<<
>>

Глава 8. Обнаружение Его, дворца

f ш " долго не могла забыть свой сон-обозрение человека будущего. Причем будоражили не столько %,lt;» картины продуманной организации быта, который был направлен исключительно на полноценную реализацию внутренних творческих потенциалов я-психики, сколько волновал вопрос о вере в творца.

Для меня это было ново и необычно, поэтому я засыпала и просыпалась с мыслями о Нем, и с желанием, что вот именно сейчас я попаду в небытие, и мне откроется обозрение образа-ответа на возникший и мучавший меня вопрос. Но в последнее время мой сон все реже и реже сопровождался обозрением небытия. Я выздоравливала, поэтому засыпала крепким здоровым сном без сновидений, а мои утренние пробуждения сопровождались легким разочарованием - и сегодня я не побывала на зрелище.

Но как-то, в один из вечеров, сравнения своего внутреннего мира с маминым, плавно перешли в размышления о первооснове человеческого существования, и я с радостью констатировала, что я вновь вовлечена в движение небытия и приглашена на обозрение основы существования человеческого. Сразу открылось и ее название - логоинформационное предопределение, - странное название, представшее в готовом виде, как данность, как констатация. Я никогда раньше не встречала такого словосочетания, и в предшествующих обозрениях небытия с ним не сталкивалась. Почему именно логоинформационное предопределение? Что это за набор слов, откуда он во мне?

Комфортно расположившись на своем месте, я обозревала происходящее и пыталась разобраться, почему именно меня приг- ласили на зрелище, и почему это зрелище так странно называется? Поток осколков разорванных я-мировоззрений протекал вокруг и сквозь меня. Я видела это движение, отмечала его структуру, причем, не только участвуя в нем, но и обозревая его - впрочем, все как было и раньше. Но, чем больше я в него всматривалась, чем дольше запечатлевала, тем доступней становилось само название - оно словно раскрывалось в своем содержании, втягивая меня в себя, делая своей соучастницей, одновременно, через себя раскрывая содержание потока.

Обнаружилось, что поток и название представляли собой единое целое, обуславливая существование друг друга. Это в бытии название события не всегда следует из его содержания, а если и соответствует, то представляет событие не как поток - непрерывное действие, а как застывший фрагмент, вырванный из существования. Здесь, в небытии, название, как и сам поток, было движущимся, неотделимым от самого события. Они присутствовали друг в друге даже не как дополнения, а как единое целое. Постигая название, я открывала для себя содержание потока - существование человеческого.

Логоинформационное предопределение указало мне на разницу между движением небытия и потоком существования человеческого. Движение небытия являлось общим движением всего существования предшествующего бытию человека. Это было существование мира, начинающееся от космического вакуума и заканчивающееся пространством молекул и генов. Именно в движении небытия присутствовало логоинформационное предопределение и существование человеческого, как единое целое: логоинформационное предопределение как название, знаковое обозначение процесса, а существование человеческого, как сам процесс. Существование человеческого и его знаковое обозначение закономерно следовало из движения небытия, конями уходило в его структуру, образуя с ним неделимое целое. Только логоинформационное предопределение позволяло идентифицировать в движении небытия поток человеческого существования, обнаруживать его, узнавать и рассматривать содержательные особенности. Логоинформационное предопределение не просто набором букв-знаков обозначало существование человеческого как событие, оно являлось самим событием, только присутствующим в знаковой форме - по всей видимос- ти, созданной специально для идентификации человеком, для возможности проникновения я-мировоззрения в сам процесс существования. Логоинформационное предопределение было таким же ускользающим, как и сам поток, но, раскрывая содержание понятия «логоинформационное предопределение» я-мировоззрение могло проникнуть в содержание потока-существования, который в иной форме был недоступен обозрению я-психики.

Название потока открывало возможность я-психике проникнуть в него, вскрыть содержание, познать. Я-мировоззрение могло обозревать существование и без названия, как мое «я» это делало ранее, но в этом случае существование не могло быть идентифицируемым в принципе, потому что его природа принципиально отличалась от той среды с и в которой работало я-мировоззорение. В этом случае обозрению открывались лишь общие черты существования - существование как целое, как движение небытия. Обозрение как постижение существования человеческого, как проникновение в его структуру, возможно было только через постижение названия - через логоинформационное предопределение. Только как логоинформационное предопределение существование человеческого становилось узнаваемым для я-мировоззрения, способствовало проникновению в свое внутри, раскрывало структуру и содержание.

Из логоинформационного предопределения, наиболее быстро раскрылось содержание понятия «предопределение». Оно предстало как целостная картина собранных воедино множественных действий. И я не просто узнала ответ, я его обозрела, присутствуя в нем. Находясь в потоке существования, я не просто являлась составной частью этого потока, я пропускала его через себя, через свое я-мировоззрение, тем самым, впервые получив возможность не просто обозревать и высвечивать отдельные составляющие движения небытия, а анализировать их, сравнивать и оценивать. Получалось, что я присутствовала в движении небытия, но при этом была не простой составной частицей этого движения, как ранее, а выполняла иные функции: анализа и синтеза происходящего. В отличие от остального множества разорванных я-мировоззрений, из которых и состоял сам поток, мое я-мировоззрение оставалось целостным и самодостаточным, что позволяло являться не просто участником движения небытия, а постигать его отдельные аспекты: раз- лагать целое на части и рассматривать целое уже через призму функционирования частей.

Понятие предопределение напрямую было связано с пониманием того, что за всем этим движением и за моим присутствием в этом движении кто-то стоит, определяет и направляет.

Я четко ощутила присутствие некой сверхествественной силы, которая вершила организацию существования человеческого, вырабатывая законы и принципы организации движения небытия. При этом понимание этой силы, или этого кого-то, было скрыто от меня и не выпячивалось. Я констатировала присутствие третьей силы как данность, не задумываясь над тем, что это за сила, и что собой представляет. Но при всем при этом, я не на секунду не сомневалась, что эта третья сила не Бог и не любая другая сверхъестественная организация придуманная человеком. Эта третья сила не была связана с религией, и почему-то этот факт не вызывал во мне никаких сомнений. Была уверенность, что это нечто природное, закономерное, реально существующее в мире, более совершенное, чем человек и его фантазии. По всей видимости, ответы на эти вопросы меня ожидали в дальнейшем, а сейчас мне открывалось (или мне открывали) понимание предопределенности существования человечества как нечто независимое от воли и желания человека и организованное гораздо раньше, чем возникли истоки человеческого.

Обозревая поток фундаментального, я различала действия, которые хотя и присутствовали в фундаментальном, образовывали его структуру, но слагали картину, указывающую на прочную взаимосвязь всего происходящего с Его волей. Я понимала, что не мы, люди, писали эту картину, не мы вершили свои судьбы, это делал все Он, поэтому все происходящее в мире реальных событий было определенно и предусмотрено Им. Но одновременно, мы не были его рабами - Он творил, поэтому допускал в происходящем и элемент случайности, творчества. Поэтому, несмотря на всю определенность и прогнозируемость происходящего, Он создавал условия для креативности, различных отклонений, авторских вкраплений, но которые, по большому счету, все же вписывались в Им установленные правила и границы. То есть все происходящее в планетарном масштабе не было строго запрограммированным и запланированным, и в этом открывались возможности бытия. Оказывается, у нас были рамки, в пределах которых мы, люди, могли творить, изменять очередность событий, показывать свою креативность и самостоятельность, но эти рамки были регулируемы и определяемы.

Все случайности, отклонения, которые происходили в бытии, легко вписывались в генеральную линию событий, которую установил Он. Поэтому все происходящее с человечеством было не определено, а предопределенно. Это не была жестко установленная последовательная цепь событий, это была прогнозируемая картина происходящего, когда случайности, отклонения, были предопределены и следовали из определенных событий. Никто не мог вырваться из этой предопределенности. Человечеству на данном этапе развития не нужна полная свобода действий, она опасна для него, потому что из-за своего несовершенства он мог направить ее не только против себя, но и против всей многомиллиардной истории Мироздания. Поэтому человечеству предоставили свободу дозированную, ограниченную, ровно столько, сколько человек мог использовать, не в силах навредить себе. И до тех пор, пока люди не созреют для масштабного видения своего существования, понимания своей роли и задач в масштабах мира, эта свобода будет минимальна, потому что слишком огромные потенциалы заключены в эволюционирующей психике.

От понимания предопределенности существования человеческого совершенно не веяло пессимизмом. Наоборот, где-то внутри, в глубинах психики, почувствовалось облегчение, причем открылись сразу две причины этого облегчения. Первая причина облегчения была вызвана пониманием того, что у человечества все же есть будущее, что, несмотря на многие негативные и пугающие моменты разворачивающихся событий в бытии, человечество выживет, достигнет более высоких ступеней совершенства. В борьбе зла с добром победит добро, потому что зло по природе своей - это разрушение, низвержение человечества в ничто, в прах. А смысл бытия и деятельности заключается в созидании, творении, в перспективах. Без веры в будущее, тревоги за будущее, вопрошания в будущее, невозможно полноценное существование настоящего, ибо большая часть человеческой активности в настоящем посвящена будущему: детям, внукам, правнукам. Предопределенность существования как раз это будущее гарантирует, потому что природа не признает временных событий: что уже устоялось как структура и эволюционирует как система, то однозначно имеет будущее.

И я, почему-то прониклась уверенностью, что человечество, несмотря на свою относительную молодость, в существовании перспективно; что его история измеряется не миллионами лет, и не только масштабами планеты Земля, а речь идет о миллиардах лет, и о космических масштабах существования разума.

Вторая причина облегчения, вызванная раскрытием содержания предопределенности существования человечества, заключалась в освобождении от страха одиночества. Мне показалось, что необходимость человечества во что-то верить, кому-то преклоняться и подчиняться, как раз и брала начало от страха в одиночку предстоять силам природы, от обреченности несовершенной психики перед могуществом и масштабом Вселенной. Страх остаться и быть одним в масштабах Мироздания был таким чудовищным и сильным, что не будь этого понимания предопределенности, с ним было бы нелегко совладать. А так, если все предопределенно, если в этой жизни мы делаем только то, что нам не запрещено сверхъестественными силами, значить у нас остается шанс достойно встретить будущее. Если в мире существуют структуры более совершенные, чем человечество, значить они прошли этапы, которые проходим сейчас мы. Значить все те апокалипсисы, провозглашаемые каждое десятилетие кликушами и славящими смерть - это призывы для слабых и сломленных, а у сильных есть будущее, остается шанс дойти до новых ступеней совершенства цивилизации. Только к этому будущему нужно идти, совершенствуя себя, развивая в себе способности пользоваться свободой и возможностями своей психики.

