<<
>>

§1.1. Понятие репрезентации в когнитивной лингвистике

Согласно Дж. Лакоффу, «самая важная цель когнитивной науки - установить, что представляет собой мышление» [Lakoff 1987: 10]. На пути к изучению познавательных процессов лежит понимание сущности репрезентации как категории, применимой к мышлению, познанию и использованию языка.

Репрезентация - это широкое философское понятие, наиболее общее определение которого звучит так: «представление одного в другом и посредством другого» [ИФ]. Термин происходит от латинского «praesetare», что значит «представлять», с добавлением префикса ге-, означающего повторяемость или, в данном случае, вторичность действия. Это значит, что репрезентация - это отображение сущности объекта или явления, не являющееся самой этой сущностью, однако несущее функцию её «представителя» в условиях необходимости.

Понятие многозначно, так как оно употребляется разными науками, в том числе психологией, культурологией, социологией и историей. Для лингвистики сам термин «репрезентация» является сравнительно новым, так как стал употребляться в своём современном значении примерно с конца 70-х - начала 80­х гг. ХХ века, когда американский учёный-структуралист Ноам Хомский поставил перед лингвистами описание репрезентаций языка в мозгу человека как основную цель, подразумевая ментальные структуры, которыми человек оперирует в ходе осуществления речевой деятельности. Тем не менее, само предположение существования подобных структур выдвигалось много ранее.

Природа и механизмы человеческого мышления интересовали учёных и философов античности. Аристотель (ок. 384-322 гг. до н.э.) писал: «Подобно тому, как письмена не одни и те же у всех людей, так и слова не одни и те же. Но представления, находящиеся в душе, которых непосредственные знаки суть слова, у всех одни и те же, точно также и предметы, отражением которых являются представления, одни и те же» (цит. по [Басин 1999:19]. Таким образом философ выдвинул тезис о том, что в сознании человека существует нечто, являющееся представлением, замещением предметов реального мира.

Тем не менее, древнее понимание репрезентации как отражения несколько неточно, так как метафора зеркала в применении к человеческим когнитивным процессам была в некоторой степени переоценена, сам концепт “отражение” рассматривали в очень широком смысле, вместе с операциями, не имеющими прямого отношения к отражению и вместе с результатом отражения.

Согласно взглядам Аристотеля, человеческое сознание не зеркало, которое будто рассматривается внутренним оком, а даже, что ещё сложнее для современного восприятия, сознание - это зеркало и око сразу, то есть сознание и отражение отождествляется, как отождествляется при таком понимании созерцающий и созерцаемое. Поэтому картина, видимая глазом является, по Аристотелю, воплощением “ума, который становится всеми вещами” [Микешина 2006: 89].

В рамках когнитивного подхода, при объяснении мыслительных процессов впервые признаётся, что знания, хранящиеся в памяти, влияют на процессы переработки информации мозгом. Как результат, учёные отвергли тезис об изоморфности ментальной репрезентации и репрезентируемого предмета или явления реальности.

На современном этапе развития когнитивной науки теория репрезентации представлена собой в трудах зарубежных и отечественных учёных, включая М. Вартофского; Р.И. Павилёниса; В. Иванса; Е.С. Кубрякову, В.З. Демьянкова; Н.Н. Болдырева и др. (Вартофский 1988; Павилёнис 1983; ЕуапБ 2009; Кубрякова, Демьянков 2007; Болдырев 2007).

В наиболее общем определении В.Я.Шабеса, «репрезентация - гипотетический когнитивный внутренний символ, которым представлена в сознании внешняя реальность, форма представления (существования) в человеческой памяти различных ментальных единиц» [Шабес 2011]. Учёный уточняет, что «ментальным должно быть признано всё то, что составляет содержание человеческой психики, как сознательное, так и бессознательное» [Шабес 2011]. На этой основе учёными выделяются следующие типы репрезентации:

1) Внутренняя (ментальная) репрезентация;

2) Внешняя (материальная) репрезентация.

