<<
>>

1.4. Неотения и акселерация

Подъем постоянной Рубнера у наших предков привел к то­му, что у них увеличилась продолжительность жизни, а это, в свою очередь, повлекло за собой растяжение во времени всех основных эпизодов биографии гоминин: они принялись медлен­но взрослеть, неторопливо мужать, изнурительно стареть (чего нет у других животных) и поздно умирать.

В биологическом от­ношении дело зашло так далеко, что медленно взрослеющие го- минины стали сохранять во взрослом состоянии инфантильные (детские) и даже эмбриональные (зародышевые) признаки. Это явление называется неотенией (от греч. vsonp; - юность).

Так, плод млекопитающих животных лишен волосяного по­крова. Однако накануне или после рождения детеныши боль­шинства млекопитающих и всех приматов стремительно по­крываются шерстью. Дети у людей остаются почти полностью обезволошенными на всю жизнь. Это происходит потому, что так распорядилась неотения, позволяющая эмбриональным чертам физической организации удерживаться на всю жизнь. Далее, череп зародышей млекопитающих сферичен или впи­сывается в овоидный (яйцеобразный) абрис. Это обусловлено тем, что у эмбрионов млекопитающих очень невелика морда. В постнатальный период (после рождения) морда у детенышей млекопитающих стремительно вытягивается и как бы «затме­вает» размерами мозговой отдел, из-за чего животные кажутся нам «узколобыми» (фактически они такими и являются).

Голова эмбриона млекопитающего животного как бы «по­корно» поникает к груди, из-за чего ось черепа, пролегающая от позвоночника до кончика носа, изогнута подковой, а боль­шое затылочное отверстие, соединяющее спинной мозг с го­ловным, лежит «в стороне» от центра оси черепа (рис. 3). По­сле рождения у детенышей животных морда быстро вытягива­ется, что приводит к тому, что ось черепа сильно выпрямляет­ся, а большое затылочное отверстие автоматически перемеща­ется на эту ось. У детей человека и у взрослых людей лицевой отдел черепа сохраняет убористые зародышевые пропорции, поэтому ось черепа сохраняет подковообразную изогнутость, а большое затылочное отверстие остается лежать «в стороне» от центра оси черепа [20; 25, с.

18 19; 512; 693; 698, с. 13 44].

Рис. 3. Эволюция в форме неотении, приведенная к тому, что наши двуно­гие предки и мы сами стали сохранять во взрослом состоянии такие черты физической организации эмбриона, как обезволошенность тела, высокий ку­пол черепа и убористое лицо. Эти особенности зримо отличают нас от дру­гих млекопитающих, покрытых шерстью, наделенных длинной мордой и не­большой черепной коробкой. Человек гордится крупным мозгом во вздутой черепной коробке, не подозревая о том, что этот биологический признак об­условлен у него не развитием интеллекта, а сохранением зародышевых осо­бенностей вследствие неотении. Эпоха бурного интеллектуального развития человечества на протяжении последних 2,5 тыс. лет никак не отразилась на строении и объеме нашего мозга, а вытесненные нами неандертальцы распо­лагали еще более крупным, чем у среднего современного человека, мозгом

[25, с, 19]

К этим «классическим» (общепризнанным) неотениче- ским признакам человека можно добавить следующие. У эм­брионов, у детенышей млекопитающих и у детей человека про­порции конечностей скромны по сравнению с длиной тела. По мере взросления конечности юного существа как бы вытяги­ваются. В этом отношении наши пращуры гоминины не отли­чались от других млекопитающих до появления вида «человек- мастер». У этого гоминина произошел очередной скачок углу­бления неотении, который выразился в том, что верхние конеч­ности стали отставать в развитии от нижних, а потому начи­ная с «человека-мастера» руки у людей оказались непропорци­онально короче ног (см. разд. 1.12). Этот телесный признак лю­дей напоминает характерные пропорции конечностей у двуно­гих текодонтов, динозавров и у млекопитающего Leptictidium nasutum (см. разд. 1.1, 1.2). Однако пропорции конечностей у названных двуногих животных только отчасти развивались по описанной схеме, присущей гомининам, так как иных призна­ков неотении у них не отмечено.

