<<
>>

7.1. Структура научных революций. Т. Кун

В XX в. традиционная («ортодоксальная») история науки подвергалась острой критике. Одним из наиболее влиятельных критиков, создавших альтернативную историю науки, был Томас Кун (1922—1996), выпускник Гарварда по теоретической физике, много лет преподавал в Принстоне и приобрел мировую известность благодаря своим работам по истории науки и исследованиям в области научных революций.
Особое влияние в научной среде имела его книга «Структура научных революций» (1962) и разработанный в ней автором новый научный аппарат, с тех пор широко используемый в научных работах. Он сформулировал идею «рациональной реконструкции» научного прогресса, предложив собственную интерпретации истории науки. Но это была, как пишет Джон Лози в «Историческом введении в философию науки», не просто другая история науки, скорее, это была философия науки, в которой Кун предложил «нормативы» своего собственного научного метода. Другие историки науки, такие, как Тульмин и Гансон, указали направление рациональной реконструкции научного прогресса, подчеркнув важность «прерывности» в истории науки, в свете которой ученые должны видеть явления по-новому. Кун развил эту идею в модель мучного прогресса, где периоды «нормальной науки» чередуются с периодами научной революции. Концепция «парадигмы» и «нормальная наука» Формулируя концепцию исторической динамики знания, Кун вводит, как было указано выше, ряд новых понятий, одно из центральных мест среди которых занимает понятие «парадигма». В работе «Структура научных революций Кун пишет, что научное сообщество формируется путем принятая определенных парадигм. Этим словом Кун обозначил повсеместно принятые научные завоевания, из которых складывается модель проблем и решений. Кун предполагает, что такая модель складывается на какое- то время и что она устраивает тех, кто занимается исследованиями в данной области. В качестве примера Кун приводит различные парадигмы.
Это птолемеевская или коперниканская астрономия, аристотелевская или ньютоновская динамика, линнеевская систематика, эволюционная теория Дарвина, теория относительности Эйнштейна. Термин «парадигма» не принадлежит Куну. Он встречается в таких классических работах, как «Физика» Аристотеля, «Альмагест» Птолемея, «Начала» и «Оптика» Ньютона, «Электричество» Франклина, «Химия» Лавуазье, «Геология» Лайеля. Но Кун сделал этот термин центральным в своей концепции, развернув вокруг него свою теоретическую систему и придав ему статус ценности, которая конституирует научное сообщество. Парадигма, как пишет Кун, «представляет собой объект для дальнейшей разработки и конкретизации в новых или более трудных условиях»76. Понятие «парадигма» тесно связано с другим научным понятием, введенным в научный обиход Куном, — «нормальная наука». Успех любой парадигмы, считает Кун, будь то применение весов Лавуазье или расчеты положения планет у Птолемея, это вначале возможная перспектива успеха в решении той или иной проблемы, Заранее неизвестно, какова данная и каковы другие проблемы. Нормальная наука состоит в реализации этой перспективы по мере расширения частично намеченного в рамках парадигмы знания о фактах. Реализация указанной перспективы достигается также благодаря все более широкому сопоставлению этих фактов с предсказаниями на основе парадигмы и благодаря дальнейшей разработке самой парадигмы77. Кун пишет, что наибольшее внимание историков науки привлекают научные открытия, «концептуальные новации». Но подавляющая часть научной работы всегда существовала на очень прозаическом уровне. «Немногие ... осознают, как много будничной работы ... осуществляется в рамках парадигмы78 79». И далее Кун раскрывает, что такое «нормальная наука». Большинство ученых в ходе их научной деятельности занято «наведением порядка», т.е. рутиной. «Вот это и составляет то, что я называю нормальной наукой»*. Нормальная наука опирается на некоторые прошлые научные достижения, являющиеся основой для дальнейшей практической деятельности ученых.