Предопределенность существования пробудила уверенность в том, что человечество не одиноко в масштабах Вселенной, что существуют иные цивилизации, стоящие как на более высоких ступенях развития, так и на низких. Мы, цивилизация Земли, лишь звено в развитии разумной материи в структуре Мироздания, поэтому наше существование, несмотря на сложные перипетии повседневности, все же прогнозируемо, предопределено и имеет конкретные перспективы. Мы частица вечности, и время играет нам нару- ку, потому что наше существование направленно в будущее, и с каждым периодом в своем развитии мы прогрессируем. Несмотря на все сложности повседневного бытия, мы перспективные, мы идущие и побеждающие...

***

Раскрытие содержания предопределенности существования на первый план вывело вопрос о понимании Его, Творца. Я никогда не задумывалась о существовании некоей третьей силы, которая как в кукольном театре управляет нами, людьми. Я не была верующей, ровно относилась к церкви и ее бизнесу, но обозрение существования мира и обнаружение его предопределенного характера, вывело из тени вопрос о Творце.

Творец - это кто? Как всегда, возникший вопрос пробудил ответ, который предстал в готовом виде для обозрения. Но, обозревая ответ, я не могла избавиться от ощущения недосказанности и такой открытой двусмысленности, что удовлетворения от обозреваемого и высветленного впервые совершенно не получила. Возможно, я не была готова воспринять его, но в любом случае представший образ-ответ вызывал еще большее количество вопросов и совершенно не нес в себе определенности и понимания.

В образе-ответе просматривалось кое-что из знакомого, встречаемого в современных религиях, например, грандиозность масштаба Творца. В образе-ответе обнаружилось, что Творец был не просто планетарного масштаба, - он выходил даже за пределы человеческого существования и соприкасался с существованием первозданного, космического. В нем было что-то от существования мира, что подчеркивало единые корни человеческого и космического. Кроме этого, я с очевидностью обнаружила, что Творец непосредственно связан с существованием человеческого, что он влияет на его протекание и в какой-то степени регулирует, определяет, направляет и оберегает его. В этом плане существующие религии вносили в человеческую массу правильное истолкование - Он заботится о нас, мы Его детище. И даже здесь, на зрелище, я постоянно чувствовала Его незримое присутствие и заботу о себе, участие.

Он действительно был многолик, но это многоличье объяснялось его масштабом - Он был вездесущ и всесторонен, потому что выходил из глубины, из первозданности и лежал практически во всем, что образовывало поверхность существования человека, повседневность его бытия. Он был не только в нас, людях, но и во всем сделанном нами, возводимом, творимом. Человечество и его творения - это Его творчество, и Он узнает о нем, прочитывая в разорванных фрагментах я-мировоззрений уже отживших, соприкоснувшихся со смертью поколений. Он возводит человека в бытие во имя творчества, построения великого в повседневности, и со временем, когда приходит время, спрашивает за сделанное, в своем роде принимает отчет о проделанном. Смерть - это черта, за которой подводятся итоги присутствия в бытии. Мы все отчитываемся перед ним, и в зависимости от сделанного, одни полностью удаляются из бытия, стираются из памяти последующих поколений, а другим дается бессмертие, не телесное, а социально-культурное. Умирают тела людей, а их творчество, их вклад в историю цивилизацию сохраняется в памяти цивилизации, и живет, передаваясь от поколения к поколению. Наверное, это высшее признание заслуг перед цивилизацией, когда творчество твоей психики на века входит в историю и продолжает жить в ней ровно столько, сколько живет сама цивилизация.

Обозрение первозданного не раскрывало полный образ Творца. Возможно, его и не было, потому что формировать образ - это чисто человеческое свойство. Люди знаками, понятиями, рисунками пытаются обозначить и тем самым материализовать силу, которую они чувствуют, воспринимают, но не видят и не понимают. Так создаются образы - совокупности тех или иных характеристик, запечатленных в знаках: текстах, рисунках, музыке, танцах. Возможно, образ Творца, который представлен в религиях цивилизации - это и есть попытка материализовать и сделать доступными для восприятия масс совокупность характеристик силы, которая представлена в каждом человеке; силы, которая, в принципе, и открывает возможность восхождения к жизни и низвержения к смерти. Но на самом деле, в природе, этого образа не существует, а есть наличие первозданности существования, есть то, что предшествовало формированию человеческого существования, и то, на чем это формирование произошло. Есть не образ Творца, а сила Творца, которая вытекает из существования мира, законов, которые лежат в основе формирования Мироздания. И эта сила - это одно из проявлений движения небытия, которое в первых образах-ответах пред- ставлялось мне как присутствие для Другого. Это сила, которая исходила из первооснов разумной материи и образовывала основание человеческого существования. В каждой я-психике сила присутствия для Другого воплощалась в активности творческого потенциала, в потребности присутствия для других.

Но сейчас, обозревая существование человеческого как логоинформационное предопределение, открыв для себя возможность проникнуть в глубины существования человеческого через название события, сила присутствия для Другого обнаружила себя в более конкретной форме: как сила биологического начала, которая предшествовала формированию психики, и как сила космоса, которая в свою очередь предшествовала силе биологического начала. То есть сила присутствия для Другого - это сила предшествующих систем живой и косной материи. Поэтому Творец, по всей видимости, - это существование мира как единой организации, как Мироздания, в том числе с включением силы более совершенных организаций разума, развитие которых происходило на порядок дольше развития человечества. Творец - это все, что предшествовало человечеству и, что в своей организации совершеннее системы разумной материи Земли.

Не исключено, что пройдет время, человечество в своей эволюции достигнет определенного совершенства, распространит свою активность на просторы космоса, и в один прекрасный момент выступит для предопределенно развивающейся разумной организации какой-то далекой планеты в образе того же божества, Творца, который запечатлеется в мифах, сказаниях, песнях, или в образе Бога. Но это далекая перспектива, которую, тем не менее, нельзя исключать. Существование человечества эволюционирует, и как любая эволюционирующая организация, она достигает новых качественных уровней, которые возвышают данную организацию над другими подобными организациями. Главное правильно воспринять эту соотносительность, не воспользоваться совершенством для порабощения и угнетения, а найти иные, гармоничные, соответствующие законам существования мира, пути взаимодействия двух организаций.

Возможно, Творец и не проявляет себя, потому что мудрость более совершенной организации подсказывает ему, что Его появление перед менее совершенной цивилизацией может вызвать цепь непредсказуемых разрушительных последствий. Возможно, те Божества, которые покажут себя и иногда объявляются в образе инопланетян, или неопознанных летательных объектов, это не такие уж и совершенные организации, которые могут принести цивилизации Земли существенные проблемы, зло? И, возможно, зря человечество ищет «братьев по разуму» во все колокола трубя по Мирозданию о своем существовании? Возможно, люди еще не готовы для встреч с высокоразвитыми организациями разумной материи, и первые нелепые попытки организации присутствия в масштабах космоса обернутся для человечества трагедией?

Всматриваясь в образ-ответ Творца, я видела в перспективе совместное существование цивилизации Земли с иными цивилизациями, но это было совершенно не так, как представляется людям. Сосуществование цивилизаций возможно только при полном понимании содержания логоинформационного предопределения и воплощения этого содержания в повседневной жизни. Содержание человеческого существования - это эволюция психики, поэтому сосуществование цивилизаций возможно только на основе единого псипространства, когда во внимание не будут браться особенности я-тела, или других форм, в которых психика, как содержание, присутствует. Я-тело - это не более чем форма, в которой развивается истинное содержание человека. До тех пор, пока форма будет оставаться на первом месте, пока ей будут уделять внимания больше, чем содержанию, ни о каком сосуществовании цивилизаций не может идти и речи. На уровне биологических форм в космосе уже давно происходит обмен, и Земля, с ее формами биологических организмов уже не один миллиард лет составной частью включена в космический круговорот вещества и энергии.

Но взаимодействие Земли с космосом на уровне биологических организмов не сравнимо с совместным существованием цивилизаций на уровне психики. Это качественно иное взаимодействие, в основе которого лежит обмен информацией: совместимость знаковых систем, понятий, знаний, и вытекающей из них культуры, ценностей, образа жизни, технологий и т.п.. Различная степень совершенства психики - это, прежде всего, различие в формах, непохожесть я-тел и сфер их присутствия. Поэтому современный спад культа я-тела в масштабах цивилизации, это только начало того массового пренебрежения формой, которое начнет просматриваться в период еще более качественного совершенства психики.

Психика, как основа человеческого существования будет все время искать выходы за пределы я-тела, потому что для психики важно иметь форму, обеспечивающую более длительное ее присутствие в бытии. А жизнь тела, его биологический возраст ограничен генетическими программами, поэтому психика будет искать или другие формы, или совершенствовать я-тело как форму, в целях увеличения срока своего присутствия в бытии. Соответственно, цивилизации, находящиеся на более высоком уровне совершенства, будут обязательно отличаться от нас по форме, и их форма, будет совершеннее нашей. Чем слабее спрос на биологические возможности я-тела, чем больше они заменены или дополнены искусственными характеристиками, тем выше совершенство психики и цивилизации в целом, потому что речь идет не о гармонии и красоте тела, а об увеличении средней продолжительности присутствия в бытии я-психики. И с точки зрения совершенной цивилизации, чем дольше я-тело позволяет я-психике присутствовать в бытии, тем оно гармоничнее и красивее. Таким образом, эволюция я-психики влечет за собой существенное изменение критериев красоты: красиво не то что естественно и эстетично, а то, что способствует продлению присутствия я-психики в бытии.

Отсюда, возможно, образ Творца с нашей точки зрения, окажется и не столь совершенен. Но это точка зрения современного поколения, которое само находится на первых этапах своего развития, не умея даже обнаружить первооснову своего существования. С точки зрения Творца, или организаций, стоящих на более высокой ступени развития, наша психика вместе с формой, в которую она заключена, до ужаса примитивна, потому что гибель психики, как содержания из-за не совершенства формы - я-тела, это до такой степени примитивно, что наводить контакты с такой цивилизацией - это глубокая ошибка. Мы для них, Человек Эмоциональный - психика, по степени совершенству едва перешагнувшая порог психики Человека Примитивного. Именно поэтому нам недоступен образ Творца, - Он не раскрывает и не обнаруживает себя, потому что за ним стоят силы, которые становятся опасными во власти не- совершенного разума. И если мы хотим высветлить его, обнаружить, нам нужно сначала довести совершенство своего бытия хотя бы до уровня небытия. В этом случае цивилизация достигнет первых ступеней гармонии, и приведет бытие в порядок созвучный порядку небытия. Для небытия неважны особенности я-тела: морфология, анатомия и физиология. Тем более для небытия безразлично, во что это все одето, на чем ездит и где живет. Небытие - это совокупность фрагментов распавшихся я-мировоззрений. Так вот если в бытии я-мировоззрение, как основа индивидуальности я- психики, займет такое же доминирующее место как в небытии, цивилизация Земли выйдет на новый уровень совершенства, предстанет в существовании мира в более качественном образе, с которым, возможно, Творец начнет общаться более тесно и открыто.

