<<
>>

Национальное «по максимуму» и «по минимуму»

Каким бы ни был набор характеристик, по которому определяют тип сообщества, - достаточно полным (как в разбираемом случае) или минимальным (как в случае черкесогаев), главное то, кем считает себя член такого сообщества.

Поэтому многие исследователи нации и национализма правомерно считают главным в таких наборах самосознание, наличие той или иной групповой идентичности. Для случаев ранних сообществ, подобных тому, которое мы здесь обсуждаем, мало что известно об изменении идентичности в народной среде в ре зультате нововведений раннесредневековых интеллектуалов. Ранних историографов занимала в первую очередь история элиты, а не повседневная жизнь народа. Впрочем, можно полагать, что изменения в повседневной жизни происходили достаточно медленно. Об этом говорит хотя бы то, насколько прочен в сознании людей архаический, дохристианский слой, например, в сфере праздников, с чем не может не считаться христианство вплоть до наших дней, которое само в известной мере представляет собой контаминацию христианских и языческих представлений [ср. Успенский]. Можно сказать, что изобретение новой традиции - в духе консолидирующих нововведений националистов нового времени [The Invention of Tradition] - не заменяет (или заменяет не полностью) старую традицию, а идет параллельно ей. Причем старая, фольклорная, традиция лежит в основе не менее консолидирующего самосознания, сформированного благодаря «низовому» слою пословиц, поговорок и иных фольклорных текстов61 (уровень слова), а также «низовому» слою поведения, обычаев, обрядов и праздников (уровень дела)62. Лишь с введением тотальной грамотности и тоталитаристского обучения «сверху» фольклорная традиция может полностью уступить свои позиции более однозначной национальной, которая сама нередко питается упрощенными моделями «фольклорного».

Вообще говоря, вовсе не обязательно, чтобы представитель сообщества был носителем и выразителем всего набора качеств, которые в целом характеризуют сообщество как нацию.

Он/она могут выражать лишь малое количество таких качеств, в принципе даже одноединственное. Например, многим современным армянам достаточно приятия нескольких стандартных патриотических формулировок на уровне застольных тостов, чтобы считать себя полноценными представителями нации - остальное незаметно делает «фольклорное».

Отличался ли армянин, живший несколько веков назад, от сегодняшнего армянина? Этот вопрос является тестовым для некоторых моих коллег, считающих конструктивистами только конструктивистов нового времени. Тем самым «ранние» армяне, по предложенной выше терминологии, оказываются носителями фольклорной традиции, тогда как современные - уже национальной, сконструированной традиции. Однако принимая предложенный выше принцип ми нимальных характеристик, можно утверждать, что армян этих двух эпох нужно различать, но в известном смысле следует и отождествлять. Сказанное может быть применимо даже к отдельному человеку, пережившему последовательные «нациеобразующие» периоды, например, советский и постсоветский. Так, я знаю людей, национальный облик которых в советское время несколько (у иных существенно) отличался от своего сегодняшнего, постсоветского «двойника», но в то же время это те же самые люди, которые строили и продолжают строить свою идентичность вокруг определенных неизменных (или мало меняющихся) характеристик. Отсюда важный для проводимой в статье конструктивистской линии вопрос: как передавались введенные в V в. новые качества последующим поколениям? Причем следует иметь в виду как интеллектуалов (элиту), воспринимающих и далее передающих национальную информацию «по максимуму», так и основную массу сообщества, обходящуюся национальным «минимумом».

Эти две составляющие сообщества в новое время сближаются благодаря резкому увеличению читающей публики - следствию «печатного капитализма» [Андерсон], значительно облегчившего внедрение в массы нововведений интеллектуалов [The Invention of Tradition] и передачу информации последующим поколениям. В последнее время к этим процессам активно подключился Интернет, благодаря которому виртуальные сообщества, к числу коих, согласно конструктивистам, относится и современная нация, переживают свой новый золотой век, который, не исключено, может способствовать также ослаблению национального конструкта из-за серьезной конкуренции со стороны стремительно множащихся иных виртуальных сообществ.

<< | >>
Источник: Э. Гучинова, Г. Комарова. Антропология социальных перемен. Исследования по социальнокультурной антропологии : сборник ст. - М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). 2011

Еще по теме Национальное «по максимуму» и «по минимуму»:

  1. ФОРМЫ ИНТЕГРАЦИИ НАУКИ С ПРОИЗВОДСТВОМ (ПРОДОЛЖЕНИЕ)
  2. СОЦИАЛЬНЫЕ ПРАВА В XX В.
  3. ОЧЕРК ИСТОРИИ КИНИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ
  4. Как эффективно защитить это право, если оно зависит от наличия ресурсов?
  5. ВАРИАЦИЯ ПЕРВАЯ (СТРУКТУРНО-ИСТОРИЧЕСКАЯ)
  6. Национальное «по максимуму» и «по минимуму»
  7. ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В 1962—1967 ГОДАХ
  8. Лекция 24. Структура (состав) населения мира:половозрастная структура и трудовые ресурсы
  9. Факторы и критерии оптимальности размещения.
  10. Партийная система современной России
  11. ГЛАВА I. ЗАРУБЕЖНЫЕ ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИИ ПРАКТИКА ДОШКОЛЬНОГО ВОСПИТАНИЯ XX в.
  12. 3.3. ПРОБЛЕМА ДЕКОДИРУЕМОСТИ МАТЕРИАЛОВ ИНФОРМАЦИОННЫХ АГЕНТСТВ
  13. 2. Государственный аппарат на службе нации
  14. 1.4. Проблема лексикографической фиксации результатов описания национальной специфики семантики слова. Контрастивные словари
  15. Политическое подчинение стран СЭВ социал-империалистами