<<
>>

Вместо заключения

Вот какая Красному Монарху выпала личная жизнь. Человека послабее согнет в дугу. Сталин вытерпел. Но подозрительность, конечно же, крепла – когда тебя предают даже в твоей собственной семье, когда те, кого ты считал настоящими друзьями, интригуют против тебя за твоей спиной, поневоле ожесточишься… А ведь иностранные шпионы, очень похоже, были в те годы не просто поблизости от Сталина – на самой вершине власти! Настоящие, не вымышленные! Потому что есть вещи, которым просто невозможно дать иного объяснения… Не буду ничего пересказывать, а просто приведу отрывок из книги В.
Шамбарова, исследователя объективного и целеустремленного. «У зарубежных антикоммунистических организаций существовала какаято своя агентура в СССР, и, судя по некоторым данным, агентура неслабая. Например, 23–29.6.37 г. в Кремле прошел пленум ЦК ВКП(б), и поскольку на нем решались вопросы репрессий против большой группы видных партийцев, то даже в архивах ЦК документы о нем оказались представлены в урезанном виде, а единственный экземпляр несокращенной стенограммы был потом найден в „особой папке“ Сталина. Но в пражских архивах „Крестьянской России“ (та самая Трудовая крестьянская партия, якобы не существовавшая. – А.Б.) обнаружились полные данные о пленуме, где были перечислены и выступающие, и содержание выступлений. И даже кулуарные разговоры советских вождей, происходившие во время сверхзакрытого пленума! Аналогичные материалы имелись и в РОВС (возможно, через „Крестьянскую Россию“, которая в данный период с ними сотрудничала). В белогвардейские круги поступала исчерпывающая информация о терроре против коммунистических руководителей – фамилии репрессированных, даты арестов, в чем обвиняются, расклады внутренних взаимоотношений в советской верхушке. В архиве В.Л. Бурцева оказался отражен и ход следствия над некоторыми высокопоставленными большевиками, вплоть до того, кто ведет дело, кто на кого дал показания, ссылка на номера документов (см.
например, В. Пятницкий, „Заговор против Сталина“). То есть, белая разведка имела одного или нескольких агентов в самой верхушке советского руководства. Но кто это был, так и осталось тайной». Список участников пленума, о котором упоминает Шамбаров, найти не так уж трудно. Во втором томе я его непременно приведу – вдруг поможет какомунибудь целеустремленному историку. Еще к вопросу о «сталинской жестокости». Письмо Сталину. «Уважаемый тов. Сталин! Простите за смелость, но я решила написать Вам письмо. Я обращаюсь к Вам с просьбой и только Вы, один Вы, можете сделать это, вернее, простить моего мужа. В 1929 году он в пьяном виде сорвал Ваш портрет со стены, за это его привлекли к ответственности сроком на 3 года. Ему еще осталось сидеть 1 год и 2 месяца. Но он этого не вынесет, он болен, у него туберкулез. Специальность его – слесарь. Из рабочей семьи. Ни в каких контрреволюционных организациях не состоял. Ему 27 лет, его сгубила молодость, глупость, необдуманность; в этом он раскаивается уже тысячу раз. Я прошу Вас, сократите ему срок или замените принудительными работами. Он и так жестоко наказан, раньше, до этого, он был 2 года слепым, теперь тюрьма. Я прошу Вас, поверьте ему, хотя бы ради детей. Не оставьте их без отца, они Вам будут вечно благодарны, умоляю Вас, не оставьте эту просьбу безрезультатной. Может, Вы найдете хоть 5 минут времени сообщить ему чтонибудь утешительное – это наша последняя надежда. Фамилия его Плескевич Никита Дмитриевич, сидит в г. Омск, вернее в Омской тюрьме. Не забудьте нас, товарищ Сталин. Простите ему, или же замените принудительными работами. 10.XII.30 г. Жена и дети Плескевич». Вслед за чем последовала депеша: «Новосибирск ПП ОГПУ Заковскому. По приказанию тов. Ягоды Плескевич Никиту Дмитриевича освободить. Секретарь коллегии ОГПУ Буланов. 28 декабря 1930 г.». Приказание, несомненно, исходило не от Ягоды, а от самого Сталина, который наверняка и представления не имел, что за его портрет, по пьянке сорванный со стены, ктото сидит в тюрьме… Во втором томе я приведу еще более интересные свидетельства о внимании к нуждам самых что ни на есть простых людей, проявленном на самых что ни на есть высоких партийных форумах. А пока что – до свидания. Мы оставляем Иосифа Виссарионовича Сталина в самый, быть может, тяжелый период его жизни – но ненадолго, слово чести, ненадолго… Конец первой книги Красноярск, сентябрь 2004
<< | >>
Источник: Александр Бушков. Красный монарх. 2007

Еще по теме Вместо заключения:

  1. Еще раз о понятии рациональности (вместо заключения)
  2.    ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  3.       ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ     Педагогическая эстафета вопросов и ответов
  4. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  5. Долги. Вместо заключения
  6. Вместо заключения; размышления об итогах и перспективах развития российской партийности
  7. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ, ИЛИ МИР ГЛАЗАМИ РЕБЕНКА
  8. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  9. Вместо заключения
  10. Вместо заключения
  11. Вместо заключения Что мешает сегодня возрождению социализма?
  12. ПРИМЕРНАЯ СХЕМА КОДИФИКАЦИИ АДМИНИСТРАТИВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА (ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ)
  13. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