<<
>>

6.3. Духовная красота и счастье

Есть мнение [104, с. 23-25], что духовная красота человека и человеческое счастье поддаются научному анализу, ничуть не «заземляющему» их высокую значимость.

Как было показано выше (см.

разд. 2.6, 2.7, 3.1), технологи­ческие и духовные достижения человечества служили не толь­ко своему прямому назначению, но и поддерживали социаль­ность людей. Соответственно, значение мастеров и инженеров, ученых, философов, моралистов, проповедников, писателей, художников, композиторов, певцов, танцоров, режиссеров те­атра и кино не исчерпывалось их профессиональными обязан­ностями. Эти деятели помогали обществу обрастать первичны­ми (производственными) и вторичными (культурными) соци­альными связями, которые давали возможность общественно­му человеку выжить в составе единого социума. Именно поэто­му работники творческих профессий всегда пользовались по­вышенным признанием: общество отводило им почетные ме­ста в своих рядах, женщины боготворили их, а юношество по­лагало объектами подражания. Индивиды из этой сферы с ли­дерскими задатками комплектовали состав креативных лично­стей (см. разд. 6.2). Отсюда следует, что духовная красота че­ловека - это творческие способности индивида к созданию тех­нологических и культурных объектов, пригодных для установ­ления на их основе социальных связей людей. Сухую дефини­цию можно пояснить примером.

Допустим, режиссер создал кинофильм, снискавший успех у зрителя. Люди начинают посещать просмотры данной кино­картины, обсуждать ее между собой, читать прессу и просма­тривать телепередачи на ее счет и т.д. Иными словами, вместо того чтобы проводить свое праздное время без толку, люди ока­жутся вовлеченными в непроизводственное общение по пово­ду обсуждаемой киноленты и тем самым помогут социуму под­держивать свою целостность. С точки зрения социума успеш­ный кинорежиссер полезен, так как его творения цементиру­ют общество в свободное время.

С точки зрения обыкновенных людей, успешный кинорежиссер - творец, а потому он притя­гателен своей духовной красотой. Если вычеркнуть из цепочки оценок этого режиссера человеческие сантименты, то окажет­ся, что духовная красота этого творца основывается на его спо­собности создавать полезные социальные связи людей в сво­бодное время.

Духовно привлекательными представляются не только творцы духовных ценностей, но и выдающиеся спортсмены, ученые, инженеры, мастера и др. Все они служат обществу. Од­нако наибольшим пиететом (уважением) пользуются спор­тсмены и создатели духовных ценностей, например киноарти­сты, чья привлекательность обостряется их положением в цен­тре зрительского внимания, что с точки зрения наших наслед­ственных (древних) черт психики равноценно положению ли­дера в сообществе (см. разд. 6.2). Спортсмены же и создатели духовной культуры непосредственно работают на социализа­цию (заполнение) праздного времени людей, что и заставля­ет определять духовную красоту по преимуществу как деятель­ность подобного рода, что, в сущности, общеизвестно на оби­ходном уровне(на уровне явлений).

Культурная одаренность именуется духовной красотой не случайно. Сталкиваясь с представителем другого пола, наде­ленным признаками духовной привлекательности, нормаль­ный человек инстинктивно желает иметь с ним общее потом­ство в надежде, что оно унаследует духовную привлекатель­ность одного из родителей. Эта тяга к духовной красоте срод­ни тяге к физической красоте человека (см. разд. 1.13), что за­ставляет именовать предмет тяги одинаково - красотой, как и принято в обиходе. Физическая красота притягивает потому, что она служит брэндом эволюционной состоятельности чело­века, а духовная красота является знаком качества для челове­ка, способного социализировать досужее время людей.

Оба типа красоты полезны социуму, а потому естествен­ный отбор выработал у нас инстинктивное влечение к носите­лям указанных типов красоты. Это обстоятельство объясняет, почему иной не слишком физически красивый интеллектуал, артист или художник способен «заткнуть за пояс» в глазах пре­красного пола писаных красавцев «без извилин».