***

Обозреваемый образ-ответ Творца начал рассеиваться как дымка и вместо него все четче и громче в мой мозг начали пробиваться слова молитвы, которую читала у моего изголовья мама. Я возвращалась в бытие под мелодию и глубокое содержание слов о Творце. Мама настолько углубилась в содержание молитвы, что я впервые прочувствовала, насколько вера в Творца спасает людей от гибели, насколько она важна и незаменима как опора для психик, которые не в состоянии самостоятельно выстоять под ударами судьбы.

Этот аспект инициировал новую цепь рассуждений - вера в Творца, как своеобразный регулятор чувственно-эмоциональных порывов для несовершенных психик. Я знала, что психика мамы неустойчива и подвластна порывам. И таких психик, по всей видимости, в современном псипространстве большинство. Соответственно, если бы не существовало силы, регулирующей чувственноэмоциональные порывы нейронных комплексов подсознания, то бытие человека превратилось бы в анархию - в хаотично проявляемые, неконтролируемые массовые всплески психической активности. В этом случае, даже самые совершенные государственные институты власти не смогли бы привести психически неустойчивые массы в состояние организованности и системности.

Если на миг допустить, что кто-то заберет у людей веру в нечто сверхъестественное, сверхмогущественное, например, в того же Творца, то мама, уже давно бы потеряв человеческий облик, билась в истерике, разбивая себя в кровь от переполняющих психику эмоций. И таких людей как мама в современной цивилизации - миллиарды. Но она не делает этого, она не теряет человеческий облик, тем самым, доказывая, что даже ее несовершенная психика умеет обуздывать природные силы подсознания. Выходит, за понятием «вера» стоит работа мне неизвестных нейронных комплексов, которые функционально обуздывают чувственно-эмоциональные порывы подсознания, регулируют их, укрощают и перераспределяют. Но где эти механизмы находятся и что собой представляют?

Я заметила, что состояния самоанализа, масштабной мыслительной деятельности, в своем роде прокладывали мост между миром бытия и небытия. Разница заключалась только в том, что в небытии ответы представали в едином, целостном образе-ответе, который выступает как данность, возникает ниоткуда, оставляя право лишь обозревать его, а в бытии ответ нужно выбирать самостоятельно среди множества возникающих и распадающихся образов-предположений. Но как обозрение единственно представленного образа-ответа в небытии, так и выбор множества образов- предположений в бытии вызывали во мне состояние удовлетворения и умиротворения. Я получала спектр положительных эмоций не от акта физической работы, движений, которых в силу полураз- рушенности моего я-тела была лишена, а от акта творчества, мышления, работы с внутренней информационной базой. Причем удовлетворение от интенсивной психической деятельности воспринималось эффектнее, глубже, полнее, чем удовлетворение от движений, которыми ранее я заполняла повседневную действительность. Получалось, что чувственно-эмоциональная составляющая моей психики больше наслаждалась открывшимися и в полную меру используемыми возможностями мыслительной деятельности, чем активностью я-тела.

Это состояние я четко ощущала, но не совсем понимала. Ведь активность тела - это жизнь, это та истина, которая красной нитью проходит в системе образования любого государства. По логике вещей, следуя этой «истине», лишившись активности я-тела, я должна была умереть, в лучшем случае остаться инвалидом, постоянно чувствующим ущемленность и неполноценность своего при- сутствия в бытии. Но я не только не умерла и не почувствовала своей «ущербности», я до сих пор продолжаю наслаждаться присутствием в бытии, причем больше, чем наслаждалась им при здоровом я-теле! Это факт! Открыв для себя возможности я-психики, установив очевидные приоритеты, я совершенно перестала беспокоиться за состояние своего я-тела. Безусловно, я думаю о нем, этот вопрос в той или иной степени беспокоит меня, но впервые для меня я-тело стало не самой жизнью, а всего лишь формой, в которой присутствует и развивается настоящая жизнь. Меня перестало волновать мое физическое состояние и внешний вид, главное, чтобы я-тело по максимуму позволяло функционировать я- психике, а все остальное я самостоятельно доведу до логического завершения, компенсирую искусственными средствами, достижениями современной медицины. Поэтому, обнаружив реальную ма- лозначимость я-тела в бытии, я перестала задумываться о его перспективах, отдавшись наслаждению от самоанализа, от обозрения своей я-психики и тех глубин, которые за ней стояли. Я любовалась своим внутренним «я» - присутствием в себе, своим внешним образом - присутствием для себя и для других, и наслаждение от красоты присутствия в целом настолько заменяло наслаждение и удовлетворение от ощущения красоты тела, что я уже смело могла пренебрегать последним. Мне уже было безразлично, как выглядит мое я-тело, потому что я-тело впервые перестало выступать для меня основным объектом присутствия. Я-тело превратилось в составную часть моего внутреннего «я» - образа, в котором моя психика преподносила себя людям. Но я уже знала, что я могу изменять этот образ, редактировать его, перекраивать, трансформировать - все это было во власти моей психики. Соответственно, и роль я-тела, во всех этих изменениях коррелировалась, изменялась.

Молитва, которую не переставая читала мама, вновь вернула меня к размышлению о понятии «вера». Мне важно было раскрыть, как вера как нейронная организация, контролирует природную необузданность чувственно-эмоциональных сил подсознания? Что представляет собой вера как функция определенного множества нейронов? Обозревая внутреннюю структуру своей психики, я не могла выделить конкретные нейронные объединения, отвечающие за активацию функции «вера». Возможно, их и не было, воз- можно эта функция обеспечивалась целым комплексом нейронных организаций. Бодрствующий мозг пробуждал целое множество образов-предположений, но все они не удовлетворяли, не заключали в себе категоричность и определенность. И меня это начало раздражать. Я привыкла, что в небытии Он сам мне всегда все открывает и доносит, предоставляя мне возможность только внимать, обозревать и запечатлевать. А здесь, в бытии, в состоянии бодрствования, я вынуждена постоянно заставлять себя думать, принуждать себя анализировать, самостоятельно выискивать удовлетворяющий меня ответ, а это было трудно и утомительно. Возможно поэтому, человеческий мозг не склонен к продолжительной мыслительной деятельности и всячески пытается уклониться от нее, сфилонить - для него это слишком хлопотно и напряжно.

Но я настойчиво и последовательно заставляла себя думать, потому что мне хотелось понять значимость понятия «вера» для человека. Напрягая возможности своего волевого механизма, концентрируя внутренний взор на анализе именно этой информации, я целенаправленно пробуждала активность я-сознания, активируя связку я-сознание-я-мировоззрение. Я уже знала, что именно работа этого дуэта лежит в основе сознательной деятельности - выборочной, избирательной и целенаправленной работы я-психики с внутренней и внешней информационной средой. В данном случае, чтобы найти ответ, мне нужно было из всего объема запечатленной в памяти информации отыскать, активировать и извлечь единственно возможную ассоциацию - образ-предположение.

Наконец, продолжительная принудительная активация я- сознания стала приносить свои результаты - я начала четче различать пробуждаемые мыслительной деятельностью образы-предположения. Они стали более узнаваемыми и доступными для восприятия, больше походить на образы-ответы, с которыми я работала в небытии. И хотя в образах-предположениях по-прежнему катастрофично не хватало категоричности и однозначности, теперь в них хоть что-то можно было узнать, идентифицировать и выделить.

Во всем множестве представших ответов-предположений выделялось два основных множества-позиции. Первая позиция акцентировала внимание на следующем: вера во что-то внешнее и сверхъестественное довольно часто присуща я-психикам с неусто- явшимся, полуразрушенным я-мировоззрением, склонным к объединению в массы, к коллективной работе, в которой неустойчивость основания компенсируется силой массы, а слабость и неуверенность в собственных силах, скрывается за спинами других. Вера как упрощенное множество стереотипных воззрений на структуру мира практически заменяла я-мировоззрение, перебирая на себя его организующие и направляющие функции.

Я-мировоззрение - это система устойчивых, разносторонних, лишенных догматизма и фанатизма воззрений на мироустройство, которая формируется за годы взросления психики в определенной социальной среде. Чем последовательнее, глубже, масштабнее информация, закладываемая в основу долговременной памяти взрослеющего ребенка, тем устойчивей, гармоничней и богаче образ внутреннего «я» сформировавшейся психики взрослого человека. Этот формируемый системой образования образ внутреннего «я» и есть я-психика, с индивидуальными, а в последствие и с личностными характеристиками.

Но очень часто, как правило, в силу непрофессионализма родителей, педагогов и близкого окружения, формируемый образ внутреннего «я» получается противоречивым, неустойчивым и деструктивным (полуразрушенным). Среда, в которой одно говорится, другое делается, а третье подразумевается, создает образ, который не имеет единой внутренней основы и, соответственно, лишен устойчивости, категоричности, принципиальности. В результате отсутствия единой и целостной внутренней основы, природный потенциал я-психики - присутствие для Другого или логоинформационное предопределение, не может эффективно использоваться - он бездарно, глупо разбазаривается. Я-психика взрослого человека с таким деструктивным основанием уже просто не в состоянии сформировать индивидуальное, направленное, целеустремленное и активное присутствие для других. Она уже организационно не может планировать деятельность на перспективу и длительный период времени придерживаться запланированного. Она уже не в состоянии мыслить масштабно: осуществлять полноценную и, главное, систематическую и последовательную аналитическую деятельность. Она уже лишена возможности достигать глобальных целей, требующих продолжительной и предельной концентрации энергии я-сознания. Но главное, лишившись устойчивого, постоян- но совершенствующегося основания, я-психика уже не в состоянии организовывать индивидуальное присутствие в бытии, потому что любое индивидуальное проявление нужно отстаивать, аргументировать, доказывать, потому что бытие - это конкуренция, и побеждают в ней не сильнейшие я-тела, как это было ранее, а более совершенные и устойчивые к стрессовым ситуациям я-психики.

Таким образом, по причине безответственного и халатного отношения родителей, близкого окружения и представителей системы образования, в результате их преступной деятельности, к совершеннолетию формируется я-психика, которая мало сказать несовершенна - она никакая, потому что отсутствие устойчивого я- мировоззрения, целостности и единства внутреннего «я», делает ее неконкурентоспособной в бытии, полностью зависимой от непостоянства и агрессивности внешней социальной среды. Ее значение для бытия ничтожно, потому что она практически лишена самостоятельности и не в состоянии организовать не то что присутствие для других, но даже присутствия для себя. Все, что происходит с данной психикой - это не ее заслуга, а стечение обстоятельств. У таких психик практически нет будущего в плане полноценной реализации внутренних творческих потенциалов в бытии, за исключением одного «но». Гармоничное я-мировоззрение организационно стоит выше веры - комплекса стереотипов, формирующих более упрощенный религиозный способ восприятия мира. Поэтому неполноценность я-мировоззрения оставляет я-психике последний шанс на обретение одержимости и предназначения в своем присутствии в бытии - это обретение веры.