Материальная репрезентация слова, например, это его звучание или отображение в виде букв, написанных от руки или напечатанных с помощью компьютера.

Ментальная репрезентация, согласно Е. С. Кубряковой, - «ключевое понятие когнитивной науки, относящееся как к процессу представления ... мира в голове человека, так и к единице подобного представления, стоящей вместо чего-то в реальном или вымышленном мире и потому замещающей это что-то в мыслительных процессах» [КСКТ]. Это операция в сознании человека, позволяющая производить познавательную и коммуникативную деятельность.

Внутри ментальной репрезентации учёные выделяют когнитивную репрезентацию, подразумевающую все сущности, связанные с человеческим знанием как продуктом познания [Шабес 2011].

С точки зрения нейрофизиологии, в человеческом мозгу есть примерно 100­150 миллиардов нервных клеток, называемых нейронами. Нервные импульсы передаются между нейронами по синапсам от эффекторной клетки. Согласно современным представлениям о деятельности головного мозга, информация зашифрованная в виде нервных импульсов, поступает от рецепторов органов чувств по отросткам рецепторных нейронов.

Мышление, с позиций нейробиологии, понимается как обработка человеком информации, полученной с помощью органов чувств. По мере жизни человек накапливает представления об окружающей его действительности, концептуализирует мир. По словам Р.И. Павилёниса, в «качестве кода для концептов системы» выступает естественный язык» [Павилёнис 1983: 109].

Мышление считается «второй сигнальной системой» (термин И.П. Павлова) [Павлов 1951: 335—336], оно находится на более высоком уровне развития, чем первая, основная сигнальная система, включающая данные органов чувств как результат непосредственного восприятия действительности. Мышление, то есть то, что, как сейчас считается, отличает нас от остальных животных, основывается на нелинейности, абстрактности и понятийности. Мышление помогает человеку понять сущность объектов и явлений, которую нельзя уловить напрямую через данные органов чувств.

Знания человека об окружающем мире постоянно пополняются и совершенствуют его картину мира. В течение жизни человека совершенствуются и механизмы логики, предоставляющие нам возможности для анализа ситуации, производства своих выводов и оформления их в качестве суждений и умозаключений. Язык выполняет множество важных функций, в том числе являясь инструментом познания мира, так как он неразрывно связан с механизмами мышления.

«Язык является кодом, с помощью которого мы фиксируем своё представление об окружающем мире и передаём друг другу информацию о нём» [Попова 2011: 19].

Ментальная репрезентация в рамках одних теорий рассматривается как единая система кодирования информации о мире, то есть учёные предполагают, что все типы информации, поступающей по разным каналам в мозг, кодируются в нём одинаково. Например, вербальная и невербальная информация, зрительная и слуховая, получают, согласно этим теориям, одинаковое ментальное воплощение.

К таким теориям можно отнести модель А.М. Коллинза и М.Р. Квиллиана, в которой репрезентация знаний и хранение информации в памяти подчинялось законам, сходным с принципами организации памяти в компьютере [Collins, Quillian 1969, Collins 1975]. Им представлялось, что семантическая память - это сеть концептов, связанных между собой отношениями, которым можно дать названия-ярлыки. Эти ярлыки показывают, что люди знают не только, какие концепты связаны между собой, но и какой характер данной связи.

Например, концепт «птица» связан с концептами «перья» через отношения обладания, «летать» через отношения умения, «страус» - через бытийные отношения. В современной лингвистике последний пример отношений принято называть отношения «гипероним-гипоним», однако не все бытийные отношения, отражённые у А.М. Коллинза и М.Р. Квиллиана, подчиняются закону гипонимии. Например, концепт «акула» связан отношением «быть» с концептом «опасный» [ Collins, Quillian 1969: 240-247].

Позже модель была дополнена И.Смитом [Smith 1874: 214-241], получив название модели сравнения семантических признаков.

Категоризация, По И.Смиту, основана на идентификации по принципу отнесения предмета к обобщённому классу подобных, например, «снегирь - это птица». Набор признаков, хранящихся в памяти, является, по мнению учёного, определяющим в соотнесении концептов в концептуальной системе и формировании своеобразной сети из них.

