<<
>>

6.1. Саморегуляция как признак человечества

Одним из вопросов, будоражащих умы ученых вот уже на протяжении многих и многих веков, является вопрос: чем человек отличается от животного. Надо сказать, что несмотря на множество гипотез, существующих на этот счет, ответ на него до конца не получен до сих пор.

Сознание? Но его зачатки встречаются и у животных. Язык? Но и животные также используют закодированную систему звуков. Способность предвидеть? Но и собака, привыкшая получать пищу вслед за звуковым сигналом, в определенной мере предвидит ход дальнейших событий. Перечень гипотез на этот счет можно продолжить. Сейчас же хотелось бы высказать еще одно предположение.

Саморегуляция является особенным признаком человечества.

Если животные подчиняются только биологическим законам, то человек стал человеком потому, что в дополнение к биологическим законам научился еще и сам регулировать свое поведение. Он "изобрел" общественные регуляторы, которые, нет, не устранили биологические законы, но существенно их потеснили. Огромное значение в этом отношении имели самые первые общественные регуляторы, такие как магия, культовые ритуалы, обряды. Они произвели поистине революционные изменения в нервно-психической деятельности человека и позволили ему по сравнению с животными буквально прыгнуть на новую ступень развития.

Социальные регуляторы первобытного общества выполняли две функции.

Первая функция социальных норм состояла в том, что они позволяли первобытным людям освободить свою психическую энергию от страха перед окружающим миром, тревожности и направить ее на производительную деятельность.

Содержание ритуальных и магических действий было бесконечно разнообразным и охватывало все сферы и стороны тогдашней человеческой деятельности. Побудительными причинами их выполнения принято считать недостаток знаний первобытного человека об окружающем мире и стремление найти защиту от неведомых сил. Скорее всего так и было. Но не только в этом следует видеть значение ритуальных действий. Исследования ученых показывают, что люди, даже убедившись с течением времени в не слишком большой их эффективности, отнюдь не спешат от них отказываться. Почему? Да потому; что ритуал, хотя и бессмысленный, вполне достигал цели, ради которой он предпринимался: его исполнение уничтожало чувство тревоги, мешающей человеку, а стало быть теперь он мог, не думая об опасностях, лучше руководить своими действиями и концентрировать свои помыслы на выполнении какой-то актуальной для него задачи. Вполне понятно, что концентрированное внимание (отсутствие "очагов возбуждения") позволяет успешнее (производительнее, творчески) ее решить. Люди сообща настраивались на выполнение какой-либо деятельности, освобождались от страхов и неуверенности. Затем эти навыки закреплялись у потомков путем обучения.

Вторая функция социального регулирования заключается в установлении в обществе стабильных отношений, поскольку именно такие отношения исключали влияние случайностных, чисто субъективных мотивов и обстоятельств, которые могли исходить от любого из сородичей и соплеменников. Причиной столь недружественного поведения сородичей является борьба за существование, служащая своего рода катализатором общественного прогресса. Давно замечено, что цивилизация и культура медленнее развиваются там, где климат и флора позволяют избежать человеку голода и холода.

Правда, чрезмерно суровые и непосильные условия жизни также неблагоприятны для развития человека, эта неблагоприятность побеждается человечеством позднее, когда оно достигает высокой ступени развития. На первом же этапе, т.е. в первобытном обществе, борьба за существование должна быть человеку посильна для того, чтобы он не погиб. Таким образом, борьба не только с силами природы, но и между людьми за выживание - необходимый атрибут человеческого общества.

Известная стандартность, предсказуемость, надежность и общепонятность поведения окружающих людей давала каждому человеку определенную гарантию безопасности.

Социальные нормы, возникшие у людей, создавали теперь такое положение в обществе, когда в нормальном сознательном состоянии поступки человека уже не состояли из инстинктивных реакций на внешние стимулы и не являлись простым ответом на ситуацию. Между ситуацией и порождаемым ею импульсом к действию, между самим импульсом и ответом на ситуацию стояла социальная норма, которая не выводима из ситуации, не создана ею, а связана с наиболее общими принципами человеческого общежития.

Конечно, механизм саморегуляции человечество не изобрело, а скорее всего, он возник случайно. Ритуалы, обряды, магии и выполнение других социальных норм облегчали жизнь людей, делали ее более успешной, и от этого их хотелось повторить (здесь действует обычный условный рефлекс). Затем социальные нормы вошли в повседневность и стали путем подражания передаваться из поколения в поколение.

В конечном счете постепенно у первобытных людей стало складываться мировоззрение, ставшее впоследствии своеобразным ядром духовной культуры человечества. Мировоззрение составляет не только систему взглядов на объективный окружающий мир и место в нем человека, но также обусловленные этими взглядами и ценностные ориентации, т.е. представления о том, что должно быть, которые как раз и содержатся в социальных нормах.

Социальные регуляторы, выполняя вышеуказанные функции, позволяют человеку не просто "прозябать" в этом мире, а все более полно удовлетворять свои потребности, что возможно только связав свою жизнь с другими людьми.

Нет, социальные регуляторы не сняли борьбу между людьми окончательно, они ее притупили, сделали ее в определенной мере менее кровавой и разрушительной. Столкновение интересов в борьбе за существование осталось.

Как же люди пришли к тому, что выработка и исполнение социальных норм способны облегчить всем жизнь?