Психики с деструктивным я-мировоззрением, при условии обретения веры - более упрощенной, но одновременно и более устойчивой внутренней системы взглядов, в состоянии организовать качественное присутствие в бытии. Вера заменяет я- мировоззрение и внутренняя структура я-психики практически не нарушается, разве, что основание, которое и представляет я- психику в повседневной жизни, воспринимает окружающий мир в несколько «старомодном», догматичном, религиозном аспекте: как данность, неизменность, непознаваемость. Вера как основа я- психики обуславливает религиозный способ восприятия мира, который в отличие от более совершенного - научно-философского способа не позволяет творческим потенциалам я-психики реализовываться в процессе познания мира. Для религиозного способа восприятия мира - структура Мироздания статистична и непознаваема. Но в любом случае вера, становится действенным основанием для организации качественного присутствия я-психики в бытии, наполняя смыслом ее присутствие в себе, для себя и для других, открывая возможности для полномасштабной реализации внутреннего «я» во внешнем образе присутствия.

Вторая позиция, просматривающаяся в ответах о структуре понятия «вера», заключалась в следующем: совершенная я-психика в редких случаях прибегает к стереотипам, присущим массе, поэтому практически не зависит от понятия «вера». В основе совершенной я-психики лежит гармоничное и целостное я- мировоззрение, которое формирует научно-философский способ восприятия мира и индивидуальную, личностную позицию присутствия в бытии. Я-мировоззрение не только полноценно организует индивидуальное и неповторимое присутствие в себе, для себя и для других, но и своим присутствием преобразует бытие. Присутствие совершенной я-психики в бытии отличается от присутствия в бытии верующей психики тем, что последняя не допускает и запрещает преобразование пространства присутствия, для нее это кощунственно и противоестественно. А для я-психики с я- мировоззрением как основой, само присутствие без преобразования не корректно, лишено смысла и несвободно. Для нее присутствие для других в обязательном порядке должно быть связано с преобразованием и созиданием, со свободным волеизъявлением и торжеством знания, с просвещением и творчеством во имя будущего.

Безусловно, совершенная я-психика тоже «верит» и «верует», но эта вера не в абстрактную, полумифическую силу, а в более конкретное и практическое, например, в свои силы, в более совершенные цивилизации, в космический разум и т.п.. И это понятно, потому что гармония я-мировоззрения - это более высокая степень совершенства я-психики, которая предусматривает более глубокую и качественную наполненность внутренней информационной базы. Вера, как я-мировоззрение - это прошлое и настоящее человечества, а я-мировоззрение, как самостоятельный абстрактный образ, представляемый в бытии как присутствие я-психики для других - это настоящее и будущее псипространства. Это более полное про- явление индивидуальных качеств и свобода в творчестве, большая самостоятельность и неограниченная предрассудками поисковая активность, это отход от массовости и возрастание индивидуальной ответственности за происходящие процессы в масштабах Земли и космоса.

Поэтому однозначно, понятие «вера» напрямую связано с совершенством я-мировоззрения: чем качественней его организация, тем меньше я-психика нуждается в опеке и защите извне. Его внутренней гармонии и целостности вполне достаточно, для того, чтобы организовать полноценное присутствие внутреннего «я» в бытии. Но чем больше в я-мировоззрении заложено неорганизованности и противоречия, чем менее оно устойчиво, тем больше я- психика нуждается в основании иной формы: упрощенной, простой, но не менее устойчивой - в вере. Вера замещает богатство я- мировоззрения, спасая я-психику от неминуемой гибели в социальной среде, но при этом, существенно ограничивает свободу проявлений и активность: психика становится предсказуема, управляема со стороны, склонна к подчинению и послушанию, довольствуется предоставляемым информационным минимумом, к тому же склонная к присутствию в массе.

Безусловно, это только основные отличия между я- психиками с разными основаниями: с верой и я-мировоззрением. Я видела, что между ними присутствуют корреляции, потому что как в вере присутствовала определенная система взглядов на мир, так и я-мировоззрение не могло существовать без веры. Были и другие нюансы, значительно обогащающие понятие «вера», представляющие его в совершенно ином свете. Но я увидела то, что хотела увидеть - веру, как ступень в эволюции я-психики. И собирая воедино все промежуточные образы-предположения, я пришла к выводу, что моя психика отличается от психики мамы в основном тем, что в основе ее психики находится более ограниченный и специфически организованный объем информации, который и сформировал так называемую «веру» - догматическое, типичное, массовое мировосприятие. А в основе моей психики лежит гармоничное и устойчивое я-мировоззрение с более широким объемом информации, которое позволило мне организовывать свободное, индивидуальное, ни на кого не похожее поведение, без оглядки на сверхъестественные силы и придуманные человеком для организации и руководства массой стереотипы.

Непосильный труд аналитической работы в бытии истощил и утомил - это было совершенно иное, чем праздное присутствие на зрелище в небытии. Мне очень сильно захотелось попасть в небытие, чтобы отдохнуть и возможно еще глубже обсудить открывшееся, сверить результаты своей сознательной деятельности с открывающимся в небытии. И на этот раз Он внял моей просьбе. Хотя я и не верила в Него, считала себя совершеннее, чем те, кто верил в Него, Он, тем не менее, как капризную, балованную барышню, бережно перенес меня в небытие, вернул на зрелище.

***

Почему наше предопределение логоинформационное? Что означает понятие «логоинформационное»?

Я пристально всматривалась в поток существования, в движение небытия, но ответ не открывался мне. Систематизированный поток разорванных фрагментов ранее целостных я-мировоззрений величественно проходил сквозь меня, но в этой системе я не видела ответа на свой вопрос. Какое отношение к этому движению имеет понятие логоинформационное? Если «предопределенность существования» практически сразу раскрыло свое содержание, объяснило истоки прошлого, настоящего и будущего бытия человека то, причем здесь словосочетание логоинформационное?

Я не спешила и не расстраивалась от первых неудач, потому что была уверена в том, что у меня еще остается время в запасе для обозрения существования небытия. Я ждала своего часа, потому что понимала, если меня сюда пригласили, если передо мной раскрыли содержание многих процессов и явлений, значить, я для чего-то нужна Ему, значить вскоре мне раскроют понимание и того, о чем я до недавнего времени даже не подозревала. Ведь это не я придумала такое название, оно само было предъявлено мне, поэтому мне обязательно помогут в нем разобраться.

Обозрение происходящих событий в небытии умиротворяло и вдохновляло. Это уже было не просто зрелище, в котором вроде бы и соучаствуешь, но все равно остаешься зрителем - это больше напоминало присутствие в строящемся, возводимом, где вклад каждого участника был востребован и необходим. Само мое присутствие здесь и факт обозрения происходящего уже являлся неким актом творения, потому что я не просто составной частицей образовывала поток и соучаствовала с ним, а присутствовала в нем как заинтересованный наблюдатель, своей заинтересованностью уже внося элемент творчества в строительство другого. К тому же, этим заинтересованным наблюдателем была не столько я, сколько Он, присутствующий во мне и наблюдающий за происходящим строительством моими глазами. Именно, через меня, через мою внутреннюю систему взглядов, Он пытался оценить величие своего творения. Видимо, для Него вдруг стало важно, как человек - простой смертный - воспримет величие основания собственного существования; как унесет понимание этого величия, и как станет жить с пониманием грандиозности происходящего, строящегося.

Как и я, Он знал, что большинство из живущих и здравствующих не задумываются над своими корнями, не обращаются к своему основанию, на котором возводится человеческое бытие. И возможно, до определенного периода с этим можно было мириться, так как обозрение собственного основания требует совершенства я- психики, нуждается в устойчивости и крепости я-мировоззрения. Но время не стоит на месте, на подходе новый этап совершенства цивилизации - полноценная реализация внутреннего «я» во имя будущего системы разумной материи в масштабах Земли и космоса. И вот здесь уже недостаточно веры, здесь нужно познание и свободное творческое проникновение в глубины собственного основания. И еще - готовность унести открывшееся, потому что слишком жуткое разочарование ждет первопроходцев, кто решил обратиться к познанию своих корней. Они первыми обнаружат, что многое из того, в чем современные поколения организовывают собственное присутствие в бытии, на что тратят время бодрствования и отведенную жизненную энергию, не представляет значимости для первозданности. В отражении глубин существования многое из активности человечества - это не просто суета, пустота и праздное времяпровождение, это печаль, которая сопровождает почти каждого в падении в ничто, потому что только в соприкосновении со смертью им открывается собственная ничтожность и безмерная глупость, застилающая глаза все годы так называемой земной жизни.

А ведь не этого каждый из нас хочет и ожидает от жизни. Все мы хотим славы, признания, уважения, почитания; мы хотим, чтобы нами гордись наши родители, дети, близкие и знакомые - и наша жизнь построена на достижении всего этого. Но каким кошмаром оборачивается действительность в зеркале первозданного - оказывается слава в современном образе жизни, утратив фундаментальность содержания и основательность веков, превратилась во временное и зыбкое: популярность, известность. Теперь это эпизод, фрагмент, который пером от крыла взлетевшего голубя медленно опускается на землю, и, как правило, тут же втаптывается в грязь наблюдающими за полетом голубя. Зрители только на мгновение обращают свой взор на перо, потому что им интересен только голубь. И ведь действительно, голубь - это событие, жизнь, а перо, лишь мгновение, эпизод этого события. Вот только этим мгновением, эпизодом, и оказывается мимолетная известность, за которой, к сожалению, на самом деле, стоит исковерканная человеческая судьба. Но до этого, впрочем, никому нет дела. Посвятив свою жизнь этому мгновению, человек лишает себя жизни - истинных глубин существования. Поэтому Творец долгое время мирился с тем, что люди развлекаясь, транжирили то, что Он им даровал. Он переживал, что многие из людей не выдержат, сломаются, не переживут обнаженную правду о своей жизни, поэтому прощал праздность и суету жизни верующих, но не творящих. Творчество верующего, в большинстве своем ограничено рамками веры, а творчество свободной, не зацикленной психики - бескрайне и глубоко. Возможно, ему уже надоела ограниченность и примитив, поэтому он начал приоткрывать глубины существования человечества и нагружать я- психики ответственностью и долженствованием.

