<<
>>

ВСТУПЛЕНИЕ ФРАНЦИИ В АГРЕССИВНЫЕ БЛОКИ И БОРЬБА ТРУДЯЩИХСЯ ПРОТИВ ВОЙНЫ ВО ВЬЕТНАМЕ

Отказ от самостоятельной роли на международной арене — такова была основная черта внешней политики коалиции «третьей силы» и ее министров иностранных дел, которыми являлись поочередно лидеры МРП Жорж Бидо и Робер Шуман.

Руководители католической партии взяли на себя незавидную миссию превращения Франции в сателлита Соединенных Штатов. Лидеры СФИО, разработавшие теорию отмирания национального суверенитета, всегда активно поддерживали акции своих католических коллег по правительству.

Присоединение Франции к «плану Маршалла» определило основные элементы ее внешней политики: «холодная война», антикоммунизм, участие в военно-политических блоках под эгидой США и, как результат, капитуляция в германском вопросе. Подчинение Франции агрессивной политике американского империализма на данном этапе соответствовало интересам французской буржуазии, у которой колебалась почва под ногами вследствие не- прекращавшихся взрывов ожесточенной классовой борьбы. Жертвуя частью национального суверенитета, она стремилась сохранить свое классовое господство.

Поворотным моментом во внешней политике Франции стала Московская сессия Совета министров иностранных дел в марте — апреле 1947 г., когда Франция полностью перешла на позиции США. Этот поворот совпал с удалением коммунистов из правительства и представлял, таким образом, одно из звеньев общей переориентации Франции на союз с международной реакцией. Другим звеном был курс на ухудшение отношений с Советским Союзом и странами народной демократии. В ноябре 1947 г. французские власти организовали вооруженный налет на лагерь советских репатриантов в Борегаре; затем было аннулировано франкосоветское соглашение о репатриации, произведены незаконные аресты советских граждан. Французский книжный рынок начал наводняться антисоветской литературой, на экранах демонстрировались фильмы, порочившие Советский Союз.

Французское правительство сорвало переговоры о заключении договора о взаимопомощи с Польшей.

Провал попытки контрреволюционного переворота в Чехословакии и укрепление режима народной демократии в этой стране привели французские правящие круги в ужас. Реакционной буржуазии стало казаться, что грозный призрак коммунизма бродит уже у границ Франции.

Как и предвидели коммунисты, «план Маршалла» был далеко не филантропическим мероприятием американских монополистов. Еще до того как первое судно с американским продовольствием прибыло в Марсель, США при поддержке своих западноевропейских партнеров приступили к оформлению военно-политических блоков под своей эгидой. Франция была одним из организаторов так называемого Западного союза Англии, Франции, Бельгии, Голландии и Люксембурга, договор о котором был подписан в Брюсселе 17 марта 1948 г. Хотя в тексте договора имелась ссылка, что он предусматривает оборону от германской агрессии, он был направлен против Советского Союза и стран народной демократии. Брюссельский договор предусматривал оказание автоматической взаимопомощи в случае агрессии «в Европе», но под «агрессором» понималась не Германия, а Советский Союз. Это фактически разрушало действовавшую во время войны антигитлеровскую коалицию.

В рамках Западного союза развернулась интенсивная военная подготовка. Положив в основу своей внешней политики миф о неизбежности «советской агрессии», французские правящие круги приняли активное участие в новой гонке вооружений.

Представители США присутствовали на всех заседаниях организации Брюссельского договора. Однако узкие рамки этого союза не устраивали агрессивные круги Соединенных Штатов, разрабатывавших планы войны против стран социалистического лагеря и сил демократии во всем мире. Империалисты США в союзе со своими европейскими единомышленниками подготовили проект нового, более широкого военного блока — агрессивного Североатлантического договора, который 4 апреля 1949 г. был от имени Франции подписан в Вашингтоне Робером Шуманом.

Дополняя «план Маршалла», Атлантический договор объединял под руководством США военные ресурсы подписавших его стран.

Он связал их узами военного союза. Согласно статье 4-й договора, Франция могла оказаться в таком положении, когда другие его участники имели бы возможность предпринять вооруженное вмешательство в ее внутренние дела, например в случае революционных событий; она могла быть автоматически втянута в войну, так как статья 5-я договора давала его участникам право индивидуально решать вопрос о применении вооруженной силы.