В порядке фантазии отметим, что портреты так называе­мых серых гуманоидов - гипотетических пришельцев из космо­са, отличаются неотеническими признаками, превосходящими человеческие и, возможно, ожидающими нас в будущем. Мы не располагаем научными данными о реальности серых гуманои­дов, однако их неотеничный облик (очень мелкие черты лица и уши при чрезмерно высоком своде черепа) не противоречит научным представлениям о ходе развития разумных существ (людей), какими они известны на Земле [116].

Слабое развитие лицевой части черепа у гоминин и у лю­дей привело к миниатюризации всех костных элементов этой части черепа, включая зубы (см. разд. 1.13). Неотения явилась тем конкретным эволюционным механизмом, который вызвал не только измельчание зубов у гоминин, но и выравнивание их по размерам, что привело к равнозубости у наших предков (см. разд. 1.3). Сразу подчеркнем, что происхождение равнозубости у зубатых китов имело иную природу, так как признаков неоте­нии у них не отмечено. В данном случае у зубатых китов и у на­ших пращуров схожей была лишь общеэволюционная основа развития равнозубости, а именно - ее связь с теплым климати­ческим интервалом и характерным для него высоким уровнем биопродуктивности экосферы. Связь равнозубости у гоминин с их неотеничной эволюцией позволяет датировать начало не­отении у наших предков временем равнозубого сахельантропа чадского, т.е. 7 млн лет назад (см. разд. 1.2,1.9 и приложение 2).

Характер «мутации прожорливости», породившей у гоми­нин высокую постоянную Рубнера и неотению, пока неизве­стен (см. разд. 1.4). Есть основания предполагать, что это бы­ла структурно-регулятивная мутация, т.е. мутация, которая не только создавала определенный признак живого существа, но и влияла на его количественное проявление [50, с. 284-306; 193, с. 476-496; 194, с. 550-593; 207, с. 130-131]. По этой причине проявления неотении, единые по своей природе, наступили не все сразу, а приходили к нашим предкам поэтапно и продолжа­ют приходить по сей день, хотя дивергентная эволюция чело­вечества закончилась 77+2 тыс.

лет назад (см. разд. 1.11). Ска­занное означает, что дальнейшее углубление неотении у людей (например, в форме грацилизации, прогрессирующей утончен­ности) не повлечет за собой биологического размежевания че­ловечества на новые расы и тем более новые виды.

В этой части мы подходим к мировоззренчески важному мо­менту, касающемуся оценки связи объема головного мозга у го­минин с развитостью их интеллекта. По общему мнению, связь здесь прямая. Факты не подтверждают этого убеждения. У пер­вых гоминин нашей филетической (родословной) линии - у са­хельантропа чадского, оррорина тугенского, а также у побоч­ных нам ардипитеков, австралопитеков и парантропов объем мозга не превышал таковой у высших человекообразных обе­зьян. У кениантропов он вырос и продолжал расти у «человека- мастера», человека прямоходящего и гейдельбергского челове­ка, пока не достиг современных объемов у неандертальского че­ловека и человека разумного. Этот процесс происходил в ходе развертывания неотении гоминин, и вот почему.

Неотеническая эволюция вела к тому, чтобы взрослые особи наших предков сохраняли сферическую форму черепа эмбрио­нов. У эмбрионов млекопитающих соотношение мозговой и ли­цевой частей черепа примерно то же, что и у современного чело­века, т.е. в утробе матери они все кажутся «сапиенсами». После рождения у них разрастается морда и мозг начинает выглядеть убого (см. выше). У современного человека лицевая часть чере­па из-за неотении не разрастается, поэтому мы выглядим «са- пиентными» не только в утробе матери, но и во взрослой жиз­ни. Как отмечалось, такое состояние приходило к нашим пред­кам поэтапно, что в литературе по антропогенезу ошибочно ис­толковывалось как признак постепенного поумнения гоминин под влиянием количественного роста их мозга.

Это убеждение неприемлемо по той причине, что подлин­ное интеллектуальное развитие наблюдается в нашей истории лишь последние 2,5 тыс. лет - со времен первых древнегрече­ских философов-досократиков (живших до философа Сокра­та Афинского, ок.

