>>

ПОСЛЕ ВОЙНЫ

Великая Октябрьская социалистическая революция в корне изменила исторические судьбы человечества. «Октябрьская революция ознаменовала начало революционного перехода от капитализма к социализму во всем мире» *.

Французский капитализм, как и весь мировой капитализм, вступил в годы первой мировой войны в стадию общего кризиса. Причем, если для всего буржуазного мира это означало обострение внутренних противоречий и рост классовой борьбы, то для Франции, с присущими ей остротой социальных антагонизмов и особым накалом классового противоборства, наступление общего кризиса принесло особо значительные потрясения. По сути дела вся история этой страны после Октября была отмечена настолько сильным влиянием нашей революции, что, видимо, вне этого фактора невозможно понять основные ее события,— такие, как Народный фронт, «странная война», Сопротивление и т. д.

Непрерывные классовые бои, неуклонный, хотя и далеко неравномерный, рост влияния левых сил, активное участие французских революционеров в битвах международного пролетариата, солидарность с первой в мире страной социализма, с национально-освободительным движением наложили неизгладимый отпечаток на всю внутреннюю и внешнюю политику французского капитализма, предопределили ее антикоммунистическую направленность и вместе с тем ее весьма заметные и подчас весьма неожиданные повороты. Война вызвала существенные сдвиги в экономике страны, усилила процесс ее индустриализации. Но вместе с тем война нанесла народному хозяйству огромный урон. Прямой ущерб составил 12% общего богатства страны. 9300 предприятий были полностью разрушены или повреждены. Франция потеряла 1851 тыс. человек1.

В 1919 г. появились специфические симптомы послевоенного экономического кризиса. Восстановительные работы несколько оттянули его наступление, но падение производства наметилось уже в первый послевоенный год. Страна испытывала острый топливный кризис.

В 1920 г. из-за недостатка топлива закрывались многие заводы. Производство железа и стали упало на 33%, хотя оставалось выше довоенного.

Большой урон война нанесла сельскому хозяйству. Почти 2 млн. га были непригодны к обработке. Сократилась посевная площадь под основными культурами, упала урожайность. В сельском хозяйстве не хватало рабочих рук: убыль составила 1,1— 1,3 млн. человек \

Тяжелым было финансовое положение страны. Окончание войны не привело к значительному сокращению военных расходов. Французские правящие круги тратили крупные суммы на антисоветскую интервенцию, на субсидии белогвардейским главарям Колчаку и Деникину. М. Кашей вспоминал позднее, что когда он спросил главу правительства Клемансо, сколько это стоило, тот ответил: «Не знаю. Миллиарды!»2. Агрессивная внешняя политика, борьба с рабочим движением внутри страны, подавление национально-освободительного движения в колониях требовали средств. Государственный долг, который к концу войны составил 170 млрд. фр., к февралю 1920 г. вырос до 300 млрд. фр.3.

И все же с окончанием войны французская экономика получила новый толчок для своего развития. Большое значение в этом смысле имели работы по восстановлению хозяйства в десяти освобожденных департаментах, где было разрушено 80—90% производственных построек и оборудования. Присоединение Эльзас-Лотарингии значительно расширило промышленную базу. Запасы железной руды увеличились более чем на 45%. Производственная мощность сталелитейной промышленности выросла на 80%. Особенно быстро росли металлургия и химия. Эги отрасли превзошли довоенный уровень по мощности двигателей. Индустриальное развитие стимулировалось получением репараций с Германии. До 1 мая 1921 г. сумма их составила 3,1 млрд. золотых марок; большая часть репараций поступала в виде натуральных поставок, главным образом в виде угля 4.

Изменилось соотношение между мелким и крупным производством. Если в 1906 г. на мелких предприятиях (от 1 до 10 человек) работало 58,1% от общего числа занятых в промышленности, то в 1921 г.— 45,6%.

