<<
>>

3.3.2. Функционирование арго в авторской и персонажной речи

Образ литературного персонажа выстраивается через два речевые плана - авторский и персонажный, т.к. информация, делающая героя «настоящим» может быть получена читателем как из коммуникации героев в диалоговой части произведения, так и авторских комментариях и ремарках в повествовательной части.

Авторская речь призвана для описания чувств и эмоций создателя произведения, а также для характеристики и оценки литературных героев. Для авторского речевого сегмента присуще 2 типа изображения персонажей: прямое - через описание их внешности, действий, поступков, и косвенное - через передачу связанных с ними событий, обстановки, вещей [Артюшков 2003, с. 92]. В романе Дж. Х. Чейза «You are Dead Without Money» главные герои описаны следующим образом: «There’s a plenty of dips who act big and land up behind the walls, but not Joey» [Chase 2001, p. 8], «...Kendrick was one of the top fences in the City» [Ibidem, p. 32], «Although Levi made a large and steady income from the junk he sold, he made an even larger and more steady income from handling loot the local thieves offered him.» [Ibidem, p. 21]. Данные примеры свидетельствуют о том, что автор употребляет арготизмы, стремясь дать как можно более полную характеристику своим героям, т.е. отразить не только их принадлежность к преступному миру, но и одновременно обозначить криминальную профессию.

Также арготизмы в авторской речи используются как символ «эмоциональной близости к читателю» [Ячменёва 2007, c. 126]. Писатель, апеллируя к бытовому опыту читателя, способен побудить последнего разделять те или иные чувства, вызываемые описываемой ситуацией. Все это необходимо для сокращения дистанции между писателем и читателем. Арго в авторской речи также символизирует об описании ситуации «глазами» героя. При этом автор «целиком перевоплощается в это лицо, то есть «принимает» на данный момент его идеологию, фразеологию и т.д.; соответственно и точка зрения, принимаемая автором при описании, проявляется тогда в соответствующих планах» [Успенский 1995, с.

81].

Лексические единицы арго чаще используются в речи персонажей произведений, нежели в повествовании автора. Для персонажной речи характерна стилизация разговорности и спонтанности, которые придают художественному произведению максимальное сходство с реальностью. «При репродукции повседневной устной речи автор художественного произведения может всего лишь достигнуть впечатления, иллюзии устного и диалогического характера воспроизводимых высказываний. Эта иллюзия достигается путем подражания некоторым особенностям повседневной устной речи, которые служат ее сигналами» [Кожевникова 1965, с. 82].

В современной литературе наблюдается активная диалогизация прозы, т.е. существенное увеличение процентного соотношения диалогов к речи повествователя, что помогает сделать изложение произведения максимально приближенным к реальной действительности [Кухаренко 2002, с. 150]. Таким образом, диалогичность прозы особенно ярко выражается непосредственно в диалоге как составной части художественного текста.

Сам по себе диалог - «форма речи, которая характеризуется сменой высказываний (реплик) двух или нескольких (полилог) говорящих и непосредственной связью высказываний с ситуацией. Именно диалог является той формой речи, которая наиболее явно и непосредственно актуализирует социальную сущность языка, его коммуникативную функцию» [СЭС 2006, с. 44]. Художественный диалог, появляющийся из повествования, напоминает по своим характеристикам разговорную речь, т.к. авторы при помощи письменной речи воссоздают определенную коммуникативную ситуацию, характеризующую неформальное общение.

В настоящее время, в связи с демократизацией общества и как следствие литературы, в художественных текстах часто отсутствует традиционное оформление прямой речи по всем правилам пунктуации, с характерными вводными словами автора, претворяющими реплики персонажей. Данный прием добавляет большую реалистичность речи персонажей, помогает избежать штампов и условности, максимально приближая художественный диалог к устной разговорной речи.

Для романа С. Лизера «Hard Landing» характерно включение в текст повествования большого количества диалогов, дающих речевую характеристику персонажей и помогающих лучше понять их внутренний мир и их социальное положение. Автор использует развернутую систему диалогов для написания полных портретов своих героев, чаще предпочитая данный прием простому описанию действий и поступков своих персонажей. Главный герой романа, полицейский Дэн Шеферд, проводит расследование в тюрьме и сталкивается с реалиями тюремной жизни. Так старший охранник объясняет Шеферду о порядках в тюрьме строгого режима:

«This your first time inside?»

«Yes.»

«You call me Mr Stafford. Or sir. Or boss. Some of the older lags call the officers «guv» but we’d rather you didn’t» [Leather, http://readbookfree.com/Stephen_Leather/Hard_Landing.html].

Общий эффект сниженного стиля в данном случае достигается за счет целого комплекса средств: на уровне морфологии характерным является опускать вспомогательные глаголы (This your first time inside?). На уровне лексики - использование сокращений, аббревиатур и арготической лексики (inside, guv, boss, older lags); на уровне синтаксиса - эллиптические конструкции (Or sir. Or boss). Также распространенной является тенденция к использованию прямого порядка слов в вопросительных предложениях (This your first time inside?).