Таким образом, сетевые теории (такие, как теории А. М. Коллинза [Collins 1975], И. Смита [Smith 1874], Дж. Андерсона [Anderson 1976] и др.) рассматривают концепты как узлы когнитивных сетей, а отношения (принадлежности, существования) как связи между ними. Каждый концепт приобретает смысл как результат связей с другими концептами, находящимися в цепи.

Были попытки вывести понятие концептосферы на новый уровень, за рамки лингвистики. Так, американский учёный Р.Шепард [Shepard 1980: 390-398] разработал «геометрическую» модель ментальной репрезентации, в которой каждый объект задаётся в виде точки в многомерном пространстве Ф.Эшби [Ashby 1988: 124-150]. У него, в отличие от других учёных, ментальная репрезентация представлена в качестве вероятностного распределения. Он назвал свою модель «анализом по сходствам». Данный анализ производился по сложным схемам математического распределения. Достоинство данной модели в попытке уйти от чисто лингвистического понимания ментального лексикона и объединить данные нескольких наук. Тем не менее, в данном случае математический подход преобладал, и, возможно явился причиной отхода в абстракции.

В коннекционистских теориях репрезентация в памяти рассматривается как след отдельного стимула, который становится частью общего следа, составленного всеми репрезентациями. Е. Бейтс и Дж. Гудман [Bates, Goodman 2001], например, считают, что не нужно выделять как отдельные модули репрезентацию грамматики и репрезентацию лексики в человеческом мозге, так как сеть нервных клеток, обеспечивающая функционирования речевых механизмов, по своей сути едина, поэтому не происходит изолированной активации «грамматических» или «лексических групп нейронов».

Таким образом, данные теории постулируют неразрывную связь грамматики с лексикой в человеческом сознании

Дж. Фодор критикует некоторые положения традиционного коннекционизма [Фодор, Пылишин 1996: 230-313], опираясь на то, что физиологическое строение мозга - это отнюдь не то же самое, что когнитивные структуры. Он делает вывод, обратный выводам Бейтса и Г удмана, утверждая, что ментальные репрезентации лексики и грамматики различны и их нельзя смешивать.

Аналогично Дж. Фодору, Дж. М. Кларк и А. Пайвио [Clark, Paivio1987: 5­33] полагают существование нескольких форматов ментальных репрезентаций, использующих несколько принципиально различных кодов, соответственно типу информации. А. Пайвио предложил модель двойной репрезентации, которая впоследствии стала одной из самых известных теорий, предполагающей двойное кодирование. Согласно учёному, вербальная и невербальная информация кодируется, хранится и воспроизводится по-разному. «Вероятнее всего, две системы состоят из внутренних единиц репрезентации, называемых логогенами и имагенами. Данные единицы начинают работать в процессе узнавания, манипуляции с вещами или словами или просто размышлений о них. Репрезентации модально-специфичны, поэтому разным визуальным, слуховым, тактильным сигналам от объекта соответствуют различные логогены и имагены. Репрезентации являются результатом работы сенсорных систем ввода и вывода информации, а также между собой, при этом функционируют вместе или по отдельности, являясь посредниками в ходе вербального и невербального поведения человека» [Paivio 2006:3].

Американский когнитивист Дж. Лакофф рассматривает информацию, поступающую в человеческий мозг, с точки зрения классификации её содержания следующим образом: он представляет себе познавательные процессы в рамках функционирования определённых образных структур - гештальтов. Учёный выделяет два типа гештальтов: «основания» (ground), качества которых можно описать, как нечёткость, размытость, диффузность, и «фигуры» (figure) с чёткой очерченностью репрезентируемых ими понятий и возможностью выделить в них части. По Лакоффу, «в основании когнитивного айсберга находится особый слой репрезентаций, которому невозможно дать точное вербальное выражение» [ Lakoff, Johnson, 1999].