470-399 до н.э.), заложивших основы со­временного образа мыслей (до них психология цивилизован­ных людей страдала первобытными пережитками, см. разд. 4.8). Однако оно (интеллектуальное развитие) не сопровожда­лось ни малейшими органическими изменениями нашего моз­га. Так, увеличение новой коры мозга у приматов происходило путем большого расширения ее поверхности без особых изме­нений вертикальной организации этой коры. Поэтому в каче­ственном отношении мозг мыши, крысы, кошки, макака и че­ловека однотипен, различаются лишь размеры их головного мозга [238, с. 19]. Можно возразить, что вся соль состоит как раз в размерах мозга. Однако у слонов или у китов мозг боль­ше человеческого, тем не менее это обстоятельство не дает на­званным животным никаких интеллектуальных преимуществ перед людьми.

Причина появления и развития интеллекта у человечества находится в социальной сфере (см. гл. 2, 3). Если бы основы интеллекта лежали в биологической сфере (генетической и нейро-физиологической, как общепризнано), то таким полез­ным качеством, как интеллект, давно бы обзавелись животные, эволюционирующие быстрее нас, например весьма смышле­ные мыши и крысы, чего не наблюдается.

Подобно тому как поэтапно вздувался купол черепа у на­ших предков, вызывая механическое увеличение массы мозга, активно используемой лишь на 4% (см. приложение 4), наши навыки прямохождения совершенствовались также не разом. Прямоходящим был уже сахельантроп чадский, но даже и со­временный человек не способен усвоить прямохождение само­стоятельно (см. разд. 1.3).

Еще одним следствием неотении могло быть беспрецедент­ное для млекопитающих растяжение эструса (течки, половой восприимчивости у самки), ставшего фактически непрерыв­ным у самок гоминин и женщин, хотя некоторая ежемесячная повышенная благосклонность последних к ухаживаниям вы­дает его следы как кратковременного явления. Неотения, рас­тянув онтогенез, растянула и эструс. Генетическая основа по­добного биологического новшества у гоминин могла быть сле­дующей.

У людей (по сравнению с шимпанзе и другими мле­копитающими) наряду с утратами 510 генов почти исключи­тельно в некодирующих (регуляторных) участках генома из­вестны генетические приращения близ генов, кодирующих вы­работку стероидных гормонов и кодирующих нервные функ­ции [680а]. Стероидные же гормоны продуцируются в том чис­ле половыми железами, что сопровождается известными сек­суальными нервными функциями. Проще сказать, указанное обогащение человеческого генома может объяснить практиче­ски непрерывную сексуальную восприимчивость женщин, а в эмоциональном плане - неограниченно непрерывную, что аб­солютно чуждо другим млекопитающим.

Неотеническое развитие продолжается у нас в виде дегра­дации (измельчания) зубов [75, с. 74-76; 76, с. 85], а также в ви­де грацилизации (утончения) всех частей скелета [4, с. 41-42]. Последнее явление своеобразно тем, что находится в противо­речии с акселерацией, охватившей население Северного полу­шария. Ее суть состоит в следующем.

Неотения у наших предков явилась следствием усвоения ими высокой постоянной Рубнера, а та в свою очередь под­нялась у гоминин вследствие «мутации прожорливости» (см. разд. 1.4). Подобная мутация могла зародиться в маленькой изолированной популяции или в популяции, расположенной на окраине ареала вида. Популяция пьеролапитека каталон­ского была именно такой (см. разд. 1.2), и в ней сложились го- миниды. Мигрировав под влиянием похолодания 13-10 млн лет назад из Испании на юг, в Африку, гоминиды были немно­гочисленны, и в их крохотной популяции 11,8 млн лет назад зародились гоминины - наши прямые предки. Из этих обсто­ятельств зарождения неотении вытекают важные эволюцион­ные следствия.

Как мы помним (см. разд. 1.1), условием поступательной эволюции является низкая плотность населения эволюциони­рующих организмов. Напротив, повышение плотности насе­ления в популяции живых существ приводит к торможению и даже остановке в ней эволюционных процессов. Раз неотения сложилась в условиях относительно низкой плотности населе­ния у наших предков, то повышение плотности населения у го­минин должно было бы уничтожить условия для развития не­отении и вызвать процессы, обратные ей, т.е. процессы аксе­лерации [105, с. 89-93]. В силу закона о необратимости эво­люции Л. Долло (1857-1931) эволюционный процесс не может потечь вспять. Поэтому противоположные неотении процессы акселерации охватили не все сферы жизнедеятельности гоми­нин, а лишь относительно узкую область их взросления, не рас­пространяясь на продолжительность жизни в целом.