Хотя при подписании Атлантического пакта Р. Шуман и заявил, что Франция останется неизменно верна франко-советскому договору410, однако этот акт французского правительства явно противоречил франко-советскому договору 1944 г., согласно которому оба государства обязались «не заключать какого-либо союза и не принимать участия в какой-либо коалиции, направленной против одной из Высоких Договаривающихся Сторон»Ji.

Ратификация Атлантического пакта Национальным собранием Франции превратилась в битву между коммунистами и остальной частью собрания. Роль главных защитников Атлантического пакта взяли на себя лидеры коалиции «третьей силы», приложившие немало стараний, чтобы доказать «оборонительный» характер пакта. Министр иностранных дел и лидер МРП Робер Шуман патетически воскликнул: «Можем ли мы остаться бездеятельными перед этой холодной войной, которая руководится из одного центра и поддерживается значительно более мощными военными силами, чем наши, и группировками, созданными в наших странах? Это было бы изменой нашему долгу» Блюм не скрывал, что правящие круги Франции заинтересованы в Атлантическом пакте не менее своих американских союзников. Он писал в те дни: «Совершенно неправильны заявления, будто бы пакт навязан Европе Соединенными Штатами. Не американское правительство, а западные демократии взяли на себя инициативу, а в некоторые

36

моменты и настаивали на этом» .

Единственными, кто выступил против ратификации и подверг пакт резкому осуждению, были депутаты-коммунисты. Член Политбюро ЦК ФКП Франсуа Бийу заявил в своей речи: «Этот пакт напоминает известный Священный союз против народов Европы, заключенный в начале XIX столетия.

Атлантический договор является антисоветским пактом, переизданием антико.мин- терновского» 3/. Коммунисты подчеркивали, что военные расходы, вооружение, поставляемое США, должны будут оплачиваться французским народом.

26 июля 1949 г. 395 голосами против 189 Атлантический договор был утвержден Национальным собранием 411. Франция вступила в орбиту «атлантической солидарности» и надолго отказалась от проведения самостоятельной политики, независимой от внешнеполитического курса США. 27 января 1950 г. состоялось подписание франко-американского соглашения, предусматривавшего размеры и формы американской военной помощи на 1950/51 финансовый год, Франция обязалась использовать американское вооружение и кредиты только на строго установленные цели. Военный бюджет Франции неимоверно разбух. На большей части территории страны расположились военные склады, базы и аэродромы США В Фонтенбло, близ Парижа, обосновался генеральный штаб НАТО.

Немедленно после создания НАТО США поставили перед своими союзниками вопрос о ремилитаризации Западной Германии. Правящие круги США прекрасно понимали, что силами стран Бенилюкса (Бельгии, Нидерландов, Люксембурга) нельзя вести войну против социалистического лагеря. В Западной Европе имеются лишь два крупных континентальных государства: Франция и Западная Германия. Но во Франции каждый четвертый человек голосовал за коммунистов, что делало французов ненадежными в глазах американских империалистов. Занадная Германия Аденауэра с ее духом реваншизма, наличием большого количества гитлеровских офицерских кадров, ненавидевших Советский Союз, представлялась американским стратегам чрезвычайно важной опорной базой для организации нового «крестового похода» на Во-

СТОК .

Требование Соединенных Штатов ремилитаризировать Западную Германию вызвало серьезные и длительные разногласия в правящих кругах стран Западной Европы, опасавшихся возрождения милитаристской Германии,— особенно во Франции. Пытаясь успокоить французов, хорошо помнивших ужасы гитлеровской оккупации и опасавшихся, что создание Атлантического блока неизбежно повлечет за собой включение в него Западной Германии, Робер Шуман заявил в Национальном собрании: «Этот вопрос не может бьпь поставлен.

Мирного договора нет. У Западной Германии нет армии, и она не может ее иметь; она не имеет во-

оружения и не будет его иметь» 412. Однако министр иностранных дел Франции не мог не понимать действительного положения вещей. Видный журналист Бёв-Мери, политический директор влиятельной газеты «Монд», занимавшей тогда нейтралистские позиции, писал: «Перевооружение Германии (Западной.— Ред.)

содержится в Атлантическом пакте так же, как зародыш в яйце» 413.