Согласно передовым взглядам отечественных учёных, в частности, Ю.Н.Караулова, человек как субъект языковой деятельности представляет собой «языковую личность». Он выделяет три уровня ментальных процессов, составляющих сущность языковой личности:

1) вербально-семантический уровень, подразумевающий свободное владение грамматикой и лексикой языка, уровень носителя языка;

2) когнитивный уровень, предполагающий для говорящего картину мира на основе его жизненного опыта. Картина мира складывается из концептов, представление о которых человек получил в ходе жизнедеятельности и осуществления коммуникации, социализации;

3) прагматический уровень, к которому относятся цели языковой личности, её установки и намерения. [Караулов 1989: 3-8].

Первый уровень - это уровень владения языком как таковым, в то время как второй уровень - это расширение до масштаба знаний личности, непосредственно подходящий к мыслительной деятельности. Процессы когнитивного уровня осуществляются в тесной связи с процессами вербально­семантического уровня. Аналогично, третий уровень - это уровень осознания целей, интенций говорящего. Их реализация невозможна без достаточной базы занний и навыков на первом и втором уровнях.

Традицинно предполагается, что лексикон в сознании субъекта состоит из элементов, соотносимых со словарным, учёные предполагают несколько видов лексикона, например, согласно кодированию информации: аудиальный,

визуальный. Ведутся дискуссии о существовании этих типов лексикона на вводе информации, напрмер, некоторые учёные ставят вопрос о различии средств понимания слова при аудиальном воприятии и его понимания при чтении [Григорьев 2004: 11].

В современной когнитивной лингвистике понятие существует понятие внутреннего лексикона. На основе исследований Е.С. Кубряковой (и позднее Е.М. Поздняковой и Е.В. Сувориной) «внутренний лексикон» можно отнести к «той аналоговой системе, которая представляет собой вместилище всех сведений о языке. Устройство внутреннего лексикона определяется, такми образом, тем, что, с одной стороны, это своеобразный аналог системы лексики определённого национального языка, а с другой - часть общей организации человеческого мозга, его интеллекта, часть общего пространства памяти человека (цит. по [Позднякова, Суворина 2012: 174]).

Психолог Ч. Осгуд рассматривает кодирование информации в мозгу человека как процесс, осуществляемый с помощью следующих механизмов: ЛЕКСИКОН, ОПЕРАТОР, БУФЕР и ПАМЯТЬ [Osgood 1984: 158]. Данные механизмы рассматриваются автором как различные виды памяти. Лексикон, согласно Ч. Осгуду, представляет собой ряд процессов шифровки и дешифровки информации, где кодом является естественный язык. Лексикон в ходе работы этого механизма в мозгу человека совмещает значения слов с их физической оболочкой, и оперирует репрезентациями лексических единиц. Оператор играет роль кратковременной памяти, в то время как в буфере хранится информация. Под памятью понимается механизм, называемый нами долговременной памятью. Вывод, к которому можно прийти на основе этой концепции, - это мысль о том, что память является одним из ведущих механизмов когнитивной, в том числе речевой деятельности.

А.А. Залевская рассматривает лексикон как динамическую систему, функционирующую на двух взаимосвязанных уровнях: «поверхностный ярус», заключающий подъярусы графических и звуковых образов, и более глубокий уровень, «ярус смыслов», заключающий субъективное понимание концептов, закодированных словами [Залевская 1999: 154-200].

Сейчас учёные допускают мысль о том, что когнитивная информация рассматривается человеком как качества самого объекта, поэтому субъективные данные органов чувств, опыта человека, накладываются на объект рассмотрения, как бы отождествляясь с ним. Это неизбежный процесс, так как человек должен иметь отправную точку для мышления, оперирования каким-либо категориями, и это в любом случае информация, полученная путём личного опыта (включая как эмпирический опыт, практические действия, так и опыт коммуникации, получение знаний от других людей, что весьма далеко от непосредственного восприятия объекта). Таким образом, мир нами осознаётся двумя путями:

1) через наш опыт и данные органов чувств;

2) через язык и абстрактное мышление.