Возможно, действительно человечество уже достигло периода в своем развитии, когда внутренние потенциалы психики, стали чрезмерно открыто использоваться не по назначению, на решение второстепенных задач, на достижение целей, противоречащих развитию фундаментального. И для того чтобы это все скорректировать, согласовать, пришло время раскрыть людям глубину их мира, показать особенности существования бытия, потому что развитие в масштабах цивилизации требует согласованности и слаженности, и ни в коем случае не противостояния. И на мне Он решил испробовать, как человек вынесет понимание основ первозданного, как с этим станет жить и применять в повседневном существовании. Пойдет ли это ему на пользу, или нужно еще подождать, подготовить я-психику к восприятию глубин бытия?

Получается, что я часть нового эксперимента? Меня, с искалеченным телом, потерявшую мужа и сына, но устоявшую на уровне психики, Он выделил из человеческой массы падающей в ничто, остановил мое падение, дал возможность восходить к бытию и низвергаться к смерти, тем самым, обозревая мир бытия и небытия, сравнивая их, проводя между ними параллели. Он помог мне выстоять в соприкосновении со смертью, не превратиться в «черную вдову», не кануть обреченной в небытие, а вдохнул жизнь, новые цели и желания. Он позволил мне самостоятельно выбрать мир, который мне близок, в котором бы я смогла реализовать творческие возможности своей психики в оставшиеся годы присутствия в бытии. Он наблюдал за мной и изучал.

Но для чего Он все это делал?

Теперь я поняла - Он приступил к изучению поведения психики, которая в бытии обстоятельствами, вынужденно, попадет в изоляцию, потому что, соприкоснувшись с глубиной, обозрев основы существования мира, я-психика однозначно перестанет вписываться в нормы повседневного образа жизни. Она станет являть себя в образе, критерии которого для остальной массы психик, покажутся неадекватными, сумасшедшими. И Ему было интересно, сможет ли психика с клеймом «сумасшедшая» выжить в повседневном мире? Сможет ли психика, прошедшая падение в ничто, выдержавшая соприкосновение со смертью, отстоять свой внутренний мир и образ, старательно воплощаемый в повседневности? Стоит ли такие психики спасать от окончательного погружения в небытие? И, наконец, сможет ли прижиться новый образ присутствия я-психики с элементами небытия в существовании глади, в бытии, не затопчут ли его, не разнесут ли на мелкие кусочки сарказмом, жестокостью и показательным игнорированием?

Понимание своего предназначения в жизни, своего долженствования, моментально пробудило во мне два основных чувства, которые укрепили и вознесли на пьедестал внутреннее «я». Первое чувство - это понимание того, что я однозначно выживу, причем не только выживу, а буду полноценно существовать, потому что иначе зачем Ему раскрывать передо мной глубины существования, зачем вовлекать в свой эксперимент? И второе чувство - это чувство гордости за то, что Он выбрал именно меня, поверил в меня, выделил. Я избранная, я не такая как все - эта мысль молнией поразила мою психику.

Эти два чувства оказались настолько сильны и устойчивы, что спокойный ряд мыслей начал разрушаться, эмоции стали захлестывать, заливать, выходить из-под контроля. Но посреди этого начала разгула, я вдруг поняла, что и мое понимание своего предназначения, и моя реакция на это понимание, как раз и представляют собой до ужаса примитивное человеческое поведение. Избранность и гордость за эту избранность - это настолько прогнозируемое человеческое качество, что здесь я Его мало, чем удивлю. «Из грязи в князи» - эта народная мудрость заранее объясняет поведение избранника. Все типично, предсказуемо, и для Него понятно. А нужно другое, нечто необычное, возможно, действительно сумасшедшее, чтобы удивить, сразить его.

И я успокоилась. Избранница, ну и что? Кто кроме меня знает об этом? Кто кроме меня видит то, что вижу я, и где гарантия, что после того, как я попытаюсь раскрыть увиденное окружающим, меня не заклеймят сумасшедшей и не отправят в психушку? Кому нужна эта глубина, когда вокруг и без того хватает проблем и страстей?

И как только я успокоилась, как только сама сняла себя с надуманного трона-пьедестала, передо мной открылось понимание словосочетания «логоинформационное». Логос - это содержание речи, глубинный смысл знаков и понятий, которыми человек обозначает предстоящее информационное пространство, а информация - эта среда, в которой только я-психика может существовать. Обозначая словами, словосочетаниями и понятиями окружающий мир, человек, как, прежде всего, существование я-психики, опредмечивает его, фиксирует, и фрагмент за фрагментом использует в организации собственного присутствия в мире, тем самым, раскрывая содержание предстоящего мира, его глубинный, фундаментальный смысл. Только опредметив предстоящий мир, зафиксировав его в знаковых обозначениях, понятных определенной группе людей, психика раскрывает содержание этого мира, познает глубинное и первозданное, тем самым, соприкасаясь со своими корнями, обретая глубочайший потенциал предшествующих состояний материи.

А информация для человека - это его жизнь, это основа его существования. Обозревая поток, я обозревала информацию, которая множеством фрагментов протекала мимо меня, уносясь в вечность. Ничто иное не значимо для человека, как информация. Все материальное, повседневное, бытовое остается вне человеческого существования. Сам человек приходит в жизнь голым и уходит голым, оставляя после себя только одно - информацию. Тот, кто над нами экспериментирует, не только забирает и анализирует происходящее по разорванным фрагментам я-мировоззрений, которые и есть фрагменты запечатленной при жизни информации, Он эту информацию оставляет для следующих поколений взошедших в бытие, чтобы они не начинали свою жизнь с нуля, а строили ее на достигнутом, уже открытом предшественниками. Творец заботится о нашем развитии, потому что, наверное, и сам есть ни что иное, как развитие, эволюция. А если так, то логоинформационное предопределение - это первооснова человеческого существования, которая берет начало из небытия, из первозданного, и восходит к бытию. В логоинформационном предопределении трудно различить границу конца небытия и начала бытия - у них единые корни. Бытие следует из небытия, а небытие в свою очередь, проявляется только через призму бытия. Не будь бытия - жизни, мы бы никогда не узнали о небытии - смерти. Поэтому они дополняют друг друга, и как две полярные силы развивают и совершенствуют первооснову человеческого присутствия в структуре Мироздания - логоинформационное предопределение.

Понимание основы своего существования наделяет человека мудростью, потому что он не растрачивает внутренние творческие потенциалы собственной психики на достижение второстепенных целей, а концентрируется на достижении главного для себя, единственного и значимого. И чем больше человек реализует себя в главном, тем больше у него шансов удивить экспериментатора, потому что факт воплощения потенциалов я-психики в чем-то конкретном, да еще масштабном и глубоком, уже, сам по себе вызывает уважение, потому что на это нужна воля, а воля следует из сове- ршенства внутреннего мира, я-психики. Не каждый сможет оградить себя от разлагающего влияния развлечений и праздности, но тот, кто смог это сделать, в состоянии покорить мир своими свершениями, реализовать свои внутренние потенциалы в великом и важном.

Раскрытие содержания логоинформационного предопределения открыло доступ к содержанию существования человеческого. Как в формате 3D я прямо со своего места на зрелище оказалась внутри потока и с увлечением стала обозревать его сущность как мгновение, озарение. Я убедилась, что, действительно, существование человеческого - это не просто множество суетящихся по жизни я-тел, это множество реализующихся и пытающихся реализовать себя я-психик, совокупность которых в масштабах Земли образует псипространство. Я обнаружила, что существование человеческого - бытие, имеет два основных уровня: 1) глубинный уровень - это я-психика и организация ее присутствия в себе, 2) поверхностный, «видимый» уровень - это присутствие образа, в котором я-психика реализует свои творческие потенциалы: присутствие для себя и для других. В совокупности первый уровень образовывал псипространство, а второй - социальную организацию общества, цивилизацию. Таким образом, обнаружилось, что повседневное бытие - это сосуществование псипространства и образов, в которых каждая отдельная психика являет свое внутреннее содержание.

Так как я не знала, долго ли я смогу наблюдать раскрывшееся в содержании существование человеческого, я не стала отвлекаться на познание существования образов. Это видимый, наблюдаемый уровень бытия, который довольно полно исследован в философских и социологических работах. Я сконцентрировала все свое внимание на существовании псипространства, о присутствии которого до недавнего времени даже не подозревала. Псипространство, как совокупность присутствующих и претендующих на присутствие в себе я-психик, несмотря на свою фундаментальность и определяе- мость, тоже имело свою глубину. Это были недра предшествующей псипространству системы живой материи - пространство эволюции молекул и генов. Именно здесь организовывались структуры, предшествующие структурам нейронов и нейронных организаций. Я- психика корнями уходила в биохимическое предопределение, кото- рое на уровне молекулярно-генетического пространства организовывало не только клетку и клеточные органеллы, которые, эволюционируя, привели к образованию множества одноклеточных и многоклеточных организмов - системы живой материи, но и нейрон - нервную клетку, со специфической структурной организацией. Именно эволюция этой структуры привела к организации логоинформационного предопределения и псипространства - первоосновы разумной материи. Я вдруг увидела обозначение этого процесса - цефализа- ция. Цефализация - это непрерывная, последовательная и предопределенная многомиллиардная эволюция нейронов, внутринейронных и межнейронных связей в условиях эволюционирующей системы живой материи на отдельном материальном объекте. Появлению псипространства в масштабах Мироздания предшествовали миллиарды лет процесса цефализации.

Но и это было не все. Биохимическое предопределение, как первооснова живой материи, в своем существовании уходило еще глубже - в геологическую летопись планеты, в этапы формирования и развития Солнечной системы, Млечного Пути и Мироздания в целом. Обозревая псипространство, я раскрывала единую структуру Мироздания, в которую существование человечества входило составной частью, как предопределенность. И это был факт: нельзя рассматривать бытие человека как некую оторванную от вечности данность. Это глубочайшая ошибка, потому что бытие корнями уходит в существование мира. И Он мне на это указывал, подчеркивая, что в организации я-психики задействованы многие космические силы и закономерности структуры Мироздания. Псипрост- ранство - это не просто совокупность я-психик - это космическая мощь разумной материи, которая через логоинформационное предопределение проявляется в существовании человеческого.

Окружающий человека мир - это стройная структура Мироздания, которая выглядела следующим образом: 1) Косная материя (Вселенная), которая, как считается, является первоосновой современного мира. Ее основу составляет космический вакуум, и этапы ее формирования и развития обосновывают целым рядом космологических концепций: инфляционной, концепцией Большого Взрыва и т.п.

