<<
>>

Христианская любовь против христианской ненависти

Мы будем рассматривать некоторые их этих противоречий в композиционной целостности: христианская любовь, свобода, равенство, демократия, с одной стороны, и расизм и религиозный фанатизм — с другой.
Энтузиазм лучших ораторов, великолепно владеющих эвфемизмами, и изобретательность наиболее выдающихся ученых подвергались испытанию этоми противоречиями. Особенно это касается деятелей церкви. Они пытаются с легкостью аннулировать память о религиозных войнах. Они пытаются предать забвению Святую Инквизицию. Они пытаются игнорировать осуждение и сожжение на костре сотен тысяч ведьм. Они пытаются отрицать какую-либо связь между этими событиями и уничтожением евреев в нацистской Германии, в особенности же — антисемитизм, антиинтеллектуализм и расовые гонения, существующие в завуалированном (а где-то и в открытом) виде в США. Но когда некоторые ученые понимают, что модели прошлого по-прежнему живы в настоящем (несмотря на то, что специфические технические приемы изменились), они склонны делать «безобидные» сообщения типа: «Люди знают, что общее поклонение символам религии соединяет группы тесными узами, но все же религиозные различия способствовали появлению самых лютых групповых антагонизмов» (Nottingham, 1954. Р. 2). Процитировав данный пассаж, Уильяме предлагает два ключа к разгадке того, почему «религиозное поклонение» в одном случае объединяет людей, а в другом разъединяет. Первый: «Не все конфликты во имя официальной религии являются действительно религиозными». Второй: «Могут быть разные степени реальной активности номинальной религиозной принадлежности» (Williams, 1956. Р. 14—15). Но существует не только явная основа для различения «настоящего» религиозного конфликта и конфликта, который только номинально считается религиозным. Являются ли теологические споры действительно религиозными или номинально религиозными? Правда состоит в том, что конфликт, даже если он касается исключительно только ритуала церковной службы или только вопроса непорочного зачатия, все равно является борь- 218 Психология культур бой между индивидами, каждый из которых лично, эмоционально заинтересован в данных вопросах.
Второй ключ Уильямса к разгадке выглядит более логичным. Сказанное им означает, что чем больше «реальная активность номинальной религиозной принадлежности», тем сильнее будут выражены религиозный раскол и фанатизм: чем сильнее чья-то включенность в предмет или вопрос, тем более непоколебимой она становится, и вполне естественно, что большая «включенность» ведет к более выраженным расколу и фанатизму. Некоторые данные Олпор-та, упомянутые раньше, прямо подтверждают это2. Интересно, что после изложения этого утверждения Вильяме отклоняет его как «крайность». Взамен он предлагает набор из двадцати «расхождений» в ценностях (ориентациях), которые (он уверен, но не показывает этого) частично являются основой религиозных конфликтов в Соединенных Штатах (Там же. Р. 14—17). Нет необходимости вникать в причины, почему Уильяме придает такое малое значение своему второму ключу к разгадке. Подробный анализ, приводящий к выводу о том, что некоторые его «расхождения» не имеют никакого отно- 2 «Более 400 студентов отвечали на вопрос: "В какой степени религия повлияла на ваше воспитание?”. В общей группе тех, кто отмечал, что религия являлась сильным или умеренным фактором, мы находим степень предубежденности более высокой, чем у тех, кто отмечал, что религия была незначительным или несущественным фактором в их воспитании. Другие исследования показали, что индивиды, не принадлежавшие ни к какой религии, демонстрируют, в среднем, меньшую предубежденность, чем те, кто принадлежит к церкви» (Allport, 1954. Р. 451). И еще: «Во-первых, хорошо иметь ясность относительно сущности определенных естественных (и, возможно, неразрешенных) конфликтов, свойственных различным аспектам религии. Первейший постулат любой мировой религии заключается в том, что она обладает абсолютной и окончательной Истиной. Люди, которые придерживаются разных абсолютных истин, вероятно, не находятся в согласии друг с другом. Конфликт является более острым, когда миссионеры активно занимаются распространением различных вариантов абсолютных истин.