Процент занятых в крупных предприятиях (с числом рабочих более 100 человек) вырос С 24,8 ДО 32,5%, В Средних — с 17,1 До 21,9% 5. Концентрация делала рабочий класс более сплоченным и восприимчивым к революционным идеям.

В. И. Лен ин, рассматривая в 1916 г. особенности развития французского империализма, указывал на его ростовщический характер, на особенно быстрый рост финансового капитала. В силу ряда причин французские капиталисты предпочитали вкладывать капиталы не столько в промышленность, сколько в ценные бумаги, преимущественно за границей. Однако за время войны заграничные инвестиции сильно сократились, а в последующие годы были восстановлены лишь частично. В результате значительно усилился приток капиталовложений в промышленность.

Резко возросла мощь монополий. В химическом производстве господствующее положение заняли фирмы Сен-Гобен и Кюльман. Компании «Ситроен», «Пежо», «Рено» сконцентрировали в своих руках 75% автомобильного производства. Укрепил свои позиции «Комите де форж» — объединение предпринимателей тяжелой промышленности. Представители монополистических кругов занимали многочисленные должности в государственном аппарате.

Развитие промышленного капитала не означало ослабления финансового. Быстрый рост государственной задолженности способствовал обогащению финансовых магнатов, позволял им по все большей мере воздействовать на политику правительства. Только кредиты Французского банка правительству выросли с 3900 млн. фр. в 1914 г. до 20 676 млн. фр. в 1918 г.6 В свою очередь государство авансировало ряд новых крупных кредитных учреждений, финансировавших промышленность и торговлю. Тесное переплетение промышленного и финансового напитала, государственных и кругтнокапиталистических интересов благоприятствовало перерастанию капитализма в государственно-монополистический. Многие буржуазные политические деятели и представители деловых кругов видели лишь в объединении мощи государства и монополий силу, способную упрочить политические позиции капитала.

Так, один из руководящих деятелей реакционной организации «Аксьон франсез», Ж. Валуа (впоследствии отошедший от нее), считал необходимым слияние органов «новой экономической жизни с новым государством» в качестве единственного средства «преодоления коммунизма» 9. Все настойчивее становились усилия, направленные на внутреннюю консолидацию крупного капитала в такую организацию, которую можно было бы противопоставить профсоюзному объединению — ВКТ ,0. С этой целью в 1919 г. была создана Всеобщая конфедерация французского производства, куда вошло 1500 предпринимательских объединений.

Все более углублялись социальные противоречия. Буржуазия, неслыханно обогатившаяся за годы войны, продолжала наживаться на субсидиях, отпускаемых государством на проведение восстановительных работ, умножала свои капиталы путем всевозможных злоупотреблений. Но основным средством наживы быда эксплуатация трудящихся своей страны и колониальных стран.

Жизненный уровень рабочего класса был ниже довоенного. Хотя заработная плата номинально и выросла—результат упорной борьбы пролетариата, этот рост никак не поспевал за повышением цен. Так, индекс зарплаты рабочих Парижа составил в 1920 г. 354 по сравнению с довоенным временем (100), а индекс розничных цен подскочил до 452 11. В стране не хватало продуктов. В особенно тяжелом положении находилось население освобожденных областей севера, где от голода страдали не только рабочие, но и крестьяне.

В послевоенные годы в связи с частичной демобилизацией и свертыванием военного производства росла безработица. Предприниматели проводили массовые увольнения женщин-работниц (которые в середине 1917 г. составляли более 40% общего числа занятых на производстве). К октябрю 1919 г. Бюро по подысканию работы для демобилизованных получило 90 тыс. предложений, но устроило на работу всего лишь 2 тыс. человек ,2. Фак-

в G. Valois. L’homme contre l’argent. Souvenirs cle cUx ans 1918—1928. Paris,

1928, p. 14.

10 R. Priourct. Origines du patronat frariQais.

Paris, 1963, p 231.

” R? Picard. Le mouvement syndical pendant la guerre. Paris, 1927, p. 109.

