<<
>>

ФЕНОМЕН СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ В УСЛОВИЯХ АКСИОЛОГИЧЕСКОГО ПЛЮРАЛИЗМА XXI ВЕКА Ю.П. Середа

Реальность человеческого мира немыслима без проекций и актуализаций свободы с ее многоуровневыми смысловыми оттенками и коннотациями. Что есть свобода, как можно (и возможно ли) ее определить, что представляет этот феномен в современном мире, что свобода дает человеку и что требует от него - это лишь приблизительно обозначенный круг вопросов, масштабы ответов на которые можно представить себе с трудом.

За тысячелетия человеческой истории свобода воспринималась (и являлась таковой) как идея, ценность, «утопический горизонт» перспектив и тенденций развития обществ, наций и культур.

В современном обществе феномен свободы является отличительным маркером происходящих ключевых трансформаций и появляющихся возможностей для социальной модернизации. Более того, свобода как феномен и понятие обладает неисчерпаемым потенциалом своего участия в жизни человека, особенно в условиях реального и возможного многообразия современных мироструктур.

Любые попытки компетентного и предметного разговора о свободе предполагают, как минимум, формальное сужение понятия абсолютной свободы до его более четкой актуализации. В данном случае нас будет интересовать свобода личности как смыслополагающий стержень человеческого бытия, фундирующий процесс осознанной мотивации и практики целеполагания в аспектах социальной активности индивида. Основанием для аналитического рассмотрения такого типа свободы является утверждение о том, что данный феномен определяет человеческое существование как таковое, причем понятие свободы прогрессирует вместе со степенью осознания человеком себя самого как независимого, самостоятельного, само-выстраиваемого субъекта социальной практики. Сегодняшние общемировые тенденции позволяют говорить о том, что индивид все более стремится выйти из состояния пассивного объекта (будь то государственной / национальной политики, традиционных норм и убеждений или религиозных предписаний) и, благодаря этому, стать полноправным, если не единственным, участником процесса формирования и развития собственной личности.

В этом плане достаточно четко проявляется возрастающая рефлексивность активности индивида, его стремление развивать свои индивидуальные способности и возможности в наиболее приемлемых для самого себя форматах и масштабах. Для этого у современного представителя Homo sapiens, с одной стороны, есть более чем достаточное количество инструментов и технологических ресурсов; с другой - этому способствует идея плюральности окружающего мира и ее действительная репрезентация в самых разных сферах и аспектах современного социума.

Формат предполагаемой доступности, открытости, включенности в реалии многогранного мира предоставляет человеку возможность (опционально, прежде всего) пересматривать и определять для себя ключевые установки и ценностные ориентиры, способные регулировать его жизнь, подбирать такие интерпретации социальных и культурных феноменов, которые на данный момент смогут адаптировать содержание его жизненного горизонта к реалиям окружающего мира. Свобода в своих разносложных импликациях и способах выражения является имманентным призывом и / или вопросом самому индивидуальному поиску оснований своей «цельности» и собранности в форме, отчетливую формулировку которой мы находим у Ницше: «Кто ты? Человек без всякого притворства? Или ты только актер? Ты заступаешь чье-нибудь место или же сам стоишь на своем месте? Наконец, уж не подражаешь ли ты всего-навсего какому-нибудь актеру?» [3, с. 17]. Именно с постановки самого себя под вопрос, с попытки при этом всмотреться, вглядеться (чтобы обрести свой «взгляд») в свои собственные пределы и границы (будучи уже всегда встроенным в определенную социальность с ее многогранными размерностями и тотальностями) происходит первая и ключевая отсылка к пониманию и интерпретации своего собственного субъективного содержания свободы.

Сегодня феномен аксиологического плюрализма еще более радикально ставит проблему неустранимой антиномичности свободы личности: свобода - это неотъемлемая часть существования человека, равно как и ключевая глобальная проблема для него самого.

Парадокс сложившейся ситуации в том, что «думая о ландшафте, еще спрятанном за горизонтом, мы воображаем его похожим на то, что мы видим вокруг; мы ожидаем "еще порцию того же самого"» [1, с. 115]. Но свобода никогда не была и не станет чем-то определенным абсолютно, никогда она не обретет исчерпывающей дескрипции и смысловой интерпретации. Она была и будет сферой проекций раскованности, необязательности, непосредственности, беспрепятственности, произвольности. Сущностной характеристикой феномена свободы является ее актуализация существования различий, возможностей, детализация граней и оттенков процесса самостоятельно определяемого индивидом выбора. «Свобода делит и разделяет. Она отделяет лучших от остальных. Свою привлекательность она черпает из различия: ее наличие или отсутствие отражает, отмечает и обосновывает контраст между высоким и низким, хорошим и плохим, желанным и отталкивающим» [1, с. 22]. Действительно, свобода - это, прежде всего, возможности выбирать из множества вариантов. И современный человек стремится и надеется, так или иначе, обрести эту привилегию, стремится погрузиться в хаос потенциально бесконечных предложений и вариаций своих решений, ему уже не нужны однопорядковые, простые и общедоступные «истины». Жажда нового, неоднозначного, другого как такового - это и есть катализатор новых запросов на личностную автономию, это генератор поиска и оформления новых стратегий личностного самоопределения, которые смогут предоставить индивиду гибкую систему его «новых» ценностей, его улучшенных установок поведения, смогут предложить варианты адаптации индивида в условиях перманентно существующей дилеммы определения своей (индивидуальной) степени и меры свободы и, соответственно, ответственности.

