<<
>>

1.2.1. Автор англоязычного произведения как субъект художественного текста

Проблема автора как субъекта художественного текста привлекла к себе значительный интерес во второй половине XX века и активно изучается в современной науке. Это направление тесно связанное с одной из наиболее актуальных научных парадигм - антропоцентрической.

Е.А. Гончарова отмечает, что деятельность, реализуемая автором художественного произведения в процессе художественной коммуникации, имеет двоякую направленность: это и художественная концептуализация действительности, это и ее реализация в литературном материале с помощью соответствующих средств создания образности (Гончарова 1984, 6).

Автор англоязычного произведения является, прежде всего, английской языковой личностью. Дальнейшее рассмотрение положения автора в антропоцентрической парадигме художественного текста будем осуществлять на примере англоязычных авторов.

Принадлежность к широкому контексту культуры, богатство словарного запаса, способность уникального, точного и, главное, творческого использования языковых средств и синтаксических конструкций, обращения к прецедентным текстам для создания ярких образов в устном и письменном описании определяют элитарный характер языковой личности писателя (Гвишиани 2013, 47; Карасик 2009, 89; Лотман 1996, 5; Наумов 2013, 32).

Под языковой личностью, вслед за Ю.Н. Карауловым, понимаем совокупность способностей и характеристик человека, обусловливающих создание им речевых произведений (текстов) (Богин 1984, 4; Караулов 1987, 3; Конецкая 1997,198-205; Шейдаева 2006: 175).

Структура языковой личности по Ю.Н. Караулову, характеризуется трехуровневой структурой, включающей такие уровни, как вербально­семантический (структурно-системный), когнитивный (тезаурусный), прагматический (мотивационный). Ю.Н. Караулов осуществляет раскладку процесса понимания по данным уровням таким образом, что мотивационному уровню соответствует понимание замысла отправителя текста, тезаурусному - понимание концепции текста, вербально­семантическому - понимание смысла слов и их соединений (Добровольский 1993, 5; Караулов 1987, 35-37; Московская 2004, 138-139; Птицына 2007, 59; Смирнова 2008, 72). Однако, данная точка зрения не учитывает таких важнейших особенностей языковой личности, как ее этническая принадлежность и элементы языковой картина мира, основанные на индивидуальном познавательном опыте.

В научной литературе рассмотрение компонентов языковой личности можно найти у В.А. Масловой, которая относит к ним ценностный, культурологический и личностный. Ценностный, или мировоззренческий, компонент включает в себя содержание воспитания, систему ценностей и жизненных смыслов. Если данный компонент характеризует первоначальный взгляд на мир, то более глубокое его рассмотрение индивидом соотносится с культурологическим компонентом, т.е. уровнем освоения культуры.

Наконец, личностный компонент относится к индивидуальным, неповторимым особенностям человека (Маслова 2001, 119). В.А. Маслова анализирует духовно-нравственную сторону языковой личности, т.е. предложенные ею компоненты можно обобщить в психологическое поле компонентного состава языковой личности. Представляется, что указанные стороны языковой личности, в силу своей универсальности, не могут быть специфицированы по отношению к языковой личности-носителю того или иного языка.

Из рассмотренных выше определений понятия языковой личности нам известно, что одним из главных ее признаков является способность к порождению речи, следовательно, компонентный анализ языковой личности требует рассмотрения поля ее деятельностных компонентов. Деятельностный компонент напрямую связан с лингвистической компетенцией языковой личности, ее речевым поведением. В работах В.И. Тхорика, Н.Ю. Фаняна и Б.А. Серебренникова человек рассматривается как субъект языка, чья деятельность разделена на ментальный, фактический и статусный аспекты (Серебренников 1988, 6; Тхорик 2005, 43).

Третье поле охватывает компоненты языковой личности, связанные с ее национальной принадлежностью. Целый ряд исследователей связывает особенности речевой деятельности и языкового сознания индивида с его этнической принадлежностью (Асмолов 2001, 45; Джандильдин 1971, 122; Карасик 2004, 158; Красных 2002, 213; Маслова 1997, 8; Маслова 2004, 21; Нечаева 2010, 48-49; Парыгин 1966, 74; Степанов 1997, 15; Тер-Минасова 2000, 56; Трубецкой 1995, 119; Фрумкина 2001, 86; Хромеко 2010, 222; Шургинова 2005, 228). Особенностью «национального поля» является то, что оно охватывает два предыдущих. Общее расположение полей компонентов языковой личности представлены на рис. 1.


2- Поле психологических компонентных полей

3- Поле деятельностных компонентных полей

4- Зона пересечения всех компонентных полей

Рис.1. Взаиморасположение полей компонентов языковой личности

Как видно из рисунка, хотя все компоненты языковой личности находятся в переменном взаимодействии, их общность не лишена логического построения. Другим характерным признаком является то, что зона, обозначенная цифрой 4, является статичной и всегда охватывает все три компонентных поля. Такая модель позволяет говорить о структуре языковой личности как высшей степени организации представленных компонентов.

