<<
>>

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПЯТОЙ РЕСПУБЛИКИ

Если обострение' внутриполитической борьбы во Франции в конце 50-х годов, вызвавшее крах парламентского режима Четвертой республики, было в немалой степени обусловлено международными факторами, то классовые противоречия в свою очередь оказали определенное обратное воздействие на внешнюю политику.

Отдавая себе отчет в том, что унижение национального достоинства французского народа капитуляцией 1940 г., гитлеровской оккупацией, а загем подчинением американскому диктату и серией неудачных колониальных авантюр вызвало глубокое недовольство масс, правящие круги во главе с генералом де Гол- лем решительно взяли курс на укрепление позиций Франции на международной арене. Лозунг борьбы за национальное величие призван был стать важнейшим инструментом поднятия внутреннего престижа нового режима75. Реальные возможности для такого курса возникли в результате коренного изменения соотношения сил между капитализмом и социализмом в пользу последнего, а также внутри империалистического лагеря.

Союзники США по Североатлантическому пакту опасались, что американская военщина втравит их в опасные авантюры во имя чуждых целей. Миролюбивая политика СССР окончательно опрокинула миф о «советской угрозе», призванный цементировать НАТО. Результатом был глубокий «кризис доверия» между США и Западной Европой, поставивший под вопрос прежнюю структуру империалистических союзов.

Важным фактом явилось также повышение удельного веса экономики Западной Европы в капиталистическом мире при соответствующем снижении доли Соединенных Штатов. Перестав нуждаться в долларовых подачках и сталкиваясь в то же время с попытками США переложить на своих союзников более значительную часть бремени гонки вооружений, монополии стран Западной Европы все настойчивее требовали перераспределения влияния в НАТО. Правящие круги Франции проявили при этом наибольшую настойчивость.

Причины, побудившие Францию взять на себя руководящую роль в «бунте» против засилья Соединенных Штатов, были многообразны.

Вооруженные силы страны оказались дезорганизованными и обескровленными в ходе колониальных войн. В 1958 г. в Северную Африку было переброшено более половины личного состава французской армии; для этого пришлось существенно сократить численность французских войск в Западной Германии, подчиненных командованию НАТО. Чем меньше был вклад Франции в интегрированную военную машину Североатлантического союза, тем пренебрежительнее становилось отношение к ней со стороны ведущих держав последнего — США и Англии.

Дебютом лидеров Пятой республики на международной арене явилась попытка внести существенные поправки в политико-стратегический механизм НАТО. 17 сентября 1958 г. де Голль направил президенту США Эйзенхауэру и британскому премьеру Макмиллану секретный меморандум, содержание которого вскоре стало достоянием гласности76. Глава французского правительства ссылался на конфликты в Тайваньском проливе из-за островов Куэ- мой и Мадзу, а также на Ближнем Востоке — в Ливане и Иордании, где США и Англия высадили войска после революции 14 июля 1958 г. в Ираке, и указывал, что в обоих случаях события могли выйти из-под контроля и вызвать всеобщую войну, в которую была бы неизбежно вовлечена Франция. Между тем она едва была в последний момент извещена о намерениях своих союзников и не могла участвовать в принятии ими решений, чреватых смертельным риском. Объявляя подобное положение нетерпимым и считая его прямым следствием как ограниченности географической сферы действия НАТО, так и решающей роли США в вопросах применения ядерного оружия, де Голль предлагал создать трехстороннюю организацию, которая вырабатывала бы решения по всем проблемам, способным вызвать ядерный конфликт.

Это предложение, получившее впоследствии название проекта «атлантического триумвирата», представляло собой прежде всего атаку на «особые отношения» двух привилегированных держав НАТО, которые располагали к тому времени ядерным оружием,— США и Великобритании. Требуя допуска Франции в двойственную англосаксонскую «директорию», генерал де Голль бросал вызов принципу соразмерности влияния страны ее фактическому вкладу в общий котел интегрированного военного аппарата НАТО, а подчеркивая глобальный характер «триумвирата», намекал на то, что поддержка Францией акций США в Европе и Азии зависит от их солидарности с французской политикой в Африке.

