<<
>>

2. Снятие религии в философии по Гегелю как снятие религиозного представления в спекулятивном символизме Спекулятивная теология

Что же означает известное гегелевское утверждение о том, что в философии снимается религия вообще? И если, как это происходит у Гегеля, внутри самой философии все же снова намечается религиозная позиция, то как это следует понимать?

Чтобы ответить на эти вопросы, рассмотрим более внимательно то систематическое место в структуре гегелевской метафизики, где осуществляется данное снятие.

Это место у Гегеля следует искать в сфере так называемого «позитивного» разума, или спекулятивного мышления. На этой ступени философия доходит не только до постижения конечности конечного (это, по Гегелю, негативный разум), но и бесконечности бесконечного. Здесь философия вступает на путь своего преобразования в теологию, не переставая при этом быть спекулятивным знанием. Конечным пунктом этого превращения является для Гегеля не что иное, как абсолютный дух: философия абсолютного духа есть вместе с тем спекулятивная теология. Спекулятивная теология отличается от обычной рассудочной теологии тем, что она, во-первых, есть свободная от предпосылок наука чистого разума, которая диалектическим путем доводит свои понятийные определения до высшего пункта - до понятия абсолютного духа. Во- вторых - и это решающий для Гегеля «мистический» момент - она есть не только знание человека о Боге, но также и прежде всего знание Бога о себе самом, или: она есть самосознание Бога, реализуемое через человека. Абсолютный дух выступает здесь двояким образом в качестве результата духовной возгонки человеческого сознания: это теоретический и вместе с тем духовно- практический, магически-мистический результат, определенное метафизическое событие, а именно: присутствие безусловно абсолютного духа в человеческом самосознании.

Как истинно (актуально) бесконечное безусловно абсолютный дух есть у Гегеля реальность, которая основывается лишь на себе самой и чье устойчивое существование никоим образом не зависит от деятельности конечного по своему собственному снятию и превращению в бесконечное.

Именно это измерение абсолюта я и называю абсолютным духом макроуровня. Было бы поэтому недоразумением утверждать, что этот дух возникает впервые лишь посредством определенной духовной активности человека. Тем самым он по существу сводился бы к формам хотя и «просветленной», но все же всего лишь человеческой субъективности. То, что здесь при определенных условиях может возникать, - это именно присутствие бесконечного в человеческом духе. Это присутствие я, соответственно, называю абсолютным духом микроуровня.

Ядром спекулятивной теологии в гегелевском понимании должны были бы поэтому быть реализация и экспликация отношения между безусловно абсолютным духом и абсолютным духом микроуровня. Определяющей чертой этого отношения является спекулятивный (или мистический) символизм. Спекулятивный символ, как мы видели, есть такое внедрение живого образа бесконечного в конечное, при котором последнее превращается в особую реальность, которая в себе самой действительно есть то, на что она указывает своим бытием как на выходящее за ее пределы, - т.е. превращается в само бесконечное. Для Гегеля, таким образом, спекулятивная теология есть позитивно-разумное мышление в модусе мистического символизма, где мышление об абсолюте, поднимаясь на ступень абсолютного духа микроуровня, реализует себя в качестве спекулятивного, или мистического, символа безусловно абсолютного духа.

Именно на этом пути, по Гегелю, абсолютное становится доступным познанию. Обычное возражение, сводящееся к указанию на то, что всякая попытка постичь бесконечное приводит лишь к оконечиванию бесконечного и поэтому всегда обречена на неудачу, снимается, по Гегелю, через усмотрение того, что это есть лишь ложная скромность духа, которая ставит человека с искаженное отношение к абсолюту. Абсолют предстает здесь лишь как нечто трансцендентное, и поскольку он должен находиться лишь по ту сторону человеческого сознания, он имеет в нем свою внешнюю границу и может являться ему лишь в оконеченной, предметной форме.

Такой абсолют, разумеется, не может быть познан, и по двум причинам.

Во-первых, это не есть истинный абсолют. Представленный таким образом, он еще не достаточно конкретен, не достаточно духовен, чтобы быть доступным духовному постижению. Абсолют здесь чужд духу. Во-вторых, здесь дух человека еще не достаточно зрел, чтобы подняться на уровень абсолютного духа.

Абсолютный дух вездесущ и не терпит никакой границы, которая не была бы в то же время прозрачной для него. Он есть реальность, трансцендирующая за пределы своей трансцендентности, просвечивающая человеческое самосознание и имманентная ему. Главная задача человеческого духа - это ухватить и актуализировать для себя эту имманентность. Для конечного постижимо только конечное, для низкого - только низкое. Дух вообще есть лишь для духа. Для конечного духа постижим только конечный дух. Но высшее есть лишь для высшего, и абсолютный дух есть лишь для абсолютного духа. Эта симметрия, как представляется, играет в системе Гегеля особую роль. Чтобы познать абсолютный дух, человек должен сделать так, чтобы в его собственном духе возник дух абсолютный. Истинный абсолют дает себя познать лишь спекулятивно-символически: человек постигает абсолютный дух лишь через его присутствие в самом же человеческом духе. Однако именно из-за своей бесконечности (= сверхтрансцендентности = сверхпредметности), в силу которой абсолютный дух открывает себя человеку, он остается сокрытым для любого опредмечивающего, т.е. пред-ставляющего, способа познания. Этот способ познания должен быть снят в спекулятивном символизме.

Тем самым мы уже достигли искомого пункта. Известно, что для Гегеля специфической сферой религии вообще является именно сфера представления. Всякая религия по своему понятию имеет место лишь в пределах этой сферы. Поэтому если спекулятивная теология ведет к снятию представления, то возникает вопрос, не означает ли это также и снятия религии как таковой. Здесь мы сталкиваемся, таким образом, с парадоксальной ситуацией: спекулятивно-теологическое познание истинной бесконечности и тем самым истинной божественности абсолюта означает у Гегеля вместе с тем снятие религии.

Что же здесь, однако, на самом деле подвергается снятию? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, прежде всего необходимо точнее артикулировать и свести воедино некоторые моменты гегелевской концепции представления.

<< | >>
Источник: Кричевский А.В.. Образ абсолюта в философии Гегеля и позднего Шеллинга [Текст] / Рос. акад. наук, Ин-т философии. - М. : ИФ РАН,.. 2009

Еще по теме 2. Снятие религии в философии по Гегелю как снятие религиозного представления в спекулятивном символизме Спекулятивная теология:

  1. Снятие религиозного представления в спекулятивном символизме
  2. III. СПЕКУЛЯТИВНЫЙ СИМВОЛИЗМ КАК ПУТЬ К ПОЗНАНИЮ БОГА? РАЗМЕЖЕВАНИЕ ШЕЛЛИНГА С ГЕГЕЛЕМ
  3. 1. Основная интуиция спекулятивного символизма
  4. 3. Внутренняя ограниченность установки спекулятивного символизма. Возможный взгляд с позиции Шеллинга Основной контраргумент
  5. КРИТИКА СПЕКУЛЯТИВНОЙ ФИЛОСОФИИ
  6. Примечание [Выражение «снятие»]
  7. ГЛАВА 7 А.Игнатенко Зеркало как составляющая спекулятивной парадигматики в арабо-исламской мысли эпохи средневековья Памяти Хорхе Луиса Борхеса
  8. 4. «ІІрайоджана» первого этапа рефлексии: интуиция ложной атрибуции и ее снятие
  9. Философия Гегеля есть последнее прибежище, последняя рациональная опора теологии.
  10. Гегель. Эстетика. Религия. История философии