<<
>>

КОНСТРУКТИВИЗМ И ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ОПЫТА И.Н. Сидоренко

Неклассическая эпистемология полагает, что субъект и объект познания, взаимно детерминируя друг друга, составляют единую систему. Познавательные способности самого субъекта определены его телесностью и тем окружающим миром, в который он встроен, т.е.

человек как субъект познания воспринимает мир через свои органы чувств, Именно поэтому субъект не только и не столько отражает, сколько конструирует реальность. В силу этого, в отличие от классической и неклассической рациональности, постнеклассическая рациональность сталкивается с таким типом предметности, познание которого как существующей вне человека законченной «реальности» невозможно. Постнеклассическая рациональность не существует вне измерения социально-гуманитарного проектирования, поэтому она не является чисто познавательной рациональностью, претендующей на постижение реальности такой, какая она есть, а наоборот, выступает формой социально-гуманитарной проектноконструктивной рациональности. В силу этого значимым направлением в современной эпистемологии становится конструктивистский подход, в рамках которого предполагается, что человек в процессе восприятия и мышления не столько отражает окружающий мир, сколько активно его конструирует.

Основой конструктивизма является свойственное не только классическому рационализму, но и эмпиризму, представление об активности субъекта познания, под которой понимаются креативные функции разума, такие как интеллектуальная интуиция, врожденные идеи, конструирование опыта и смысла в нем, волевые аспекты познания. Один из основных тезисов британских эмпиристов заключается в том, что «разуму ничего не представлено, кроме восприятий, и что никакая опытная данность не позволяет разуму обозреть непосредственную связь этих восприятий с объектами» [1, с. 57]. Так, в частности, сенсорный аппарат человека не только отражает объект чувственного познания, но и конструирует его.

Поэтому, эмпиризм Нового времени можно рассматривать как предтечу конструктивизма, в частности развития такого его варианта, как феноменологический конструктивизм (Э. Гуссерль, М. Мерло-Понти и др.). Необходимо отметить и то, что именно постановка проблемы воли мыслящего субъекта в философии Нового времени, дала возможность выйти на обоснование действующего, творящего и конструирующего субъекта познания.

Атрибутивной чертой эмпиризма как методологии является анализ непосредственной данности сознания. Опыт в трактовке эмпиризма представляет собой не модификацию эмпирического «Я», а непосредственное сознание, открывающееся каждому из нас. Для разрешения вопроса о природе познавательной способности Дж. Локк предлагает в качестве способа разрешения этой проблемы непосредственное наблюдение своего собственного сознания.

При этом естественная установка направлена на непосредственную регистрацию наличного содержания сознания. Фактически, это приводит к тому, что опыт начинает рассматриваться как вся наличная совокупность чувственно-наглядных представлений сознания. Для того, чтобы раскрыть чистую данность сознания, необходима, с точки зрения Локка, интроспективная установка, т.е. собственный опыт самонаблюдения. Таким образом, сознание берется так, как оно открыто человеку в его внутреннем опыте. Эмпирическое сознание есть пульсация внимания, которая зависит от усиления и ослабления волевого акта познающего. Поэтому основная конструирующая операция ума - это удержание идей в поле сознания посредством созерцания (феноменологически это переживается как «выделение» предмета для познающего) и памяти как волевого акта удержания образа в представлении. На основе сказанного, можно сделать вывод о том, что такой важный для развития конструктивистского подхода принцип активности познающего и, следовательно, активности знания был уже разработан в эмпиризме Нового времени.

Близость идей представителей эмпиризма в контексте проблематики феноменологического конструктивизма можно обнаружить с феноменологической концепцией опыта М.