Предложения Франции встретили в Вашингтоне и Лондоне весьма сдержанный прием. США и Англия дали попять, что Франция, связанная алжирской войной и не располагающая ядерным оружием, не имеет оснований на допуск в узкий круг, где решались вопросы высокой политики и стратегии мирового империализма 77. В начале декабря 1958 г. в Вашингтоне начались

7fi Ch. de Gaulle? Memoires d’e.spoirs, t. I. Paris. 1^70, p. 214- 213. 77

M. Couve de Murville. Une politique t'ti angeru 1938 — 1969. Paris, 1971, p. 55—58. трехсторонние переговоры по предложениям, выдвинутым в меморандуме де Голля. Они не привели к каким-либо конкретным результатам. На очередной сессии Совета НАТО в Париже 16—18 декабря меморандум был окончательно похоронен: в заключительном коммюнике сессии содержались лишь ни к чему не обязывающие пожелания придать «большую гибкость» существующей процедуре политических консультаций.

Из этой и других неудач правящие круги Франции сделали вполне определенные выводы. Не отказываясь от своих конечных целей, они сменили тактику и перешли от лобовой атаки к длительной осаде. Дальнейшая эволюция внешнеполитического курса Пятой республики распадается на два периода, условным водоразделом между которыми можно считать 1963 г.

На первом этапе, когда определяющим фактором всей политики — как внутренней, так и внешней — была война в Алжире, стержнем дипломатической стратегии Парижа являлись попытки сплотить вокруг Франции группу континентальных стран Западной Европы — участниц «Общего рынка». Эта группировка была призвана, с одной стороны, укрепить поколебленные французские позиции на Африканском континенте (проекты «Еврафрики»), а с другой—стать опорой притязаний Парижа на более видное место

в НАТО.

«Основой мышления генерала де Голля в настоящее время является его решимость использовать Европейское сообщество в качестве компенсации слабости Франции: став лидером и полномочным представителем шестерки, Франция сможет получить ключевое место в узком кругу (руководителей) западного мира»,— писал английский исследователь Китцингер 485.

Одновременно правительство Франции предприняло попытку улучшить отношения с Советским Союзом. С этим было связано приглашение во Францию в марте 1960 г. Председателя Совета Министров СССР. Визит этот не привел, однако, к существенным сдвигам во франко-советских связях, что было связано в значительной мере с тогдашней международной обстановкой, с политикой, проводившейся крайними агрессивными кругами международного империализма.

Краеугольным камнем континентально-европейского блока во главе с Францией должно было стать тесное франко-западногерманское сотрудничество. Контакт, установленный в августе 1958 г. во время свидания генерала де Голля и канцлера Аденауэра в Рамбуйе, близ Парижа, был продолжен и расширен в Бад-Крейцна- хе (ноябрь того же года) и во время других встреч. Это сближение получило название «оси Париж — Бонн» '

Вскоре «ось» получила официальное юридическое оформление. Во время путешествий Аденауэра но Франции и генерала де Гол- ля по ФРГ в августе — сентябре 1962 г. французская сторона предложила заключить двусторонний «договор о сотрудничестве», который был подписан в Париже 22 января 1963 г. Он предусматривал регулярные встречи на уровне глав правительств или государств, министров иностранных дел, обороны и т. д. в целях предварительной консультации по наиболее существенным вопросам, а также значительное расширение военного сотрудничества (выработка единой стратегической доктрины, согласование программ вооружения, совместное производство его, стажировка офицеров и воинских частей бундесвера во Франции и французской армии в ФРГ и т. д.) su.

Материальной основой франко-западногерманского сближения В 1958—1963 гг. явилась в первую очередь густая сеть соглашений между монополиями обеих стран в «Общем рынке», превративших ФРГ в первого торгового партнера Франции. «Как в форме займов, так и в форме прямого участия в капитале предприятий или открытия филиалов своих компаний Франция вложила в Западной Германии больше средств, чем в какой-либо другой стране.

В свою очередь германские инвестиции во Франции явились одними из наиболее значительных»,— писал министр промышленности Франции Морис Бокановский 81.

Тем не менее главную роль играли не столько экономические, сколько политические факторы. В момент обострения берлинского вопроса в 1958—1962 гг. Франция заняла жесткую позицию, исключавшую урегулирование конфликта путем переговоров. При этом целью правящих кругов Парижа было обеспечить поддержку Западной Германией французских притязаний на гегемонию в «Малой Европе» при отстранении Англии, перспектива вхождения которой в «Общий рынок» вызвала резкую оппозицию Франции 82.

