<<
>>

М. М. Балзер ГОРЯЧИЕ ТЕМЫ, ХОЛОДНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ И СЕВЕРНЫЕ НАРОДЫ

«Это было в марте 2007 г., - так начал рассказ мой собеседник, представитель якутской интеллигенции, по происхождению - выходец из далекой от столицы деревни. - Ледовая дорога через Лену функционировала, и мы поехали по основному пути...

за надежностью которого следит милиция. Я хотел успеть из Бистека (деревня на берегу. - М.Б.) в Якутск на работу... Попуток со стороны Бистека не было, и мы вдвоем с еще одним человеком взяли такси».

Дальше начинается фильм ужасов: «Мы сидели в машине с затененными стеклами - какая-то японская марка, - поэтому не сразу поняли, что произошло. Оказалось, что мы тонем. Мы попали в какую- то полынью, и машина провалилась! В марте! Такого не должно было случиться! Но с нами произошло... Мы не осознавали весь ужас ситуации, иначе бы сразу запаниковали. Когда двигатель затопило, мы думали, что в худшем случае нам придется вылезать по колено в воде, и немного намокнуть. Однако водитель не мог открыть свою дверь. В конце концов, я распахнул мою дверь, и вода хлынула внутрь. Я в шубе вынырнул на поверхность. Остальные тоже выбрались... Мы пошли в противоположных направлениях, надеясь поймать машину, идущую со стороны Якутска. Я шел как можно быстрее, думая

о том, что кто первым найдет другого водителя, тот вернется на помощь остальным...»

Все потерпевшие в конце концов спаслись, однако моего собеседника подобрали последним. Его подобрали пожарные, когда остальные уже сидели дома в тепле. Поворчав по поводу того, что молодые люди не понимают испытанных временем законов взаимопомощи и выживания на Севере, рассказчик обратился к метафизической, судьбоносной стороне происшествия, сказав, что ему «было предначертано прожить еще немного». Чего он не произнес вслух, так это то, чему посвящена данная статья: то, что с ним произошло, вполне может быть предзнаменованием надвигающихся климатических изменений, последствия которых скажутся на жизни коренного населения и новых жителей Севера как в большом, так и в малом.

К его рассказу можно, конечно, отнестись как к простому анекдоту, но в дальнейшем я приведу другие свидетельства и прогнозы по поводу подобных признаков глобального потепления.

Выбор темы для моей публикации к знаменательному юбилейному случаю был обусловлен несколькими важными соображениями, не все из которых очевидны для тех, кто знаком с работами В.А. Тишкова. Прежде всего мне хотелось бы отметить вклад В.А. Тишкова, который посвятил свою научную деятельность и жизнь «прикладной антропологии», занимаясь проблемами, актуальными как для этнологии, так и для политики. Во-вторых, нельзя не признать, что связанные между собой темы изменения климата и экологических бедствий являются в наше время предметом «горячих» обсуждений, независимо от того, в какой степени мы признаем их актуальность. В.А. Тишков никогда не избегал обсуждения горячих тем. В-третьих, проблематика моей статьи перекликается с недавней работой В.А. Тишкова, посвященной земле и пространствам, границам и культуре, хотя я рассматриваю некоторые из развиваемых им концепций под несколько другим углом зрения. В-четвертых, взаимосвязанные экономические, политические и социальные проблемы, рассматриваемые здесь, имеют критическое значение для моих собственных исследований, посвященных выживанию коренных народов, как индивидуальному, так и групповому.

В 2007 г. другая коллега - саха (якутка) - Ульяна Винокурова, социолог и бывший депутат парламента Республики Саха-Якутия, красноречиво выразила свою озабоченность по поводу тенденций глобального потепления, достигающего района средней Колымы, где она выросла. За последние десять лет в этом районе стало больше наводнений, и они стали более серьезными, объяснила она. Люди начали беспокоиться о более широких последствиях для здоровья и экологии, которые может принести изменение климата. «Мы любим холод, - заявила Ульяна, - он защищает нас от разнообразных микробов, размножающихся в теплую погоду. Нас настораживают ранние оттепели весной и поздние заморозки осенью.

Особенно беспокоит капризность погоды. Прежние таблицы погоды и погодные приметы наших предков хуже предсказывают современную погоду, чем раньше»168.

Насколько же широко влияние климатических изменений? Приметой постсоветской жизни стали более широкие возможности самовыражения и организации местных групп. Однако эти возможности нередко сочетаются и вступают в противоречие с интересами крупных кампаний, освоивающих российский Север. Основные политикоантропологические положения моей работы в данном случае таковы: 1)

Конфликты по поводу землепользования и ресурсов выявляют разнообразные идентичности и политические противоречия. Такие конфликты могут обостряться в связи с климатическими изменениями. Эти конфликты приводят к нестабильности и неопределенности, усиливаемых и внешними для республики политическими факторами, например, недавними процессами новой централизации и перераспределения полномочий на московском уровне. 2)

Значение экологии в формировании этнонациональной идентичности может быть различным. На примере народов Сибири и Дальнего Востока можно, как через увеличительное стекло, наблюдать подобные процессы в действии, а также то, как экологические движения вписываются на многих уровнях в контекст глобализующейся политической активности169.

Огромное влияние на земельные права групп коренного населения оказывает неравномерность политической структуры Российской

Федерации, правомерно называемая асимметричным федерализмом. Более крупные народы Сибири, обладающие республиканским статусом, имеют некоторую степень свободы управления, однако и их права сейчас меньше, чем во времена президента Ельцина. Малые коренные народы, имея некоторые права на бумаге, обладают гораздо меньшим контролем над своей землей. Это приводит к усилению активности лоббирующей их интересы организации АКМНСС и ДВ РФ, Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ. Речь пойдет о Республике Саха (Якутия), где я неоднократно проводила полевые исследования, начиная с 1986 г.

Также я буду сравнивать ситуацию с положением в других районах Севера. Население Саха достигло 450 ООО согласно переписи 2002 г., что составляет более 45 % от почти миллионного населения республики. Русские составляют около 41 %. Территория Республики Саха примерно в 4 раза больше Техаса, или, как любят говорить некоторые саха, размером почти с Индию170. Экономическое и экологическое значение этого крупнейшего субъекта Российской Федерации велико.

Множество уровней социальных взаимодействий в постоянно меняющемся российском обществе представляет вызов этнологам, привыкшим наводить рафинированную этнографическую лупу на лагерь кочевников, деревню или «этнический» уровень. В этой работе содержатся три аналитические части: политический и экономический контекст; культурные последствия экологических тенденций и климатических изменений; заключительные соображения по поводу мнений коренного населения и разнообразия его политических реакций. В завершение я вновь обращусь к работе В.А. Тишкова в отношении коренных народов.

<< | >>
Источник: Э. Гучинова, Г. Комарова. Антропология социальных перемен. Исследования по социальнокультурной антропологии : сборник ст. - М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). 2011

Еще по теме М. М. Балзер ГОРЯЧИЕ ТЕМЫ, ХОЛОДНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ И СЕВЕРНЫЕ НАРОДЫ:

  1. М. М. Балзер ГОРЯЧИЕ ТЕМЫ, ХОЛОДНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ И СЕВЕРНЫЕ НАРОДЫ