<<
>>

Фонетические проблемы при переводе поэтического текста

Специфика звучания в поэтическом тексте является одним из средств оформления эстетической информации и при передаче компонентов содержания входит в инвариант перевода. В нескончаемых спорах о том, что в поэзии важнее — звучание или смысл, — истины ис достигнуть, поскольку обе стороны этого особого текста составляют нерасторжимое единство.

К фонетическим параметрам поэзии в узком понимании относятся аллитерации, ассонансы, рифма (конечная, начальная и внутренняя')," "а также — что становится предметом внимания значительно реже — специфика фонемного состава всего произведения. В широком понимании к фонетическим особенностям относятся также размер и ритм, однако эти, на наш взгляд, пограничные с другими язьь ковыми уровнями феномены поэтического текста мы рассмотрим в главе 10.

Общей особенностью при передаче рифмы и звукописи является то, что, судя по многочисленным примерам перевода, инвариантно (а следовательно, обязательно передается) их наличие, но не качественное звуковое наполнение. Рассмотрим эту специфику на конкретном примере:

И.-В. Гёте              (М. Ю. Лермонтов)

Uber alien Gipfeln              Горные вершины

1st Ruh              Спят во тьме ночной;

In alien Wipfeln spurest du              Тихие долины

Kaum einen Hauch              Полны свежей мглой;

Die Voglein schweigen im Walde He пылит дорога,

Waite nur, balde              He дрожат листы...

Ruhest du auch.              Подожди немного,

Отдохнешь и ты.

Мы нарочно выбрали спорный и вместе с тем классический пример, когда отклонения в передаче образной структуры на первый ннляд весьма значительны, а соразмерность таланта и расчета, по- иидимому, склоняется в пользу таланта. Сравним фонетические фигуры в подлиннике и в переводе. Первый предмет нашего исследования — это рифмы:

¦ Gipfeln

Ж

- шины

ж

Ruh

м

- ной

м

¦Wipfeln

ж

-ЛИНЫ

ж

-du

M

-мглой

м

-Hauch

M

-рога

ж

- Walde

ж

- сты

м

-balde

ж

-ного

ж

- auch

м

- ты

м

Картина, которую мы видим, вполне может считаться типичной Фонетические параметры рифмы: каденция (мужская / женская), т.

с объем заударной части рифмы, характер чередования рифм, богат ство рифм (мера совпадения фонем в рифме) — все это так или ина че воспроизводится в переводе. «Так или иначе» — т. е. с некоторы ми изменениями или полно. Каденция в данном случае сохранена полностью. В подлиннике 4 мужских и 4 женских рифмы, в перево де — ровно столько же. Однако в подлиннике они чередуются в пер вых 4 строках перекрестно, а в следующих четырех — опоясываю ще. В переводе все рифмы чередуются перекрестно. Все рифмы и в подлиннике, и в переводе нормальные, богатой могут считаться только рифма № 3 в подлиннике и № 4 в переводе. Однако по фонемному наполнению рифмы ИТ и ПТ несопоставимы.

Наконец, рассмотрим последний параметр. Для фонемного состава подлинника ярко выраженная звукопись (аллитерации и ассонансы) не характерна. Наполненность сонорными и [1] повышена, что характерно для классического поэтического текста XIX в. В переводе эта напол ненность несколько ниже: у Гете (17, п9, гп2) 18; у Лермонтова — соответственно (л4, н7, м3) 14. Исследования показывают, что впечатление о «немузыкальности» перевода стихов связано в первую очередь с недостаточной наполненностью текста перевода именно сонорными и [11. Вместе с тем несомненно, что поэт использует в своем произведении много сонорных неосознанно, а переводчик неосознанно эту повышен ную наполненность сонорными воспроизводит. И все же знать о такой специфике классической поэзии переводчику необходимо.