Мусульманские и христианские миссионеры в Африке, например, долго были в контрах. Каждый настойчиво утверждает, что если бы его вероучение было полностью реализовано на практике, это могло бы уничтожить все этнические барьеры между людьми. Могло бы. Но в действительности ни одна абсолютная истина никакой религии никогда не будет принята всем человечеством. <...> Католицизм в своей истинной природе должен верить, что иудаизм и протестантизм заблуждаются. И различия между иудаизмом и протестантизмом ощущаются острее, когда другие различия в их собственной вере являются заблуждениями с точки зрения других вероучений» (Там же. Р. 444—445). Ф.Хсю. Базовые американские ценности 219 шения к рассматриваемой проблеме, также выходит за рамки этой статьи. Мы можем, однако, показать, каким образом связь между степенью включенности в номинальную религиозную принадлежность и степенью разногласий и фанатизма является источником противоречия между христианской любовью и христианской ненавистью. Хороший ученый легко заметит, что данная религиозная принадлежность в США сегодня все больше приобретает значение «обязывающей принадлежности», так что «ценности принадлежности к религиозной группе» не похожи и даже затемняют «особенные ценности», признаваемые верующими массами (Там же. Р. 17). Неопровержимое доказательство этого можно найти в хорошо известных работах («Средний город» Линда, «Янки-сити» и «Джонесвилль» Ллойда Уорнера с соавторами)3, но особенно в журнале «Христианский Век», объединившем в 1951 году 100 000 протестантских священников во всех уголках США для определения «выдающихся» и наиболее «успешных» церквей. Это объединение назвало двенадцать достойных церквей, среди которых была Первая пресвитерианская церковь Голливуда. Одобренные «качества» этой церкви я проанализировал в другом месте (Hsu, 1953). Здесь только скажу, что об «успешности» этой церкви свидетельствовало «счастье» прихожан, заключающееся в социальных и материальных стремлениях, приводящих к выгоде, а сама вера и качество обучения священнослужителей практически не принимались во внимание. Все это становится понятным, если мы согласимся, что базовая американская ценность — «уверенность в себе» — формирует личность. Чтобы существовать и быть «успешными», церкви должны конкурировать, удовлетворяя искомый статус своей паствы. Достигая такого «успеха», церкви должны не только подчиняться тенденции организованности, но и искать новые пути увеличения количества прихожан, чтобы добиться большего «успеха». В такой психологии можно найти общую основу для религиозного фанатизма и расовых предрассудков. Рели- 3 Рассуждая о религии, Джордж Хоманс говорит: «Мы склонны думать, что выбор, приводящий людей к протестантизму, — это выбор их собственной совести. Несомненно, что это так. Но несомненно и то, что выбор церкви, как в Хиллтауне, так и в Бостоне, сильно связан с принадлежностью к социальной группе» (Homans, 1950. Р. 346). 220 Психология культур гиозные расхождения связаны со многими моментами, но их принципиальная и неотъемлемая черта — это поиск изначальной чистоты ритуала и веры. Реформация тоже была основана на этом. Эволюция протестантизма от лютеранства до квакерства включала это как важнейшую часть. Святая инквизиция была создана для выискивания нечистоты в христианской мысли и деятельности. Страстный поиск и ревностная охрана чистоты выражают себя в расовых отношениях в виде страха перед расовым смешением, поддерживаемого политикой сегрегации как на Севере, так и на Юге, вне зависимости от используемых риторики или логики. Когда религиозная принадлежность смыкается с социальной принадлежностью, этот страх нечистоты делает религиозные и расовые предрассудки неразличимыми. Проблема не в религии. Более важна проблема принадлежности. Соседство и клубы столь же эксклюзивны, как и церкви, а дело церкви (в духе всех торжественных заявлений о равенстве, демократии, достоинстве личности) — это христианская любовь и смирение. Человек, которому предписывается быть уверенным в себе, не похож на того, кого научили уважать власть и внешние границы, и не имеет постоянного места в своем обществе. Все можно менять без предупреждения. Он постоянно смотрит вверх в поисках возможности восхождения и одновременно постоянно чувствует угрозу возможного вторжения снизу. Непрерывно стремясь к достижению и поддержанию статуса, уверенный в себе человек больше всего боится «быть оскверненным» окружением тех, кого считает ниже себя. Это «осквернение» может иметь различные формы: сидение за одной партой в школе, проживание в одном доме, участие в богослужении в одной церкви, членство в одном клубе или попадание в ситуацию свободного и равного общения. В таких ситуациях люди изменяются в той мере, в какой они подвержены страху перед унижением. Некоторые могут объединяться в организации на основе ненависти, вершить самосуд над «чернью», бросать камни в дома негров или рисовать свастику на еврейских синагогах. Это акты насилия, вызванные предубежденностью. Другие будут использовать все, что разрешено законом, или искать окольные пути, чтобы не подпустить людей из конкрет- Ф.