  1. Живая материя (жизнь), которая закономерно формируется на основе высокоразвитых косных организаций (органических молекул и макромолекулярных соединений) в условиях отдельного материального объекта. В современной науке допускают существование переходного состояния материи между косной и живой материей - биокосной материи. Основу живой материи образуют: молекулярно-генетическое пространство и биохимическое предопределение, взаимодействие между которыми закономерно переходит в организацию системы живой материи. Переход косной материи через биокосную в живую отслежен в целом ряде научных концепций, причем имеющих определенные лабораторнопрактические подтверждения. Эволюция непосредственно живой материи и ее системы довольно полно и убедительно представлена в синтетической теории эволюции, состоящей из генетической и популяционно-эволюционной теории.
  2. Разумная материя (эволюционирующая психика), закономерно, в результате процесса цефализации, формируется на основе высокоразвитых структур жизни. Считается, что между живой и разумной материей существует переходное состояние материи - биоразумная, к которой относятся все позвоночные от рыб до высших животных. Именно на этой стадии эволюции четко прослеживается цефализация - формирование архитектуры центральной нервной системы и головного мозга в частности. Первооснова разумной материи - это логоинформационное предопределение, которое через организацию нейронных ансамблей подсознания и сознания формирует психику и ее активное начало - «психику о». Разумная материя на планете Земля представлена псипространством - совокупностью психик с разной степенью внутреннего совершенства. Псипространство, в силу своего активного начала (логоинформационного предопределения или присутствия для Другого), используя возможности я-тела как формы, организует образ своего присутствия для себя и для других - сферу присутствия разума на отдельном материальном объекте (ноосферу). Совокупность псипро- странства и образов его присутствия получило название бытие. Бытие, как понятие, - это присутствие я-психики в себе, для себя и для других в условиях отдельного материального объекта, т.е. совокупность активности псипространства и его внешних проявлений.

Именно таким образом выглядит современная картина существования мира, в которой существование человеческого - это не более чем очередная ступень эволюции. Это нужно понять и к этому нужно привыкнуть, потому что без этого понимания невозможно качественное прогнозирование будущего цивилизации. Выделяя бытие из мира, возводя его на эфемерный пьедестал избранности и центризма, мы отрываем его от корней, от живительной силы первозданного, с которым оно связано прочными и нерушимыми связями.

Бытие человека как составная часть существования мира - это азбучная истина. Как раз на уровне существования мира бытие и небытие, как все предшествующее бытию, сливаются, находят друг друга и образуют гармоничное целое, превращающее человеческое существование в более мощную, совершенную, космическую силу, воплощающую в себе лучшее от разумной материи. Только воссоединив свои внутренние возможности с возможностями космоса, мы сможем продолжить творить историю своей цивилизации, достойно конкурируя как с предшествующими состояниями материи, так и с иными цивилизациями, заселяющими космическое пространство.

***

Я хотела продолжать обозрение, до конца досмотреть это захватывающее зрелище, но меня насильно вернули в мир реальных событий голоса: сначала они раздавались где-то далеко, создавали шумный приближающийся фон, но в последствии ворвались и разбудили меня, прервав обозрение логоинформационного предопределения. Каким болезненным оказалось это насильственное возвращение в бытие, даже, несмотря на радостную весть:

- Милевская, я знаю, что вы меня слышите, радуйтесь, мы вас переводим в обычную палату. С возвращением! - я узнала голос врача, услышала радость в ее голосе, но сама никаких эмоций не испытала. Я еще сама не совсем понимала, что хорошего сулит мне возвращение в бытие.

Я слышала, как вокруг меня закипело движение: люди переставляли оборудование, что-то собирали, отключали, выносили и приносили. Они практически не разговаривали между собой, но энергия движений, концентрированность на выполняемой работе, тела с разными запахами, все это неприятно давило на мою я- психику, угнетало. Я привыкла к тишине и размеренности своего присутствия в этом мире, и новизна, которая меня окружила и, главное, которая меня ожидала, неприятно беспокоила и волновала. Я уже понимала, что опасность смерти миновала, что я иду на поправку, и это заставило меня задуматься о перспективах, о том, что ожидало меня в ближайшем будущем.

Я почувствовала, как моя кровать тронулась с места и меня покатили длинным коридором - это было мое первое путешествие за последние несколько месяцев. Что я испытывала? Трудно сказать. Мое тело по-прежнему было все в гипсе и на растяжках, я его по-прежнему практически не чувствовала. Я ничего не видела из-за повязки на глазах и не могла разговаривать, потому что голова была в бинтах. Единственное, я немного слышала и воспринимала обонянием. Но как кипела жизнь в моем внутри, насколько впечатляюща была активность моей психики!

Меня закатили в лифт, подняли на несколько этажей и снова покатили коридорами. Такое ощущение, что я путешествовала в свое будущее! Меня закатили в просторное помещение, снова долго возились, устанавливая и подключая аппаратуру и, наконец, оставили одну. Путешествие закончилось и все вернулось на свои места: меня окружила долгожданная тишина и я окунулась в не менее ожидаемое одиночество. Жизнь у меня снова наладилась.

Как только мое присутствие в бытии вошло в привычное русло перед я-психикой во всей полноте и насыщенности предстал вопрос: насколько я внутренне готова к возвращению в повседневное бытие и налаживанию образа присутствия для себя и для других? Я уже научилась не просто формулировать конкретные вопросы, но и выстраивать их в порядке очередности. Поэтому моя психика уже не сталкивалась с ажиотажем и хаосом актуализированных вопросов, которые плотной массой забивали восприятие и делали невозможным сам процесс мышления, а работала конкретно, с наибольшей эффективностью и пользой.

Образ-ответ не предвиделся, поэтому я вынуждена была анализировать, думать, перебирая образы-предположения. То, что присутствие в себе я довела до невиданного для себя совершенства, мне было и самой понятно. Но насколько я смогу поднять планку совершенства организации присутствия для себя и других? В чем разница между присутствием для себя и для других?

У меня возникло ощущение, что я уже встречалась с этим вопросом и рассматривала его. Но, возможно, та встреча была в небытии, и я обозревала только образ-ответ? В любом случае, у меня не вызывало сомнений, что присутствие для себя - это первый этап идентификации я-психики в бытии. Это в принципе то, что позволяет каждой психике сформировать в себе определенные индивидуальные черты, обрести свое «я» и выйти на уровень я-психики. С первых шагов своего появления в онтогенезе, психика эволюционирует в своей форме - в я-теле. Связь между психикой как содержанием и телом как формой - опосредована. В ней просматривается четкая закономерность: чем совершеннее организация психики, тем меньше она зависит от своей формы. Совершенство содержания приводит к качественным изменениям формы.

Современная наука уже имеет определенное представление об основных этапах эволюции психики в онтогенезе. Я смогла выделить только основные: первый этап - это формирование и развитие нейронного комплекса подсознания (примерно до одиннадцатидвенадцати лет); второй этап - формирование на основе подсознания нейронного комплекса сознания и организация первичного взаимодействия между подсознанием и сознанием (с одиннадцати до шестнадцати лет); третий этап - первичная работа психики - единого нейронного ансамбля подсознания и сознания (от шестнадцати лет до, примерно, двадцати двух лет); четвертый этап - апробирование внутреннего «я» в социальной среде, непосредственное формирование я- психики - нейронной организации, со сложившейся индивидуальной внутренней информационной базой (от двадцати двух лет до двадцати восьми-тридцати лет); и пятый этап - непосредственное воплощение я-психикой в бытии своего образа присутствия для других: организация социальной значимости я-психики.

Если присмотреться к этапам эволюции психики в онтогенезе, то можно обнаружить, что непосредственный выход психики за пределы присутствия в себе, начинается уже на первом этапе, но отчетливо просматривается на втором этапе, когда формируется каркас внутреннего «я» - будущего я-мировоззрения, и осуществляется первичная организация нейронного комплекса сознания. Практичес- ки, подростковый возраст - это первые шаги самоидентификации психики, организации присутствия в себе в образе присутствия для себя. Именно поэтому подростковый период самый сложный и непредсказуемый в воспитательном плане - психика подростка начинает впервые выходить за свои внутренние пределы, впервые обнаруживать себя на людях в образе. И, безусловно, этот образ еще далек от полноты и совершенства, он неустойчив и в нем много скопированного из наиболее авторитетных для подростковой психики образов, но, тем не менее, он действенен, он присутствует в бытии, заявляет о себе и требует, чтобы с ним считались.

Если до подросткового периода психика только формируется и проявляет себя лишь в отрывочных чувственноэмоциональных проявлениях, то в подростковый период, наравне с формированием присутствия в себе, она начинает организовывать образ присутствия для себя, через который присутствие в себе словно отражается и корректируется, постоянно изменяется и совершенствуется. Связка внутреннего развития с образом внешнего присутствия является необходимым условием эволюции психики, так как природой в нее заложена открытость, в своем роде недоза- вершенность, недосказанность. Присутствие в себе - это только начальный уровень развития психики, который без присутствия для себя деградирует, становится патологичен. Психике нужно видеть себя, обнаруживать свое «я» в поступках, действиях и т.п. Психика как «психика о» с первых этапов своего формирования вынуждена организовывать образ присутствия для себя, чтобы тем самым совершенствовать присутствие в себе. Начиная с подросткового периода, связка: присутствие в себе и присутствие для себя становится очевидной и действенной. Неправильно ожидать и требовать от детей и подростков внимания и участия - присутствия для других, их психика к этому только организационно подготавливается. Дети и подростки, главным образом, живут своими проблемами, решают свои задачи, и в этом их надо только поощрять, потому что связь присутствия в себе и для себя в этот период очень неустойчива. Главное создать определенное социальное клише, в рамках которого образ присутствия для себя может формироваться. Это должно быть устойчивое и категоричное клише, чтобы форми- рование присутствия для себя не вышло за рамки морали и нравственности, не приобрело деструктивные для общества формы.

В созданном системой образования и родителями едином социальном клише, формирующийся образ присутствия для себя приобретает характерные для данной социальной группы характеристики, которые воплощаются и в присутствии в себе - ложатся в основу формирующегося внутреннего «я» психики. Изменяя образ присутствия психики на начальных этапах ее формирования, общество изменяет и внутреннюю систему взглядов, присутствие в себе, через которую «психика о» налаживает свое взаимодействие с информационным пространством.