В январе 1963 г. де Голль заявил о решимости Франции не допустить присоединения Великобритании к Европейскому экономическому сообществу. Этот шаг, вызвавший бурю возмущения в Лондоне и Вашингтоне, диктовался опасением, что внутри «Об-

7В И. А. Манфред. Париж — Бонн. Франко-западногермаиские отношения по внешней политике Пятой республики. М., 1970; С. Ziebuta. Die deutsch franzosischen Beziehungen seit 1945. Mythen und Realitalcn- Siuilgart, 1970

8(1 «Le Monde», 23.1 1963. 81

«Der Volksvvirl», Beihefl zu Nr. 9, 5. Maiz. 1965.

ь;' C. Krieff. Ceiie ceriaine idee de la France.— «La NEF», № 33, fevrier — av- ril 1968.

щего рынка» Англия будет играть роль «троянского копя» США. Это не только свело бы к нулю всякую возможность использования «шестерки» в качестве внешнеполитического инструмента Парижа, но, более того, подчинило бы объединение западноевропейских стран контролю Вашингтона. Кроме того, присутствие в ЕЭС еще одной великой держаны, располагавшей в торге с ФРГ не меньшими воснпо-политичсскимн преимуществами, чем Франция, исключило бы французское лидерство в «шестерке» 83.

Французская дипломатия отказалась подписать Московский договор о прекращении ядерных испытаний в трех средах, участвовать в работе женевского Комитета по разоружению (что было связано с форсированным созданием французской ядерной «ударной силы»), подчеркивала свое скептическое отношение к ООН, где алжирская война подвергалась резкой критике со стороны освободившихся стран Азии, Африки, Латинской Америки.

Вскоре, однако, события показали, что «ось Париж — Бонн» ни в коей мере не оправдывает возлагавшихся на нее Францией надежд. Коренное различие интересов французских и западногерманских монополий дало о себе знать прежде всего в подходе к структуре «Общего рынка», который партнеры рассматривали под совершенно разными углами зрения. Франция, являвшаяся в «шестерке» крупнейшим производителем и экспортером сельскохозяйственных продуктов, была кровно заинтересована в закреплении за ней рынков остальных стран — участниц ЕЭС. Французские представители упорно настаивали поэтому на выработке единой сельскохозяйственной политики, способной сократить ввоз в зону ЕЭС сырья и продовольствия из третьих стран и перекладывающей на страны-импортеры расходы по субсидированию сельского хозяйства Франции. Однако западногерманские концерны, получившие немалые выгоды от снижения таможенных тарифов на промышленную продукцию в рамках ЕЭС, упорно не желали отказываться от импорта дешевого сырья и продовольствия со стороны, тем более что на вырученную в ФРГ валюту третьи страны покупали западногерманское оборудование, автомашины и т. д. Франция трижды — в 1963, 1964 и 1965 гг.— вынуждена была прибегать к ультиматумам, угрожая торпедировать ЕЭС, если ФРГ не выполнит своих обязательств по выработке сельскохозяйственной политики.

Дипломатия Пятой республики видела в шестерке стран «Малой Европы» зародыш не только торгово-экономического, но и военно-политического блока, связанного с НАТО, однако обособленного от него (лозунг «европейской Европы») 84. В основу орга-

R,t N. Belojf. The General Says No. London, 1963, p. 101.

R/* C. Dupeux. L.a France de 1945 a 1965, p. 293; E. Ioure. Le General de

Gaulle el la con.slruction euiopt'enne. Paris, 1967.

низацнонной структуры такого блока Франция стремилась положить принцип союза, коалиции суверенных государств («Европа отечеств»), что позволило бы ей играть главенствующую роль благодаря наличию собственного ядерного оружия, постоянному месту в Совете Безопасности ООН, праву на участие совместно с СССР, США и Великобританией в решении германской проблемы и прочим прерогативам великой державы 8Г).

ФРГ, а также большинство других участников «шестерки» встретили французские проекты с нескрываемой враждебностью. Схеме построения политического союза «шестерки» по принципу коалиции суверенных государств они противопоставляли идею гораздо более тесной федерации с передачей значительных полномочий «наднациональным» органам80. Монополии Западной Германии рассчитывали рано или поздно захватить контроль над ними.

