<<
>>

Квазидобровольные сделки и парето-ухудшение

В условном примере Коуза, с которого мы начинали, обмен правами собственности улучшает распределение ресурсов и максимизирует доход участников. Причина - рост обшей ценности производства в результате сделки, который и распределяется между ее участниками.

При этом, заметим, в качестве базы для сравнения берется не состояние, когда фермер и хозяин ранчо ведут хозяйство самостоятельно, а когда возникает ситуация ущерба, наносимого одной стороной другой стороне. Если же в качестве точки отсчета брать ситуацию самостоятельного ведения хозяйства, то никакого Парето улучшения в результате сделки не происходит. Улучшение происходит, если сравниваем результаты обмена с ситуацией, где присутствует эктерналия. В исходном примере это вполне допустимо, т.к. возникновение экстерналии есть «естественный факт», происхождение которого не зависит от воли взаимодействующих сторон.

Однако, если мы принимаем во внимание тот факт, что вредное влияние, ухудшающее положение одной стороны, есть не технологическая стихийно возникающая экстерналия, а преднамеренная ситуация, созданная другой его стороной, и, далее, что последующее улучшение в результате обмена правами (выплата отступного хозяину ранчо) есть не что иное, как следствие предыдущего преднамеренного ухудшения, то в качестве базы для сравнения результатов обмена правами следует брать начальную ситуацию, где ущерб сторон отсутствует.

Приведем несколько утрированный пример, который показывает абсурдность в целях доказательства эффективности сделки производить сравнение с ближайшей ситуацией, где имеет место предна

меренный ущерб.

А может выбить зуб В (оказать вредное влияние на В). Цена нового зуба для В - 10 дол. (издержки). Для того, чтобы выбить зуб А купил кастет за 5 дол. (нес издержки). Стороны могут заключить сделку, улучшающую полезность для обеих сторон. Если В заплатит А сумму до 10 дол., но выше 5 дол., то А откажется от своих действий.

В итоге обе стороны в выигрыше: В сэкономил от замены зуба, А компенсировал с прибылью затраты на кастет. Таким образом, если сравнивать с ситуацией выбитого зуба, то заключена взаимовыгодная сделка.

Вернемся к нашему примеру. В исходном случае (независимого хозяйствования) предельный объем производства зерна и мяса был равен 100 + 80 = 180 дол. Общие издержки составляли 50 + 20 = 70 дол. Соответственно издержки получения единицы дохода составляли 0,4 дол. После использования коровы как средства нанесения ущерба и заключения, на этой основе, соглашения, общий объем производства составил только 80 дол. (корова не продается на рынке, а используется как средство устрашения). Совокупные издержки на производство составили 71 дол., а общественные издержки получения единицы дохода выросли до 0,9 дол.

Это, безусловно лучше, чем ситуация, когда корова просто вытаптывала посевы и зерно (1 ц) не производилось. Однако данное Парето-улучшение является лишь относительным. В абсолютном же значении, в сравнении с ситуацией независимого ведения хозяйства, происходит Парето-ухудшение.

Таким образом, общим следствием перераспределения прав в нашем случае явилось Парето-ухудшение распределения общественных ресурсов. Сделка улучшает ближайшую ситуацию, где присутствует ущерб, но ухудшает по сравнению с ситуацией, предшествующей ущербу.

В примере Коуза стихийный ущерб (экстерналия) - это потенциальный выигрыш, ликвидация которого может увеличивать общую ценность производства и, далее, выигрыш обеих сторон сделки. Что и происходит в его примере обмена правами собственности. В нашем случае (преднамеренного внешнего влияния) ущерб - это чистый проигрыш, который никак не в состоянии увеличить общую ценность производства. Кроме того, часть ресурсов отвлекается от производства благ, и направляется на создание средств принуждения.

Как ни парадоксально звучит, но источником увеличения дохо

да хозяина ранчо в нашем случае служит не увеличение общей ценности производства, а наоборот, он получает доход от экономии на ухудшении его ценности.

Отсюда возникает вопрос, каким образом добровольная сделка может породить подобный Парето-неэффективный результат? По сути, это противоречит базовым положениям общей теория равновесия.

Все дело в том, что рассмотренная нами сделка добровольна, только если сравнивать ее с непосредственно предшествующей ей ситуацией, которую данная сделка улучшает (наличие ущерба для одной стороны). Если же принять во внимание первоначальное состояние, когда каждый ведет хозяйство независимо и не создает для другого (преднамеренно) вредных влияний, то данная сделка, по своей сути, окажется вынужденной, недобровольной или сделанной по принуждению. Поэтому добровольный характер обмена правами есть лишь видимость добровольности, а данная сделка является квази- добровольной сделкой. М. Олсон по этому поводу замечает: «Когда мы опускаем предпосылку, что все интеракции являются добровольными, смысл того, что социальные результаты обязательно эффективны, исчезает» [14, p.61].