Хсю. Базовые американские ценности 221 ных религиозных, расовых или этнических групп к своим жилым районам, определенным занятиям и социальным организациям. Это активные ненасильственные действия, вызванные предубежденностью. Третьи до сих пор спокойно отказываются объединяться с членами религиозных, расовых или этнических меньшинств и учат своих детей соблюдать это табу, потому что «все так делают». Это пассивные ненасильственные действия, вызванные предубежденностью. При данных обстоятельствах многие (возможно, большинство) считают невозможным действовать так, как их учили. Не потому, что они любят противоречить или (согласно самокритике) склонны к лицемерию. Просто они испытывают страх утраты статуса — аффект, глубоко укоренившийся в относительно свободном обществе с базовой ценностью уверенности в себе. Это объясняет также, почему интеграция расовых или религиозных меньшинств не может достичь удовлетворительного результата ни на пути тотальной ассимиляции в жизнь доминирующего общества, ни в плане плюрализма. Факты свидетельствуют, что еврейские молодые люди, выросшие как неевреи, более трудно переживали период адаптации в колледже, чем те, кого сознательно и воинствующе воспитывали в иуда-истской традиции. Другими словами, их полная американская идентичность и ассимиляция — это то, что всегда отвергается (Teitelbaum, 1953)4. С другой стороны, 4 Это утверждение основано на результатах опроса студентов последнего курса университетов и колледжей Среднего Запада в 1951—1952 гг. Было выявлено, что студенты еврейского происхождения: 1) ощущали относительно небольшой антисемитизм в старшей школе, где смешанные контакты были в порядке вещей, но в университете их социальные контакты стали намного менее разнообразными; 2) склонны более открыто идентифицироваться с еврейской культурой и организациями, чем представители первого поколения евреев-американцев. Студенты из семей с высоким социальным статусом (имущественным или профессиональным) демонстрируют более откровенную идентификацию, чем те, кто происходит из семей с низким социальным статусом (например, занятых в торговле); 3) не предпочитают исключительно еврейскую дружбу или общение в колледже; 4) под термином «нормальное приспособление» имеют в виду принятие их студентами-неевреями. «Сознательным (речь не о самосознании) и самотождественным еврейским студентом является тот, кто полностью интегрирован в культуру собственного народа и нормально адаптирован в колледже или университетском кампусе» (Teitelbaum, 1953. Р. 209). Эти результаты удивительно согласуются с моими собственными наблюдениями, но любое окончательное заключение по этой теме требует, конечно, дальнейших исследований. 222 Психология культур рационализация поддержки антиазиатского законодательства выглядела так: азиатский стандарт жизни слишком низок, азиаты неспособны адаптироваться к американскому способу жизни. Нетрудно найти и обратное доказательство гипотезы, выдвинутой в этой статье. Надо только рассмотреть общества, где а) подчинение власти и отношения зависимости одобряются и б) человек не испытывает такого давления, связанного с уверенностью в себе, и поэтому более уверен в своем месте в обществе. Люди в таких обществах имеют меньшую потребность в конкуренции, стяжании статуса, конформизме и, следовательно, в расовых и религиозных предубеждениях. Например, религиозные разногласия, преследования и конфликты всегда были распространены на Западе и почти отсутствовали на Востоке. В Японии и Китае редкие и непродолжительные случаи религиозных преследований неизменно были связаны с опасным политическим правлением и никогда не носили массового характера (Hsu, 1953. Р. 246—248). Индусско-мусульманский конфликт и кастовые волнения в Индии рассматриваются в другом месте (Hsu, 1960). Религиозные разногласия, преследования и расовые конфликты сегодня более интенсивны и шире распространены в протестантских странах Запада, чем в католических. В этом отношении мы противопоставляем США, Канаду, Австралию и Южную Африку как один лагерь, и Латинскую Америку, Португалию, Бельгию и Французскую Африку как другой. Протестантские общества, в которых гонения в форме кровавых расовых и религиозных возмущений часто проходили тайно, несмотря на широко распространенную предубежденность, можно было бы назвать почти демократичными, если бы это выражение не несло саркастического оттенка. Но даже в наиболее развитых протестантских обществах расовое и религиозное насилие всегда «прячется за углом», готовое прорваться сейчас и потом, здесь и там, как показали недавние антинегритянские выступления в Англии и регулярные вспышки антисемитизма в Европе и США5. 5 Проблему «мохаммеданизма» мы рассмотрим в другой публикации. Ф.Хсю. Базовые американские ценности 223
<< | >>
Источник: А.А.Белик. Личность, культура, этнос: современная психологи-Б 66 ческая антропология /Смысл. — 555 с.. 2001

Еще по теме Христианская любовь против христианской ненависти:

  1. 4. Христианская любовь и буддийское сострадание
  2. Христианское небо есть христианская истина. Что исключено на небе, исключено также и истинным христианством. На небе христианин свободен от того, от чего он хотел бы быть свободным на земле, - свободен от половых побуждений, свободен от материи, природы вообще.
  3. ХРИСТИАНСКИЙ СОЦИАЛИЗМ В ЕВРОПЕ
  4. Христианский антропоморфизм
  5. Христианская империя
  6. ХРИСТИАНСКАЯ КУЛЬТУРА. СРЕДНЕВЕКОВЬЕ.
  7. Языческо-христианский синкретизм
  8. Христианский социализм в Европе
  9. Христианская церковь. Гонения на христиан
  10. 3.1. Средневековая христианская философия
  11. 3.1. Христианская метафизика Э. Жильсона
  12. 5. Тезис о заговоре как стратегия христианских контрреволюционеров
  13. КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ МЕСТО И ПРЕДПОСЫЛКИ ХРИСТИАНСКОГО МИРОПОНИМАНИЯ
  14. ХРИСТИАНСКИЕ НРАВСТВЕННЫЕ ЦЕННОСТИ В СИСТЕМЕ ВОСПИТАНИЯ И ОБРАЗОВАНИЯ
  15. 10. Христианское решение проблемы свободы