Уход Аденауэра с поста канцлера ФРГ осенью 1963 г. и замена его Л. Эрхардом — сторонником решительной проамериканской ориентации — придали франко-западногерманским противоречиям еще более резкую форму 486. Бундестаг ратифицировал «договор о сотрудничестве» между двумя странами лишь при условии включения в него преамбулы, подчеркивавшей непоколебимую верность НАТО. Переговоры о сотрудничестве Франции и ФРГ в области производства вооружений также не принесли ожидавшихся результатов. Становилось очевидным, что западногерманская дипломатия рассматривает союз с Францией всего лишь как орудие давления на США, разменную монету в торге за дележ ключевых позиций в НАТО и доступ к ядерному оружию.

Кризис «оси Париж — Бонн» и окончание войны в Алжире ускорили поворот во внешней политике Пятой республики. С конца 1963 г. в ней наметились принципиально новые важные тенденции. Поездки де Голля в Латинскую Америку, Иран, Эфиопию, Камбоджу, посещение премьер-министром Помпиду (занял этот пост в апреле 1962 г.) Индии, Индонезии, Пакистана знаменовали собой прежде всего переход французской дипломатии к иной стратегии в отношениях с развивающимися странами. Используя дискредитацию Соединенных Штатов, взявших на себя функции палача национально-освободительных революций в Азии, Африке, Латинской Америке, правящие круги Франции стремились выступить в выигрышной роли защитников идей независи мости, суверенитета и обеспечить себе тем самым новые экономические и политические возможности в «третьем мире» 487.

С этой же целью Франция заняла по ряду острых международных проблем реалистические позиции, заметно отличавшиеся от позиций остальных стран — участниц НАТО и иных империалистических блоков. В частности, она отмежевалась от агрессивных происков США и Англии в кипрском вопросе (1959—1964 гг.), дала понять о своем отрицательном отношении к агрессивным акциям американского империализма в Доминиканской Республике, наконец, осудила агрессию Израиля против арабских стран в июне 1967 г. ц наложила эмбарго на поставки французского вооружения в страны Ближнего Востока. В Организации Объединенных Наций представители Франции настаивали на возврате к первоначальным принципам ее Устава.

Особенно большое значение приобрела французская политика в Юго-Восточной Азии, где в 60-х годах возник крупный очаг военной опасности в связи с вооруженным вмешательством США в дела государств Индокитайского полуострова. Правительство Франции потребовало вывода всех иностранных войск из государств Индокитая, созыва совещания стран — участниц Женевской конференции 1954 г. и гарантии неприкосновенности ДРВ, Южного Вьетнама, Лаоса н Камбоджи, что должно было создать предпосылки для мирного воссоединения Вьетнама. Французские представители в органах СЕАТО выступили против попыток США и Англии использовать этот агрессивный блок для интервенции в Южном Вьетнаме 488.

Не менее существенные позитивные элементы появились и в европейской политике Франции. В марте 1959 г. генерал де Голль заявил, что воссоединение Германии предполагает признание ею существующих границ «на Западе, Востоке, Севере и Юге» 489. Таким образом, Франция оказалась первой из западных держав, официально подтвердившей незыблемость границы по Одеру—Нейсе. Впоследствии это признание неоднократно подтверждалось.

Наконец, французская дипломатия решительно выступила против планов допуска ФРГ к ядерному оружию через создание «многосторонних ядерных сил» (МЯС). Правящие круги Франции отдавали себе отчет в том, что создание МЯС перенесло бы центр тяжести НАТО в новую организацию, где первую скрипку играли бы США, Англия и ФРГ. «Поборники МЯС в США не скрывали, что их цель состоит в обесценении (французской) ударной силы и нейтрализации французского влияния в Западной Германии путем привязывания Бонна к англосаксонским державам»,— писал генерал Бофр 91. Премьер-министр Жорж Помпиду, выступая 5

декабря 1964 г. перед журналистами, подверг проект МЯС резкой критике, прямо дав понять, чго Франция считает его враждебным своим интересам.

