<<
>>

§ I . Предварительные замечания

Вопрос о княжеском совете был предметом большого внимания в прежней исторической литературе. Ни один из крупных историков не проходил мимо этого вопроса. Из обзора взглядов на политический строй Киевской Руси нетрудно установить, что боролись два основных взгляда.

Одни исследователи (значительное большинство) считали, что князь в Киевской Руси совещался в особом учреждении, которое затем у историков получило разное название: Ключевский и Владимирский-Буданов называли это учреждение Боярской думой, а другие — Княжеской думой. Состав этого учреждения менялся, причём и здесь при установлении этого состава были высказаны разные мнения. Ключевский считал, что в X вл Боярскую думу входили бояре, епископы и так называемые старцы градские — представители воєнно,-торговой аристократии; с XI в. правительственный совет при князе Киевской Руси является односословным боярским. Владимирский-Буданов 239несколько иначе представляет эволюцию Княжеской думы: вначале в Думе участвовали бояре — высшие служилые люди и старцы — земские бояре; в XI в., по слиянии служилых бояр с земскими, в составе Думы находятся только бояре (в Новгороде — исключительно земские). Кроме этого постоянного состава Думы, в ней участвовали (не всегда) высшие духовные сановники: епископы и игумены.

Другие исследователи (из них прежде всего надо отметить Сергеевича и Преснякова) отрицали существование в Киевской Руси особого учреждения — Боярской и Княжеской думы. Сергеевич 240 полагает, что под Думой следует понимать «только акт думанья, действие советования князя с людьми, которым он доверяет». Князь не был обязан с кем-либо советоваться; он советуется во всех тех случаях, когда находит это нужным и желательным; во всех остальных он действует один. Обращаясь к пересмотру вопроса о Боярской думе, нам надлежит выяснить: 1) действительно ли существовало какое-либо совещательное учреждение в Киевском государстве; 2) каков был состав совета при князе; 3) какова была компетенция совета.

§ 2.

Вопрос о совете при князе как особом учреждении

Здесь мы прежде всего должны констатировать, что тщательный анализ всех относящихся к данному вопросу свидетельств летописных и юридических памятников об основном органе, направляющем деятельность князя, приводит нас к выводу, что особого учреждения в Киевском государстве, которое действовало бы независимо от князя и ему противопоставлялось, не было. Мало того, не существовало даже особого названия — «Боярская дума», «Княжеская дума». Исследователи, настаивавшие на существовании думы как учреждения, сами дали ему название и этого не скрывали. Ключевский \ например, говорит: «Боярская дума — термин ученый, не документальный: его не встречаем в древнерусских памятниках». «Наименование «боярская дума» не встречается в древних памятниках и образовано искусственно на основании сходных терминов («бояре , думающий»)», — принуждён бы отметить Владимирский-Буданов 241.

Уже этот один факт — отсутствия названия — является одним из сильнейших доводов, говорящих против существования предполагаемого учреждения. Ведь если бы дело шло о каком-либо кратком периоде истории, то можно было бы думать, что в памятниках совершенно случайно могло быть пропущено упоминание об этом учреждении. Но исследователи говорят о Боярской думе как учреждении, существовавшем с самого момента возникновения Киевского государства и до его падения. Несомненно, если бы Боярская или Княжеская дума действительно существовала как учреждение, то это название должно было применяться, и очень часто, в летописях и других памятниках. Ведь Боярская дума, по признанию исследователей, является одним из важнейших государственных учреждений! А между тем нигде летопись не говорит об организации Боярской думы, об изменении личного состава ее, о ее постановлениях. Не дошел до нас ни один законодательный акт, который был бы сочтен результатом ее законодательной или законосовещательной деятельности. Везде летопись и другие памятники говорят только о совете бояр, о совете с боярами, о совете с дружиной, Ъ совете дружины и т.

д.

Сергеевич242 привел ряд соображений о том, что Боярской думы как учреждения вообще не могло быть в Киевском государ- стве. Он отмечает малую способность древнего времени к созданию такого искусственного учреждения, как постоянный совет: «Это было не в духе и не в средствах X, XI, XII, XIII, вв.». «В первые века нашей истории народ призывал князя, ему лично вручал он власть и знал только его. Князю, конечно, были нужны помощники и советники в делах управления, но это было делом его личных удобств. Можно ли допустить, что при той неустойчивости государственной жизни, какую мы наблюдаем в этой отдаленной древности, при частой смене князей и постоянном колебании состава окружающих их лиц было возможно прийти к мысли об учреждении постоянного совета? Полагаем, что это было и невозможно, а для князя и совершенно не нужно, ибо без всякой надобности стесняло бы его деятельность. Крайне неустойчивая почва государственной жизни была лишена необходимых условий для возникновения постоянного княжеского совета; цели же несложного управления того времени хорошо достигались и при наличности отдельных советников или «думцев», недостатка в которых, конечно, не было».

Мы не можем принять эти рассуждения Сергеевича без оговорок и даже возражений, но в основном он прав; развитие феодальной власти не дошло еще до того уровня, когда нужно было бы создание какого-то особого органа, стоящего над князем и его окружением. Но самый главный довод, который можно привести против исследователей, защищающих существование Боярской думы как особого учреждения, — тот, что князь не нуждался в особой Боярской думе потому, что, начиная с момента образования Киевского государства, у него был нормальный, постоянно действующий совет—его дружина. С этой дружиной, как мы говорили, князь был на войне и в совете. Как мы знаем, процесс разложения дружины стал в особенности сильно проявляться с середины XI в., но еще долго мы наблюдаем живучесть дружинных организационных форм. Совет с дружиной стал медленно заменяться советом с наиболее близкими и влиятельными вассалами и мини- стериалами и опять без создания какого-либо особого учреждения.

Но и в XII в. памятники все еще говорят о совете с дружиной; следовательно, никаких изменений как в форме совещаний, так и в компетенции этих совещаний не произошло.

Князю, постоянно совещавшемуся с дружиной, никакого смысла не было дополнительно создавать какое-то особое учреждение, в которое все равно должна войти верхушка дружины. Да и пе было других феодальных групп, которые могли бы противостоять дружинной организации и требовать создания учреждения, которое должно было учесть эти интересы. Когда появляются эти новые элементы, то они привлекаются к совещанию наряду с дружиной. Итак, нам следует присоединиться к тем исследователям, которые отрицают существование Боярской думы как особого учреждения в большинстве русских земель XII в. работавшего независимо от 342 князя и ему противополагавшегося. Однако имеются исключения: в Великом Новгороде, в Галицкой земле (см. подробно об особенностях в системе высших органов власти в особой главе). Но было бы проявлением ученого формализма в самой худшей форме, если бы мы поставили точку над этим и не задумались над вопросом об организации княжеского совета, о княжеских советниках.

<< | >>
Источник: С.В.ЮШКОВ. КУРС ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА СССР / Общественно политический строй и право Киевского государства. 1949

Еще по теме § I . Предварительные замечания:

  1. § 1. Предварительные замечания
  2. § 1. Предварительные замечания
  3. § I . Предварительные замечания
  4. § 1. Предварительные замечания
  5. § I. Предварительные замечания
  6. § 1, Предварительные замечания
  7. Г Л А В А I ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ
  8. ГЛАВА / ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ
  9. § 1. Предварительные замечания
  10. Предварительные замечания
  11. О.Ю. Артемова НИЖНИЕ СЕРГИ. СТРАНИЦЫ ПОЛЕВОГО ДНЕВНИКА397 Предварительные замечания
  12. Предварительные замечания