<<
>>

3. Безрезультатный исход

Что касается деятельности самого сословного собрания в период с декабря 1815 по декабрь 1816 г., то она была направлена отчасти на конституционные вопросы, отчасти на рассмотрение иных дел.
Ко второй группе среди прочих относились и частные вопросы, так, например, вопрос о статусе владетельных господ. Мы уже указывали, что в немецком государстве деятельность сословного собрания, не урегулировавшего предварительно эту проблему, невозможна. Если само собрание служит орудием, с помощью которого сословие пытается реализовать свои претензии, свидетелем чего мы недавно были, то это означает, что сословное собрание еще не получило должной организации. Среди рассматриваемых вопросов, большинство которых не заслуживает упоминания ввиду их незначительности (институту писарей мы уделили должное внимание выше), особенно большой отклик получил вопрос о праве короля устанавливать и взимать ежегодные налоги. Начиная с 20 октября 1815 г. король стал знакомить сословных представителей с содержащимися в донесениях министерств пояснениями и уточнениями материала, представленного собранием в петициях и жалобах, а также с рядом постановлений, принятых в этой связи, в результате которых в существующий распорядок вносились некоторые изменения. В пояснениях указывалось на неубедительность многих высказанных в петиции взглядов. Собрание передало это на рассмотрение специального комитета, но затем распу- стило его, как большинство своих комитетов, не уделив больше никакого внимания существу дела. 29 февраля все не занятые в комитете по ведению переговоров члены собрания были объединены в большой комитет, состоящий из нескольких секций, которым было поручено разделить между собой жалобы и материалы общего характера и подвергнуть их соответствующей обработке. Однако ни одна из работ этих секций не вышла в свет. Если бы деятельность секций привела к серьезным переговорам с министерствами, то можно было бы осуществить то, что было упущено раньше, — рассмотрение жалоб.

При решении текущих дел, таких, как установление и взимание ежегодных и иных налогов, сословные представители не могли в силу того положения, в которое они сами себя поставили, реализовать возникавшее у них время от времени стремление перейти к каким-либо конкретным действиям.

Они не могли осуществить ни свое право участия в решении государственных дел в качестве членов сословного собрания Вюртемберга, так как данное собрание не было таковым, ни те права, которые они получили бы на основании королевской конституционной грамоты — так как не пожелали ее признать — или на основании нового соглашения, так как оно еще не состоялось. Поэтому еще в июне 1816 г. шли дискуссии по вопросу о компетентности собрания и о том, конституировано оно или не конституировано как представительное учреждение (вып. XXV). Королевское министерство игнорировало попытки сословных представителей объявить себя конституированным собранием в силу создавшегося тогда по их собственному желанию положения.

Собрание передало полномочия в переговорах по конституционному вопросу своим комиссарам и комитетам. Вначале (с 1 декабря 1815 г.) заседания, на которых делались сообщения по этим вопросам, были закрытыми, протоколы их велись отдельно. Однако, после того как ведение переговоров было полностью поручено комитету, секретность была отменена (25 января 1816 г.). Еще раньше, 15 того же месяца (вып. XVII, стр. 144), уполномоченные внесли предложение, кото- рое сводилось к тому, что вместо сообщений по отдельным разделам конституционной деятельности собранию будет сделано общее сообщение о проделанной работе. Господин Кнапп в своем выступлении (13-го февраля 1816 г., вып. XIX, стр. 75) обратил внимание комитета на то, что при существующем порядке переговоров, оставляя даже в стороне то, что этот порядок по самой своей природе, будучи дипломатическим, неуместен в отношениях между королем и сословными представителями, лишь пять или в некоторых случаях семь членов комитета (он состоял тогда из двенадцати человек) иногда заняты полезной деятельностью, остальные же занимаются вопросами, не имеющими никакого серьезного значения. По вопросу о том, в какой форме собрание будет выполнять свои функции в качестве представительного учреждения, в частности, в связи с конституционной проблемой, в период, пока идут переговоры, теперь (29 февраля 1816 г., вып.

XX, стр. 28) было принято следующее решение: собрание не будет обсуждать одну статью конституции за другой, а рассмотрит весь проект конституции в целом; вплоть до завершения проекта комитету вменяется в обязанность время от времени информировать собрание о ходе переговоров в общем. Впоследствии произошло вышеупомянутое объединение остальных членов собрания в комитет, состоящий из нескольких секций.