Весной 1948 г. на Лондонском совещании западных держав по германскому вопросу Франция согласилась с созданием сепаратного западногерманского государства; несколько позднее, несмотря на протесты Франции, США и Англия настояли на ликвидации межсоюзнического контроля над Рурской областью. Французские политические деятели Р. Шуман и Р. Плевен стали инициаторами международных актов, значительно облегчивших ремилитаризацию Западной Германии. Первый дал свое имя плану (истинным его автором был Жан Монне), являвшемуся зародышем будущего «Общего рынка». 9 мая 1950 г. Р. Шуман выступил с заявлением: «Для совместного франко-германского производства угля и стали французское правительство предлагает создать под руководством Высшего совета организацию, открытую для участия других европейских стран» 414. «План Шумана» явился результатом сговора магнатов металлургической и угольной промышленности Франции и Западной Германии, получавших крупные государственные субсидии, в том числе по «плану Маршалла», которые они использовали для модернизации своих предприятий. Подписание «плана Шумана» ускорило капиталистическую концентрацию во французской промышленности. В черной металлургии были созданы новые мощные монополистические объединения: в 1950 г. «Юньон сидерюржик Лоррэн» (Сиделор) и др. в 1952—1953 гг.— «Компани дез ателье э форж де ля Луар», «Сосьете Лоррэн Эско».

Договор о Европейском объединении угля и стали (ЕОУС), подписанный 18 апреля 1951 г., предусматривал отмену различных таможенных ограничений и пошлин и создание единого рынка для угольной и металлургической продукции шести стран — Франции, ФРГ, Италии, Бельгии, Голландии и Люксембурга.

Буржуазные и правосоциалистические пропагандисты подняли большой шум вокруг ЕОУС, изображая его как победу идеи федерализма и первый шаг к «интеграции Европы». На деле расширение экономических связей монополий ФРГ с монополиями Фран ции и других стран Западной Европы было предпосылкой для включения Западной Германии в Атлантический блок и ее ремилитаризации.

Р. Плевен, в июле 1950 г. сменивший Бидо на посту председателя совета министров, был лидером партии ЮДСР (Демократический и социалистический союз Сопротивления), небольшой, но влиятельной парламентской группировки. Наряду с правыми элементами, к числу которых принадлежал Плевен, имевший связи с американским капиталом, в ней было и левое крыло, возглавляемое Франсуа Миттераном. Плевен, который, по словам А. Верта, «готов был сулить американцам луну с неба» 415, дал свое имя проекту, явившемуся в сущности первоначальным вариантом «Европейского оборонительного сообщества». «Планом Пл евена» предусматривалось создание межнациональной «европейской армии», в состав которой должны были войти и западно- германские дивизии.

Дебаты, проходившие в конце октября 1950 г., отразили серьезное беспокойство французского общественного мнения. Многие ораторы, выступавшие в дебатах, подчеркивали, что перевооружение ФРГ является серьезной угрозой как для Франции, так и для дела мира. Депутат-коммунист Ф. Бонт в своей речи указал, что западногерманские дивизии, включенные в состав «европейской армии» и поставленные под командование немецких генералов, могут быть призваны для установления «порядка» в самой Франции. Но депутаты партий «третьей силы», повинуясь нажиму из Вашингтона, послушно проголосовали за «план Плевена», который был одобрен 343 голосами против 225 416. Тем самым правящие круги Франции в принципе согласились на ремилитаризацию

ФРГ.

Внутренняя и внешняя политика коалиции «третьей силы», проводимая под знаком антикоммунизма и «атлантической солидарности», не только ослабляла международный престиж Четвёртой республики, но и наносила непоправимый урон ее связям со странами Французского союза. Правители Франции отказались от установления дружеских и равноправных отношений с народами Французского союза. Они пытались остановить рост национально-освободительного движения при помощи методов насилия и принуждения и потерпели в этом полный крах. Война против Демократической Республики Вьетнам, длившаяся уже несколько лет и приносившая французам поражение за поражением, потребовала от Франции огромных денежных расходов и больших человеческих и материальных жертв. Не имея возможности вести вой-

Демонстрация трудящейся молодежи в Париже против грязной войны во Вьетнаме

ну собственными средствами, французское правительство было вынуждено согласиться на помощь американского империализма, который ставил своей задачей вытеснить французского конкурента из Юго-Восточной Азии, превратив Индокитай в свою стратегическую базу для подготовки войны против Советского Союза и национально-освободительного движения в Азии.

