<<
>>

1. Фундаментальные характеристики человека

Ф

илософы во все времена сталкивались с невозможностью определения человека, хотя всегда были попытки дать такое определение. «Человек разумный» (homo sapiens), «человек делаюший» (homo t'aber).

«человек играющий» (homo ludens): KL.Маркс определял человека как животное, производящее орудия труда. Гегель - как млекопитающее с мягкой мочкой уха (в шутку, конечно), Ф. Ницше - как животное, умеющее обещать, и т.д. и т.п.

Видимо, человека окончательно и однозначно определить нельзя, слишком он многогранен, разносторонен в своих мыслях, делах и свершениях И HIT под одно определение не подходит, ни одним определением не охватывается.

Определить его можно только отрицательно, через такие качества, которые несут в себе отрицание: несводимость, непредопределенность, незаменимость, неповторимость, невыразимость. ЭТИ ПЯТЬ «не» свидетельствуют не об ограниченности или ущербности человеческой природы. а об ее универсальном характере, исключительном месте, которое занимает человек среди других предметов или явлений окружающего мира.

Несводимость

Человек не детерминирован жестко ни законами своего биологического пида. ни законами культурной эволюции, ибо история культуры — это не только преемственность традиций, но и их постоянная ломка. Человек не рождается с определенной профессией или вкусом, не привязан к какому-то одному климату или пише, к определенному месту Он — бесконечная, открытая потенциальность, с огромной, в сравнении со всеми остальными существами, степенью свободы. Человек рождается совершенно неприспособленным к самостоятельному существованию, его жизнь и его поведение почти не обусловлены его наследственностью, за исключением нескольких, самых основных рефлексов. Он формируется «здесь», і) мире, л число вариантов осуществления его жизни практически безгранично, как бесконечно количество условий, его формирующих.

Животное, как мы уже писали во второй главе, не может не делать того, что записано в его генетической программе, а человек может не делать очень многого, он вообше может ничего не делать для поддержания своего существования, он может отказаться от жи зим и выбрать смерть — п и пом также проявляется специфика его бытия IT.Д. I УОНН. К.II. I U'K|KU1)II.|

Таким образом, можно сказат ь, что человеческое быгие ни к чему не сводимо. Несводимость — всеобщее свойство мира, каждый его уровень. каждая форма движения имеет свои специфические законы, и: разложимые без оста і ка на более элементарные. В случае с человеком можно говорить об абсолютной несводпмостн. Он никогда не совпадает ни с одной своей телесной или психической особенностью, ни с профессией. ни с работой, пи с делом, ни с одной из сотворенных ИМ форм и пешей, on никогда не выражает в них себя полностью, он всегда выше, значительнее любою своего дела и свершения. Человек никогда не может себя оттредмегить. выразить до конпа в своих делах и поступках. в нем всегда есіь много незавершенного, непрояйленного. Человек — существо трансиендпрующее. переступающее самого себя, свои, положенные им самим ПЛИ кем-то границы. Он никогда поэтому не фиксируется в конкретных рамках, он постоянно впереди себя или выше.

Если он отождествил себя со своей профессией — он уже не человек в полном смысле слова. Его уже можно называть через дефис: человек- токарь. человек-банкир, человек-депутат. О.Хаксли написал в бб-х годах «Прекрасный новый мир» — роман-антиутопию, где описывается, как в будущем людей будут выращивать в лаборатории, в пробирках, причем заранее программируя их особенности, заранее выводя их будущую породу. В результате облучения или введения определенных химических веществ в эти пробирки рождающимся людям предназначено стать либо горнорабочими, либо ткачами, либо сталеварами — их организм запрограммирован только на эту. одну работу. И только выполняя предназначенное им дело, они будут жить счастливо и осмысленно.

Массам, например, еше в зачаточном состоянии прививается нелюбовь к природе и страсть к спорту и спортивным соревнованиям. Кто знает, может быть, наука в будущем н достигнет такого уровня, при котором можно будет выводить определенную породу из человеческого материала, но только это будут уже не люди, а человекообразные роботы.

Человек может сказать про себя: «Я состоялся как врач». «Я состоялся как учитель», но никто не может сказать о себе: «Я состоялся как человек» Видимо, это совершенно невозможная вещь, ибо, говоря так. человек должен считать себя достигшим идеала.

Сущностью человека является ничто. Он — ничто в сравнении со всеми другими видами жизни, окостеневшими в строгих и неизменных формах. Ни одно животное не может быть другим, животные уже миллионы лет не меняются, застыли в данной им природной форме. Человек всегда меняется, всегда преодолевает свое сегодняшнее состояние Он — ничто, которое не есть что-то (законченное и ограниченное), а есть условие всякого «что-то», которое позволяет ему быть кем угодно, не совпадая ни с одной воплотившейся формой. Его ничто — это признак его универсальности, возможность свободы.