Принимая данную структуру языковой личности за основу данной работы, рассмотрим языковую картину мира с точки области хранения национально обусловленных представлений о мире и их фиксации с помощью средств языка. Также, предложенный подход к структуре языковой личности обращает внимание на индивидуализированный компоненты языковой картины мира, нуждающийся в подробном изучении. В русле научной работы, посвященной антропоцентрическому фактору в художественном тексте, писатель, его языковая личность, а также особенности индивидуально-авторской картины мира определяют характер образности литературного произведения.

Существует несколько определений термина «автор», существующие сегодня в научной литературе. Во-первых, это писатель как реально существующий человек. Во-вторых, это общая концепция, выражаемая в произведении. В-третьих, это обозначение некоторых явлений литературных жанров (Корман 1971, 199). Очевидно, что первые два определения раскрывают суть автора как человека (в первом случае) и его образа (во втором). Однако отделение человека-части действительности от человека- части художественного вымысла неизбежно приводит к непозволительному сужению понятия «автор». Поскольку в рамках данного исследования мы рассматриваем автора как субъекта художественного текста, кажется более обоснованным опираться на термин «образ автора», понимая под ним личность писателя, реализуемую в вымышленной ситуации.

Так, У.С. Моэм, некоторое время работавший в английской разведке, создал сборник рассказов «Эшенден, или Британский агент» (1928 г.), в котором деятельность разведчика описывается как dangerous, dull, disgraceful, dirty, terrible (Maugham 2010). Несомненно, в данном случае образ автора присутствует на страницах книги и доносит до читателя точку зрения У.С. Моэма, которая идет вразрез с общепринятым мнением о том, что жизнь разведчика интересна и полна романтики. При этом произведение не является автобиографическим и основано на художественном вымысле.

Понятие «образ автора» было предложено В.В. Виноградовым, занимавшимся проблемой речевого выражения автора в структуре литературного текста, и было противопоставлено понятию автора как такового. Образ автора представляется собой выражение личности в ее творчестве, отражает элементы художественно преобразованной биографии автора, его монолог (Виноградов 1971, 113; Каверин 1969, 129; Соколов 1968, 156). Образ автора объективно характеризуется собственными

речевыми, идейными и биографическими особенностями, а также его философскими и эстетическими воззрениями, эмоциональным состоянием и оценочным отношением к различным явлениям (Бондарко 1992, 7; Виноградов 1971, 188-195; Гадышева 2004, 21; Мечковская 2000. 51-58).

Рассмотрение образа автора в произведении также требует его соотнесения с рассказчиком. В научных кругах существует два основных подхода к решению данного вопроса. Первый можно назвать техническим по причине того, что в его основе лежит грамматический признак: если повествование ведется от 1 лица (местоимение I), то автор и рассказчик считаются одним и тем же субъектом художественного текста. Если же повествование происходит от 3 лица, то автор и рассказчик принимаются как различные субъекты. Ключевыми становятся местоимения he, she, they (Гончарова 1984, 21, 23-24, 33-34).

Вторая точка зрения основана на отделении рассказчика от образа автора. Основанием является тот фактор, что сам писатель ни при каких обстоятельствах не может попасть в ситуацию полностью идентичной литературной (речь идет о художественном тексте) и испытать именно те эмоциональные переживания, которые он приписывает рассказчику (Бахтин 1979, 222-223; Виноградов 1971, 35; Успенский 1995, 81-95).

Примером того, когда точка зрения автора совпадает с мнением рассказчика, является рассказ У.С. Моэма “A Friend in Need”, где повествователь называет своего собеседника startling, surprising, описывает его в таких выражениях, как those blue eyes of his (Моэм 2008, 76). В конце рассказчик не делает, ни заключения, ни комментария, тем самым показывая, что комментарии излишни, хотя читатель понимает, что, и автор, и рассказчик потрясены жестокостью мягкого на вид человека.

В творчестве У.С. Моэма также обращает на себя внимание большое количество авторских отступлений. Часто рассказы сопровождаются вступлением, в котором писатель рассуждает о проблеме, положенной в основу рассказа. По мнению Е.А. Гончаровой, в таких фрагментах автор выражает собственную точку зрения (Гончарова 1984, 73). Например, во вступлении к рассказу “The Happy Man” писатель напрямую высказывает

мнение, что считает неправильным давать советы. Анализ лексических средств, использованных автором в данном фрагменте, позволяет судить о том, что У.С. Моэм достигает максимального приближения к фигуре рассказчика:

4. I have always wondered, I have always hesitated, Heaven knows: I know nothing of myself, each of us is a prisoner in s solitary tower, who am I that I should tell, Life is a difficult business and I have found it hard enough, I have seen myself for a moment wrapped in the dark cloak of Destiny (Моэм 2008, 5).