Не принеся славы французской армии, война в Индокитае, как и все несправедливые колониальные войны, породила громкие политические скандалы. Коммунисты с полным основанием назвали ее «грязной войной». Один из скандалов, известный под названием «дело генералов», разразился в 1949 г. Секретный документ о положении в Индокитае, составленный начальником генерального штаба генералом Ревером, попал во французскую и иностранную печать. Правительство всеми силами пыталось замять это дело, р котором оказались замешанными видные деятели МРП, РПФ, социалистической и радикал-социалистической партий, получавшие взятки от агентов вьетнамского самозванного императора Бао Дая. Когда Ж. Дюкло, выступая 7 февраля 1950 г. в Национальном собрании, сказал, что в официальных кругах царит коррупция, и стал называть имена видных депутатов и политических деятелей, получавших чеки от Ван Ко, агента Бао Дая, в зале заседаний поднялся дикий шум: депутаты партий «третьей силы» хлопали пюпитрами, выкрикивали ругательства по адресу Дюкло. Но Дюкло, блестящего оратора и старого закален- ного парламентского бойца, нелегко было смутить: он остался на трибуне и закончил свою речь, призвав французский народ к борьбе против «грязной войны» во Вьетнаме.

«Дело генералов», показавшее, что в коалиции «третьей силы» идет грызня не только за политическое влияние, но и за право наживаться на войне, вызвало глубокое возмущение трудящихся Франции, которые несли основную тяжесть военных расходов. Французы начинали приходить к мысли, что партии «третьей силы» ведут Францию по старой, пагубной политической колее, проложенной Третьей республикой.

«Атлантическая солидарность», т. е. подчинение национальных интересов Франции интересам американского империализма, не была популярна в стране. Значительная часть буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции, многочисленной и влиятельной во Франции, даже те ее представители, которые были заражены антикоммунизмом, справедливо опасались, что подобный политический курс подорвет престиж Франции, задержит ее экономическое развитие и толкнет ее на войну против Советского Союза; в «агрессивные» же намерения последнего не очень верили, несмотря на все усилия официальной пропаганды.

Эти настроения нашли отражение в теории федеральной, объединенной Европы и «международной третьей силы», а также в движении нейтрализма, центром которого стала влиятельная буржуазная газета «Монд», а пропагандистом — ее политический директор Бёв-Мери, писавший статьи под псевдонимом «Сириус».

По замыслу части идеологов МРП и СФИО «объединенная Европа» должна была стать «международной третьей силой», уравновешивающей борьбу двух блоков во главе с США и СССР. Соответственно в этой теории смешались самые различные тенденции. С одной стороны, она отвечала планам французского монополистического капитала, рассчитывавшего таким путем не только укрепить капитализм в Европе, но в дальнейшем усилить позиции Франции среди западных держав. С другой стороны, она отражала иллюзии мелкобуржуазных идеологов СФИО, мечтавших без борьбы против империализма создать объединенную «социалистическую» Европу.

Формула «международной третьей силы» могла бы иметь определенное демократическое содержание, если бы она предусматривала практические меры по обеспечению нейтралитета Франции. Но в представлении лидеров СФИО и МРП с их воинствующим антикоммунизмом «объединенная Европа», выступающая как «международная третья сила», была несовместима с политикой нейтралитета. По их мнению, агрессивный блок НАТО, присутствие американских войск были необходимы для «безопасности» Европы.

На 42-м съезде СФИО в 1950 г. Ги Молле категорически заявил, что «в настоящих условиях нейтралитет невозможен» 417.

Среди французской левой некоммунистической интеллигенции широкое распространение получило движение нейтрализма. Нейтралисты говорили о вооруженном нейтралитете свободной, сильной, не входящей ни в какие военные блоки Франции. Они критически относились к Атлантическому пакту и связанным с ним гонке вооружений, военному психозу и антисоветской кампании, усилившейся после начала войны в Корее. Именно в это время, в июле 1950 г., газета «Монд» выступила с сенсационными разоблачениями поджигателей войны, опубликовав документ, составленный «международным комитетом по изучению европейских вопросов», в который с французской стороны входили Рейно, Андре ле Трокер, Марэн, Поль Бастид, Эдуард Бонфус и др. Его авторы выступали за ядерную войну против Советского Союза и, в частности, предполагали возможность сбросить атомные бомбы на важнейшие города СССР 418. Этот документ вызвал такую бурю негодования во Франции, что французские участники поспешили заявить о своем выходе из комитета.