Дилемма усложняется неустранимой двойственностью самого индивида: с одной стороны, личностно-индивидуальная плоскость, с другой - социально-историческая. Будучи взаимосвязаны, они активизируются в зависимости от обстоятельств и контекста в самых разных пропорциях и масштабах.

Специфика взаимодействия данных плоскостей может быть контурно очерчена через понятия позитивной и негативной свободы, а индивид, в свою очередь, неизбежно оказывается включенным в тотальность выбора между «свободами». С одной стороны, стремление и движение к индивидуальной эмансипации - это процесс активного позиционирования себя как субъекта, способного осуществить свободный выбор по отношению к вопросам о своей принадлежности / включенности в те или иные современные социокультурные тотальности. Но, с другой стороны, достижение свободы делает сомнительным и неопределенным место индивида в мире, исчезает сконструированный извне смысл его жизни, который некогда был обозначен и понятен от рождения до самой смерти. Именно по этим причинам индивид все же не отказывается от своего стремления быть частью какой-то структуры, занимать в ней соответственно определенное место. При этом он может страдать, мучиться, но ему не придется переживать одиночество и испытывать чувство растерянности ввиду непонятного своего положения в том социокультурном пространстве, в которое он погружен. В этом отношении можно говорить о формировании общества (в исследовательской литературе оно определяется как массовое общество), в котором человек обретает некоторую уверенность за счет единения с себе подобными, лишаясь при этом своей свободы и теряясь как личность. Он может быть выявлен лишь в качестве элемента некой целостной конструкции - безликой массы.

Специфика двойственной природы феномена свободы означает, что для современного человека обретение истинной свободы («позитивной», по Э. Фромму) есть процесс, в который включен не только рефлексивный, т.е. рационально обоснованный уровень действия, но и такой уровень, как спонтанная активность человека. Согласно Фромму, «основное противоречие, присущее свободе, - зарождение индивидуальности и страх одиночества - может быть разрешено спонтанностью всей жизни человека» [4, с. 321]. В этом смысле, спонтанная активность не является активностью вынужденной, навязанной индивиду его изоляцией и бессилием.

Это не активность человека-массы, обусловленная некритическим восприятием шаблонов, стереотипов и стандартов, внушаемых извне, а деятельность, прежде всего, творческого характера. Идея «двойственности свободы» Фромма позволяет актуализировать современное осмысление социокультурной детерминации субъекта, которая уже не может быть обозначена как исключительная тотальность. Возможности проявления свободной индивидуальности, отличительности в условиях реального и возможного многообразия современных мироструктур указывают на существование различных вариантов взаимоотношения между социальной реальностью и соответствующим ей типом субъективности.

Дихотомия «свободы от» и «свободы для» фиксирует принципиальную неустрани- мость вопроса о собственном самоопределении индивида, который, в свою очередь, неизбежно связан с проблемой свободы как ценности, незаменимой никакой другой ценностью. В свою очередь, необходимо отметить, что позиционирование собственного самостоятельного статуса индивидом не указывает на его привилегированное положение над обществом как таковым. В данной ситуации речь не идет о новых формах социального атомизма, сингуля- ризма или индивидуализированного монизма, поскольку происходит взаимная трансформация как индивида, так и общества как социальной системы. Подобного рода констелляция индивидуального и социального маркирует появление новых тенденций в развитии и выстраивании взаимоотношений между социальной системой и человеком. Сегодня уже свершившимся фактом является наблюдение современного немецкого социолога Х. Йоаса, согласно которому «на место классового общества придет многообразие анклавов индивидуализированных стилей жизни и аномия относительно вопросов общеобязательных культурных ориентаций» [2, с. 268].

Таким образом, сегодняшняя концентрация активных действий индивида в сфере актуализации вышеотмеченных «свобод» высвечивает все более явно существование уже никаким образом немаскируемых различий и плюральностей в формах, способах и ориентациях индивидуальной жизни. Стремление выбирать между «позитивной» и «негативной» свободой - это импульс, развязывающий действие всего причинного комплекса специфической трансформации личностных идентификационных стратегий современности.

Работа подготовлена при поддержке Белорусского республиканского фонда фундаментальных исследований, договор № Г10М-172 от 15.04.2010 г.

Литература

  1. Бауман, З. Свобода / Пер. с англ. Г.М. Дашевского, предисл. Ю.А. Левады. - М., 2006.
  2. Йоас, Х. Креативность действия / Пер. с нем. - СПб., 2005.
  3. Ницше, Ф. Падение кумиров: Сборник / Пер. с нем. - СПб., 2007.
  4. Фромм, Э. Бегство от свободы / Пер. с англ. Д.Н. Дудинского. - Минск, 2000.

<< | >>
Источник: Авторский коллектив. ФИЛОСОФИЯ В БЕЛАРУСИ И ПЕРСПЕКТИВЫ МИРОВОЙ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ Минск «Право и экономика» 2011. 2011

Еще по теме ФЕНОМЕН СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ В УСЛОВИЯХ АКСИОЛОГИЧЕСКОГО ПЛЮРАЛИЗМА XXI ВЕКА Ю.П. Середа:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. ФЕНОМЕН СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ В УСЛОВИЯХ АКСИОЛОГИЧЕСКОГО ПЛЮРАЛИЗМА XXI ВЕКА Ю.П. Середа