<<
>>

§ 3. Структура правовых норм

В отношении структуры правовых норм в российской (постсоветской) юридической литературе существует два основных взгляда. Первый состоит в том, что норма имеет две части, второй — в том, что существуют логические нормы, в отличие от правовых предписаний состоящие из трех частей.
Пожалуй, преобладает второй подход. Почти все постсоветские учебники по теории государства и права (за редким исключением) придерживаются второй точки зрения. Приходится только удивляться, что ошибочные, необоснованные положения принимают характер почти аксиом. На наш взгляд, это результат отсутствия критического отношения к названной проблеме, автоматического подражания другим авторам, зачастую весьма авторитетным.

Рассматривая отмеченную проблему, следует учитывать следующее.

1. Учение о трехчленном строении нормы права было заложено одним из первых советских учебников по теории государства и права, написанным М. С. Строговичем и С. А. Голунским (М., 1940). Можно предположить, что авторы решили подправить дореволюционных авторов, кото- * рые придерживались двучленного строения нормы права, но называли составляющие по-разному. Применительно к нормам уголовного права это были диспозиции и санкции, применительно к гражданскому праву и примыкающим к нему отраслям — гипотезы и диспозиции. Такой подход поддерживали соответственно криминалисты и цивилисты. Среди теоретиков права назовем, в частности, Н. М. Кор- кунова1 и И. В. Михайловского137.

Можно предположить, что названные авторы исходили из того, что поскольку существует три разных названия частей нормы права, то должно быть и три части любой нормы права (гипотеза, диспозиция и санкция). Позднее, в 1961 г., С. А. Голунский пришел к выводу, что принятая структура нормы права оказалась во многих случаях неприменима138. Но указанная структура, по выражению данного автора, оказалась уже принятой и «гуляла» по всем учебникам и иным источникам.

Иллюстрируя трехчленную норму конкретными примерами, авторы обычно рассматривали гипотезу и диспозицию из гражданского права, а санкцию — из уголовного. При этом они исходили из того, чт© части одной, и той же нормы права могут находиться не только в разных статьях нормативного акта, но и в разных нормативных актах и даже в разных отраслях права. В результате возникал некий «кентавр» из частей разных отраслей права.

В постсоветский период авторы почти всех учебников по теории государства и права и других работ (за редким исключением) «исповедуют» трехчленное строение нормы

права. Однако в отличие от советского периода от иллюстрации своих взглядов конкретными примерами уклоняются, «кентавров» не создают, что лишний раз подчеркивает надуманность трехчленной структуры, ее несоответствие строению реальных норм права. 2.

Важно подчеркнуть, что учение о трехчленной норме имеет хождение только на постсоветском пространстве. Верно отмечает украинский автор В. В. Трутень: так называемая логическая трехчленная норма — «это не что иное, как криминолоид Ломброзо. В странах, где солнце заходит, логической нормы нет и никогда не было»139. Можно с уверенностью предположить, что ее нет и в странах, где солнце восходит.

Следует оговориться, что во времена существования СССР и европейских стран социализма учение о трехчленной логической норме так или иначе оказывало влияние на ученых этих стран, однако не привело к полному превалированию такой «трехчленки». Например, многие польские ученые-юристы воспринимали ее как соединение двух норм. Трехчленная концепция нормы права, «складывающейся из гипотезы, диспозиции и санкции, — отмечает 3. Зембиньский, — есть соединение двух разных норм со своими отдельными адресатами (например, гражданин и суд) с указанием на различные обстоятельства»140. 3.

Зембиньский, Е. Врублевский утверждают, что указанная связь — это связь нормы санкционированной и нормы сакционирующей (содержащей санкцию). Врублевский подчеркивает, что, развивая мысль о трехчленной структуре нормы, с теоретической точки зрения можно присоединить к структуре еще одну норму, санкционирующую уже предыдущую, и т. д.

Неисполнение этой нормы требует включения следующей иерархически высшей нормы, в конце концов потребовался бы выход за рамки права к политической санкции141. 3.

Конструирование трехчленной нормы права неадекватно отражает взаимосвязи каждой нормы права с другими нормами системы права. С другой стороны, многие авторы стремятся наделить норму права всеми качествами самого права.