Только что обсужденный феномен наполненности поэтического текста (на любом европейском языке) сонорными и [1] и факт ее неосознанной передачи переводчиками подводит нас к проблеме передачи звукописи в переводе. Звукопись, т. е. многокомпонентный повтор определенной фонемы или сочетания фонем в стихе, может обладать различными функциями в тексте. В некоторых из этих функций она входит в инвариант перевода, в других представляет собой инвариантно-вариабельный компонент содержания, т. е. может быть изменена.

Наиболее известна в роли фонетической фигуры начальная аллитерация.

Она использовалась в качестве одновременно и организующего, и орнаментального средства в древнегерманской поэзии (древнескандинавской, древнеанглийской, древневерхненемецкой), а также в некоторых других языках в древний период (например, она встречается в киргизском эпосе «Манас»). Примеры показывают, что переводчикам удается воспроизвести сам принцип и место начального повтора согласного (реже — гласного), но качество фонем может меняться:

Eiris sazun idisi, sazun hera duoder

(s

- s)

suma hapt heptidun, suma heri lezidun,

(s,

h, h

s, h)

suma clubodun umbi cuoniouuidi:

- к)

insprinc haptbandun, invar vigandun.

(i-

- i)

(Первый Мерзебургский заговор, X в.)

Древле сели девы семо и овамо.

(д,

с, Д

с)

Эти путы путали, те полки пятили,

(п,

и —

п,

п)

Третьи перетерли твердые оковы.

(т,

т —

т)

Верви извергни, вражьих пут избегни.

(в,

в —

в)

(Перевод Б. Ярхо)

Мы видим, что качественную близость удалось сохранить отчасти лишь при переводе первой строки (с); архитектоническая функция начальной аллитерации тоже оказалось ослабленной: в подлиннике наблюдается полная симметрия компонентов повтора в полустишиях.

Это ослабление компенсируется увеличением числа компонентов повтора: всего их в переводе 14 по сравнению с 10 случаями в подлиннике.

Как фигура, свойственная языкам с фиксированным начальным ударением (таким, как английский и немецкий), начальная аллитерация получила развитие в парных словосочетаниях, названиях произведений, заголовках газет, и, наконец, в XX в. широчайшее распространение получила в рекламных текстах. Здесь раскрылся ее дополнительный потенциал: оказалось, что не только звуковое, но и графическое подобие служит мощным средством привлечения внимания к тексту, традиционно совмещая эстетическую (орнаментальную) и смыслоорганизующую функции. Аллитерация в рекламе инвариантна, если одно из слов, входящих в аллитерирующий ряд, оформляет когнитивную информацию (например, является названием фирмы или товара). Однако текст рекламы отличается избыточностью средств воздействия, в связи с этим передача аллитерации — дело чрезвычайно сложное:

Wissenschaftler waschen Wasche — реклама стирального порошка.

Ег kann. Sie капп. Nissan — реклама автомобиля

Видимо, поэтому среди собранного нами материала нет случаев передачи аллитерации в рекламе; на сегодня начальную аллитерацию можно считать непереводимым языковым средством в рекламном тексте, хотя принципиальной непереводимостью оно не обладает.

Другую проблему представляет звукоизобразительный повтор: наполнение слов в стихе (не обязательно в начальной позиции) определенными согласными или гласными:

Слух чуткий парус напрягает,

Расширенный пустеет взор,

И тишину переплывает Полночных птиц незвучный хор.

Я так же беден, как природа,

И так же прост, как небеса,

И призрачна моя свобода,

Как птиц полночных голоса.

Я вижу месяц бездыханный И небо мертвенней холста, —

Твой мир, болезненный и странный,

Я принимаю, пустота!

(О. Мандельштам, 1910)

В подлиннике — 13 компонентов звукоизобразительного повтора п, из них 12 — в наиболее сильной начальной позиции.