Акселерацией (ускорением) роста у человека называется со­кращение сроков полового созревания и достижения взрослых размеров тела. В развитии детей наблюдается эпизод ускорен­ного роста, так называемый пубертатный скачок роста; при акселерации он наступает раньше обычной нормы. Имеющи­еся антропометрические данные показывают, что акселера­ция в Европе, конкретнее - в Норвегии, началась в 1760 г. [25, с. 390-391, 423-427]. Акселерация в России началась ок. 1960 г., т.е. с заметным отставанием от Западной Европы и Север­ной Америки, что представляет мировоззренческий интерес (см. разд. 5.4 [119]).

Причина начала акселерации в СССР с 1960 г. состоит в по­слевоенном (после Второй мировой войны 1939-1945 гг., уба­вившей население) подъеме численности населения, затормо­зившем эволюцию в форме неотении. Аналогичное демогра­фическое возрождение в Западной Европе обострило инфан­тилизм акселератов и спровоцировало там сексуальную рево­люцию 1960-х гг. (см. разд. 1.1, 2.1).

В настоящее время пубертатный скачок роста, связанный с половым созреванием, наступает у девочек в 12+1,5 года, а мен­струация - в 13 лет. У мальчиков пубертатный скачок происхо­дит в 14+1,5 года, но поллюции - тоже в 13 лет. До эпохи аксе­лерации пубертатный скачок наступал у девочек в 16,5+1,5 года, а менструация - в 17,5 года. У мальчиков до акселерации пубер­татный скачок происходил в 18,5+1,5 года, а поллюция - в 17,5 года. При этом головной мозг ребенка набирает 90% взрослой массы в 5 лет [25, с. 428]; следовательно, до эпохи акселерации он должен был созревать на 90% в 6,3 года (этим, вероятно, объ­ясняется 7-летний возраст поступления в начальную школу).

Акселериророванные дети не просто развиваются быстрее, чем неотеничные (неакселерированные), - они вдобавок до­стигают более значительных размеров тела. Отсюда проистека­ет известный эпитет ненормально рослого подростка «акселе­рат». Расхождения в росте для неотеничных и акселерирован- ных мальчиков в среднем составляют до 10-15 см, что замет­но. Далее, достигая 90% взрослой массы, мозг ребенка одновре­менно почти полностью структурируется. Это означает, что ак­соны и дендриты нейронов головного мозга находят друг дру­га, навсегда срастаются синапсами и образуют определенную структуру мозга на всю жизнь. В этой структуре жестко фикси­руется определенный ряд прижизненно приобретенных навы­ков, как-то: навыки прямохождения (см. разд. 1.3), речи (внеш­ней и внутренней, см. разд. 4.7), плавания, езды на велосипеде и др. Именно поэтому детей-маугли (homo ferus), воспитанных животными, но возвращенных в человеческое общество, уже не удается обучить прямохождению и членораздельной речи, не говоря о речи внутренней, т.е. о самосознании. Причина состо­ит в том, что у детей-маугли, если они старше 6 лет, мозг успе­вает практически полностью структурироваться на животный лад и уже не усваивает человеческих навыков.

Акселерация имеет общечеловеческое социально-психоло­гическое значение вот почему. Ускоренные в развитии акселе- рированные люди теряют ок. 4,5 года накопления жизненного опыта в детстве и вступают во взрослую жизнь в состоянии пси­хологического развития примерно 10-летних неотеников. При этом общество не только не замечает такого отклонения от нор­мы, но даже заблуждается на этот счет. Акселераты взрослеют быстро, а потому быстрее неотеников усваивают элементарные навыки письма, чтения, арифметического счета и т.д. Склады­вается естественное впечатление, что они сообразительнее не­отеников. При этом общество упускает из виду, что, став «до­срочно» взрослыми, акселераты лишены взрослого жизненного опыта и не постигают серьезной социальной жизни.

