<<
>>

2.3. Функционирование арго в речи

Из тезиса, сформулированного Н.И. Толстым, о том, что различным типам культуры может соответствовать какой-либо подъязык в рамках общенационального [Толстой 1991, с. 6-7], следует, что все варианты языка, выходящие за пределы нормативности, характеризующиеся своеобразием в отборе и создании собственных средств выражения, отражают какую-либо специфическую субкультуру.

Такое явление как арго, вобравшее в себя разнообразные элементы социальной и индивидуальной культуры в общей системе английского языка занимает особое место. Являясь неотъемлемой частью языка и культуры англоговорящего общества, арго играет важную роль в процессе общения, как социолект, обслуживающий криминальный социум, а также как средство постоянного пополнения общелитературного языка.

«Живая социальная жизнь создаёт в пределах абстрактного, единого для коллектива языка совокупность замкнутых социальных кругозоров, имеющих различное смысловое и ценностное содержание» [Бахтин 1972, с. 76]. Арго как коммуникативная подсистема национального языка отражает представление о мире своими носителями. Представители криминальной субкультуры создают специальные языковые единицы, служащие определенным коммуникативным целям, выполняющие определенные функции. Для их функционирования необходима не только системная организация всех элементов, но и предрасположенность самой субкультуры к такой организационной иерархии.

Среди многочисленных функций арго, на конспиративную или эзотерическую, как основную, указывают многие ученые (Partridge 1964; Хомяков 1971; Бондалетов 1966, 1987; Грачёв 1992, 1997), т.к. именно тайное общение является спецификой криминальной субкультуры. Тайная или конспиративная коммуникация возникла как способ противодействия служителям закона, администрации мест лишения свободы, а также правопорядочным гражданам. Закрытость преступного мира, вынуждает своих представителей общаться друг с другом посредством намеков и секретных слов, которые в основном обозначают совершаемые преступления, склонности и особенности характера преступников, что способствует появлению разнообразных эвфемизмов: attract - euphemistic; denoting stealing [Ayto 1998, p.

93], date - a sexualliaison between a prostitute and a customer. An ironic euphemism [Dalzell 2007, p. 187], coffee - LSD. A euphemism created in Boston, alluding to then fact that LSD was often sold in Cambridge coffee houses [Ibidem, p. 153], lightfingered - euphemistic inclined to steal [Ayto 1998, p. 96].

В устной речи арго также выполняет опознавательную функцию (Грачёв 1992; Бондалетов 1987) или функцию пароля для распознавания своих (Беляева, Хомяков 1985). Данная функция способствует более тесному сплочению, а также исключению возможности проникновения в криминальную среду «непосвященных». В.М. Жирмунский справедливо замечает, что арго - «своего рода пароль, по которому узнают друг друга деклассированные» [Жирмунский 1936, с. 119]. Само возникновение арго связано именно с потребностью деления общества на «чужих» и «своих», и выделении последних в особую категорию, оппозиционную законопослушному обществу, т.к. первым деклассированным приходилось узнавать друг друга не только по манере одеваться или жестам, но также и по специфическому лексикону, свойственному данной социальной группе. Поэтому наряду с конспиративной функцией арго также выполняет функцию пароля, на первый взгляд с ней несовместимую [Беляева, Хомяков 1985, с. 44]. Необходимо также отметить, что данные функции способны сочетаться и даже дополнять друг друга. В таких случаях для членов криминальной субкультуры арго будет являться паролем принадлежности, а для всех остальных - предупреждением. Именно в этом проявляется особенность диглоссии арготирующих: «основная функция арго - функция пароля для своих неразрывно связана с функцией предупреждения для чужих, а функция конспиративной коммуникации, закрывая доступ в данную социальную группу извне, зависит от наличия/отсутствия тайного характера пароля для своих» [Беляева, Хомяков 1985, с. 44-45].

Номинативная функция арго означает краткое, обычно односложное название предметов, явлений, которых не существует в литературном языке [Грачёв 1992, с.

14-15]. Однако для мира криминальной субкультуры характерно не столько наименование, сколько переименование предметов, их свойств и реалий действительности. Таким образом, арготирующие стремятся дать свои собственные названия предметам окружающего мира, а также их детализировать. Данную тенденцию можно проследить в разнообразных синонимических рядах. Например, среди большого количества слов-дублетов, использующихся для обозначения понятия «деньги», встречаются слова и выражения, обозначающие деньги в конкретных ситуациях: alligator skins - paper money [Dalzell 2007, p. 9], bad paper - counterfeit money or securities [Ibidem, p. 26], blood money - in gambling, money that is won after long, hard work [Ibidem, p. 67], monkey - fifty pounds sterling. A prison variation; the reduction in value from the outside world’s 500-unit is an economic reality [Ibidem, p. 437]. Следует отметить, что представители криминальной субкультуры используют арго в качестве средства общения не постоянно, а только в случаях необходимости, а лексемы, образованные путем переименования, помогают оставить в тайне для непосвященных предмет разговора.

Важной функцией, выполняемой арго, является мировоззренческая функция, направленная на классификацию арготизмов согласно с миропредставлением, убеждениями и принципами представителей криминальной субкультуры. Словарь арго в полной мере передает языковую картину мира маргиналов, которые используют все лексические возможности своего языка сугубо в криминальных ситуациях. «Там, где для объяснения постороннему потребовалось бы несколько слов, для своего достаточно, может быть, одного слова. Повседневный лексикон, таким образом, оказывается насыщен значением» [Фишер 1975, c. 412].