При рассмотрении структуры нормы права следует исходить из того, что в системе права имеется разделение норм не только по предмету регулирования, но и по функциональному назначению. Среди норм права по своей специализации выделяются регулятивные и охранительные нормы, даже целые охранительные институты в составе отрасли права и охранительная отрасль права (уголовное право), поэтому нет необходимости искусственно присоединять к каждой норме права санкцию из другого института или отрасли. Кроме того, регулятивные нормы могут обходиться и без санкции, меры принуждения к ее исполнению могут быть приняты на основании самой регулятивной нормы — ее диспозиции. Например, исполнение договора купли- продажи может быть принудительно осуществлено на основе самой регулятивной нормы договора купли-продажи путем принятия соответствующего решения суда. Это можно сказать и о множестве других регулятивных норм. При этом, конечно, наличие охранительных норм (о неустойке, штрафах и т. п.) усиливает обязательность нормы о купле- продаже.

Заметим, что 3. Зембиньский, рассматривая содержание нормы права, выделяетдве сферы (две части): сферу примене- ния и сферу нормирования. Первая указывает класс ситуаций, вкоторыхможетоказатьсясубъект, вторая — возможные виды поведения субъекта (запрещенные, обязательные)1. Речь идет о двух частях — гипотезе и диспозиции — в регулятивных нормах, о диспозиции и санкции в охранительных нормах. 4.

В международном частном праве (как отрасли, так и науке) не было даже попыток построить трехчленную норму. Нормы этой отрасли традиционно делят на две части: объем и привязку.

Двучленное строение можно признать универсальным. Оно характерно не только для основного массива правовых норм (регулятивных и охранительных), но и для так называемых специализированных (коллизионных, дефинитивных и др.). Названные нормы в свое время В. М. Горшенев назвал нетипичными. Однако можно высказать и противоположный взгляд: это нормы, типичные для любой развитой системы права, без них, особенно без коллизионных, право не могло бы функционировать, быть эффективным регулятором жизни общества. 5.

Говоря о структуре нормы, вопреки общепринятому взгляду мы утверждаем: связи отдельных частей нормы права не являются логическими. Эти связи имеют тетический характер, базируются на воле, приказе государства. Одна часть нормы права не вытекает из другой, изменение одной части не ведет к изменению другой. По воле законодателя одна часть может быть изменена без изменения другой. В законодательстве этому есть много примеров. В основе подобных изменений не логические рефлексии с нормами права, а совсем другие причины, склонившие законодателя изменить те или иные нормы, и причины весьма многочисленные: изменение шкалы ценностей и оценок в обществе, соотношение политических сил в обществе и парламенте, состояние дел в конкретных сферах отношений, международная ситуация и т. д. 6.

Возвращаясь к трехчленной логической норме, еще раз подчеркнем, что названной нормы в языке права не существует. Данное высказывание относится к юридическому метаязыку, языку второй ступени, в котором отражается язык права. Это продукт своеобразного творчества науки, но не законодателя.

Подведем итог изложенному выше.

Правовое предписание есть часть нормативного акта, обычно полностью выражающая норму права. Исключения составляют формулировки отсылочного характера.

Так называемая логическая норма права — это не норма, составляющая часть законодательного текста, а теоретическая конструкция высказывания метаязыка (в основном в научных источниках) о нормах права.

<< | >>
Источник: Черданцев А. Ф.. Логико-языковые феномены в юриспруденции : монография. — М. : Норма : ИНФРА-М. - 320 с.. 2012

Еще по теме § 3. Структура правовых норм:

  1. Г л а в а 4 Правовые нормы и правовые предписания. Логическая характеристика и структура правовых норм
  2. § 1. Правовые нормы, их логическая характеристика
  3. § 2. Правовые нормы и правовые предписания
  4. § 3. Структура правовых норм
  5. § 3. Нормы права
  6. § 7. Нормативные акты и их виды
  7. § 1. Понятие и структура правового статуса
  8. § 2. Структура нормы права. Способы изложения элементов нормы права в статьях нормативных актов
  9. § 2. Структура правовой культуры
  10. 70. Способы и объем толкования правовых норм
  11. 13.1. Понятие нормы права и ее структура
  12. Лекция 4 Содержание правовых отношений в обществе
  13. ПРЕДМЕТ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ КАК СРЕДА, НА КОТОРУЮ ВОЗДЕЙСТВУЕТ СОЦИАЛЬНАЯ УПРАВЛЯЮЩАЯ СИСТЕМА
  14. § 2. ПРОИЗВОДСТВО ПО ПРИНЯТИЮ  НОРМАТИВНЫХ АКТОВ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
  15. 2. Виды правовых норм
  16. 3. Структура правовой нормы
  17. 4. Внешнее выражение правовых норм
  18. § 5. Нормативно-правовые акты Российской Федерации
  19. 2. Способы (приемы) толкования правовых норм
  20. ГЛАВА 6. Адаптация международно-правовых норм в отдельных отраслях российского права