Благодаря подражанию разговорной речи и намеренному включению автором арготических единиц в речь героев создается полное впечатление перемещения сцены из реальной жизни в художественный мир: из мира, где арго - это естесственное проявление носителей устной речи в мир, где данный пласт лексики является своего рода имитацией и стилизацией.

Арготизмы, использующиеся в диалогической части художественного произведения, придают речи героев явный разговорный колорит. В случае, когда диалогической части отведено достаточно много места, само художественное произведение приобретает неформальный и непринужденный характер. При этом важным аспектом становится доступность изложения и понятность для читателя.

Так, например, в книге Дональда Эдвина Уэстлейка «Bank Shot» рассказывающей о шайке воров-недотеп под предводительством бывшего агента ФБР, все диалоги между преступниками происходят в легкой и доверительной атмосфере: «The last time you came to me with a score,» Dortmunder said, «it took five jobs to get it, and even when I got it I didn’t have anything» He kept walking. «Is that my fault? Luck ran against us, that’s all. The idea of the caper was first-rate, you got to admit that yourself» [Westlake, http://read24.ru/pdf/donald-westlake-bank- shot.html]. Арготизмы score - a robbery [Dalzell 2007, p. 561] и caper - a criminal undertaking, especially a swindle or theft [Dalzell 2007, p. 118], используются в вышеприведенном диалоге с целью установления дружеского контакта с собеседником, а также указывают на непринужденный тон беседы.

Реалистичность диалогов проявляется также в демонстрации подлинных человеческих чувств и эмоций. Арготические лексические единицы благодаря богатому эмотивному потенциалу способны передавать разнообразные оттенки настроения героев. В ситуации, когда полицейские готовы вот-вот поймать преступников, между последними происходит следующий разговор: «Is that how they knew we were here? Did you grass us up?» - «Screw you, Verity», said Macdonald. «I don’t need this shit» [Leather,

http://readbookfree.com/Stephen_Leather/Hard_Landing.html]. В данном примере, при помощи арготизмов grass up - to inform, to betray [Dalzell 2007, p. 303] и screw you - used as contemptuous dismissal [Dalzell 2007, p. 563] передаются эмоции недовольства, злобы, испуга. Речь персонажа становится грубой вследствие эмоционального перенапряжения. Необходимо также отметить, что арго употребляется автором в ситуациях, когда героям необходимо «выпустить пар» и таким образом дать волю злости.

Своеобразие речи героев помогает раскрывать их общее психологическое состояние. В моменты, связанные с пиком эмоционального стресса, когда жизни героя угрожает смертельная опасность, в его речи арготизмы становятся не просто вкраплениями на фоне разговорной речи, а «льются целым потоком».

Так происходит с одним из героев романа Д. Хэммета «Red Harvest». Боб Максуей, сыщик, одновременно работающий и на полицию, и на преступную группировку, боясь быть раскрытым, решает все же принять сторону закона и поэтому выдает информацию об ограблении и убийстве детективу, расследующему данное преступление. «His real monacker is Al Kennedy. He was in on the Keystone Trust knock-over in Philly two years ago, when Scissors Haggerty's mob croaked two messengers. Al didn't do the killing, but he was in on the caper. He used to scrap around Phill. The rest of them got copped, but he made the sneak. That's why he's sticking out here in the bushes. That's why he won't never let them put his mug in the papers or on any cards. That's why he's a pork-and-beaner when he's as good as the best. See? This Ike Bush is Al Kennedy that the Philly bulls want for the Keystone trick» [Hammett, http://www.lucite.org/lucite/archive/fiction_- _hammett/red%20harvest%20-%20dashiell%20hammett.pdf].

В речи персонажа содержится большое количество арготизмов, которые передаю его испуг и тревогу за свою жизнь. Такой объем стилистически сниженной лексики объясняется желанием героя как можно быстрее передать информацию, арго же является наиболее эффективным и информативным средством передачи сообщения. Важным является и тот факт, что несмотря на то, что текст перегружен арготическими элементами (monacker, knock-over, mob, croaked, caper, scrap, got copped, sneak, sticking out here in the bushes, mug, bull, spork-and-beaner), это не препятствует восприятию текста, что свидетельствует о тематической мотивированности их употребления.

Важным элементом повествования является включение арготизмов не только в речь персонажей так или иначе связанных с преступным миром, но и в речь полицейских и детективов, расследующих преступления. Следует отметить, что арготические элементы звучат из уст хранителей закона не реже, чем из уст преступников. Такое обилие стилистически сниженных элементов объясняется желанием автора продемонстрировать профессионализм героя, противостоящего маргиналу, мастерство и опыт работы на государственной службе.