1,: См. «Правда», 23. X 1919- тически число безработных было намного большим — многие из них не регистрировались п Бюро, а переходили с места на место в поисках работы. В промышленности и сельском хозяйстве широко применялся труд военнопленных и колониальных рабочих. Приток этой дешевой рабочей силы предприниматели использовали для разжигания конкуренции между пролетариями.

Рабочие испытывали острую нужду в жилье. За годы войны жилищное строительство почти прекратилось. Пролетарии вынуждены были ютиться в заводских поселках, где предприниматели, сдавая жилье, ставили определенные условия (например, не выписывать революционных газет и Др.). В случае невыполнения их или увольнения рабочие должны были освободить помещение. Изнурительная работа, постоянное недоедание, тяжелые жилищные условия вели к массовым заболеваниям.

Углубление социального неравенства обусловило нарастание недовольства трудящихся масс политикой «священного единения», проводившейся буржуазией и оппортунистами. Банкротству ее способствовала и откровенно реакционная политика правящих кругов.

Сразу же после победы Октябрьской революции Советское правительство в своем Декрете о мире предложило всем воюющим народам и их правительствам начать немедленные переговоры о справедливом демократическом мире, мире без аннексий и контрибуций. Предложение Советского правительства нашло горячий отклик среди трудящихся всех стран, в частности Франции.

В этот момент французская буржуазия, обеспокоенная растущим влиянием революционных событий в России и ходом войны с Германией, призвала к власти одного из виднейших своих деятелей, Жоржа Клемансо, имевшего богатый опыт борьбы с рабочим движением. Став 16 ноября 1917 г. во главе правительства, Клемансо объявил главным принципом своей программы ведение войны ,3. По существу Клемансо продолжал политику предшествующих правительств, но еще более жесткими методами.

Весной 1918 г. германские империалисты, собрав все имевшиеся у них силы, сделали отчаянную попытку выиграть войну. Обстановка на фронте сложилась для союзников крайне неблагоприятно. Немецкие войска, начав наступление на р. Эн, вновь как и в 1914 г., вышли на р. Марну и начали обстреливать Париж из артиллерийских орудий. Наступление развивалось стремительно, и 8 июня немцы находились всего в 70 км от Парижа. Дальнейшее их продвижение было остановлено контратакой французских войск, но положение оставалось критическим. Правительство Франции обратилось к президенту США Вильсону с настоятельной просьбой ускорить высадку американских войск. Американские подкрепления появились на фронте в первые дни июля. Немецкое наступление к этому времени уже выдохлось; силы Германии были истощены. В конце июля союзные войска под командованием генерала Фота перешли в контрнаступление и 8 августа нанесли немцам сильнейший удар. В конце сентября развернулось генеральное наступление войск Антанты. Германия вынуждена была капитулировать.

Правительство Клемансо установило режим военной диктатуры. Аресты и штрафы, строжайшая цензура, отправка на фронт активистов рабочего движения, смертные приговоры стали обычным явлением повседневной жизни. Любые пацифистские выступления рассматривались как измена. В январе 1918 г. начался судебный процесс над Жозефом Кайо, бывшим председателем совета министров. Кайо, известный своими пацифистскими настроениями, обвинялся в дипломатических интригах, имевших целью обеспечить Германии выгодный для нее мир 7. Тогда же правительство Клемансо дало ход обвинению (выдвинутому лидерами «Ак- сьон франсез») бывшего министра внутренних дел радикал-социа- листа Жана Луи Мальви в шпионаже 8. Процессы Мальви и Кайо, так же как и другие процессы того времени, проводились с целью терроризировать население, подавить всякую оппозицию.