Дело состо­ит в том, что физическая красота гарантирует индивидуальное выживание (эволюционное здоровье) отпрыскам носителя фи­зической красоты, в то время как духовная красота работает на целостность всего общества, а потому с точки зрения отшли­фовавшего нас социума представляет более значительную цен­ность для выживания всего общества, а следовательно, и от-

дельной личности. Никто из нас в это, естественно, не вдумы­вается, но инстинкты и рефлексы направляют нас к правиль­ной оценке человека. Парадокс состоит в том, что, например, женщина, влюбляясь в пустого болтуна, с точки зрения социу­ма делает правильный выбор отца своих детей, поскольку бол­тун заведомо способен заполнять свободное время людей не­производственным общением с ним, а потому, безусловно, по­лезен неразборчивому социуму.

Разумеется, если выдать человеку документ, удостоверяю­щий, что данный гражданин создал социальную связь для за­полнения свободного времени, ни у кого из окружающих не дрогнет ни одна струна души. Однако если поменять этот не­лепый документ на диплом о присуждении Нобелевской пре­мии, премии «Оскар» или чего-нибудь подобного, сердца окру­жающих потеплеют. Если при этом «оскароносец» окажется создателем интересной киноленты, сердечное тепло сменится преклонением перед ее творцом, т.е. признанием его духовной красоты. И поделом, поскольку он на деле создает непроизвод­ственные связи людей для заполнения их праздного времени, без чего социум рассыпется и погибнет.

По этой причине творческие разногласия не играют для со­циума никакой негативной роли - лишь бы творцы создавали вторичные (непроизводственные) отношения между людьми. Более того, даже самые неприглядные и скандальные творче­ские дрязги сами находят спрос у сочувствующей публики и тем самым оснащают ее добавочными социальными связями названного пошиба. Поэтому социум всегда терпел и поощрял оборотную сторону творчества.

Подводя черту под сказанным, мы вправе констатировать, что залогом духовной красоты человека является его творче­ская деятельность по той причине, что она способствует под­держанию целостности социума.

Даже если творческая дея­тельность обрастает скандалами, на привлекательности твор­ца это не отражается, поскольку шумиха повышает его способ­ность вызывать вторичные социальные связи людей в обще­стве. Если мы обратимся к феерической жизни кинематогра­фических или музыкальных звезд, то без труда обнаружим, что все так и есть. В наше время продукция их творчества нужда­ется в рекламной шумихе, чтобы привлечь побольше почита­телей. Продюсеры при этом не смущаются, сами того не ведая, работают на целостность социума и потому терпятся им.

Проблема счастья человека находится в тесной связи с про­блемой его духовной красоты, что заставляет объединить обе проблемы в одном разделе. Здесь мы не будем обсуждать про­блемы материального благополучия человека, так как и без того очевидно, что мужчине требуются любимое дело (в хре­стоматийных случаях), достойный доход и семья, а женщине - благополучная семья, достойный доход и любимое дело. Вдо­бавок общеизвесно, что порой материально неустроенные лю­ди считают себя счастливыми, а потому проблемы счастья не следует сопрягать с темой материального благополучия (хотя не все современники с этим согласятся).

Есть основания считать, что человек ощущает себя счастли­вым, когда ему удается осуществить удачный акт творчества: произвести материальную ценность, нужную людям, изобре­сти нечто полезное для общества, создать произведение лите­ратуры или искусства, способное найти аудиторию. Может по­казаться, что счастливый человек в подобных случаях просто обласкан лучами славы. По форме это воззрение верно, но по существу - недальновидно.

С социально-философской точки зрения человек, создав­ший оригинальный продукт, интересующий других людей, во­влекает их при помощи этого продукта в новые формы обще­ния. Особенно показательны здесь продукты духовного твор­чества, поскольку они заполняют свободное время людей и сберегают целостность социума. В итоге социум укрепляет­ся, люди увлекательно проводят время, а творец горд собой и счастлив.

