно-политические проекции этнической идентификации центрально-азиатских диаспор Татарстана.

<< | >>
Источник: Оморова Наргиза Ильичбековна. Этническая идентичность центрально-азиатских диаспор в этнополитическом пространстве Республики Татарстан. 2014

Еще по теме 3.2. Политический механизм формирования позитивной этнической идентичности центрально-азиатских диаспор Республики Татарстан:

  1. Оморова Наргиза Ильичбековна. Этническая идентичность центрально-азиатских диаспор в этнополитическом пространстве Республики Татарстан, 2014
  2. ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО МЕХАНИЗМА ПЯТОЙ РЕСПУБЛИКИ
  3. Трансформации идентичности в русскоговорящих диаспорах
  4. ЧУВАШСКИЙ ЯЗЫК И ЭТНИЧЕСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ - ПРОБЛЕМЫ ЭТНОКУЛЬТУРНОГО И ПОЛИТИЧЕСКОГО ВЫБОРА
  5. Чистяков Антон Юрьевич Формирование и функционирование этнической идентичности в современных условиях (по материалам полевых исследований в Ленинградской области)
  6. Очироеа Баирма Александровна К проблеме оказания психологической помощи подросткам из этнически смешанных семей в условиях трансформации этнической идентичности
  7. 6.2. СОЦИОКУЛЬТУРНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В ФОРМИРОВАНИИ КЛАССИЧЕСКОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА
  8. Руссита Татьяна Эйженовна Аффективный компонент этнической идентичности и его взаимосвязь с этническим составом ближайшего социального окружения у русскоязычных подростков и молодежи в Латвии
  9. С. П. Донцев РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ И ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ МОДЕЛЕЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ в СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  10. ГЛАВА I. ТЮРКСКИЕ ГОСУДАРСТВА, СОЗДАННЫЕ В ЦЕНТРАЛЬНО-АЗИАТСКИЙ ПЕРИОД
  11. ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ В УСЛОВИЯХ СТАНОВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ С.В. Рыбчак
  12. Науменко Людмила Игоревна Меняющаяся этническая идентичность в контексте мо- дернизационных процессов
  13. Восприятие русскими своей национальной идентичности и этнические стереотипы
  14. Бублик Мария Михайловна. ПСИХОСЕМАНТИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО ЭТНИЧЕСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ МОЛОДЕЖИ, 2014
  15. Этническая идентичность — анализ психологии современных и традиционных культур
  16. 4.10. Формирование позитивных убеждений