Режим военной диктатуры создавал благоприятную почву для активизации реакционных сил и организаций. Правые элементы участили свои нападки на парламентаризм под предлогом его «полного бессилия во всех странах служить общественному спасению». Активизировалась также деятельность католической церкви. Действие декретов 1904 г. о конгрегациях, отсроченное в начале войны, не было возобновлено. И хотя Клемансо воздерживался восстанавливать официальные отношения с Ватиканом, представители власти присутствовали на важнейших религиозных церемониях. В свою очередь духовенство предложило официальным лицам свое содействие в решении многих вопросов, например в распространении займов

Церковь стала претендовать на роль опоры правящих кругов в осуществлении политики классового сотрудничества. В 1919 г. под идейным руководством церкви был образован новый профсоюзный центр — Французская конфедерация христианских трудящихся (ФКХТ).

Победа над Германией способствовала распространению шовинистических настроений. Это обстоятельство в полную меру было использовано буржуазией и оппортунистическими лидерами рабочего класса, выдвинувшими, в частности, лозунг «Немец за все заплатит». В. И. Ленин в марте 1919 г. писал: «В странах Согласия сейчас наблюдается пробуждение масс, которое их правительства всячески стараются затушить. В этих целях все внимание несознательных еще* масс направляется в сторону «патриотизма». Массы кормятся обещаниями и прельщаются выгодами победоносного мира, им обещаются неисчислимые выгоды после заключения мира. Их питают иллюзиями» 9 .

Французская буржуазия, вышедшая из войны победительницей, всячески стремилась укрепить свои политические позиции. Она не довольствовалась тем, что еще в феврале 1918 г. Клемансо специальным декретом ограничил действенность парламентского контроля над исполнительной властью 10. Правящие круги принимали меры, чтобы превратить парламент в послушное орудие своей политики.

В ноябре 1919 г. должны бы\и состояться выборы в палату депутатов. В июле того же года через парламент был проведен згкон, формально вводивший пропорциональную избирательную систему. Казалось, это отвечало требованиям трудящихся, выступавших против мажоритарной системы (которая позволяла буржуазным партиям захватывать абсолютное большинство мест в парламенте). Но одна из статей нового закона во многом аннулировала принцип пропорционального представительства, ибо допускала получение той или иной партией (или их блоком), получившей наибольшее число голосов в данном округе, «премии» в ви де ряда дополнительных депутатских мест. 21

октября 1919 г. началась избирательная кампания. Правящие круги предложили всем партиям, группам и ассоциациям, которые ставили превыше всего «национальный интерес» (а на деле — интересы крупного капитала), сплотиться в широкую коалицию. Из этой идеи «республиканского, национального и социального объединения» и родился Национальный блок, в который вошли почти все буржуазные организации.

Основной силой блока, его вдохновителем был «Демократический союз», возглавляемый с момента своего основания в 1889 г. Адольфом Карно. В руках союза находилась вся крупная буржу- азная пресса — «Тан», «Пти паризьен», «Матен», «Эко де Пари», не считая многочисленных газет в провинции. «Демократический союз» был тесно связан с деловыми и финансовыми кругами, в частности с «Комите де форж».

К Национальному блоку после долгих колебаний примкнули в основной своей массе и радикалы. Только небольшая часть их выставила самостоятельные списки. В политической жизни страны радикалы занимали место между социалистами и правыми. Но, оставаясь принципиальными противниками революционной борьбы масс, радикалы оказывались в лагере правых.

В сентябре 1919 г. съезд радикалов определил линию поведения партии в избирательной кампании, отвергнув всякую возможность союза с теми, кто «афиширует свое намерение осуществить насильственным путем социальную реорганизацию», и запретив создавать общие избирательные списки с социалистами, если они не порвали публично со своей партией 1!). Такая позиция в конечном счете обусловила присоединение радикалов к Национальному блоку, объединившему все буржуазные партии под флагом борьбы с большевизмом. В октябре 1919 г. лидер партии радикалов Э. Эррио принял предложение «Демократического союза».