Масса окружающих нас пешей, писал Ж - П.Сартр, не обладает бытием. Бытие — это предпосылка любого открытия, это возможность вообще чему-то быть, предварительная явлснность любого явления. Но иобан вещь любое сущее, может открыться только через человека, чс-

Цитологии человеческого ЧЬИ ИИ

рез его сознание. В этом смысле «сознание есть трансфеноменальное, бытийственнос измерение человека»'. Сознание не является субстанциальным. оно есть чистое явление в том смысле, что оно существует только в тон мере. « какой является. Но поскольку оно чистое явление, оно представляет собой пустоту, ничто, ибо весь мир лежн і вне его. Это не то ничто, которое вне бытия, ограничивает его или парит над ним. это и не абстрактное логическое понятие, каким его мыслил Гегель. Ничто находитея в самом сердце бытия. Бытие лишь через ничто, лишь через человека и его сознание приходит в мир.

«Этой возникающей для человеческой реальности возможности порождать из себя ничто впервые после стоиков дал имя Декарт: это — свобода»'. Свобода в данном случае — не качество, которое наряду с другими принадлежит человеческому бытию, сама сущность человека содержится в этой свободе, свободу невозможно отличить от этой сущности. Только через свободу человек становится вестником бытии, условием любого — философского. научного, артистического, житейского — открытия мира.

Точно так же и М.Хайдеггер полагал, что у человека нет никакого «в себе», где можно было бы укорениться, найти собственное основание. Человеческая сущность как бы парит без опоры в воздухе, человек есть п конечном счете отсутствие всякого основания, ему самому суждено обосновывать, проявлять бытие сущего. Такая бессодержательность кажется чем-то загадочным и завораживающим. Человек, по Хай- деггеру, никогда не сводится к своей физической данности, а всегда есть то, чем он «занят», что его захватывает. Захватить его может только открывшаяся ему вдруг глубокая, невыразимая тайна вещей. Это и есть основное занятие человека, и образующееся из глубины этой «захваченное™» мышление позволяет ему не просто жить среди вещей, но и различать между сущим и тем. что «истиннее», «выше», видеть духовный смысл и значимость всего окружающего'.

Понимание своеобразия человеческого бытия достигалось в трудной борьбе с теми или иными формами никогда не умирающего редукционизма: тут и представления о человеке как о бесконечно сложной и идеально запрограммированной машине, и постоянно проявляющаяся идентификация человека с профессией, должностью, со страстями, привычками, шаблонами поведения, со способностями и т.д. Можно выделить три типа отождествления (сведения) человека, которые закрывают путь к пониманию человеческой природы: отождествление человека с общественным положением, профессией, социальной ролью; отождествление со своими потребностями, часто искусственными и излишними: и. наконец, отождествление себя с самим собой, со своим психологическим образом, сложившимся в результате приспособления к эмпирическим обстоятельствам.

1.

Если человек отождествил себя до конца со своей социальной ролью. должностью, профессией, с сегодняшней ступенью своего развития, то on весь во власти «старого», осуществившегося, устоявшегося. для Него любое новое — от образа мыслей до образа жизни — кажется досадной помехой. Человек часто идентифицирует себя с какими-то проблемами. мыслями, делами, часто неважными, и за деревьями не видит леса. В большинстве случаев он называет эту идентификацию страстью. >нту- в.д- i voiiii. h. h НЕКРАСИВА

зиазмом. воодушевлением н считает, что только в состоянии идентификации со своим делом он может. например, хорошо работать. По н действительности это. как правило, оказывается иллюзией. поскольку чело век в таком случае теряет свои универсализм, становится страстью, которую он пытается удовлетворить, вешью. которую он делает, или процессом. в котором он участвует. Нельзя относиться ни к какому делу с полной отрешенностью, ничего больше не видя и не признавая, ибо тогда дело поглотает целиком, а человек должен всегда дистанцироваться от любого дела и замысла.