Поэтому счастье можно определить как эмоциональный отклик человека на свою успешную роль в деле создания для общества новых социальных связей людей при помощи, в пер­вую очередь, произведений духовной культуры. Путь к их соз­данию тернист и продолжителен, а потому фазы эмоциональ­ного подъема сменяются у человека эпизодами разочарования. Однако весь путь к конечному продукту и взрыв эмоций при его выходе наполняют жизнь человека настолько, что он пола­гает себя счастливым, порой даже невзирая на материальные лишения. Произведения духовной культуры создают в сре­де их аудитории новое праздное общение при условии ориги­нальности этих произведений. Поэтому судьба их создателей переменчива: систематическое создание оригинального про­дукта - это дело из области грез. Об этом недвусмысленно го­ворит статистика.

Если взять шедевры эстрадной музыки с 1950 г. (о формаль­ных критериях которых см. [101, с. 34-37], а также разд. 6.8), то мы обнаружим следующую картину. Ансамбль «Биттлз» соз­дал 29 шедевров, Элвис Пресли (см. рис. 13) - 21, ансамбль «Роллинг Стоунз» - 9, Том Джонс - 8, Энгельберт Хампер­динк - 7, дуэт «Саймон и Гарфанкел» - 4, Джо Дассен - 4, Джордж Харрисон (после распада «Биттлз») - 3 (что говорит о гениальности); по два шедевра дали 15 исполнителей и ан­самблей (что говорит о таланте); по одному шедевру выпусти­ли 93 исполнителя и ансамбля (что говорит о случайном успе­хе). Можно спорить о конкретных цифрах, однако в целом их соотношение отвечает общепринятым представлениям об ода­ренности: 8 гениев на 15 талантов и на 93 мастера - это не про­тиворечит нашему жизненному опыту.

Неудивительно, что судьба гениев незавидна: «Биттлз» (1962-1970) распались после неполных восьми лет совмест­ной работы, а Элвис Пресли (1935-1977) умер от медикамен­тозных злоупотреблений в каких-то 42 года. Причина их труд­ностей состояла в невозможности повторить свои «звездные часы», что толкает многих творческих людей к злоупотребле­нию алкоголем и наркотиками. Люди, которым природа не да­ла творческих способностей, нередко ищут счастья там же.

Рис.

13. Элвис Аарон Пресли (1935—

1977), американский певец, «король рок-н-ролла», - человек парадоксаль­ной судьбы. Он обладал редчайшим «нутряным» голосом (единственный известный аналог - отечественная ак­триса Екатерина Савинова в кинофиль­ме «Приходите завтра», 1963 г., реж. Е.

И. Ташков). Пресли чтился как испол­нитель рок-н-роллов, примитивных в музыкальном отношении. Клубы его фанатов именовались «Гончими пса­ми Элвиса» по унылому року «Гончий пес». Его замечательные рок-н-роллы, обладающие изощренным музыкаль­ным узором («Его последняя любовь»,

«Танец съедобного моллюска»), забы­ты, да и при жизни не считались визит­ной карточкой «короля». В таких условиях человек должен был быть дезо­риентирован. Конец биографии гениального певца отличался полной дезо­риентацией в жизни.

Природа названных отрицательных наклонностей извест­на. Алкоголь - это депрессант, он подавляет эмоции, в том чис­ле негативные. Наркотики на маке (опиум, морфин, героин) и конопле (гашиш, анаша, шира, марихуана) вызывают эйфорию в разной степени, т.е. беспричинное ощущение счастья. Нико­тин тоже коварен. Его действие напоминает организму воздей­ствие собственных человеческих «гормонов счастья», эндор- финов, которые выделяются у человека в процессе творческой работы, что в просторечии называется «вдохновением». Нико­тин и эндорфины ненавязчиво обостряют память, повышают работоспособность и несколько оптимизируют настроение. Их действие умеренно и никогда не «дотягивает» до эффектов ал­коголя и других наркотиков. Коварство никотина состоит в на­шей собственной физиологии.