Франко-американские разногласия по германскому вопросу и ядерным проблемам были непосредственно связаны с принципиальным конфликтом между ними по вопросам стратегии и организационной структуры НАТО. Положенный в основу последнего принцип военной интеграции вооруженных сил французское правительство считало несовместимым с сохранением суверенитета власти в странах-участпицах, вынужденных передавать иностранцам контроль над становым хребтом государственного аппарата. Таков был смысл нашумевшей речи генерала де Голля в военной академии 3

сентября 1959 г., когда он впервые объявил, что система интеграции в НАТО отжила свой век. «Интегрированная страна волей-неволей утрачивает интерес к своей национальной обороне»,— говорил де Голль позднее, на пресс-конференции 1 апреля 1961 г.92

Поскольку «вклад» США в вооруженные силы НАТО как количественно, так и качественно был наибольшим, слитые воедино вооруженные силы их союзников, в том числе Франции, становились послушным инструментом Вашингтона. Его партнеры лишались главного средства защиты своих интересов, не совпадающих непосредственно с интересами США. Единственный выход де Голль и его единомышленники видели в замене интеграции союзом суверенных национальных государств, военное сотрудничество которых сводилось бы к координированию их усилий на началах полного равенства, независимо от удельного веса каждого партнера.

Официозная печать, а затем и отдельные представители правительства Пятой республики начали проводить четкую грань между Североатлантическим пактом как документом, включающим комплекс определенных ВОСННО-ПОЛИ'тических обязательств, и возникшей на его основе громоздкой, дорогостоящей и неэффективной военной организацией, структура которой не отвечает более обстановке и не соответствует интересам Франции su.

Уже 7 марта 1959 г. правительство Франции сообщило органам Североатлантического союза, что французская эскадра на Средиземном море, которая в случле войны должна была перейти под командование НА {О, останется под национальным командо-

41 «Slialegie», juillet — а ой I — spptembje 1965. я- Ch. de Cmille. Di.scouis et messages, t. Ill, p. 299. u'! M. Couve de Murvillc. Une politique clraiigere 1958—1969, p. 83—87. ванием. Спустя несколько лет — 21 апреля 1963 г.,— когда война в Алжире окончилась, французское правительство решило вывести из подчинения НАТО и свою атлантическую эскадру. Вслед за тем (27 апреля 1964 г.) французские офицеры были отозваны из штабов ВМС НАТО. К 1965 году «вклад» Франции в интегрированный аппарат НАТО составлял всего 2 армейские дивизии и 27 эскадрилий тактической авиации (тогда как ФРГ—12 дивизий).

Новый тур борьбы между Парижем и Вашингтоном начался весной 1966 г. Во время пресс-конференции 21 февраля де Голль прямо дал понять, что Франция, оставаясь в принципе верной Североатлантическому союзу и сотрудничеству с США, твердо намерена добиться коренной перестройки военной организации этого союза и обеспечить подчинение французским властям всех иностранных частей на территории Франции. 7 марта он направил президенту США Джонсону секретное послание, в котором, судя по сообщениям печати, предлагал начать франко-американские переговоры о будущем НАТО и о статусе войск и баз США на территории Франции, находившихся там на основании соглашении

1951 г.

Спустя 4 часа после получения французского послания заместитель государственного секретаря США Болл вручил французскому послу ответ. Президент Джонсон наотрез отказывался от каких-либо двусторонних переговоров с Францией, ссылаясь на то, что американские войска на ее территории подчинены объединенному командованию НАТО, и намекая на готовность США скорее вывести их вообще, чем передать под контроль Парижа. Перенося дискуссию в более широкие «атлантические» рамки, американская дипломатия явно рассчитывала изолировать Францию и оказать на нее давление руками остальных партнеров.

Французское правительство решило не отступать. 9—10 марта оно направило представителям остальных 14 стран—участниц НАТО специальный меморандум 94. В нем отмечалось, что обстановка, в которой был заключен Североатлантический договор, претерпела существенные изменении: Европа перестала быть центром международных кризисов, который переместился в другие мс- ста. в частности в Азию; она восстановила свою экономику, тогда как США утратили былую атомную монополию. Не ставя под сомнение сам текст договора, Франция настаивала на кардинальной ревизии созданной на его осчове военной организации. Поскольку переговоры о такой ревизии ввиду негативной позиции партнеров не имели никаких шансов на успех, французское правительство сообщало о своем решении изъять из-под контро\;і органов НАТО свои сухопутные и военно-воздушные силы, находящиеся на территории ФРГ, а также отозвать своих представителей из объединенных штабов, находившихся па территории Франции (штаба верховного главнокомандования объединенными вооруженными силами НАТО в Ёвропе и штаба командования войсками НАТО в центральноевропейской зоне). Одновременно ставился вопрос о пересмотре двусторонних соглашений с США о статусе американских войск, сооружений и баз на территории Франции95. Речь шла либо о подчинении их французским властям, либо об эвакуации.