А.И.Колмогоров выделял механизм мыслительного построения объекта способом наложения на него полученной о нём информации [Колмогоров 1987].. Этот процесс ныне называется апплицированием.

По современным представлениям, когнитивная модель функционирует как дубликат информации, её репрезентация в мозгу. Информация, поступающая от органов чувств, кодируется, и данный код включает ограниченное количество образцов когнитивной репрезентации информации. Количество образцов и их форма, как считают современные учёные (например, Режабек [Режабек 2002]), определяется способами переработки информации мозгом, а также влиянием культуры, в которой живёт человек. Предполагается наличие в сознании человека картины мира, несущей отпечаток среды, где он родился и живёт. Согласно этому предположению, культура влияет на осознание мира.

Картина мира понимается многими современными лингвистами как изначальный общий образ мира, на котором базируется видение мира человеком.

Картина мира представляет собой концептуальную систему, созданную представлениями о мире общностью носителей языка. Многое в этой системе связано с обычаями и традициями, не только и не столько как исполнение неких обрядов, а как традиционное понимание сущности определённых предметов и явлений. Картина мира - это репрезентация знаний об объективном мире через субъективную призму лингвокультуры. Она, не в последнюю очередь, находит отражение в самом языке.

Картина мира создается в результате двух различных процедур:

1) выявления свойств объектов и явлений окружающего мира, осмысление образа мира;

2) выработки образов мира на основе общих представлений о них в ходе коллективной систематической «рефлексии» [Босова 1999].

Согласно Е.С Кубряковой, «язык членит действительность, поскольку её членит наше сознание, и делит на такие составляющие, которые оно выделило и признало» [Кубрякова 2004: 44]. Присутствует и действие обратного фактора, известного, как гипотеза Сэпира-Уорфа. Согласно ей, различные наблюдатели одного и того же мира подходят к нему с несоизмеримыми системами понятий, заложенных у них в сознании их родным языком [Whorf 1964: 246-270]. «Формы человеческой мысли подконтрольны неумолимым законам схем, существование которых человек не осознаёт. Эти схемы пердставляют собой слоную систематизацию его знаний о его собственном языке...Само мышление происходитв системе языка - английского, санскрита, китайского» [Whorf 1964: 252].

Таким образом, в зависимости от того, как язык членит действительность, так и происходит членение мира в сознании его носителей. Это утверждение доказывалось на примере выделения оттенков цветов представителями разных лингвокультур. Участники эксперимента с большей лёгкостью отличали оттенки, обозначения для которых есть в их языке, а различия цвета, обозначенные в их языке одинаково, замечали и запоминали с большим усилием.

Таким образом, индивидуальная картина мира человека находится под влиянием языковых факторов, она связана с языковыми и культурными традициями народа.

Считается, что одна из первых современных теорий концептуальной системы была предложена литовским философом и лингвистом Р.И. Павилёнисом [Павилёнис 1983: 100-189]. Учёный полагал, что концепты формируются вначале до усвоения языка (невербальный этап). Затем усваивается человеческий язык (вербальный этап), и происходит построение информации о концептах с позиций языка. Р.И. Павилёнис подчёркивал, что усвоение любой новой информации о мире осуществляется каждым индивидом на базе той, которой он уже располагает. [Павилёнис 1983: 101].

Р.И. Павилёнис полагает необходимым условием построения концептуальной системы существование некоторых первичных концептов, служащих в дальнейшем для анализа и интерпретации новых усваиваемых концептов. По его мнению, усвоение и систематизация определенных данных о языке как об объекте познания осуществимо только на базе данных, уже имеющихся в концептуальной системе. Грамматика усваивается как механизм, позволяющий оперировать другими языковыми средствами. Это позволяет манипулировать уже имеющимися в сознании индивида. В свою очередь, этот механизм обеспечивает возможность выхода за рамки непосредственного субъективного опыта и обращения к более сложным сущностям.