Мерло-Понти. Человеческий опыт здесь исследуется в реальном синкретизме рационального как необходимого и случайного, в его историчности и действительной неоднородности, со всеми его «случайными» содержаниями и тем, что в нем считается «бессмысленным». Основную задачу феноменологии Мерло-Понти можно свести к разрешению проблемы описания изначального, дорефлексивного способа связи человека с миром, который осуществляется в восприятии и является одновременно подлинным самовыражением человеческой субъективности и конструированием культурного мира смысла. Если Локк и Юм обращались к чувственным образам эмпирического сознания, то Мерло-Понти предложил более радикальный вариант: теорию феноменального тела, в которой анализируется его особое существование и экзистенциальное «пространство», отличные от наличного бытия вещи и интеллигибельного сознания. Обращение к идее феноменального тела позволило ему акцентировать онтологический пласт сознания, т.е. сферу интенционально-действующей субъективности, представляющей собой совокупность неразложимых целостностей, чувственносмысловых ядер. Присутствие и конституирование в опыте экзистенции этих фундаментальных смыслообразующих структур и содержаний организует, с одной стороны, опыт как целостность, а, с другой стороны, мир как конкретную ситуацию. Феноменологический призыв «назад, к вещам самим по себе» Мерло-Понти понимает как обращение к реальности, какой она дана до сознания, в опыте, предоставляемым нам собственным тело. Отсюда следует то большое значение, которое Мерло-Понти придает не чисто интеллектуальному знанию о мире, а опыту восприятия, или «перцептивной вере», агентом которой становится тело. Работа сознания выступает как нечто вторичное по отношению к телесным процессам.

Для Мерло-Понти тело не является объектом, прочим среди тех, которые нас окружают: оно не вещь в мире, но отношение к миру. Тело становится условием «сознательного Я» и, в силу этого, подлинным субъектом конституирования субъективности и конструирования смыслов.

При этом объекты мира выступают для «сознательного Я» как смысловые единства, поскольку они независимо от него схвачены в качестве таковых телом: последнее, ин- тенционально связанное с миром, осуществляет предварительную конституцию. «Я не мог бы схватить единство объекта без посредства телесного опыта» [2, с. 235]. Тело функционирует как целостная система, все функции которой связаны друг с другом и с окружающим миром: не являясь механической суммой отдельных органов чувств, оно представляет собой связную систему межсенсорных взаимодействий. Критикуя принятую рефлексивной философией идею конституирования единства воспринимаемого объекта сознанием, Мерло- Понти полагает, что оно обеспечивается единством и согласованностью объективных телесных механизмов, причем благодаря этому предмет мгновенно схватывается как таковой. Об этом свидетельствует опыт восприятия, в котором обычное, незамутненное рефлексией наблюдение не обнаруживает никакого процесса синтеза образа как длительности. Таким образом, философ фактически наделяет тело функцией сознания. Именно перцептивный или, другими словами, дорефлексивный опыт экзистенции, является, согласно Мерло-Понти, тем «типом первоначального опыта» человека, в котором конструируются смыслы, а значит и реальный мир в его специфичности.

Неклассическая эпистемология, в русле которой развивается эпистемологический конструктивизм, также как и его версия, феноменологический конструктивизм, решительно отказывается от дихотомического разделения субъекта и объекта познания, человека с его органами чувств и ментальными способностями и окружающего мира, на которые направлены его познавательные усилия. Однако акцентируя активность знания и познающего субъекта, конструктивизм по-новому задает проблематику этичности выбора и ответственности. Так, в рамках конструктивистского подхода изменяются этические принципы человеческой деятельности. Человек как субъект познания и конструирующей деятельности сам становится с одной стороны творцом, а с другой, критиком своего творения, выносящим этическую оценку исходя из своих целей, ценностей и с осознанием тотальности своей ответственности за результат конструируемого им опыта, мира в целом. Более того, конструирование предполагает контроль за какими-либо отклонениями, и в качестве истинности рассматривает способность к адаптации проекта. Так, опыт и личная ответственность познающего становится единственной основой самоорганизующегося целого.

Литература

  1. Юм, Д. Трактат о человеческой природе. Книга первая: О познании. - М., 1995.
  2. Мерло-Понти, М. Феноменология восприятия / Пер. с фр. под ред. И.С. Вдовиной, С.Л. Фокина. - СПб., 1999.

<< | >>
Источник: Авторский коллектив. ФИЛОСОФИЯ В БЕЛАРУСИ И ПЕРСПЕКТИВЫ МИРОВОЙ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ Минск «Право и экономика» 2011. 2011

Еще по теме КОНСТРУКТИВИЗМ И ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ОПЫТА И.Н. Сидоренко:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. КОНСТРУКТИВИЗМ И ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ОПЫТА И.Н. Сидоренко