Радикалы поддержали программу Национального блока, которая некоторыми положениями была близка к их собственной. Она требовала, в частности, строгого выполнения всех статей Версальского договора, объединения всех граждан «в рамках социального и религиозного мира». В последний пункт были включены требования «защиты цивилизации против большевизма», причем большевизм трактовался как «отрицание всякого социального прогресса». Этот же пункт содержал и требование сочетать светский характер государства с правами и свободами всех граждан, к какой бы вере они ни принадлежали. Фактически это означало признание правомерности существования религиозных конгрегаций. Радикалы, в прошлом решительно выступавшие против католической реакции, оказались теперь фактически среди ее сторонников.

В экономической и социальной части программы Национального блока говорилось о необходимости установить сотрудничество буржуазии и пролетариата, «облегчить приобретение рабочими капитала». Предполагалось также провести ряд административных реформ, повышающих ответственность чиновников, включить в конституцию основные принципы Декларации прав граждан.

Демагогический характер многих программных положений Национального блока был рассчитан на трудящиеся массы, особенно на мелкую буржуазию города и деревни. В то же время общие положения программы давали возможность объединиться буржуазным организациям самого разного толка. «Аксьон франсез» тоже получила приглашение участвовать в блоке и отказалась, надеясь усилить свое влияние, выставив самостоятельные списки.

Национальный блок развернул активнейшую избирательную борьбу. Его лидеры использовали все возможности, создаваемые новым избирательным законом, согласно которому партии, объединившие свои усилия, получали дополнительные места. В обстановке ожесточенной погони за голосами, которую обострил новый избирательный закон, исключительно велика была роль прессы, находившейся, как уже отмечалось, в значительной мере в руках Национального блока. Был создан «Союз экономических интересов», взявший на себя расходы по выборам.

Осью избирательной кампании Национальный блок сделал шовинистическую пропаганду и борьбу с «угрозой большевизма». По всей стране расклеивались плакаты с изображением человека с ножом в зубах как символа большевизма. Широко распространялись всякие ужасы и небылицы о Советской России.

В результате шовинистического неистовства, демагогических обещаний, пропаганды лозунга «Немец за все заплатит», запугивания «коммунистической опасностью» крупной буржуазии удалось повести за собой крестьянство, мелкую буржуазию, даже какую-то часть рабочих. Действуя подкупом, ложью, угрозами, Национальный блок одержал на выборах 16 ноября 1919 г. победу, получив 2/з мандатов. Новая палата депутатов была палатой ставленников крупной буржуазии.

Национальный блок смог добиться успеха в условиях развивающегося во Франции революционного движения и потому, что в стране не было массовой революционной пролетарской партии, которая сумела бы противопоставить объединению реакционных сил союз рабочего класса с крестьянством, средними слоями. Избирательная платформа СФИО базировалась отнюдь не на революционной основе. Социалистическим федерациям предписывалось при выдвижении кандидатов обеспечить «сохранение традиционных социалистических принципов... духа братской терпимости и социалистического единства» 20. Несколько правых социалистов выставили свой отдельный список, пойдя на прямое соглашение с реакцией. Все это способствовало поражению СФИО на выборах. Социалистическая партия потеряла 32 места по сравнению с выборами 1914 г., хотя собрала на 219 тыс. голосов больше.

После выборов правительство ушло в отставку. Клемансо не оправдал многих надежд буржуазии, в частности не смог справиться с революционным движением, потерпел неудачу в войне против Советской России. В этих условиях наилучшей кандидатурой на пост премьера считался ренегат социализма А. Мильеран — один из главных лидеров Национального блока, который заслужил доверие реакционных сил еще с момента своего вступления в кабинет Вальдека-Руссо, и в годы войны как человек «твердой руки» являлся военным министром.

Мильеран продолжил курс на усиление исполнительной власти и ограничение функций парламента, покровительствовал созданию организаций для борьбы с рабочим движением. Об одной из них — «Гражданской лиге» — «Юманите» писала, что она ставит себе целью формировать отряды «дополнительной полиции» для подавления забастовок11. Поощрялась деятельность «Аксьон франсез», которая старалась вовлечь в свои ряды всех, «кто боится коммунизма».