Такие достижения излагаются в учебниках, которые разъясняют сущность принятых теорий, иллюстрируют их практическое применение, приводят примеры типичных и удачных наблюдений и экспериментов. Система образования отработала систему «концептов» и в их «клетку» «нормальная» наука пытается «втиснуть» природу. Практика, «рутина» нормальной науки в том, что она пытается реализовать прогнозы парадигмы, определяет значимые факты, с помощью точных методов сопоставляет их с теорией, артикулирует понятия самой теории, расширяет область ее применения. Нормальный ученый не ищет новаций, не ставит цели создания новых теорий. Напротив, исследование в нормальной науке направлено на разработку тех явлений и теорий, существование которых парадигма заведомо предполагает80. И тем не менее, новаций не избежать. Чем яснее теоретические и эмпирические разработки, чем информативнее теория, тем больше будет риск ее опровержения. Так возникают «аномалии», с которыми, рано или поздно, сталкивается «нормальная наука». Начинается активная критика основных тезисов парадигмы. Начинаются попытки эту критику отразить. Создается кризисная ситуация. Кризис парадигмы приводит к жизни неординарную науку, начинается процесс размывания догм, правила нормального исследования ослабляются. Прежде незыблемая теория утрачивает доверие научного сообщества. Подвергаются сомнению философские основы этой теории, а также ее методология. Кризис продолжается и продолжается до тех пор, пока не появится новая парадигма и раскритикованная, утратившая доверие ученых теория не уступит место новой «нормальной науке», наступит временная стабилизация. Можно выделить следующие характеристики «нормальной науки»: (1) все большее сближение между наблюдениями и исчислениями, основанными на парадигме; (2) расширение первоначальных пределов парадигмы на «дополнительные» феномены; (3) определение постоянных универсальных ценностей; (4) формулирование количественных законов, которые затем артикулируют парадигму; (5) решение, каким альтернативным образом применять парадигму к области наиболее насущных интересов.
Научная революция и новая парадигма Научную революцию, по Куну, образует переход от одной парадигмы к другой. Но простое присутствие одной или двух аномалий — не достаточная причина для того, чтобы отказаться от старой парадигмы. Наука у Куна вступает в революционную стадию только с появлением новой жизнеспособной, конкурентоспособной парадигмы. Например, отказ от птолемеевской астрономии произошел только с появлением коперниканской парадигмы. Кун задается вопросом: Почему изменение парадигмы должно быть названо революцией? Если учитывать широкое, существенное различие между политическим и научным развитием, какой параллелизм может оправдать метафору, которая находит революцию и в том и в другом?81 И Кун приводит очевидный аспект аналогии: как политическая, так и научная революция начинается с роста сознания. Во втором случае это будет рост осознания частью научной элиты того, что существующая парадигма перестала адекватно функционировать при анализе той части природы, к исследованию которой эта парадигма вначале проложила путь. Говоря о научных революциях, Кун имеет в виду не только «глобальные» научные революции, таких сегодня признается четыре; Кун относит к научным революциям и революционные преобразования отдельных научных отраслей. Для представителей других отраслей науки они, как считает Кун, могут казаться обычными атрибутами процесса развития. Например, астрономы могли принять открытие рентгеновских лучей как простое приращение знаний, поскольку их парадигмы не затрагивались существованием нового излучения. Но для ученых типа Кельвина, Крукса и Рентгена, чьи исследования имели дело с теорией излучения или с катодными трубками, открытие рентгеновских лучей неизбежно нарушало одну парадигму и порождало другую82. Сменяющие друг друга парадигмы, по утверждению Куна, по-разному видят объекты, находящиеся во Вселенной, по-разному судят об их «поведении». И в силу такой несоразмерности переход от одной парадигмы к противоположной не происходит «разом», «одним прыжком».
В этом переходе Кун не видит ни логики, ни роли «нейтрального опыта», а ссылается на «печальные наблюдения» М. Планка: Новая научная истина, как правило, торжествует не потому, что убеждает противников, открывая им новый свет, скорее она побеждает потому, что оппоненты, умирая, дают дорогу новому поколению, привыкшему к ней. Кун менее печально объясняет переход от одной парадигмы к другой, показывая, что ученые попадают во власть новой парадигмы по разным причинам. Среди причин этого Кун указывает национальность, репутацию ученого-новатора и его окружения, некоторые ученые становятся сторонниками новой парадигмы надеясь, что она сможет решить проблему, повергшую в кризис старую парадигму. Иногда, считает Кун, новая парадигма кажется привлекательной, потому что по форме она более эстетична, чем прежняя, а это также важно для ее принятия. Важной причиной для принятия новой парадигмы, по мнению Куна, является вера ученых. Среди ученых не обсуждаются реальные возможности парадигмы решать те или иные проблемы. Главное в том, чтобы решить, какая из парадигм поведет будущие исследования. Решение о том, какой из альтернативных форм научной активности следует отдать предпочтение, основано скорее на видении будущего, чем на завоеваниях прошлого. Носитель новой парадигмы часто действует невзирая на доказательства. У него должна быть вера в способность новой парадигмы решить множество проблем. «Решение такого рода не может быть основано ни на чем ином, как на вере». В подтверждение Кун ссылается на слова Дарвина, который верил, был убежден в истинности своей позиции, несмотря на возражения «опытных натуралистов» В конце своей книги «Происхождение видов» Дарвин писал: Хотя я вполне убежден в истине тех воззрений, которые изложены в этой книге в форме краткого обзора, я никоим образом не надеюсь убедить опытных натуралистов, умы которых переполнены массой фактов, рассматриваемых ими в течение долгих лет с точки зрения, прямо противоположной моей... Но я смотрю с доверием на будущее, на молодое возникающее поколение натуралистов, которое будет в состоянии беспристрастно взвесить обе стороны вопроса.