28 и 29 марта 1966 г. министерство иностранных дел направило партнерам по Североатлантическому союзу дополнительные ноты, в которых уточнялись сроки запланированных мероприятий. Французские войска в Западной Германии прекращали подчиняться союзному командованию с 1 июля. 31 марта 1967 г. теряли силу соглашения о размещении натовских штабов во Франции, а 1 июля того же года ее территорию должны были покинуть американские войска.

Решительные действия Парижа вызвали в столицах остальных «атлантических» держав, прежде всего в Вашингтоне, небывалый переполох. Против непокорного союзника были использованы все средства экономического и политического давления. В печати и заявлениях официальных лиц США, Англии, ФРГ и некоторых других стран появились угрожающие намеки на то, что Франции придется заплатить США крупную сумму (порядка 1 млрд. долл.) в счет «возмещения убытков», понесенных при строительстве баз, что она будет лишена права пользоваться системой радарного обнаружения НАТО, потеряв тем самым возможность эффективно использовать свою ядерную «ударную силу», и т. д. Были мобилизованы и проамериканские круги в самой Франции, поднявшие шум об угрозе изоляции страны, о том, что политика де Голля приведет лишь к повышению удельного веса ФРГ в НАТО.

Однако такого рода шантаж не принес ожидаемых результатов. Французское правительство применило меры встречного давления — оно заявило, что отныне разрешения иа полеты американских самолетов над территорией Франции должны будут испрашиваться не на год, как прежде, а в каждом отдельном случае. После длительных переговоров США, ФРГ и другие участники Североатлантического союза вынуждены были волей-неволей примириться с выходом Франции из военной организации НАТО.

Новый курс внешней политики Питой республики не мог не отразиться на ее отношениях со странами социализма. Многие

Всего к этому моменту во Франции находилось 14 інн-ппо-іиюд} шных баз

США, 40 складов и 26 тыс. солдат п офицеров.

Президент де Голль в Москве

вопросы, отдалявшие Францию от этих стран, потеряли прежнюю остроту, тогда как сфера совпадения или сближения интересов значительно расширилась в связи с реалистической позицией, занятой Парижем по ряду актуальноїх международных проблем96.

Заметное потепление наметилось прежде всего во франко-советских отношениях. Обмен многочисленными делегациями, расширение торговых связей, в частности подписание в 1964 г. торгового соглашения сроком на 5 лет с увеличением товарооборота вдвое, научно-техническое сотрудничество, образцом которого явилось заключенное 22 марта 1965 г. соглашение о сотрудничестве в области цветного телевидения на базе французской системы СЕКАМ,— все это было проявлением нового духа в отношениях между двумя странами, имевшими прочную традицию дружбы и союза в борьбе за обеспечение европейской безопасности.

Крупнейшим событием в разетгии франко-советских отношений явился визит Президента Французской республики в СССР 20 июня — 1 июля 1966 г. по приглашению Президиума Верховного Совета и Советского правительства. Генерал де Голль и сопровождающие его лица посетили Москву, Новосибирск, Ленинград, Волгоград, Киев, ознакомились с успехами советской экономики и культуры. В ходе переговоров между советской и французской делегациями был затронут широкий круг международных проблем. В советско-французской Декларации, в которой были подведены итоги переговоров, указывалось: «Оба правительства согласны в том, чтобы считать, что проблемы Европы должны быть прежде всего рассмотрены в европейских рамках. Они высказались за то, чтобы государства континента прилагали усилия к созданию условий, необходимых для соглашений, которые следует заключить, и, в частности, чтобы была установлена атмосфера разрядки между всеми странами Запада и Востока, поскольку такая атмосфера благоприятствовала бы сближению и согласию между ними и, следовательно, рассмотрению и урегулированию возникающих проблем» 490.

В ходе визита Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина во Францию 1—9 декабря 1966 г. был продолжен дружественный обмен мнениями об основных мировых политических проблемах и развитии двусторонних отношений между обеими державами. Тем самым, как подчеркивалось в заключительном франкосоветском Заявлении, был сделан «новый крупный шаг в деле превращения советско-французских отношений в отношения более тесного сотрудничества, согласия и дружбы, опирающиеся на фундамент широкого совпадения основных жизненных национальных интересов советского и французского народов» Я8. Особенно большое внимание было уделено рассмотрению вопросов, связанных с положением в Европе, разоружением, событиями во Вьетнаме, деятельностью ООН и помощью развивающимся странам.