Однако движение нейтрализма и пацифизма, охватившее значительную часть общественного мнения, было лишь пассивным стремлением к миру. Огромная заслуга Французской коммунистической партии состояла в том, что она сумела превратить его в активную борьбу за мир, облечь в организационные формы, разработать его методы и лозунги. Под руководством компартии движение за мир стало массовым и действенным, оно оказывало серьезное влияние на политику правительства.

Уже в период подготовки Атлантического пакта и развернутой в связи с этим антисоветской кампании Политбюро ЦК ФКП приняло 30 сентября 1948 г. заявление. В нем говорилось: «Французский народ изобличает создание военного антисоветского блока под руководством американских империалистов... Французский народ никогда не будет воевать против Советского Союза» 419. Этот лозунг, вокруг которого компартия развернула большую пропагандистскую деятельность, разъясняя миролюбивый характер внешней политики Советского Союза, вызвал бешеную ненависть реакции. На заседании Национального собрания 23 февраля 1949 г. депутат Пьер Андре потребовал от правительства объявить ФКП вне закона, ибо этим заявлением она якобы вновь подтвердила свой «ненациональный характер». Правый депутат Шерер за дал М. Торезу провокационный вопрос: что будет делать компартия, если Советская Армия придет на территорию Франции? В ответ Морис Торез решительно заявил, что компартия, выступая в защиту Советского Союза, исходит не из гипотез, а из фактов. Факты же говорят о том, что французское правительство в сотрудничестве с англосаксонскими империалистами превращает Францию в базу агрессии против Советского Союза и стран народной демократии. И Торез продолжал: «Если усилия всех французов, сторонников свободы и мира, не приведут нашу страну в лагерь мира и демократии, если затем наш народ будет втянут, вопреки его желанию, в антисоветскую войну и если в этих условиях Советская Армия, защищая дело народов, дело социализма, придет, гоня агрессоров, на нашу землю,— трудящиеся, народ Франции, смогут ли они относиться иначе к Советской Армии, чем трудящиеся и народы Польши, Румынии, Югославии и т. д.» 420

Выступление Тореза было гневным обличением международного империализма, готовившего войну против СССР. В ответ на военный и атомный психоз, на попытку реакционной пропаганды убедить французский народ в неизбежности войны генеральный секретарь ЦК ФКП на февральском пленуме ЦК в 1949 г. развивая идеи VII конгресса Коминтерна, выдвинул важное положение, что война не является ни фатальной, ни неизбежной. Позднее в докладе на национальной конференции ФКП (апрель 1949 г.) и на XII съезде ФКП (апрель 1950 г.), М. Торез подробно разработал это положение, сыгравшее большую роль в активизации движения за мир как во Франции, так и в других странах. В резолюции национальной конференции ФКП 1949 г. говорилось: «Неправильно было бы утверждать, что война должна наступить фатально. Можно предотвратить катастрофу и избавить нашу страну от ужасов и страданий чудовищной войны. Все зависит от нашей борьбы, от способности коммунистов вовлечь в священную борьбу за мир широкие массы народа» 421.

Французская коммунистическая партия, сосредоточив главное внимание на борьбе за мир, сплотила вокруг этого лозунга рабочий класс и значительную часть других социальных слоев. Коммунисты поддержали инициативу прогрессивных деятелей Франции во главе с Ивом Фаржем, создавшим в конце 1948 г. организацию «Борцы за мир и за свободу», и превратили ее в массовое движение. ФКП была одним из организаторов первого Всемирного конгресса сторонников мира в Париже в апреле 1949 г., который открылся под председательством всемирно известного французского ученого-коммуниста Фредерика Жолио-Кюри. Компартия и ВКТ подняли трудящихся на борьбу против ратификации Атлантического пакта. По всей стране прошли забастовки, демонстрации и митинги протеста. 5 августа 1949 г. в Париже состоялась демонстрация против приезда в Париж американского генерала Брэдли для обсуждения с французским правительством военных планов в соответствии с Атлантическим договором. Демонстрация проходила под лозунгами: «Уничтожить Атлантический пакт!», «Мы хотим мира!», «Брэдли — в Нью-Йорк, Монтгомери — в Лондон!»

Французская коммунистическая партия постоянно разъясняла, что война, которую вел французский империализм против национально-освободительного движения вьетнамского народа, тесно связана с агрессивными планами американской и западноевропейской военщины и угрожает миру и безопасности народов. Из конфликта между метрополией и колонией «грязная война» могла превратиться в опасный очаг нового мирового конфликта. Поэтому ФКП рассматривала кампанию за прекращение войны во Вьетнаме как важнейшее звено борьбы за мир. Основная задача, которую выдвинула партия, заключалась в переходе от пропа ганды и агитации в защиту вьетнамского народа к конкретным действиям, направленным на срыв колониальной войны.