Об «ателео логическом» развитии науки Итак, научный процесс, по Куну, это переход от одной парадигмы к другой, который является научной революцией. Но означает ли этот переход прогресс ? Утвердительно на этот вопрос Кун не отвечает. Прогресс он видит только в период нормального развития науки. При «перевороте» в одной из областей науки основные теории подвергаются сомнению. И тогда непрерывность развития не является очевидной. А прогресс предполагает именно непрерывность развития. Когда новая парадигма утверждается, ее сторонники называют ее «прогрессивной». Это вызывает у Куна сомнение: «Прогресс относительно чего?», — спрашивает он. Кун в своей работе развивает точку зрения «ателеологического» развития науки. «Разве необходимо, чтобы была какая-то цель?» Кун задается множеством вопросов, выражающих его скептическое отношение к те- леологизму в понимании научного процесса. Нельзя ли воспринимать факт существования науки и ее развития иначе, чем в терминах движения от того состояния знаний, которыми владеет сообщество в каждый данный период времени? Насколько полезно воображать, что есть полное, объективное и истинное объяснение природы, что мера завоеванного научного знания есть в то же время мера приближения к этой цели? Если вместо движения к тому, что еще хотим узнать, мы сможем научиться довольствоваться тем, что уже знаем, то, вероятно, множество неотложных проблем не покажутся неразрешимыми. Как в биологии, так и в науке вообще мы сталкиваемся с эволюционным процессом, развитие которого очевидно при сопоставлении с примитивной стадией. Но кто знает, какова цель такого развития? Критика концепции Куна Среди критиков концепции Куна были такие видные представители философии науки, как К. Поппер, Дж. Уоткинс и И. Лакатос. Поппер в своей статье «Нормальная наука и ее опасности» (1966) отметил, что «нормальная наука» в том смысле, как ее понимает Кун, действительно существует, но не как продукт нереволюционного мышления, а как результат некритического отношения к господствующей догме. «Нормальный» ученый, принимающий новую парадигму только тогда, когда ее готовы принять другие, — продукт «порочного воспитания», жертва доктринерства. Поппер критикует также тезис Куна о несоизмеримости парадигм, называет его «мифом» и «оплотом иррационализма». Кун, по мнению Поппера, преувеличивает сложности смены парадигм. Дж. Уоткинс, эпистемолог из Лондонской школы экономики и политических наук критикует созданный Куном образ «научного сообщества», который Уоткинсу показался больше похожим на религиозную секту, чем на научную республику. Почт теологический смысл увидел в научной парадигме Куна И. Лакатос, профессор Лондонской школы экономики. По мнению Лакатоса, наука является соревнованием исследовательских программ, соперничающих между собой, а не сменой парадигм, как у Куна.
<< | >>
Источник: Никитич Людмила Алексеевна.. История и философия науки: учеб, пособие для студентов и аспирантов вузов. 2008

Еще по теме 7.1. Структура научных революций. Т. Кун:

  1. § 2. Особенности научных революций в естественных и социально- гуманитарных науках
  2. Особенности научных революций в социально-гуманитарном познании
  3. 4.1. Научная революция XVII века и философские выводы из нее
  4. Научное знание как система. Особенности и структура научного знания
  5. «Научные революции» в физике и модель С. Тулмина
  6. ПЕРВАЯ НАУЧНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ XVII в.
  7. 2.1. Общая характеристика первой научной революции
  8. 1,3. Творцы первой научной революции
  9. ВТОРАЯ НАУЧНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
  10. 4.1. Общая характеристика второй научной революции