Во многих случаях реальной экономической жизни мы имеем дело именно с квази-добровольными сделками, т.е. такими, которые являются добровольными лишь внешне, по своей видимости, а по своей сути носят принудительный характер и являются следствием преднамеренного ущерба (издержек), создаваемых одной стороной сделки. При этом не имеет никакого значения, чем и как создается ущерб. Так ничего не изменится, если хозяин ранчо в качестве средства устрашения будет использовать не корову, а огнемет. «Чтобы объяснить анархию и другие неэффективные результаты, - пишет М. Олсон, - мы должны признать, что не все трансакции или взаимодействия даже между полностью рациональными сторонами являются добровольными» [14, p.60].

На эффективность распределения общественных ресурсов оказывают влияние также и последствия нашей сделки. «Перемещение издержек», о котором шла речь выше, означает несовпадение между частными и социальными издержками: либо превышение (для одной стороны) получаемого дохода над предельным продуктом фактора производства, либо превышение цены над предельными издержками.

Последнее есть признак несостоятельности рынка. Если предельные частные издержки и выгоды не совпадают, рыночное поведение не

будет максимизировать «национальный дивиденд».

Сдвиг издержек повышает издержки производства зерна для фермера и снижает его эффективность. Увеличение издержек сдвигает кривую предложения влево, что означает снижение производства объемов производства зерна. Равновесие может восстановиться в долгосрочном периоде, когда сокращение объемов производства вызовет рост цен, последующее расширение производства и, далее, снижение цен до первоначального уровня. Однако нарушение равновесия и его восстановление означает чистые потери для общества. Кроме того, в нашем случае, когда имеем дело с редким ресурсом, таким как земля, рост цен может не сопровождаться последующим расширением производства, а приведет только к росту ренты, которую будет требовать себе хозяин ранчо, и никакого восстановления равновесия не произойдет.

Один из тезисов, высказываемых как комментарий к «теореме Коуза», гласит: «если бы торг и заключение сделок не требовали издержек и не наталкивались бы на юридические ограничения, то оптимизирующее поведение рыночных субъектов автоматически обеспечивало бы заключение всех взаимовыгодных сделок. При нулевых трансакционных издержках возникновение несостоятельности рынка невозможно (выделено нами - В.Д.). Это вывод, получение которого часто приписывается Р.Коузу, известен как «закон Сэя для экономического благосостояния» [2, с.768]. Или, как указывает Стиглер, при нулевых трансакционных издержках монополии будут принуждены «действовать как конкурентные фирмы» и что при нулевых трансакционных издержках частные и социальные издержки окажутся равны [6, с.143].

Однако, как мы могли видеть в том мире, где трансакционные издержки остаются нулевыми, но одна из сторон сделки имеет возможность (ресурсы) нанести преднамеренный ущерб для другой и право ответственности за ущерб отсутствует, несостоятельности рынка путем обмена права не устраняются[18].

В нашем случае для невозможности возникновения несостоятельности рынка необходимы

не только нулевые трансакционные издержки, но и нулевые издержки принуждения к сделке (в том смысле, что ни одна из сторон не может создать для другой стороны издержек в виде преднамеренного ущерба).

Как известно, с точки зрения трансакционного подхода, если сделка не заключена, то это обусловлено исключительно тем, что придерживающиеся стратегии оптимизации субъекты пришли к заключению, что трансакционные издержки перевешивают потенциальные выгоды от ее заключения.

В нашем случае препятствием для независимого (эффективного) ведения хозяйства, свободного от платежей внешней стороне, являются издержки, которые создает для него хозяин ранчо в виде преднамеренно наносимого ущерба, в случае отказа от этих платежей. Иными словами, одна сторона соглашается на Парето- ухудшение в распределении ресурсов, поскольку ее принуждает к этому друга сторона обмена путем создания издержек (преднамеренного ущерба) в случае отказа.

Далее. Для того чтобы избежать преднамеренного ущерба и перейти к эффективному ведению хозяйства (оптимальное распределение прав и размещение ресурсов), фермеру необходимо преодолеть сопротивление хозяина ранчо. Для этого, в свою очередь, требуются издержки на создание или приобретение средств воздействия (в нашем случае средств к принуждению к отказу от нанесения ущерба). Таким образом, препятствием для заключения сделок, улучшающих эффективность по Парето, выступают уже не трансакционные издержки, а издержки трансформации поведения, точнее, издержки принуждения к заключению эффективной сделки. Данные издержки не устраняются минимизацией трансакционных издержек и присутствуют даже при их нулевом значении и полной определенности.

<< | >>
Источник: Нуреев Р.М. Постсоветский институционализм. 2005

Еще по теме Квазидобровольные сделки и парето-ухудшение:

  1. Квазидобровольные сделки и парето-ухудшение
  2. Власть и эффективность