Свою точку зрения автор художественного произведения может реализовывать, как посредством рассказчика, так и любого персонажа. Эта мысль относится к вопросу субъектности художественного текста (Гинзбург 1974, 16; Касимова 2006, 55; Сиражитдинова 2009, 190; Тынянов 1977, 118­119) упоминается о лирическом герое как одной из ипостасей воплощения автора в произведении, однако эти исследования выполнены преимущественно в русле литературоведения и не имеют прямого отношения к данному исследованию.

Автор, или его образ, является ключевым субъектом художественного текста и, следовательно, выполняет объединяющую функцию, как для установления контакта между остальными субъектами художественного текста, так и для сюжета в целом. При этом, реализация образа автора внутри произведения происходит, как преднамеренно, так и неосознанно.

Таким образом, автор литературного произведения, обладает рядом особенностей, отличающих его от других представителей лингвокультуры. Во-первых, автор, являясь представителем лингвокультуры, обнаруживает национально-мотивированные особенности свой индивидуально-авторской картины мира. Во-вторых, профессиональный писатель обладает талантом и навыками отвлечения от собственных устойчивых представлений в целях наиболее объективного изложения. В-третьих, автор литературного произведения обращается к стереотипу как части своей языковой картины мира при описании характера и внешности персонажа для установления коммуникации с читателем и отражения собственного отношения к персонажу. В-четвертых, это обращение является осознанным, поскольку, как было сказано выше, писатель обладает рядом профессиональных качеств, позволяющих ему путем рефлексии вычленять особо значимые для обществ представления и вводить их в виде стереотипа на страницах литературного произведения.

<< | >>
Источник: СТАУРСКАЯ НАТАЛЬЯ ВАЛЕРЬЕВНА. СТЕРЕОТИП КАК СРЕДСТВО СОЗДАНИЯ ЛИТЕРАТУРНОГО ПОРТРЕТА ПЕРСОНАЖА (НА ПРИМЕРЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ У.С. МОЭМА, О. ХАКСЛИ И И. ВО). 2014

Еще по теме 1.2.1. Автор англоязычного произведения как субъект художественного текста:

  1. ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ КАК ДИНАМИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН КУЛЬТУРЫ И.М. Слемнёва
  2. 2.3. ЭТНОКУЛЬТУРНЫЙ КОМПОНЕНТ ЛИТЕРАТУРНОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ КАК НЕОТЪЕМЛЕМАЯ ЧАСТЬ ЕГО ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ
  3. КРАВЦОВА ТАТЬЯНА АЛЕКСАНДРОВНА. СОДЕРЖАТЕЛЬНО-ПРАГМАТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ МЕТАЯЗЫКОВОГО КОММЕНТАРИЯ В АНГЛОЯЗЫЧНОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ ДИСКУРСЕ, 2014
  4. Фрикке Янина Александровна. ФРАЗОВАЯ НОМИНАЦИЯ КАК СРЕДСТВО ВЫРАЖЕНИЯ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ АВТОРА (на материале языка художественной литературы). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук., 2003
  5. Мезенцева Дарья Александровна. Формирование медиакомпетенции у студентов из КНР в процессе самостоятельной учебной работы с текстами англоязычных СМИ, 2014
  6. Раздел 3 МЕДИКО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЛОГОПЕДИИ КАК ОТРАСЛИ СПЕЦИАЛЬНОЙ ПЕДАГОГИКИ (хрестоматийные тексты работ разных авторов
  7. § 5. Восприятие ребенком художественных произведений
  8. Особенности литературного редактирования художественных произведений
  9. АНАЛИЗ ПРОСТРАНСТВЕННОСТИ (И ВРЕМЕНИ) В ХУДОЖЕСТВЕННО-ИЗОБРАЗИТЕЛЬНЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЯХ
  10. 3. 5. Образ автора в журналистском произведении
  11. 1969 Заметки о структуре художественного текста
  12. Тема VII. Психолого-педагогические условия развития сознания дошкольника как субъекта труда в спорте (Указать вид спорта: фигурное катание, художественная гимнастика, теннис и т.п.)
  13. О двухступеичатости исследовательских моделей художественного текста
  14. 3.7 . Художественные элементы журналистского произведения: пейзаж, деталь, портретная характеристика (на примере очерка)
  15. Стилистическое использование антонимов в художественных и публицистических текстах
  16. Танец как художественное поведение
  17. 3. 3. Факт как основа журналистского произведения
  18. 2.1. КОМПАРАТИВИСТИКА КАК ЭФФЕКТИВНЫЙ МЕТОД ИЗУЧЕНИЯ ЛИТЕРАТУРНОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ
  19. Г. М. Никитин ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ КАК ОНТОлОГИЧЕСКИЙ ФАКТОР В ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОМ ВОСПИТАНИИ ПОДРАСТАЮЩЕГО ПОКОЛЕНИЯ
  20. КАК КРАСИВО И CO ВКУСОМ ОДЕВАТЬСЯ Художественный руководитель Jlенинградского дома моделей В. ИВАНОВА