Так собрание оказалось в том самом состоянии, в которое король хотел его привести, отсрочив заседания в июле 1815 г. Между тем тогда это вызвало резкий протест, сословные представители даже заявили, что в этом вопросе им, по-видимому, больше терять нечего. Даже соображения о росте расходов не были сочтены достаточным основанием для того, чтобы прекратить бессмысленную деятельность, которая в течение целого года не дала ощутимых результатов ни в вопросе о конституции, ни в какой-либо другой области. Господин Кнапп в своем докладе от 9 февраля 1816 г. (вып. XXIX, стр. 23) сказал, что уже теперь, и не без основания, часто задается вопрос: «Для чего нужно собрание в составе более ста человек, для чего нужна ежедневная трата более чем ста дукатов, если все дела выполняются немногими, тогда как остальные занимаются менее важными вопросами, которые также могли бы быть решены теми же самыми членами собрания?» На этот вопрос собрание не дало ответа. В течение года до сведения собрания время от времени доводились по поручению комитета то отдельные статьи проекта, то иные сообщения и так называемые материалы к проекту. Тогда и газета «Альгемайне цей- тунг», и ряд «неизвестных» писателей получили доступ к делам собрания и к происходившим там дискуссиям. Свободные суждения и мнения, резко отличавшиеся от прежних славословий газет и журналов, показались сословным представителям столь поразительными, что они подвергли эти газетные статьи и брошюры той же процедуре, которой они подвергали королевские рескрипты: они ставили их на обсуждение, назначали комитеты и выслушивали пространные доклады и расследования, которые' со временем превращались в толстые тома; сословные представители хотели таким путем оправдаться, часто очень забавным способом, и опровергнуть, как говорили в собрании, «направленные против них оскорбительные клеветнические измышления». На заседании 17 сентября 4816 г. (вып. XXX, стр. 32) было сказано, что комитет по инструктированию уполномоченных завершил свою работу по конституционному вопросу, результаты которой постепенно будут предлагаться вниманию собрания. Кое-что было прочитано. Но и в течение этого последнего квартала собрание не провело обсуждения и тем более не приняло решения по этому вопросу. 24 октября (вып. XXXII, стр. 48), незадолго до смерти короля Фридриха II, последовавшей в ночь с 29 на 30 октября 1816 г., в собрании еще раз было высказано негодование по поводу произвола писарей. Сообщение об одном вопиющем факте как будто пробудило собрание от его летаргического сна. Назначенный для расследования деятельности писарей комитет был увеличен, но поскольку господин Кнапп не смог представить порученное ему сообщение из-за того, что он в течение восьми месяцев был завален конституционными делами, и собрание не приступило к обсуждению этого вопроса, оно 21 ноября направило адрес (вып. XXXIII, стр. 99 и след.) новому правителю с просьбой, чтобы тот назначил объединенную комиссию из своих представителей и представителей ландтага для выполнения тех функций, которые, как до сих пор полагали, относятся к компетенции сословного собрания. В пользу этой совместной деятельности приводился довод, что королевские чиновники обладают тем опытом, который можно приобрести лишь в высших государственных учреждениях, — признание, которое было бы уместно и при составлении петиции о жалобах, и при организации сословного собрания, и в ряде других случаев. Ввиду того что «каждый месяц промедления наносит стране значительный ущерб (почему же собрание со своей стороны так медлило в течение многих месяцев? Ведь его первый комитет был организован 13 мая, то есть восемнадцать месяцев тому назад), земские чины передают резолюцию своего комитета, где предложен ряд необходимых предварительных мер»; впрочем, сами они эти меры не утвердили и даже теперь не внесли никаких предложений о мерах устранения зла. После того как 6-го декабря (вып. XXXIII, стр. 150) король уведомил представителей сословий о том, что он передал на рассмотрение тайного совета проект конституции и созданный в процессе ее обсуждения другой проект и перенес следующее заседание на 15 января 1817 г., собрание было распущено.

После столь пространного изложения, смысл которого ускользнет, если не будет понято, что целью автора является лишь показать, в чем подлинное значение чрезвычайно важного понятия сословного собрания, и противопоставить его тому неподобающему и, однако, столь высокомерному воплощению, которое оно получило в действительности и которое было описано и представлено на суд общества в напечатанных отчетах, — достаточно лишь указать на поразительный результат деятельности этого собрания. Велением судьбы оно за все время своей длительной и дорогостоящей деятельности не только не сумело прийти к соглашению с королем, но и не вынесло ни одного существенного решения по какому-либо конституционному вопросу.

<< | >>
Источник: Георг Гегель. Работы разных лет в 2-х томах. Том 1. Серия: Философское наследие; Изд.: Мысль, Москва; т.1 - 668. 1970

Еще по теме 3. Безрезультатный исход:

  1. 2. ФИХТЕ. БЕРЛИНСКИЙ ПЕРИОД
  2. § 2. Отмывание денег, сокрытие неправомерно добытых имущественных ценностей (Geldwasche; Verschleierung unrechtmaBig erlangter Vermogenswerte)
  3. 3. Безрезультатный исход
  4. 1. Специфика применения убеждения.
  5. 1. Специфика применения убеждения.
  6. 7.3.3. Сетевой план решения
  7. Глава 8 Коммунизм против демократии
  8. Коварство стратегической дезинформации Гитлера
  9. Конфигурация американского общественного мнения в отношении иранской проблемы в 2000-е годы
  10. ОЧЕРК СОБЫТИЙ
  11. ОЧЕРК СОБЫТИЙ
  12. Г Л А В А 4 ОБОСТРЕНИЕ СИТУАЦИИ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ В КОНЦЕ 2008 - НАЧАЛЕ 2009 гг., МЕЖДУНАРОДНОЕ СООБЩЕСТВО, МИРОВАЯ ОБЩЕСТВЕННОСТЬ И ИХ РЕАКЦИЯ НА СОБЫТИЯ
  13. КОММЕНТАРИЙ
  14. ГЛАВА VII