Последствия этого изъяна общеизвестны. Девочки, более инфантильные при неотении, при акселерации страдают от инфантилизма меньше мальчиков. Иными словами, они бо­лее взрослые. Отсюда проистекает распространенный жен­ский упрек насчет того, что «мужчины вымерли, как мамон­ты». В действительности, мужчины всего лишь стали инфан­тильными и безответственными вследствие акселерации, чего женщины без специального научного анализа понять не могут. Социально-психологические последствия акселерации про­стираются еще шире (см. разд. 5.4, 6.3, 6.8).

Явления акселерации древнее современного человека. Не­ожиданно высокорослые, т.е. акселерированные гоминины по­являлись в человеческой истории и раньше. Такими были сле­дующие гоминины.

Во-первых, кениантроп с озера Рудольфа (2,6 млн лет на­зад), о начале акселерации которого свидетельствует появле­ние каменных орудий труда (см. разд. 2.5).

Во-вторых, это «человек-мастер» (1,835 млн лет назад), чей африканский представитель в Кении - образец Нариокотоме III, древностью в 1,60±0,05 млн лет [340; 341; 811], в возрасте 12±1 год достигал роста 1,68 м, что обещало в зрелости ок. 2 м. Его азиатский представитель из Сангирана на о-ве Ява, в Ин­донезии, датирующийся 1,66±0,04 млн лет, благадаря своим га­баритам вошел в науку под именем «мегантропа», т.е. «огром­ного человека». Наконец, ребенок из Моджокерто на о-ве Ява, датирующийся 1,81 ±0,04 млн лет, в возрасте 1 ±0,5 года приоб­рел объем черепа в 72-84% черепа взрослой особи, что указы­вает на 15%-ную акселерацию роста по сравнению с неакселе- рированным человеческим ребенком [380].

Нельзя попутно не заметить, что двухметровый «человек- мастер», если бы он дожил до нас в каких-то потаенных угол­ках планеты, был бы первым кандидатом на роль гипотетиче­ского «снежного человека», якобы обитающего в горах Цен­тральной Азии и лесах Северной Калифорнии. Это крупное су­щество массой до 320 кг. Сюда же может относиться проблем­ная женщина-алмасты из Абхазии, Зана (1860-1890), покры­тая сплошным волосяным покровом и имевшая рост до 2,1 м.

Цифровой метод позволил несколько детализировать чер­ты лица калифорнийского «большенога» (от англ. Bigfoot). Оказалось, что это существо обладает большим грубым но­сом. Следует подчеркнуть, что подавляющее большинство обе­зьян имеют невыразительные носы с низкой переносицей. Ис­ключение составляет разве что обезьяна-носач обыкновенный (Nasalis larvatus) с острова Калимантан в Индонезии с круп­ной хрящевой частью носа. Другой кандидат на роль «снежно­го человека» - гигантопитек (Gigantopit.hecus blacki из Китая, Gigantopithecus bilaspurensis из Индии), имевший рост до 2,5 м [73, с. 33] и вымерший ок. 300 тыс. лет назад [740, с. 49], скорее всего, имел невыразительный нос большинства обезьян. Дру­гая проблема калифорнийского «большенога» связана с его по­ходкой «от бедра», когда ноги выдвигаются вперед поворота­ми таза. Однако подобная походка нередко встречается у со­временных людей и вполне могла быть присуща другим гоми- нинам. Проще сказать, двуногая походка «от бедра» и развитой нос сближают калифорнийского «большенога» с гомининами, а не с обезьянами гигантопитеками.

В-третьих, заслуживает упоминания неандертальский чело­век (125-24 тыс. лет назад), который был на 30% крупнее нынеш­него среднего человека [561], что отражало ускорение онтогенеза у неандертальца [663]. Он был настолько форсирован (ускорен) в развитии, что приобретал обезьяньи черты черепа еще в утробе матери [742], в то время как огрубление (некоторая питекоидиза- ция - уподобление обезьяне) у современного человека происхо­дит лишь на самом излете жизни. Зубные коронки неандерталь­ца формировались на 15% быстрее, чем у современных людей, а зрелость наступала в 15 лет [648; 772, с. 937]. Иными словами, не­андерталец, подобно «человеку-мастеру» (см. выше), был аксе- лерирован на 15% более, чем современный человек.

