<<
>>

СТАБИЛЬНОСТЬ МАНОРИАЛЬНЫХ СТРУКТУР В АНГЛИИ И ФРАНЦИИ

Исследование трансформации классовых отношений в аграрном секторе, проведенное в этой главе, позволяет нам сделать некоторые выводы об ограниченности изменений в средневековых Англии и Франции.
В обеих странах все перемены в статусе крестьян касались различного вида держаний в манорах. Крестьяне не покидали и не были изгнаны из своих жилищ в манорах. В столетия, последовавшие за чумой, они продолжали выводить (а иногда и менять) свои права и обязанности из своего статуса арендатора в маноре. Практически ни один крестьянин не пролетаризировался ни в Англии, ни во Франции до XVI в. Практически ни один землевладелец в этих странах не преуспел в переводе недомениальной земли своего манора в частную собственность, которой он мог бы управлять, сдавать в аренду или продавать, как ему заблагорассудится. Обсуждение, приведенное выше, показывает, что тенденция была противоположной, и многие землевладельцы стремились перевести домены в крестьянские держания. Баланс классовых сил не может объяснить ни стабильности ма- нориальных классовых отношений, ни различий в схемах земле- держания внутри этой архетипической феодальной организации, зато структура элиты становится ключевой объясняющей переменной. Там, где элиты пребывали в активном или неразрешенном конфликте, крестьяне получали свободу от трудовых повинностей, права на надежное земледержание и стабильную ренту, не взирая на демографические, экономические и экологические условия, там, где элитные конфликты были разрешены, крестьян вынуждали нести новые или усиливали старые трудовые повинности. Ключевые различия между Англией и Францией заключались в уровне организации элит. Во Франции элиты были организованы, с основным исключением в виде духовенства, на провинциальном уровне. В Англии корона и духовенство решающим образом влияли и на общенациональном уровне на светских землевладельцев. Ни одна национальная элита в эту эпоху, предшествующую абсолютизму, не была способна добиться элитной гегемонии в рамках всей нации.
Единственное, что английская корона и духовенство могли сделать со своими общенациональными организациями — предотвратить захват светскими землевладельцами гегемонии в рамках графств. В результате модель многих французских областей, где светские землевладельцы объединялись под руководством одного магната или в рамках коллективной корпорации, не была продублирована в английских графствах. Две стабильные модели, каждая из которых продержалась два столетия, были созданы в послечумных Англии и Франции. В большинстве французских областей светские элиты сумели ограничить проникновение конкурирующих элит внутрь и использовать свою областную гегемонию для привлечение крестьян к трудовым повинностям. В Англии и Бретани, Комтате-Венэссен, Нормандии, Орлеане, Пикардии, Пуату, Провансе и Гиени конфликт магнатов—между светскими землевладельцами и духовенством во французских областях и между светскими землевладельцами и коалицией духовенства и короны в Англии — освободил крестьян от трудовых повинностей при надежном держании своих земель. В Иль-де-Франсе короли использовали свою власть для предотвращения сложения гегемонии светских землевладельцев и обеспечения свободы крестьянам в качестве противовеса аристократии и альтернативного источника налоговых сборов. В Лангедоке союз магнатов и духовенства проводил ту же стратегию ослабления манориальных сеньоров и усиления крестьянских общин. Для перехода к аграрному капитализму нужны были дальнейшие трансформации элитной структуры. В последующих главах рассмотрены возможные источники изменения в феодальной политике. В третьей главе разбирается роль городов — как независимых городов-государств, так и автономных в рамках национальных государств — как места зарождения политических образований, бросивших вызов аграрным элитам, но не приведших к установлению капиталистических социальных отношений. В 4 -6 главах проанализированы различные виды образовавшихся государств — имперская Испания, корпоративная коалиция, ставшая Голландской республикой и два контрастирующих типа абсолютизма, в Англии и Франции, чтобы определить их как особые формы, и подточившие феодальную политику, и произведшие на свет новые элитные структуры, которые в конечном итоге стали проводниками капитализма.
<< | >>
Источник: РИЧАРД ЛАХМАН. КАПИТАЛИСТЫ ПОНЕВОЛЕ КОНФЛИКТ ЭЛИТ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В ЕВРОПЕ РАННЕГО НОВОГО ВРЕМЕНИ. 2010

Еще по теме СТАБИЛЬНОСТЬ МАНОРИАЛЬНЫХ СТРУКТУР В АНГЛИИ И ФРАНЦИИ:

  1. ГЛАВА 1 ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ
  2. Классовая динамика в Англии, 1250-1450 гг.
  3. СТАБИЛЬНОСТЬ МАНОРИАЛЬНЫХ СТРУКТУР В АНГЛИИ И ФРАНЦИИ
  4. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ В АНГЛИИ И ВО ФРАНЦИИ