Человек всегда пытается стать кем-то: ученым, художником, пожарным. и. только став по-настоящему кем-то. постигнув все тонкости своей профессии, он начинает понимать, что дето не в том. чтобы стать кем-то. а в том. чтобы в любой профессии оставаться самим собой - человеком, живущим в режиме подлинно человеческого бытия: в любви. красоте, сострадании. Суть человеческого еамоосущестнлсния — быть самобытным, ошушать себя человеком, а не просто и не только философом, или скульптором, или пожарным. Ибо человек, чем бы Oil ни занимался, выражает в своих деяниях свою человеческую природу, свою человеческую естественность и в этом смысле — обыкновенность, не замутненную никакими исключительными отклонениями. Но быть просто человеком очень трудно. Все стремятся к исключительности, к тому, чтобы быть лучше многих, больше знать, больше уметь, все чувствуют себя такими сложными и многогранными, что быть просто человеком, вероятно, может только гений, «Под посредственностью, — писал В.Л.Пастернак.

— обычно понимают людей рядовых и обыкновенных. Между тем обыкновенность есть живое качество, идушее изнутри и во многом, как это ни странно, отдаленно подобное дарованию. Всего обыкновенпее люди гениальные... И еше обыкиовеннее, захватывающе обыкновенна — природа. Необыкновенна только посредственность. то есть та категория людей, которую составляет так называемый «интересный человек». С древнейших времен он гнушался делом и паразитировал на гениальности, понимая ее как какую-то лестную исключительность. между тем как гениальность есть предельная и порывистая. воодушевленная собственной бесконечностью правильность**

Оставаться самим собой, жить самобытно, в чистой стихии человечности, каким бы делом ты ни занимался, в какой бы узкой отрасли ни работал, — важнейшее условие человеческой жизни.

2. Идентификация себя со своими потребностями — также мошиая преграда, закрывающая человеку путь к пониманию своей природы. Самопознание, изменение себя чаше всего начинается с разрыва с многочисленными искусственными потребностями и привычками, к которым личность редуцирована, в которых она себя всю или частично растеряла. Даже самый незначительный прорыв в привычках пробуждает человека от механическою существования.

Потребность много и вкусно есть, молно одеваться, безудержно потреблять произведения культуры — все это усыпляет человека, в лучшем случае заст.даяяст его ра звивать ту небольшую часть ума. которая помогает лучше устроиться в жизни, достичь большего комфорта, больше заработать денег Но на лишние деньги можно купить только лишние

Онтология человеческого ОЫ1НЯ

иешп. Стремление но что бы то ни стало ко внешним благам оборачн- вается отождествлением человека с этими благами, страхом их потерять « самому потеряться бе з них. постоянной ложью самому себе по поводу искусственных целен своей жизни, которая, в конечном счете, может обернуться полной бессмысленностью. Закон человеческой жизни гласит - чем больше внешнего, тем меньше внутреннего. Эпикур говорил, что богатому живется плохо: он все свои мысли посвящает тому, как приумножить богатство и как защитить его от воров.

Современное индустриальное общество с его массовым производством товаров потребления, с «проникающей» рекламой, с пропагандой стандартов жизни осуществляет так называемую «?технологическую агрессию» В результате этой агрессии человек глубоко интегрируется в систему потребления, происходит не приспособление к условиям, по «мимесис» — непосредственная идентификация индивида с окружением. Такой мимесис был характерен для примитивных человеческих обществ, но теперь он вновь появляется в индустриальных странах как результат высокого уровня жизни и наукообразной деятельности управляющей бюрократии.

«Быть или иметь» — этой дилемме посвящены многие исследования древних и современных философов. Конечно, лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Главное, чтобы за богатство не заплатить собственной душой. Не то неизбежно попадешь в ситуацию. описанную П.Виаларом в романе «И умереть некогда». Его герой, бизнесмен-миллионер. опаздывает на самолет, который, едва взлетев, разбивается у него на глазах. И бизнесмен решает числиться погибшим, начать жить, как простой человек, потому что ему надоела вечная погоня за прибылью, война с конкурентами, ежедневная деловая нервотрепка. Он. достав другие документы, устраивается работать таксистом, но незаметно для себя втягивается в предпринимательские дела, спекулирует на бирже, покупает еше и еше одну машину, становится владельцем одного гаража, потом другого, наконец оказывается таким же бизнесменом-предпринимателем, каким был в начале книги. Он едет в аэропорт, садится в самолет, поднимается в воздух и разбивается. Таким образом, вся жизнь прошла мимо, оказалась отданной на откуп некой внешней и неважной цели, личному обогащению в ущерб развитию собственной души.