Возможно, этот повтор не просто монотонно окрашивает звучание текста, но и является ключевым звуком так называемого «звукообраза» и подчеркивает основное понятие «пустота». В известном переводе на немецкий язык Пауля Целана этот повтор исчезает полностью:

Das horchende, das feingespannte Segel.

Der Blick, geweitet, der sich leert.

Der Chor der mitternachtgen Vogel,

Durchs Schweigen schwimmend, ungehdrt.

An mir ist nichts, ich gleich dem Himmel,

Ich bin, wie die Natur ist: arm.

So bin ich, frei: wiejene Stimmen Der Mitternacht, des Vogelschwarms.

Du Himmel, weiBestes der Hemden,

Du Mond, entseelt, ich sehe dich. Und,

Leere, deine Welt, die fremde,

Empfang ich, nehme ich!

Правда, переводчик строит в переводе аллитерирующий повтор sch в соседних словах, который является излюбленным приемом в поэзии Мандельштама, и, таким образом, показывает читателю компонент специфики художественных средств поэта, но не передает фонетической окраски данного стихотворения.

Но тот же переводчик — Пауль Целан — при переводе другого стихотворения Мандельштама находит адекватные средства для передачи сразу двух повторов, причем с помощью фонем, наиболее близких звучанию фонем подлинника, участвующих в создании повторов:

Мне на плечи кидается век-волкодав,

Но не волк я по крови своей,

Запихай меня лучше, как шапку, в рукав Жаркой шубы сибирских степей.

Mein Wolfshund-Jahrhundert, mich packts, mich befallts —

Doch bin ich nicht wolfischen Bluts.

Mich Mtitze — stopf mich in den Armel, den Pelz Sibirischer Steppenglut.

К повторам, отражающим звукопись подлинника, добавляется здесь еще один (т — т), характерный для стиля Мандельштама.

Таким образом, звукоизобразительные повторы в поэзии могут быть переданы, хотя часто переводчики жертвуют ими во имя других важных средств оформления поэтического текста, и здесь важную роль играет как личностное восприятие поэзии данным переводчиком, так и его индивидуально-авторские пристрастия. 

<< | >>
Источник: Алексеева И. С.. Введение в перевод введение: Учеб, пособие для студ. фи- лол. и лингв, фак. высш. учеб, заведений.. 2004

Еще по теме Фонетические проблемы при переводе поэтического текста:

  1. ПРИМЕЧАНИЯ (к книге С.Максуди «Тюркская история и право») 1.
  2. Введение
  3. Примечания
  4. § 2. Попробуем пересказать Деррида: шаг за шагом...
  5. § 3. Интерпретация терминов
  6. § 3. «Больше одного языка»: междуязычное пространство метаксю (ретар)
  7. Т. А. Михайлова «Заговор на долгую жизнь»: К ПРОБЛЕМЕ ОБРАЗОВ «ДОЧЕРЕЙ МОРЯ» И «ВОЛН СУДЬБЫ» В ИРЛАНДСКОЙ МИФОПОЭТИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИ
  8. I. Проблема языка в свете типологии культуры. Бобров и Макаров как участники языковой полемики
  9. Любительская лингвистика как орудие перекройки истории
  10. КОММЕНТАРИЙ
  11. НОРМЫ ЯЗЫКА. ВАРИАНТ И НОРМА
  12. МНОГОУРОВНЕВЫЕ ЯВЛЕНИЯ: КОНТАМИНАЦИЯ, ДВУСМЫСЛЕННОСТЬ, РЕЧЕВАЯ ИЗБЫТОЧНОСТЬ
  13. Структурно-семиотигеский анализ текста. Ю.М. Лотман.
  14. start="3" type="1"> Несовпадение в структуре грамматического значения в системе языка, в его конвенциональном и функциональном диапазоне при речевой реализации в ИЯ и в ПЯ
  15. Фонетические проблемы при переводе поэтического текста
  16. Выводы
  17. Транслатологическая характеристика отдельных типов текста
  18. ВВЕДЕНИЕ