При систематическом табакокурении организм постоян­но получает никотин, напоминающий по действию эндорфи­ны. Во избежание передозировки этого стимулятора организм

перестает вырабатывать собственные эндорфины, ограничива­ясь сходно действующим никотином. У курильщика возника­ет физиологическая зависимость от последнего, и он (куриль­щик) вынужден курить «по часам», а кое-кто курит еще ча­ще. Попытка бросить эту привычку приводит к физиологиче­ским затруднениям: оставив никотин и не получая эндорфи- нов, которые обманутый организм давно перестал вырабаты­вать в заметных дозах, курильщик сразу впадает в апатичную подавленность, способную продлиться до двух месяцев. Ины­ми словами, без видимых причин человек, бросающий курить, на два месяца погружает себя в беспросветную депрессию, че­го большинство людей не выдерживают и возобновляют куре­ние, поскольку не понимают, что с ними происходит. Они воз­вращаются к табаку, не выждав двух месяцев, необходимых ор­ганизму для возобновления выработки эндорфинов. Здесь тре­буется не столько сила воли, сколько понимание физиологии курения.

Роль эндорфинов в творческом процессе неоднозначна. В умеренных дозах они награждают творческую личность рабо­тоспособностью и счастьем от процесса созидания. Между тем, иные творцы, как своего рода самодостаточные наркоманы, злоупотребляют эндорфинами и работают на износ. Такие лю­ди называются в просторечии «трудоголиками». Психологиче­ской беды здесь нет, так как эндорфины подобно никотину не искажают работы мозга. Они не вызывают эйфории, опьяне­ния или галлюцинаций - их воздействие ограничивается бо­дростью и хорошим рабочим настроением, если творчество успешно. Однако при беспрерывной работе, стимулируемой эндорфинами, человек начисто опустошает свои митохондрии.

Митохондрии - это органеллы клеток, содержащие запасы питательных веществ в виде глюкозы и служащие аккумуля­торами клеток. При непрерывной работе человеческого мозга эти аккумуляторы иссякают, на что организм, подхлестывае­мый собственными эндорфинами, откликается повышенным прогоном крови по сосудам оболочек мозга. В результате у ра­ботающего человека устойчиво поднимается черепное давле­ние, влекущее при неуемной работе инсульт, стенокардию или инфаркт. При этом смерть «за рабочим столом», т.е. в разгар творческой работы, не является легендой. Именно так скон­чался замечательный отечественный языковед И. М. Трой­ский (1897-1970), отличавшийся завидным трудолюбием [65, с, 197].

Может ли созидание полностью заменить человеку сурро­гатное счастье? Да, может. Беда состоит в том, что непрерыв­ная творческая жизнь человеку не под силу, а потому его сча­стье оказывается неверным.

<< | >>
Источник: Н.В. Клягин. СОВРЕМЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, получающих образование по направлениям (специальностям) «Антропология и этнология», «Философия», «Социология». 2014

Еще по теме 6.3. Духовная красота и счастье:

  1. 16. АНТРОПОЦЕНТРИЗМ И ГУМАНИЗМ ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ
  2. 2. Основные течения и проблематика социально-философской мысли.
  3. 1. Два мировоззрения - два пути к счастью. а) Рационалистическая этика Й.Баласагуни.
  4. ПЛАТОН - СОПЕРНИК ГОМЕРА
  5. Культура России XIX — начала XX вв.
  6. ОЧЕРК ИСТОРИИ КИНИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ
  7. 2. С. Н. Булгаков. Героизм и подвижничество (из размышлений о религиозной природе русской интеллигенции)
  8. СРЕДСТВА МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ В ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ РОССИИ Ксенофонтов В.Н.
  9. В. Б. Еворовский ДУХОВНО-ЭСТЕТИЧЕСКАЯ ПАРАДИГМА ЖИТИЯ И ТВОРЧЕСТВА ЕФРОСИНЬИ полоцкой
  10. Н. Н. Карпицкий, Г. М. Тарнапольская ДУХОВНЫЙ потенциал русской эстетической традиции
  11. В. А. Самкова НЕВЬЯНСКАЯ ИКОНА: ДУХОВНО-НРАВСТВЕННАЯ ПРАКТИКА ВОСПИТАНИЯ
  12. Отражение современной действительности в нравственно-духовной сфере и психическом состоянии педагогов
  13. Духовность личности как социокультурный феномен