Философы — учителя жизни, всегда полагали, что надо стремиться к простоте внешней жизни, отдавая всю свою энергию на развитие своей личности, на приобретение внутреннего богатства - только в этом случае человек обретает истинное удовольствие и вкус к жизни, чувствует, что живет, а не является рабом вещей и обстоятельств. Как ни жалка твоя жизнь, считал американский философ Г.Торо, не отстраняйся от нее п не проклинай ее. Она не так плоха, как ты сам. Она кажется всего беднее, когда ты псего богаче. Лаже в приюте для бедных можно пережить отрадные, волнующие, незабываемые часы. Не хлопочи так усиленно о новом ни с новых друзьях. ни о новых одеждах. Лучше перелицевать старые или вернуться к ним. Веши не меняются, это мы меняемся. Продай свою одежду, но сохрани мыс.11 '.

Ц.Л I yuitti. Ь.ІІ. ІІскраеоиа

л Человек. как МЫ уже отмечали, носит н себе образ себя самого - симпатичного, приятного, умного, интересного человека — и всеми силами старается сохранить этот образ от разрушения. Это полезно лли устойчивости психики, но одновременно делает невозможным честный искренний взгляд на себя самого. Человек отождествляет себя со своим идеальным образом, по чаще всего он ему не соответствует. Он срастается со своим образом и не умеет дистанцироваться от него — это тоже одна из форм сведения человека. Человек, проникнутый глубоким самоуважением, становится обидчивым и ревнивым - ему часто кажется. что его недостаточно ценят, что с ним недостаточно вежливы, ему представляется, что общество, в котором он живет, недостаточно хорошо для него. Он даже на плохую погоду негодует, как будто все в мире должно быть устроено так. чтобы делать ему приятное.

Такой человек вынужден постоянно лгать - не окружающим людям. а самому себе. Перестать лгать самому себе — это трудное дело. Трудно искренне посмотреть на себя и признать, что ты пока еще незначительный человек, и даже не человек, а так себе - человечек. Ты еще ничего истинно хорошего а этой жизни не сделал, не совершил ни одного самостоятельного поступка, к тебе в голову еше не пришла ни одна собственная мысль, ты еще только в начале пути к самому себе. Помните. Ф.Ницше призывал смотреть на себя, как на неудавшееся произведение природы. Г.Гурджиев же предлагал смотреть на себя, как на полное ничтожество, и только тогда начнется «просыпание», нужно перестать быть интересным человеком, нужно перестать лгать. Интересным считается тот, кто хорошо лжет. А когда человек «просыпается» — ему становится стыдно лгать. Он начинает понимать, что существует нечто, чего он не знает или не понимает, он начинает постигать, что собственная мысль, собственная идея никогда не приходит просто так. а всегда есть результат неимоверно тяжелого труда. И еще неизвестно, способен ли он на такой труд.

Идентификация человека с самим собой — серьезное препятствие на пути к целостной гармоничной жизни. Часто человек знаег лишь об одном своем Я. эмпирическом, сформировавшемся под влиянием внешних обстоятельств. Это Я — лишь роль, маска, и человек идентифицирует себя с ней. не подозревая о своем глубинном измерении. Это Я. которое даже имеет паспорт, фамилию, должность, — живет в обществе. пользуется уважением других, и человек во что бы то ни стало старается служить этому Я. делает из-за него массу глупостей, лаже рискует жизнью, не понимая, что это всего лишь незначительная внешняя проекция его личности. Она могла бы быть совсем другой, и от этого в мире ровным счетом ничего бы не изменилось.

<< | >>
Источник: Валерий Губин, Елена Некрасова. Философская антропология: Учебное пособие для вузов. М.: ПЕР СЭ; СПб.: Университетская книга — 240 с.. 2000

Еще по теме 1. Фундаментальные характеристики человека:

  1. § 1. Понятие и логическая характеристика проблем и вопросов
  2. 1.Антропология как фундаментальная философская наука
  3. 1. Фундаментальные характеристики человека
  4. §16. Мартин Хайдеггер и фундаментальная онтология человека
  5. Слава 11. Человек. Эмоциональный
  6. Лекция 2. Общая характеристика исследовательского подхода к проблеме суицида
  7. ДУХОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЧЕЛОВЕКА В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ Т.Д. Скуднова
  8. АНТРОПОЛОГИЯ, ПСИХИАТРИЯ И ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА* Р.Б.Эдгертон
  9. Характеристика человека через его потребности
  10. ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ЗДОРОВЬЕ КАК КРИТЕРИЙ ДУХОВНОЙ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕКА
  11. С.              В. СМИРНОВ ПРОБЛЕМА ПРОИСХОЖДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА И ЗАДАЧИ ФОРМИРОВАНИЯ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО УРОВНЯ В АРХЕОЛОГИИ
  12. Общая характеристика
  13. § 5. Природа человека: интервальный подход
  14. ЧЕЛОВЕК КАК ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФСКОГО АНАЛИЗА