Отличительной чертой развития франко-советских отношений в 1964—1967 гг. являлось стремление обеих сторон подвести под политическое сближение прочную базу торгово-экономического, научно-технического и культурного сотрудничества. Создание постоянно действующих смешанных комиссий, франко-советской торговой палаты, обмен опытом в области мирного использования атомной энергии, исследования космического пространства, дальней связи, морского судоходства, воздушного транспорта и т. д.— все эти мероприятия не только способствовали консолидации двусторонних отношений между Францией и СССР, но и служили примером подлинно позитивного подхода к проблеме мирного сосуществования в целом. Заметно улучшились также отношении Франции с другими социалистическими государствами. В мае 1964 г. Франция, несмотря на протесты США, продала Кубе 300 грузовиков, в 1964—1966 гг. Париж посетили правительственные делегации Социалистической Республики Румынии и Польской Народной Республики во главе с председателями Совета министров СРР и ПНР, министры иностранных дел ЧССР, Болгарии, Венгрии и Польши; министр иностранных дел Франции Кув де Мюрвиль посетил Румынию, Болгарию, Польшу, Чехословакию. В январе 1964 г. французское правительство признало де-юре Китайскую Народную Республику.

Прогрессивные силы Франции, в том числе находящиеся в решительной оппозиции режиму Пятой республики, положительно оценили такие конструктивные шаги французской дипломатии, как выход из военной организации Североатлантического договора, признание окончательной границы по Одеру — Нейсе, расширение контактов с СССР и социалистическими странами Восточной Европы по широкому кругу экономических и политических проблем, установление дипломатических отношений с КНР, предложения о выводе иностранных войск из Вьетнама и возврате к Женевским соглашениям 1954 г. «Одним из знаменательных событий последнего периода явилось сближение между Францией и Советским Союзом. Поездка де Голля в Советский Союз и визит во Францию Председателя Косыгина были чрезвычайно сочувственно встречены подавляющим большинством французов всех политических убеждений, за исключением горстки отсталых реакционных политиков, ставящих требования американских правящих кругов выше интересов Франции и мира»,— указывал генеральный секретарь Французской коммунистической партии Вальдек Роше в отчетном докладе XVIII съезду ФКП ".

<< | >>
Источник: А. З. МАНФРЕД (отв. редактор) В. М. ДАЛИН и др.. История Франции т.3. 1973

Еще по теме ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПЯТОЙ РЕСПУБЛИКИ:

  1. Глава 11. Две Испании: республика и «национальная зона» в первой половине 1937 года
  2. Глава 13. Республика в кризисе. Ноябрь 1937 года – апрель 1938 года
  3. 10.2. Структура личности и политика
  4. «РЕСПУБЛИКА БЕЗ РЕСПУБЛИКАНЦЕВ»
  5. «РЕСПУБЛИКА БУРЖУАЗНЫХ РЕСПУБЛИКАНЦЕВ»
  6. ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПРАВИТЕЛЬСТВА БРИАНА. СПАД РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ
  7. ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО МЕХАНИЗМА ПЯТОЙ РЕСПУБЛИКИ
  8. ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПЯТОЙ РЕСПУБЛИКИ
  9. СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА ПРАВЯЩИХ КРУГОВ И МАССОВОЕ ДВИЖЕНИЕ ТРУДЯЩИХСЯ
  10. ПЯТАЯ РЕСПУБЛИКА В 1970—1973 ГОДАХ
  11. Вопрос 68. Внешняя политика СССР 1939 - 1941 гг.
  12. Ближневосточная политика Франции: основные направления
  13. внешнее давление
  14. РАЗНОЕ И НЕОБЫЧНОЕ О ПОЛИТИКЕ
  15. § 5. Внешняя политика Екатерины II
  16. 3.6. Цезарь предает республику
  17. 7.5. Демократия и внешняя политика
  18. ГЛАВА 3 ФРАНЦУЗСКАЯ РЕСПУБЛИКА В НАЧАЛЕ XX ВЕКА
  19. ГЛАВА 54 ЧЕТВЕРТАЯ РЕСПУБЛИКА ВО ФРАНЦИИ: ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ НЕСТАБИЛЬНОСТЬ