Очень важно не допустить зацикливания присутствия в себе в образе присутствия для себя. Уже к концу подросткового периода психика должна переориентировать образ присутствия для себя в образ присутствия для других, который эволюционно более совершенный, чем образ присутствия для себя. В образе присутствия для других присутствие для себя должно занять свою определенную нишу, которая, с одной стороны, не должна попираться и игнорироваться, но, с другой стороны, не должна доминировать в активности психики. Соотношение в образе присутствия психики для себя и для других - это вопрос совершенства самого общества. Если в образе, который формирует психика, присутствие для себя доминирует, то общество получает крайне эгоистичную психику, заботящуюся только о себе и своих проблемах. В масштабах псипространства, безусловно, такая психика патологична, потому что псипространство - это сообщество психик, целостная организация, в которой каждая психика должна не только присутствовать для себя, но и для других. Если в обнаруживаемом психикой образе доминирует присутствие для других, то активность я-психики тоже нельзя назвать гармоничной, потому что страдает ее внутреннее «я», и в организации присутствия теряется личностный аспект. В масштабах псипространства психики с преобладающим присутствием для других, возможно, и не столь патологичны, как психики с доминирующим присутствием для себя, но, безусловно, они и не столь значимы, потому что присутствие для других в значительной степени снижает значение присутствия в себе. Такая психика альтруистична, толерантна, общительна, щедра, но внутренне несовершенна. Как правило, главным образом, я-психики в основе которых лежит понятие вера, столь откровенно и показательно организуют образ присутствия для других. Доминирование в психике присутствия для других - это нацеленность на коллективную работу, склонность к различным социальным объединениям, направленность на массовость - это уровень совершенства современного общества.

По всей видимости, между присутствием для себя и для других должно существовать подвижное равновесие - корреляция. Психика в зависимости от обстоятельств и условий бытия должна организовывать и качественное присутствие для себя, в котором она совершенствует, прежде всего, присутствие в себе - свое внутреннее «я», и присутствие для других, которое более опосредованно от совершенства присутствия в себе. Только совершенствуя себя, беря для себя что-то важное и стоящее из бытия, можно организовать качественное присутствие для других. Чем выше совершенство я-психики, чем больших социальных, материальных и духовных уровней она достигнет, тем качественней она сможет организовать присутствие для других, тем больше она может дать цивилизации. Присутствуя в себе, психика должна обращаться как к присутствию для себя, так и к присутствию для других, причем процесс обращения должен соответствовать условиям социальной среды, конкретным ситуациям, требованиям времени.

Я понимала, что свои тридцать два года я присутствовала в бытии, не задумываясь ни о причинах своего присутствия, ни об условиях его организации - я просто жила. Но «просто жить» - это самая простейшая форма организации присутствия психики. Совершенно другой уровень, когда психика открывает присутствие в себе и подготавливает организацию присутствия для себя и для других. Именно это теперь меня ожидало. Я понимала, что возникшая тревога за свое ближайшее будущее вызвана, прежде всего, тем, что мне предстояло вхождение в бытие на уровне сознательной организации присутствия для себя и для других. Если раньше я «просто жила», то сейчас мне нужно было планировать и соизмерять с планами свое присутствие в бытии. Я начала задумываться над образом, в котором я покажу свое изменившееся внутри, и меня начало волновать то, как этот образ воспримут другие, как он приживется в моем устоявшемся социальном окружении.

Именно поэтому мое выздоровление не столько радовало, сколько тревожило, потому что я понимала, что все ближе время, когда от присутствия в себе я должна перейти к присутствию для себя и для других, когда я должна представить свой изменившийся образ окружению. Но насколько этот новый образ будет отличаться от моего старого образа, как его воспримут знающие меня люди? Смогу ли я со своим новым образом добиться такого авторитета, который добилась со своим старым образом, или стану изгоем, сумасшедшей? Ведь по большому счету, если мой новый образ присутствия не станет авторитетен в бытии, то я не смогу выполнить своего предназначения, и мое возвращение в бытие потеряет смысл. Образ сумасшедшей может довести только до психиатрической клиники, а разве ради этого я стремилась вернуться в бытие?

На эти вопросы я пока не могла дать ответы, но ощущала отчетливо, что, чем ближе приближалось мое выздоровление, тем сильнее меня охватывала тревога за судьбу образа, в котором мое присутствие в себе явит обществу.

***

Насыщенный событиями день утомил, и я незаметно для себя уснула. Проснулась я практически сразу, но уже в небытии на тех же местах в партере, с которых ранее обозревала логоинформационное предопределение. Я словно и не уходила отсюда, просто на мгновение отвлеклась, забылась и, очнувшись, вновь стала наблюдать за происходящим в потоке первозданного. Причем открывшаяся возможность с достаточной легкостью восходить к бытию и низвергаться к смерти меня уже не удивила. Я знала, что это Он давал мне возможность не просто обозревать глубины Мироздания, но и постепенно привыкать присутствовать в бытии с открывшимся пониманием небытия. Он помогал мне формировать тот новый образ присутствия, с которым я должна вскоре предстать в бытии, потому что Он, так же как и я был заинтересован в успехе эксперимента. Я примеряла на себя новый образ присутствия, привыкала к нему, осваивалась в нем.

Меня уже не пугало падение в ничто - этот первый шаг к проникновению в небытие, я знала, что быстро пройдя этот этап я попадала в мир, который не просто наполнен содержанием и смыслом, а которой это содержание и смысл рождает. Обозревать пер- возданность, пространство, в котором человеческое смешивается с тем, что ему предшествовало - это уже есть в своем роде прозрение. Я открывала для себя не просто связь человеческого с предшествующей системой живой материи, я раскрывала космические корни существования человеческого. Логоинформационное предопределение несло в себе понимание вечности, а сама вечность выходила за планетарные масштабы и наполняла существование всего земного космическим пониманием. Наши корни в космосе и наше будущее тоже там - эту истину Он как клеймо выжег в моем я- мировоззрении, тем самым, заложив основу нового каркаса образа присутствия в бытии. Реорганизовав мое присутствие в себе, Он создал каркас образа присутствия для себя и для других основанный на космическом понимании бытия. Моя дальнейшая жизнь заключалась в наполнении и обогащении каркаса образа присутствия и реализации внутренних творческих потенциалов я-психики уже через этот обновленный образ.

Но если мы из космоса и наше будущее в космосе, то и повседневная жизнь человека должна ориентироваться на перспективу, на освоение космических просторов, на формирование в подрастающих поколениях личности планетарно-космического типа как образа присутствия я-психики в бытии. Люди должны свыкаться с мыслью о своем космическом будущем, цели каждого человека должны ориентироваться на совершенство цивилизации, на качественное и продуктивное освоение космических просторов. Каждый человек должен с молоком матери усваивать важность достойного представительства цивилизации Земли в масштабах космоса. Только в этом случае возможно соединение основания существования человеческого - небытия, с повседневной активностью людей - бытием.

И вдруг я снова увидела человека будущего только уже не как форму, не как я-тело, а как присутствие образа. Как данность передо мной предстал образ человека будущего как планетарнокосмический тип личности. Я впервые смогла оттенить его основные характеристики, проникнуть в аспекты содержания и, главное, сравнить планетарно-космический тип личности как образ человека будущего с образом, представленным в бытии современной я- психикой.

Образ человека будущего отличался от образа современной я-психики следующими характеристиками:

Во-первых, знанием своего прошлого, причем не только исторического, связанного с развитием общества в масштабах Земли, а космического, связанного с этапами формирования и развития структуры Мироздания. Как мне открылось, только такой масштабный подход к прошлому цивилизации раскрывает перед я- психикой истинный смысл ее существования, отвечает на вопросы «о месте человека в материальном мире», «о предназначении человечества», «о смысле человеческой жизни» и т.п. В этом случае я- мировоззрение изначально формируется на основе понимания единства всего человеческого с фундаментальными космическими силами и явлениями.

Во-вторых,              масштабом              мышления.              Планетарно

космический тип личности умеет мыслить стратегически (глобально), планетарными масштабами, организовывать взаимодействие процессов, происходящих в масштабах Земли с активностью космоса (т.е. организовывать взаимосвязь локальных процессов с глобальными). Одна из основных проблем современной цивилизации заключается в том, что стратегические решения, принимаемые в том или ином государстве (в той или иной части планеты), нацелены на решение локальных проблем, практически не связанных и не скоординированных с планетарной активностью цивилизации. Но любая локальная активность, не соответствующая тенденции развития цивилизации, изначально неэффективна, разрушительна и проигрышна. Развития и процветания достигают только те государства и, соответственно, те стратегические решения, которые связывают локальные решения с особенностями закономерного развития цивилизации.

В-третьих, последовательностью деятельности. В современной космологии существует фундаментальный принцип «матрешки», который с физико-математической точки зрения обосновывает, что каждое событие (процесс, явление) происходящее в мире, в том числе и в масштабах ноосферы, с одной стороны, основано на предшествующем событии, с другой стороны, заключает в себе начало следующего события. В этом и заключается содержание преемственности: знание прошлого раскрывает понимание настоящего и одновременно, позволяет прогнозировать будущее. Как только любая микро или макро социальная группа в структуре цивилизации в результате очередной «революции», или по другой причине, «отказывается» от своего прошлого и начинает строить свое существование «по-новому», она изначально вносит неопределенность и неустойчивость в свое настоящее и лишает себя будущего. Фундаментальные законы существования мира ни оставляют никаких других альтернатив. Перспектива, прогресс возможны только в одном случае: преемственности между поколениями и соответственно, последовательности деятельности.

В-четвертых, целенаправленностью деятельности. Для того чтобы любая деятельность была последовательна и прогнозируема, нужно с самых первых этапов процесса образования в основу внутренней системы взглядов детей закладывать понимание того, какому виду деятельности они хотят посвятить свою дальнейшую жизнь и каких результатов на этом поприще они планируют достигнуть. Целенаправленная деятельность, это прежде всего актуальность глобальной цели, т.е. цели всей жизни, и достижение определенного множества целей частных, которые организуют последовательность воплощения глобальной цели. Глобальная цель деятельности — это ориентир и постоянный стимулятор жизненной активности человека, частные цели — это мобильная, формирующаяся в зависимости от особенностей повседневного существования, структура «прохождения» жизни в направлении ориентира.

Обозревая образ человека будущего в целом, я констатировала, что личность планетарно-космического типа - это гармония ума, души и тела, направленная на реализацию внутренних творческих потенциалов в масштабах Земли и космоса. Достижение подобных критериев в каждом представителе цивилизации - это основная задача системы образования и авторитетного для эволюционирующей психики близкого окружения: родителей, родственников, друзей семьи и т.п. Только созданием единого социального клише, объединенным усилием родителей, близкого окружения и государственной системы образования, можно гарантировать переход образа современной я-психики к образу человека будущего.

Размышляя о космическом начале цивилизации, об образе человека будущего, я вдруг открыла важность понятия «принуждение» в закономерном онтогенетическом становлении я-психики. Что же важного открылось мне в принуждении?

Во-первых, принуждение в процессе формирования образа человека будущего - это активность, это процесс, действие, реализация внутренних потенций, вопрошание. Это не только принуждение извне, со стороны социального окружения, но это, главным образом, принуждение изнутри, из «психики о», из присутствия в себе. Это то, что увлекает, заставляет искать, думать, анализировать; что стимулирует работать над проблемой на грани умственного истощения, боясь не успеть, опасаясь, что не хватит жизни, забывая о насущном, земном. Это грань между фанатизмом и долженствованием, между счастьем и болью, между любовью и ненавистью; это беспокойство, надрыв, постоянная неудовлетворенность достигнутым. Это полная власть присутствия для Другого, которая через открытость психики проявляется в активной позиции я-психики в бытии.