Таким образом, если следовать логике Р. И. Павилёниса, то формирование когнитивной картины мира в сознании человека происходит постепенно: в детстве, ещё до освоения человеческого языка, индивид получает опыт познания мира. Уже на этом этапе работают механизмы различения отдельных объектов и явлений, их опознания. Уже на основе этого опыта происходит формирование всё новых концептов.

Благодаря вербальным и невербальным средствам, а также воображению, человек способен к вторичной репрезентации концептов, основанной на предшествующем опыте. Таким образом, ментальные образования можно условно разделить по крайней мере на два подтипа:

1) первичная репрезентация как базовая концептуальная структура, предшествующая вторичной;

2) вторичная репрезентация как результат построения концептов на основе уже имеющихся базовых концептов, изъятых из предидущего опыта индивида.

Под первичной языковой репрезентацией концептов понимается манифестация последних при помощи лингвистических единиц в их предметно­логическом значении. Вторичная репрезентация явлений в языке действует как концептуальная деривация, основанная на вторичной номинации [Болдырев, Бабина 2001: 79-86].

Как пишет Е.М. Позднякова, «Отечественная версия когнитивизма (когнитивно-дискурсивная парадигма, впитавшая в себя все наиболее существенные достижения гуманитарных наук 2-ой половины XX века в нашей стране, а также прогрессивные идеи западных когнитологов первого и второго поколения, идеи функциональной лингвистики, текстового и дискурсивного анализа) имеет достаточно позиций по ряду вопросов методологического характера, отличающихся от установок когнитивного подхода за рубежом. Западным когнитивистам свойственно преувеличение субъективизма ментальных репрезентаций (в том смысле, что отражение в голове человека индивидуально), а также придание языку роли носителя индивидуальных значений и смыслов ведет к принципиальной оторванности человеческой когниции от реального мира, вследствие чего получается, что в результате "конструирования мира" язык - это зеркало субъективных когнитивных процессов человека, а реальный мир существует как бы сам по себе» [Позднякова 2007: 68]

Таким образом, репрезентация - многогранное понятие, понимание которого находится в развитии. Учёные сходятся во мнении, что ментальная репрезентация окружающего мира является одним из важнейших элементов познания, и что она имеет прямые и косвенные связи с языком. Изучение языковых явлений с позиций когнитивной лингвистики, таким образом, представляется целесообразным, так как оно раскрывает механизмы речи и мышления человека.

Номинализации с инкорпорированным объектом представляют собой уникальный случай репрезентации действительности. Данная модель как когнитивный фрейм является с позиций современного репрезентационализма ключом к пониманию концептосферы человека через раскрытие сути данного моделирования. Репрезентация ментальных структур посредством

номинализаций с инкорпорированным объектом происходит в особенной форме, выявляющей способности человеческого разума к сложному свёртыванию события, что является материалом данного исследования.

<< | >>
Источник: ЛУКЬЯНЧЕНКО Екатерина Александровна. НОМИНАЛИЗАЦИИ С ИНКОРПОРИРОВАННЫМ ОБЪЕКТОМ КАК СРЕДСТВА ВЕРБАЛИЗАЦИИ КОГНИТИВНЫХ СТРУКТУР, РЕПРЕЗЕНТИРУЮЩИХ СОБЫТИЕ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА). ДИССЕРТАЦИЯ На соискание ученой степени кандидата филологических наук. 2015

Еще по теме §1.1. Понятие репрезентации в когнитивной лингвистике:

  1. Лингвосемиотика как межнаучное направление
  2. Дисциплинарно-методологическая структура современной лингвистики
  3. Вопрос о парадигмальном подходе в методологии современной лингвистики
  4. Идеи, постулаты и концепты метода
  5. Понятие концепта
  6. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  7. Введение
  8. 1.2.1. Средства выражения абсолютной конструкции модели 1: «существительное + прилагательное/причастие»
  9. Метаязыковая функция языка и метаязыковая рефлексия
  10. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  11. Список литературы
  12. Приложение № 1 «Концепт» в современной лингвистической науке и способы его исследования
  13. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК