<<
>>

Политическая география и геополитика: соотношение понятий.

Политическая география и геополитика нередко отождествляются, подаются как часть и целое или, что еще хуже, — противопоставляются друг другу. В любом случае, делать это вряд ли корректно.
Если руководствоваться чисто семантическими соображениями, то «рафинированной» географической дисциплиной будет являться лишь политическая география, в то время как в словосочетании «геополитика» присутствует явный интердисциплинарный подтекст, хотя в реальной жизни онтология конкретной науки далеко не всегда «считается» с семантикой. В распоряжении научного сообщества географов имеется множество определений предмета политической географии, данных в разное время известными зарубежными и отечественными авторами. Напомним некоторые из них: «сутью политической географии является территориальная дифференциация политической мозаики, сложившейся на земной поверхности» (Р. Тейлор); «изучение изменений политических явлений от места к месту в связи с изменениями других особенностей на земле как Доме Человека» (Р. Хартшорн); «политическая география — часть географии человека, связанная со специфическим аспектом связей в системе “земля — человек” и подчеркивающая особенные отношения между географическими факторами и политическими процессами» (X. Уэйгерт); «пояитико-географы имеют дело с географическими последствиями политических решений и акций, а также географическими факторами, влияющими на их проведение» (М. Пешинэ); «особая географическая наука, изучающая пространственную организацию политической жизни общества и территориальные сочетания политических сил» (В. А. Колосов); «изучение пространственных и ареальных структур и взаимосвязей между политическими системами и структурами или просто — пространсвенный анализ политических явлений» (Р. Касперсон); «изучение политических регионов или особенностей земной поверхности» (Л. Александер); «исследование политических явлений в привязке к их территории» (В.
Джексон) и т. д., и т. п. Из этих, во многом перекликающихся между собой определений вырисовываются общие контуры политической географии как дисциплины, занимающейся изучением пространственной организации политической жизни общества и взаимосвязей (взаимоотношений, взаимодействий) между географическими факторами и политическими процессами. (Для нас особое значение имеет акцент на наличие взаимосвязей между естественной и «очеловеченной» средой.) Постепенно обозначилось мнение, что сфера политической географии охватывает вопросы межгосударственного и межэтнического территориального размежевания, политико-административного устройства и политического федерализма, взаимоотношений между столицей и «периферией», расстановки политических сил во время выборных кампаний (электоральная география) и др. Никем не оспаривается точка зрения, в соответствии с которой стало возможным говорить о политической географии природных ресурсов или политической географии экономики и ее отдельных отраслей, имея в виду, например, формирование транснационального инвестиционного «поля» и международных потоков товаров, рабочей силы и капиталов и т. д. Было бы ошибкой полагать, что уже сложилась некая целостная система научных представлений, которую можно было бы обозначить как особый уровень интеграции политико-географических знаний. Отчасти это связано с тем, что наше восприятие политической организации мира подчас страдает субъективностью. Существует некая условность не только в определении сторон света, но и в делимитации политических регионов. Так, стороны света не являются геостационарными: они фиксируются в зависимости от местонахождения наблюдателя (классическая восточная страна Япония — «страна восходящего солнца» — по отношению к США превращается в западную). Для того, чтобы стороны света из относительных понятий превратились в геостационарные, необходима «логическая точка отсчета» — пространственный центр. Нечто подобное иногда происходит и с политическими регионами. Например, в свое время по логике конфликта между Востоком и Западом Япония, Южная Корея и Тайвань вдруг стали ассоциироваться с Западом, а находящаяся в западном полушарии социалистическая Куба — с Востоком.
(Само понятие «Восток» на протяжении столетий неоднократно меняло свое содержание. До XX в. оно употреблялось в зависимости от контекста как синоним Китая, Византийской империи, православного христианства, славянского мира. Примерно с 1920 г. Восток стал ассоциироваться с «коммунистическим миром» и приобрел сугубо азиатские контуры, хотя впоследствии к Востоку нередко стали относить даже Африку.) Несколько тысячелетий кряду ведущую роль в воссоздании политической картины мира играли так называемые «ментальные (когнитивные) карты», в основе которых лежало отражение личного мироощущения их создателей. Например, древние китайцы полагали, что «Поднебесная» естественно находилась в центре мира, окруженная со всех сторон варварами. Аналогичного мнения придерживалось немало жителей античных цивилизаций. В представлении многих вплоть до последних десятилетий искажались расстояния. Так, до середины XX в. австралийцы чувствовали себя находящимися ближе к Великобритании, чем к Филиппинам, а жители Ямайки — к Канаде или той же Великобритании, чем к соседнему Антигуа. Как известно, все географические карты искажают действительность (в том числе политическую), поэтому задача картографа состоит в том, чтобы искажения свести к минимуму. Особое значение при этом играют такие элементы, как вид проекции, масштаб, символика. Так, широко использовавшиеся в прошлом веке политические карты мира в проекции Меркатора обычно заметно преувеличивали размеры территорий в высоких широтах и практически игнорировали полярные участки, что, несомненно, влияло на восприятие людьми политических реалий. Одна из разновидностей политических карт — пропагандистские карты. В XX в., особенно во времена «холодной войны», на смену прежним карикатурообразным формам пришли более совершенные картографические материалы, которые были призваны подчеркнуть «агрессивную сущность противника». США и СССР организовали выпуски целой серии карт, демонстрирующих милитаристские приготовления друг друга, с целью подготовить общественное мнение для наращивания военных ассигнований.
В конце 60-х гг. СССР, где картографическое искусство находилось на достаточно высоком уровне, начал вдруг производить карты, заметно искажавшие физико-географические параметры некоторых стратегических регионов. При этом использовались как «псевдопроекции» карт, так и умышленное территориальное смещение природных рубежей. Вряд ли существовала надобность в подобных «ухищрениях», так как они становились явными при просмотре старых карт, а также при использовании средств аэрофотосъемки (а позже — спутников Земли и космических кораблей). Мы полагаем, что наше восприятие политической организации мира страдает субъективностью тем больше, чем чаще географы уходят от учета природно-пространственной субстанции, «барахтаясь в тине» политологических умозаключений. Что же касается геопоттики> то она представляет собой, по мнению многих авторов-географов, теорию и практику государственной внешней политики, основанной на максимальном учете географических факторов. Б западной литературе политическая география и геополитика иногда различаются с помощью следующих «образов», предложенных еще Хаусхофером: «Политическая география рассматривает государство с точки зрения пространства, а геополитика — пространство с точки зрения государства» (15). В целом эти образы приемлемы, хотя, строго говоря, содержание политической географии, согласно сложившимся представлениям, значительно шире. Если объектом политической географии выступают все формы организации общества, возникающие в процессе взаимодействия политической жизни и геопространства, то круг интересов геополитики ограничен лишь вопросами контроля над геопространством. Геополитика (от греч. geos — «земля», politike — «политика») в первоначальной трактовке — теория и практика государственной внешней политики, основанной на максимальном учете географических факторов, дисциплина о географической обусловленности различных политических процессов и явлений. Приведем несколько других определений геополитики (подчас весьма спорных!) — для их сравнения и поиска истины: «политическая концепция, использующая географические данные (территорию, положение страны и т.
д.) для обоснования империалистической экспансии. Геополитика связана с расизмом, мальтузианством, социал-дарвинизмом» (Советский энциклопедический словарь. М.,1988); геополитика— наука о «взаимосвязи между физической средой в том виде, в каком она воспринимается, изменяется и используется людьми, и мировой политикой» (К. Грей); это наука «о географическом распространении и географическом характере политических объединений» (П. Савицкий); геополитика может быть «определена не просто как объективная зависимость внешней политики той или иной нации от ее географического местоположения, а как объективная зависимость субъекта международных отношений от совокупности материальных факторов, позволяющих этому субъекту осуществлять контроль над пространством» (К. Плешаков); «геополитика — наука о географической детерминации этнополитических процессов в государстве и международных отношениях (Ю. Платонов); «геополитика — дисциплина, имеющая своим предметом «использо вание государствами пространственных факторов при определении и достижении политических целей» (Н. Мироненко), Многообразие подходов при определении предмета геополитики проистекает из исторических обстоятельств, из теснейшей ее связи в прошлом с правящими режимами и доминирующими идеологиями — т. е. с ее запредельной социоморфностъю. (Быть «независимым геополитиком» — это привилегия, которая, возможно, появилась лишь в конце XX — начале XXI в.) Со временем часть ученых, исходя из теснейшей связи геополитики с другими сферами научного знания, стала отстаивать ее синтетический характер, включая в нее элементы истории, экономики, политологии, государствоведения, стратегии, военного дела, социологии, психологии, этнологии, религиоведения, экологии и т. д. Более того, сегодня отдельные «негеографы» полагают, что «гео» в понятии «геополитика» уже не просто указывает на географический аспект в политике, а обозначает всепяанетарные масштабы и правила поведения в условиях мировой системы. «В этом смысле геополитика призвана исследовать, как, с помощью каких механизмов и на основе каких принципов эта система живет и функционирует.
Ее можно рассматривать как дисциплину, изучающую основополагающие структуры и субъекты, глобальные или стратегические направления, важнейшие закономерности и принципы жизнедеятельности, функционирования и эволюции современного мирового сообщества» (1, с. 9). Налицо попытки «освободить» геополитику от ставших, дескать, узкими рамок политической географии и провозгласить ее комплексной наукой о современной многослойной мировой политике. Думается, что подобные попытки могут привести к постепенному размыву самого предмета геополитики, ее неизбежной дискредитации и утрате научной идентичности в «безбрежном море» политологии. Следует помнить о том, что объект исследования данной дисциплины — «гео» —остается все-таки прежним, что, будучи междисциплинарной отраслью знания, ее «материнская основа» — география — неизменна. Среди основных понятий и категорий геополитики: государство, блок государств, геостратегический и геополитические регионы, политическая граница, сфера влияния, балансы и контрбалансы мощи, взаимоупоры, буферная зона (страна), государств о-сателлит, геополитический союзник, сверхдержава, центры силы, геополитические силы, фронтальное соперничество политическая интеграция и дезинтеграция, дуга нестабильности, геополитические сценарии будущего и др. Содержание абсолютного большинства из них не нуждается в особом разъяснении. Например, политическое пространство, как основное понятие геополитики, ассоциируется с протяженностью и глубиной пределов политической деятельности (лишь здесь пространство рассматривается как непосредственная политическая сила). Считается, что геостратегический регион охватывает достаточно обширную часть мирового политического пространства, отличающуюся качеством своего местоположения, интенсивностью и характером ориентации торговых и культурно-идеологических связей. Неотъемлемым атрибутом такого региона является способность некоей силы контролировать важнейшие стратегические пути на земле и море (например, хартленд или римленд). В свою очередь геополитический регион — составная часть геостратегического региона и характеризуется более скромными размерами и большей плотностью торгово-экономических и культурнополитический связей. Совершенно очевидно, что к числу важнейших категорий геополитики относится политическая граница, являющаяся всегда рукотворной (т. е. «искусственной») и выполняющая важные геополитические функции: а) политические; б) защитные; в) военно-стратегические. Такие границы разделяют зоны действия национальных суверенитетов, служат рубежами передовой обороны государств, выступают в качестве пунктов контроля за потоками людей, товаров и капиталов. Геополитические линии — это структурообразующие моменты организации геополитического пространства, выступающие в качестве первичных элементов воссоздания мировой геополитической картины. Они как бы замыкают на себя разнообразные элементы геополитического взаимодействия. (Например, основные нефтяные маршруты США из стран Ближнего Востока считаются этим государством сферой его жизненных интересов.) К основным функциям геополитики относятся познавательная, прогностическая и интеграционная.
<< | >>
Источник: Гладкий Ю. Н.. Гуманитарная география: научная экспликация. 2010

Еще по теме Политическая география и геополитика: соотношение понятий.:

  1. § 1. Пограничная безопасность: проблема формирования концептуальных основ
  2. Глава 7 ПОНЯТИЕ ГЕОПОЛИТИКИ
  3. Урбанизация в России. Сущность урбанизации. Закономерности и процессы развития городского расселения
  4. Глава 12 Районные территориальные системы НАСЕЛЕНИЯ И ХОЗЯЙСТВА
  5. § 30. Политичная география. Геополитика
  6. Социоморфность советской экономической географии.
  7. Идеологический груз прошлого.
  8. Структурность геопространства.
  9. Гл а в а 12 РЕГИОН: РЕАЛЬНЫЙ КОНСТРУКТ ИЛИ «МУСОРНЫЙ ящик»?
  10. Глава 14 ИДЕИ ИКОНЦЕПТЫ-«ПРИОРИТЕТЫ»
  11. Роль категории «международное разделение труда» в географии.
  12. Географическое осмысление геоэкономики.
  13. Политическая география и геополитика: соотношение понятий.
  14. Зарождение геополитических идей.
  15. Глава 23 ГУМАНИТАРНАЯ ГЕОГРАФИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ
  16. 3.1.2. Структура политической науки
  17. Примечания
  18. 3.3. Категории и принципы синергетического подхода в социогуманитарном знании
  19. 4.2. Дополнительность и эмерджентность как фундаментальные принципы социальной динамики