Во-вторых, принуждение в формировании образа человека будущего - это направленность. Это движение к чему-то определенному, заранее выбранному, намеченному, единому, скомпонованному в целостное клише. Происходит не просто накопление информации, усвоение открытых знаний, умений, навыков, а накопление информации определенной, необходимой для чего-то конкретного, намеченного, заранее продуманного и запланированного. Это, как «давать вид, образ», направляя активность внутренних потенциалов я-психики к выбранному, намеченному, представленному в мысленном образе. Принуждение как направленность - это стремление воплотить нечто в образе присутствия для себя и для других, довести начатое до определенного совершенства.

В-третьих, принуждение в формировании образа человека будущего - это сознательная деятельность. Это заставление, понуждение себя во имя чего-то определенного, заранее запланированного. Наш мозг работает над этим, мы продумываем каждое действие, планируем его, анализируем каждый свой шаг. Мы осознаем то, чего хотим; делаем действие не просто ради самого акта движения, а мы совершаем действие во имя достижения конкретно поставленной цели: достижение человеком мудрости, необходимость придавать присутствию в себе определенный внешний образ. Мы уже знаем, куда направлять активность внутренних потенциалов, мы делаем то, в чем хотим обнаружить себя, проявить и заявить о себе. При этом мы организуем не только себя, но и окружение, на которое направлен акт принуждения. Принуждение как сознательная деятельность - это не только организация образа присутствия для себя и для других, но и формирование отношения социального окружения к создаваемому образу.

В-четвертых, принуждение в формировании образа человека будущего это дисциплина, это гарант порядка, исполнительности, преемственности и последовательности поведения. В подтверждении этого аспекта образа-ответа, я вдруг увидела цитаты, людей, вошедших в историю цивилизации: «Дисциплина не дает человеку под влиянием его животных наклонностей уйти от его назначения, человечности. lt;...gt; Дисциплина подчиняет человека законам человечности и заставляет его чувствовать власть законов»[2]. Настоящая дисциплина - это, прежде всего, проявление «внутренней свободы, т. е. духовного самообладания и самоуправления. Она принимается и поддерживается добровольно и сознательно»2. Труднейшая часть воспитания как раз и состоит в том, чтобы «укрепить в ребенке волю, способную к автономному самообладанию. Способность эту надо понимать не только в том смысле, чтобы душа умела сдерживать и понуждать себя, но и в том смысле, чтобы это было ей нетрудно. Разнузданному человеку всякий запрет труден; дисциплинированному человеку всякая дисциплина легка: ибо, владея собой, он может уложить себя в любую благую и осмысленную форму. И только владеющий собою способен повелевать и другими. Вот почему русская пословица говорит: «Превы- сокое владетельство - собою владеть»[3].

По окончании обозрения образа-ответа проблемы принуждения в формировании образа человека будущего, возник следующий вопрос: «Не приведет ли принуждение к разрушению я- мировоззрения психики?» Принуждать и заставлять - это всегда идти против образа присутствия в себе, для себя и для других, поэтому насколько эффективно и безопасно для формирующейся я- психики принуждение?

Как всегда ответ предстал моментально в определенном образе. Обозревая его, я обнаружила, что в природе принуждение присутствует и как насилие, и как «заставление», «понуждение». Причем как «заставление» и «понуждение» принуждение используется как педагогический метод, который в ходе нескольких столетий показал свою эффективность и дееспособность. При этом, когда принуждение, особенно в системе образования, переходит в форму насилия над внутренним миром человека (ученика), то в действие, действительно, незамедлительно должны вступать статьи уголовно-процессуального кодекса, призванные защитить внутренний мир каждого ученика от посягательства со стороны любого человека, в том числе родителей и представителей государственных институтов. Принуждение-как-насилие - это, безусловно, беспощадно наказуемое деяние, так как влечет за собой разрушение оснований я-психики и патологию в формирующемся образе присутствия для себя и для других. Это плохо прикрытый негатив как для псипространства, так и для бытия, который нельзя допускать изначально, потому что он может привести к непредсказуемым последствиям. А принуждение-как-понуждение (или как заставление) - это эффективный и допустимый способ формирования гармонии не только в образе присутствия в себе, но и в образе присутствия для себя и для других. Принуждение-как-понуждение - это основа сознательной деятельности, целеустремленность, возможность достижения глобальной цели, последовательная реализация внутренних творческих потенциалов и многие другие положительные проявления я-психики в бытии.

***

Обозревая небытие через логоинформационное предопределение, я очередной раз отметила важнейшую закономерность: в существовании человеческого ценны только содержательные и масштабные творения, а повседневное и поверхностное в оценке качества прожитой жизни пренебрегается. И как только эта мысль усвоилась и закрепилась, я обнаружила, что содержательность потока существования человеческого на Земле несоизмеримо мала в сравнении с содержательностью существования живой и косной материи. Видимо, действительно, разумная материя в масштабах Солнечной системы только проходит первые этапы становления и развития, и поэтому не имеет прочного и устойчивого основания.

И мне вдруг показалось, что я поняла Его задумку: Он специально открыл передо мной содержание существования человеческого, чтобы донести понимание истинного предназначения человека - творить фундаментальное. Через меня Он хотел донести до людей, что только в образе человека будущего, через личность планетарно-космического типа, можно укрепить основание бытия: организовать насыщенное и полноценное присутствие в себе, для себя и для других, причем ориентированное на масштабы космоса.

Для меня вдруг открылась страшная правда - современная организация бытия, как пространство присутствия псипространства и воплощаемых им образов присутствия, далека от совершенства. Мы, называющие себя Человеком Разумным, на самом деле далеки от этой разумности, и достигли, разве что стадии Человека Эмоционального, потому что даже в моей психике, дуэт я-сознания и я- мировоззрения несовершенен и бессилен перед природными силами я-подсознания. О каком доминировании разума может идти речь? Заяц может назвать себя львом, но от этого в действительности не станет царем зверей. И человек, назвав себя Homo Sapiens, от этого не стал более разумен. До тех пор, пока в я-психике преобладает активность нейронного комплекса подсознания, пока в образе присутствия для себя и для других доля сознательной деятельности существенно уступает активности бессознательного, мы можем называть себя разве что Человеком Эмоциональным. И в этом нет негатива или пренебрежения, - это закономерность развития, это то, через что человек должен пройти, прежде чем достичь стадии Человека Разумного.

Психики, образующие современное псипространство Земли, эволюционно еще не готовы проявить природный потенциал присутствия для Другого, поэтому организуют свое присутствие в столь непривлекательном, малосодержательном и поверхностном образе. Незнание своих истинных возможностей, преклонение перед авторитетом я-тела, доминирование простейших потребностей и фанатичное желание их удовлетворить, слепая вера в сверхъестественные силы и нежелание совершенствовать себя, превращает присутствие я-психики в бытии в мгновение, в один единственный фрагмент, длящийся от двадцати до восьмидесяти лет. Страшно то, что в этом случае, разницы между качеством образа присутствия я- психики двадцатилетнего человека и восьмидесятилетнего - практически нет. Шестидесятилетняя разница в возрасте не заполняет психику качественной информацией и, соответственно, не проявляется в совершенстве образа присутствия в бытии, поэтому на кону истории эти психики равноценны.

Но где делись шестьдесят лет жизни, на что были потрачены? Почему факт присутствия в бытии еще не означает совершенства психики? Почему нынешнее повседневное существование не ценится в небытии? Разве построить дом, родить ребенка и посадить дерево - этого мало для полноценного присутствия в бытии?

Оказывается мало. Но почему мало?

Я обозревала движение небытия, пытаясь извлечь из него ответ на свой вопрос. Всматриваясь в логоинформационное предопределение, я старалась проникнуть в глубину, в содержательность тех, кто образовывал его основание - но слишком целостно и масштабно было основание, чтобы познать его, разложить на составляющие части и идентифицировать. Оно было настолько монолитно и подогнано, что в нем не наблюдалось разорванности. И это вызывало удивление, потому что я точно знала, что основание потока существования человеческого состоит из множества фрагментов разорванных я-мировоззрений. Неужели в своем существовании они были настолько последовательны и целостны, что, соприкоснувшись со смертью, попав в существование небытия, они дополнили друг друга, превратились в неделимое целое? Но разве такое возможно? Как люди из разных поколений могут дополнять друг друга в условиях небытия?

Я устала от непонимания, от постоянного обнаружения собственной ничтожности в масштабах движения небытия. Мне становилось все удушливей и тревожней, словно что-то громоздкое и незнакомое надвигалось на меня и раздавливало своей предвзятостью и значимостью. Состояние паники, возникшее неожиданно и мгновенно, словно выдавило меня из глубин небытия на поверхность, и я с облегчением обнаружила, что проснулась, вернулась в бытие.

<< | >>
Источник: Базалук О. А.. Сумасшедшая: первооснова жизни и смерти: Монография.              / Олег Базалук. — К.: Кондор,2011. — 346 с.. 2011

Еще по теме Глава 8. Обнаружение Его, дворца:

  1. Глава 8. Обнаружение Его, дворца
  2. ГЛАВА 4 ГОЛ 1945-Й. Лальний Восток. Квантунский финал Второй мировой
  3. Глава 2 Будущее — то же прошлое (хотя это не всегда так)
  4. ГЛАВА 14 АНТИЧНЫЕ И ФЕОДАЛЬНЫЕ ГОСУДАРСТВА КАВКАЗА
  5. ГЛАВА ДЕСЯТАЯ СЯО ВЭНЬ БЭНЬ ЦЗИ - ОСНОВНЫЕ ЗАПИСИ [О ДЕЯНИЯХ ИМПЕРАТОРА] СЯО ВЭНЯ
  6. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ СЯО У БЭНЬ ЦЗИ - ОСНОВНЫЕЗАПИСИ [О ДЕЯНИЯХ ИМПЕРАТОРА] СЯО У1
  7. Глава 7 Грибы для контркультуры
  8. Глава 3g Дж.-Д. Рэй ЕГИПЕТ В ПЕРИОД С 525 ПО 404 Г. ДО Н. Э.
  9. Глава 7d К.              Краай МОНЕТНОЕ ДЕЛО
  10. ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ ГЛУБИНЫ ЕРЕСИ
  11. Глава 3 ВОЗРОЖДЕНИЕ И АНТИЧНОСТЬ
  12. Глава 15 ОТ КОЛДОВСТВА К НАУКЕ
  13. Глава вторая Королевская труппа Бургундского отеля (1629-1680)
  14. Глава вторая Греческий язык в Иерусалиме во времена Иосифа