Наиболее типичной ситуацией употребления арго хранителями

правопорядка является характеристика того или иного преступника. В большинстве случаев такая оценка имеет негативный оттенок. Например, шеф полиции Нунан в произведении Д. Хэммета «Red Harvest» по просьбе детектива из агентства «Континенталь» дает следующую характеристику одной из подозреваемых в убийстве: «A soiled dove, as the fellow says, a de luxe hustler, a big-league gold-digger» [Hammett, http://www.lucite.org/lucite/archive/fiction_- _hammett/red%20harvest%20-%20dashiell%20hammett. pdf]. Автор использует

арготизмы soiled dove - a high-flying harlot: [Partridge 2006, p. 1528] и hustler - a pickpocket who relies on jostling and hustling his victims [Partridge 2006, p. 2668] для того, чтобы обратить внимание читателя на высокие профессиональные качества полицейского, который знает всех бандитов в своем округе, и, не задумываясь, может описать все их черты и качества. Благодаря использованию арго, автор дает почувствовать читателю, что герой является непосредственным участником событий, происходящих в преступном мире, а также человеком, хорошо разбирающимся в психологии уголовников.

Реже арго в персонажной речи полицейских используется для оценки образа жизни и действий своих коллег и подчиненных. Обычно такие комментарии используются для выражения отношения говорящего к каким либо проступкам и злоупотреблениям своих сослуживцев. В таких случаях арго символизирует негативное отношение героя к названным явлениям. Так, начальник тюрьмы строгого режима в разговоре с сотрудником полиции признается, что даже среди лучших агентов встречаются нечестные на руку: «But sometimes cops go bad,» said Shepherd. «We've some in here too. On Rule Forty-five. Couple of Vice cops who were on the take for years» [Leather, http://readbookfree.com/Stephen_Leather/Hard_Landing.html]. Называя коллег по службе Vice cops - police responsible for investigations of the unlawful use, possession, and sale of drugs, as well as investigations of gambling etc. [Urban dictionary, http://www.urbandictionary.com/], а также указывая на совершенное ими преступление on the take - accepting bribes [Dalzell 2007, p. 638], герой, таким образом, показывает, что перед законом все равны, и поэтому он не может испытывать чувство солидарности по отношению к коррумпированным полицейским.

Следует отметить, что на количество включенных арготических элементов, их тематическое разнообразие, мотивированность использования влияет как мастерство писателя, так и жанровое своеобразие художественного произведения. «За каждым текстом стоит языковая личность, владеющая системой языка» [Караулов 1987, c. 16], поэтому выбор автором тех или иных средств выразительности, использованных в художественном произведении, отражает особенности и пристрастия определенной эстетической и речевой эпохи.

Нельзя недооценивать роль сюжета художественного произведения при выявлении специфики персонажной речи. Содержание романа определяет тот круг лексики, который будет задействован автором при раскрытии характеров своих героев. Поэтому совершенно естественно, что произведения, повествующие о жизни преступников в тюрьме, будут, в первую очередь, содержать лексику, отражающую бытовую сторону их жизни, а романы, посвященные противостоянию полиции и криминального мира, будут отличаться иным спектром тематических групп (прозвища полицейских, наименования видов преступления и т.д.).

Так, в романе С. Лизера «Tango One» изображается борьба полиции с одним из крупнейших наркобаронов Великобритании. В связи с особенностями сюжета в речи героев произведения наиболее часто встречаются арготизмы таких тематических групп как «drugs», «drug addicts», «drug dealers», «actions related to drug use», «drug intoxication». Таким образом, в данном романе наблюдается достаточно узкая направленность арготической лексики.

И, напротив, в произведении «Red Harvest» Д. Хэммета, где изображается работа частного детектива, который сталкивается с преступностью не только среди отбросов общества, но и среди самих хранителей правопорядка по тематическому признаку можно выделить широкий спектр лексикосемантических парадигм: «weapons», «crimes», «prison terms», «criminal

hierarchy», «alcoholic beverages».

Анализ речи персонажей художественных произведений показывает, что одним из наиболее важных способов раскрытия индивидуальности героя, его характера, социального положения, эмоционального состояния является именно речевая характеристика. Арготизмы, включенные в отдельные реплики героев или диалоги, способны передавать читателю информацию о ситуации общения, а также являться средством авторской оценки.

<< | >>
Источник: СТАТУС АРГО В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ И ХУДОЖЕСТВЕННОЙ РЕЧИ. 2014

Еще по теме 3.3.2. Функционирование арго в авторской и персонажной речи:

  1. СОДЕРЖАНИЕ И ФОРМА ЖУРНАЛИСТСКИХ И РЕКЛАМНЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ
  2. § 3. Следы истории: перевод под вопросом
  3. МОНОГРАФИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА 33.
  4. § 224. Формы чужой речи
  5. Критерии редакторской оценки тропов в публицистических текстах
  6. | Логопедическая помощь детям- мигрантам в освоении русского языка
  7. § 1. Основные подходы к пониманию социума как системы
  8. Социоморфность гуманитарной географии как лимитирующий фактор аксиоматизации.
  9. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  10. Введение