Уже в глубокой древности люди стали понимать, что борьба, доведенная до непримиримости, до такого озлобления, при котором стороны уничтожают друг друга или настолько теряют уважение друг к другу, что не способны вести переговоры и устанавливать примирение, крайне вредит всем. Понимая это, люди пытались находить такие решения, которые, удовлетворяя более или менее интерес обеих спорящих сторон, давали бы им возможность продолжать и впредь совместную жизнь. Каждая сторона считала притязания противника чрезмерными, и оба спорщика сговорились обратиться к третьему, возраст, ум и опыт которого могли бы указать на справедливый исход. Родоначальник или старейшина, разрешая спор, указывал каждому: во-первых, то, что он "может", т.е. что ему позволено, на что он "имеет право"; во-вторых, то, чего он "не может", т.е. что ему запрещено, на что он "не имеет права"; и в третьих, то, что он "обязан" соблюдать. Решение это получало известный вес и оказывало влияние на спорящих; это объяснялось, с одной стороны, их доверием к авторитету старейшины, а с другой - справедливостью того, что он постановил.

Эти две черты являются чрезвычайно важными: трудно представить себе, в какую хаотическую войну всех против всех выродилось бы человеческое общежитие, если бы у людей не было бы доверия к авторитету и веры в справедливость. На этих двух началах покоится сама возможность социальных норм вообще. Однако не следует думать, что авторитетом для другого человека может быть только голос другого человека. В формулируемом правиле поведения обычно присутствует какая-то жизненная закономерность, позволяющая в конечном счете роду (племени) прогрессивно развиваться. Да и прислушаться к авторитетному решению может лишь тот, кто ищет верного, т.е. справедливого решения человеческих конфликтов.

Возможность найти авторитетный и справедливый императив и примирить спорящих всегда драгоценна: она не только устраивает совместную жизнь людей на этот раз, но и вселяет в них уверенность, что споры и столкновения вообще могут улаживаться мирно и справедливо. Однако, так как справедливость остается неизменной и одинаковой для всех (ведь она же выражает жизненную закономерность!), однажды найденный справедливый императив превращается (постепенно или сразу) в общее правило. То есть правило, не только разрешающее все подобные споры, но и предотвращающее самое их возникновение, поскольку каждый знает заранее, что он "может" и чего "не может".

Понятно, что наличность таких правил поведения делает возможным мирное общежитие. Люди могут вести совместную мирную жизнь лишь в том случае, если каждый удовлетворяет свои потребности и преследует свои интересы лишь до известных пределов. Эти пределы могли бы, конечно, и отыскиваться и устанавливаться каждым человеком для себя самостоятельно и без всяких правил, если бы люди были добры и совершенны. Но так как этого на самом деле нет даже сейчас и тем более не было в первобытном обществе, то правила поведения оказываются необходимыми.

Подведем итог. Потребность в социальных нормах возникла на самых ранних ступенях человеческого общества в связи с необходимостью урегулировать поведение людей таким образом, чтобы достичь целесообразного их взаимодействия для разрешения задач, которые не под силу одному человеку.

<< | >>
Источник: Кашанина Т. В.. Происхождение государства и права/Учебное пособие / Кашанина Т.В. - М.: Высш. шк. - 325 c.. 2004

Еще по теме 6.1. Саморегуляция как признак человечества:

  1. [РАЗВИТИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, КАК И ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА...]
  2. [РАЗВИТИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, КАК И ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА...]
  3. Ю.И. СЕМЕНОВ. КАК ВОЗНИКЛО ЧЕЛОВЕЧЕСТВО Издание второе, с новым предисловием и приложениями, 2002
  4. Ленин: национальность как случайный признак
  5. VIII. С ЛОГИЧЕСКОЕ СОВЕРШЕНСТВО ЗНАНИЯ ПО КАЧЕСТВУ.— ЯСНОСТЬ.— ПОНЯТИЕ ПРИЗНАКА ВООБЩЕ.— РАЗЛИЧНЫЕ ВИДЫ ПРИЗНАКОВ.—ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛОГИЧЕСКОЙ СУЩНОСТИ ВЕЩИ.—РАЗЛИЧИЕ ЛОГИЧЕСКОЙ И РЕАЛЬНОЙ СУЩНОСТИ.— ОТЧЕТЛИВОСТЬ КАК ВЫСШАЯ СТЕПЕНЬ ЯСНОСТИ.— ЭСТЕТИЧЕСКАЯ И ЛОГИЧЕСКАЯ ОТЧЕТЛИВОСТЬ.—РАЗЛИЧИЕ МЕЖДУ АНАЛИТИЧЕСКОЮ И СИНТЕТИЧЕСКОЮ ОТЧЕТЛИВОСТЬЮ
  6. § 3. Противоправность как признак преступления (nullum crimen sine lege)*
  7. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ДИАГНОСТИКА ПРИЗНАКОВ АДАПТАЦИОННЫХ НАРУШЕНИЙ КАК ОСНОВА ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ ОБУЧЕНИЯ И КОРРЕКЦИОННОРАЗВИВАЮЩЕЙ ПОМОЩИ
  8. Мотивация и саморегуляция
  9. САМОРЕГУЛЯЦИЯ ВО ВЗАИМОДЕЙСТВИИ
  10. Цели и система саморегуляции
  11. § 7. Способ, средства, время и обстановка совершения преступления как признаки объективной стороны преступления и значение этих обстоятельств для уголовной ответственности
  12. § 13.1. НАЛОГ КАК ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И ПРАВОВАЯ КАТЕГОРИЯ § 13.1.1. Юридические признаки налога. Налоги и сборы
  13. ЭМОЦИИ И САМОРЕГУЛЯЦИЯ
  14. Личность и саморегуляция
  15. Параметры целей и процессы саморегуляции