Особенности милитаризации Франции в 1949—1950 гг., когда основное значение имели поставки американского оружия, определили и своеобразие методов борьбы — срыв этих поставок, отказ докеров и моряков разгружать и отгружать военные материалы. Докеры явились передовым отрядом рабочего класса, активно выступившим против агрессивной политики империалистов. Их движение, которое приняло особенно широкий размах в конце 1949 г., проходило под лозунгом: «Ни одного человека, ни одного су для «грязной войны» во Вьетнаме!» Вначале средиземноморские порты, и особенно Марсель, затем Атлантическое побережье, порты Шербур, Лапаллис, Сен-Назер оказались в центре этой героической борьбы, которую поддержали и другие отряды рабочего класса. По призыву ФКП на предприятиях, в портах начали создаваться комитеты в защиту мира; движение укреплялось организационно. В портах комитеты следили за прибытием или отправкой военных грузов, предупреждали об этом рабочих, организовывали финансовую поддержку бастующим, призывали к солидарности рабочих промышленных предприятий. Среди докеров в это время была большая безработица, но тем не менее они решительно отказывались грузить военное снаряжение. Всему миру стали известны имена Раймонды Дьен, преградившей путь железнодорожному составу с оружием, и старшины Анри Мартена, отказавшегося участвовать в «грязной войне».

В ответ на усиление политических, антивоенных выступлений правительство в марте 1950 г. провело через парламент законы, согласно которым любой француз или иностранец подвергался тюремному заключению за порчу военных материалов, за отказ их производить, а также за «разложение армии». Правда, правительство не решилось применять эти, как их называли коммунисты, «сверхгнусные законы». Несмотря на угрозы и репрессии, рабочий класс по-прежнему шел в авангарде борьбы за мир.

В 1950 г. французский пролетариат выступил также с энергичным протестом против планов ремилитаризации Западной Германии. Митинги и демонстрации трудящихся, кратковременные, а иногда и продолжительные забастовки (как, например, стачка на шахте № 7 Ошеля, длившаяся 31 день) проходили под лозунгами: «Мы не хотим этого видеть вновь!», «Мы не хотим, чтобы наши палачи были вновь вооружены!»

В развитии движения в защиту мира большую роль сыграл XII съезд ФКП (2—6 апреля 1950 г.), подчеркнувший, что важнейшей задачей рабочего кларса и компартии является борьба против наступления монополий, за мир и национальную независимость. Принятая съездом программа национального воз-

Митинг в Марселе против ремилитаризации Западной Г ермании.

рождения требовала отказа от «плана Маршалла», расторжения Атлантического пакта, запрещения атомного оружия, заключения пакта мира между пятью великими державами, денацификации и демилитаризации Западной Германии, прекращения войны во Вьетнаме, улучшения положения трудящихся города и деревни, закрепления демократических и социальных завоеваний. По призыву XII съезда коммунисты приняли активное участие в сборе подписей под Стокгольмским воззванием о запрещении атомного оружия (1950 г.). Был достигнут значительный успех: под этим воззванием подписались 14 млн. французов.

<< | >>
Источник: А. З. МАНФРЕД (отв. редактор) В. М. ДАЛИН и др.. История Франции т.3. 1973

Еще по теме ВСТУПЛЕНИЕ ФРАНЦИИ В АГРЕССИВНЫЕ БЛОКИ И БОРЬБА ТРУДЯЩИХСЯ ПРОТИВ ВОЙНЫ ВО ВЬЕТНАМЕ:

  1. Период эмбарго
  2. ВСТУПЛЕНИЕ ФРАНЦИИ В АГРЕССИВНЫЕ БЛОКИ И БОРЬБА ТРУДЯЩИХСЯ ПРОТИВ ВОЙНЫ ВО ВЬЕТНАМЕ
  3. ПЯТАЯ РЕСПУБЛИКА В 1970—1973 ГОДАХ
  4. 3. Союз таиландского и американского капитала и втягивание Таиланда в империалистический военный лагерь
  5. ГЛАВА 57 УСПЕХИ И НЕУДАЧИ ИТАЛЬЯНСКОЙ ДЕМОКРАТИИ