Все вышеназванные функции являются основными для такого социального диалекта как арго. Однако необходимо отметить, что существует еще ряд важных функций, раскрывающих взаимосвязь становления и развития арго с закономерностями развития общества. Так, Н.Н. Шарандина выделяет социальную функцию арго, считая данный социолект проявлением социального символизма, являющегося компонентом данной субкультуры [Шарандина 2007, c.

176]. Для криминальной субкультуры характерно «соблюдение» социального символизма, т.е. применение и интерпретация в межличностных отношения. Также, в связи с особенностями мировоззрения преступника, особое значение приобретает своеобразная интерпретация таких понятий как «свобода», «неволя», «правда», «закон» и т.д. Свобода от окружающего мира для преступного сообщества проявляется именно в свободе выбора своих имён для вещей, а арго как специально для этого созданный язык, способствует осуществлению данных интенций. Таким образом реализуется интерпретирующая функция арго [там же, с. 176].

Каждая единица такой подсистемы языка как арго употребляется в речи с определенной прагматической целью, находящейся в зависимости не только от предмета высказывания, но и от особенностей самой ситуации общения. Под коммуникативной ситуацией мы понимаем динамическую систему, состоящую из четырех групп взаимодействующих факторов: 1) обстоятельств

действительности (обстановка), в которых осуществляется коммуникация; 2) отношений между коммуникантами; 3) речевого побуждения; 4) реализации самого акта общения, создающего новые стимулы к речи [Скалкин 1986]. Указанные группы являются ситуативными переменными, оказывающими влияние на процесс общения: от тематики и эмоциональной окрашенности речи до изменения коммуникативного поведения в целом. Таким образом, сама коммуникативная ситуация подсказывает выбор тех или иных лексических средств для достижения прагматической цели общения. «Выбор, осуществляемый говорящим в процессе речевого взаимодействия, - это выбор и эмоциональной языковой единицы, которая приобретает свою эмотивную силу только реализуясь в диалогической речи. Именно в диалоге, отражающем текущую ситуацию общения и характер взаимоотношения партнеров, язык в полном объеме проявляет свой эмотивно-оценочный потенциал» [Ломтева 2005, с. 128].

Наличие и количество арготизмов в речи зависит, главным образом, от непосредственной ситуации общения. В связи с трудностью нахождения практического материала в устной речи, нами были проанализированы смоделированные ситуации общения, взятые из кинофильмов, посвященных совершению преступлений, а также описанию жизни заключенных в тюрьме.

Все ситуации общения с использованием арго можно разделить на две большие категории: ситуации, связанные с профессиональной деятельностью арготирующих и ситуации, в которых арготирующие хотят сохранить в тайне предмет общения. Первая категория предполагает следующую тематическую направленность диалогов: 1) совершение преступлений. Данная группа ситуаций представлена наиболее широко, т.к. сам смысл существования преступника заключается в совершении противоправных действий. Это разговоры во время подготовки к совершению преступления («Think he needs a shank?» - «Yeah, stick it in that greasy P.R. motherfucker...» [Animal Factory 2000], и непосредственно во время правонарушения («Then we have ourselves a rowdy dow!» [Gangs of New York 2002]); 2) общение на бытовые темы. Такое общение происходит как в тюрьме, так и за ее пределами. («I’m not a punk» [Animal Factory 2000], «Jenny, finest bludget in all the Points» [Gangs of New York 2002], «He got out of the joint three weeks ago» [The Departed 2006]); 3) ситуации употребления арготизмов с целью психологической разрядки в момент напряжения. Разнообразные восклицания, междометия, арготизмы-оскорбления, к которым интуитивно прибегают коммуниканты, находясь в стрессовом состоянии, помогают нейтрализовать состояние эмоциональной напряженности («Don’t sweat this one! I’ll go talk to them» [Animal Factory 2000]) «If you’re up to something. Bene!» [Gangs of New York 2002]). Ко второй категории относятся: 1) ситуации сокрытия предмета разговора от полиции/администрации мест заключения. В таких ситуациях используются арготизмы-предупреждения, позволяющие сигнализировать о надвигающейся опасности посредством односложных слов, например «Shove off!.» [Gangs of New York 2002]; 2) ситуации сокрытия предмета разговора от законопослушных граждан, потенциальных жертв преступлений. Арготизмы, образованные путем наделения слов литературного стандарта новыми значениями, для непосвященных не будут казаться странными, однако будут в полной мере являться эффективным средством тайной коммуникации: «For me you gotta lay low!» [The Departed 2006].

<< | >>
Источник: СТАТУС АРГО В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ И ХУДОЖЕСТВЕННОЙ РЕЧИ. 2014

Еще по теме 2.3. Функционирование арго в речи:

  1. Занятие 14.5 МЕТОДИКА ФОНАЦИОННОГО ТРЕНИНГА
  2. Арго. Жаргон. Молодежный сленг
  3. СТИЛИ ЯЗЫКА
  4. 4.5. ФАКТОРЫ АНТРОПО-ЭТНО- И НАЦИОГЕНЕЗА. СТРУКТУРА ОБЩЕСТВА
  5. 4.9.1. Этап государств
  6. Культура речи
  7. Структурно-языковое значениекак структура
  8. Метод и методики ономастики
  9. 1.1. Национальная специфика семантики слова и виды ее проявления
  10. 1.1. Методы выявления и сопоставления национальной специфики семантики слова. Методика контрастивного описания