Правительство пыталось разрешить финансовые затруднения за счет трудящихся. Мильеран объявил главной задачей своего кабинета отыскание источников налогов везде, где это не будет мешать «духу предприимчивости»12. Вскоре после своего прихода к власти Национальный блок вьел новые налоги на сумму 8 млрд. фр.; 7/в этой суммы должно было принести косвенное обложение, в то время как крупная буржуазия, несказанно обогатившаяся за счет военных прибылей, должна была уплатить лишь 4 млрд. фр. На душу населения приходилось в 1919 г. 252 фр. налогов, в 1920 г.— 470 фр.13

Таким образом, по своему существу политика правящих кругов осталась прежней. Но формы ее явно изменились. Мильеран широко использовал свой опыт демагогической обработки общественного мнения, хитроумного обмана трудящихся масс. Французская буржуазия, как и английская, отмечал В. И. Ленин, лучше всего разработала один из способов удержания народа в угнетении —«способ обмана, лести, фразы, миллиона обещаний, грошовых подачек, уступок неважного, сохранения важного»14. Эта способность французской буржуазии особенно наглядно проявилась в деятельности правительства Мильерана.

Мильеран стремился любым путем ослабить классовую борьбу. В своей программной речи 22 января 1920 г. он говорил о необходимости «гарантировать рабочим их законную долю в прибылях и в самой организации труда», укрепить «солидарность» труда и капитала, превратить арбитражные комиссии в средство предупреждения и полюбовного разрешения конфликтов между рабочими и предпринимателями 15. Были несколько повышены пенсий, создан Совет по вопросам труда и найма рабочих.

Возродить политику «священного единения» времен войны Мильерану не удалось. Но умелдя защита интересов империализма лично ему принесла немалые плоды: на президентских выборах в сентябре 1920 г. Мильеран стал президентом республики. Клемансо, также выставивший свою кандидатуру, потерпел поражение, на этот раз последнее, вскоре он ушел из политической жизни. Пост премьер-министра занял Лейг.

| >>
Источник: А. З. МАНФРЕД (отв. редактор) В. М. ДАЛИН и др.. История Франции т.3. 1973

Еще по теме ПОСЛЕ ВОЙНЫ:

  1. 3. Внутренняя политика СССР в последние годы жизни И.В. Сталина
  2. 4. Национальная политика. Положение в республиках СССР в последние годы жизни И.В. Сталина
  3. 6. Культура и общественные процессы в первые послевоенные годы
  4. Глава 12. Война на Севере и контрудары республиканцев. Весна – осень 1937 года
  5. Глава 15. Конечная фаза войны. Декабрь 1938 года – март 1939 года
  6. 2. Своеобразие использования внушения в практике психологической войны.
  7. 2. Своеобразие использования внушения в практике психологической войны.
  8. §2.5. Почему же война?
  9. 3. Правительственные проекты конституционных реформ после войны 1812 года.
  10. ПОСЛЕ ВОЙНЫ
  11. Последняя война Николая I
  12. Последняя резиденция гитлеровского правительства
  13. ПОСЛЕДНЯЯ ВОЙНА ОЛЕГА
  14. Новая союзная коалиция: конфликт интересов, «тайная война», на грани развала
  15. Послесловие: Берия как человек
  16. Положение Августа после гражданских войн
  17. §2.2. Основные направления военно-психологических исследований в России после 1917г.
  18. 4.5. Послевоенный мир. Укрепление тоталитарно-бюрократической системы в СССР
  19. Глава шестая Иосиф и гражданская война в Галилее
  20. ГЛАВА 36 ДЕРЖАВА, ВЫНУЖДЕННАЯ СТАТЬ МИРОВОЙ, И «ХОЛОДНАЯ ВОЙНА»