Среди акселерированных гоминин имеется ряд представи­телей вида «человек разумный». Это ближневосточный прото­кроманьонец из Кафзех (115 тыс. лет назад), а также западно­европейский кроманьонец (27 680±270 лет назад [685, с. 463]), средний рост мужчин у которого достигал 185 см [64, с. 416]. Отметим также акселерированных выходцев с Ближнего Вос­тока, индоевропейцев наидревнейшей на Украине неолити­ческой археологической культуры Днепр-Донец в Северном Причерноморье, 7 980-7 180 лет назад, предварявшей культу­ру индоевропейцев-коневодов Средний Стог, 7 180-6 260 лет назад [52, с, 121-125; 64, с, 436; 100, с, 67-68; 124, с, 45; 240; 620, с. 309], добравшихся уже 5 500 лет назад до Казахстана (энео­лит Ботаи [640; 716].

Отметим и западных семитов в Передней Азии, заметно превосходивших ростом своих соседей - древних египтян [89, с. 146], о которых (о западных семитах) сообщает Библия как о людях-исполинах времен всемирного потопа, т.е. 2349 г. до н.э., или 4 299 лет назад (Бытие, 6 : 4).

Далее, заслуживают упоминания микенские греки (1650 г. до н.э.), рост погребенных вождей которых превышал 180 см [16, с. 244], что объясняет нам титанизм борьбы этих людей под стенами города Троя на северо-западе Малой Азии во время Троянской войны (1193-1184 гг. до н.э.). По окончании Троян­ской войны Микенская Греция погрузилась в полосу внутрен­них конфликтов, которые вызвали депопулизацию (обезлюде- нье) страны, что прекратило там акселерацию и облегчило до­рийское завоевание в 1104 г. до н.э., в силу чего предпослед­нюю акселерацию можно датировать ок. 6030-1180 гг. до н.э. (7980-3130 лет назад).

Картину завершают современные западноевропейцы (с 1760 г.), россияне (с 1960 г.) и другие наши современники [119], чей рост у мужчин уже достиг кроманьонских стандартов и, возможно, стремится к габаритам «человека-мастера», что по­зволит нам встретить «снежного человека», не вставая на цы­почки. Накануне европейской колонизации земного шара, т.е. незадолго до акселерации, открывшейся в 1760 г., лишь в Шот­ландии, Черногории и тропической Африке рост мужчин пре­вышал 177,9 см [3, с. 216; 5, с. 94-95], что уступало показате­лям акселерации (185 см). В настоящее время (2011 г.) рекорд­ный средний рост у мужчин (2 м 10 см) зафиксирован у жите­лей Южного Судана, что объяснимо. Дело в том, что между Се­вером и Югом Судана шла гражданская война, по-видимому, вызванная не только религиозно-политическими противоре­чиями ислама и христианства, но и высокой плотностью насе­ления в долине Нила [33, с. 549]. Высокая же плотность насе­ления благоприятна для акселерации, что объясняет исключи­тельный рост южных суданцев.

Генетический механизм акселерации, вероятно, основыва­ется на обратных мутациях, возвращающих живому существу анцестральный (предковый) облик [169, с. 68-70]. Обезьяньи предки гоминин развивались быстрее наших предков, претер­певших неотению. Поэтому обратная мутация вернула акселе­ратам дочеловеческие темпы индивидуального развития. У от­дельных людей эта обратная мутация возымела как бы двойное (дуплицированное) действие и заставила их взрослеть пример­но в 3,8 раза (в 3-4,6 раза) быстрее обычных акселератов. Это явление называется болезнью прогерией, в ходе которой орга­низм ребенка резко замедляет рост не в 14 лет, как у нормаль­ных акселератов, а в 2-3 года; старение наступает в 20-30 лет, а не в 60-70 лет, как у здоровых людей. Болезнь пока не под­дается лечению, а ее «удвоенно акселерированная» природа не распознана. Возможно, гипотетическая «обратная мутация ак­селерации» представляет собой выщеплениерецеш/вмш' гомо­зигот по популяционно-генетическим причинам, о чем удоб­нее поговорить далее, после полного обзора проблемы неоте­нии и акселерации.

Неотеничное состояние людей называется в классической антропологии грацилизацией (утончением, от лат. gracilis - тон­кий), которая предполагает уменьшение массивности скелета и размеров тела, вздутие купола черепа, приобретение им окру­глости (брахицефальности, от греч. |3ра%и

<< | >>
Источник: Н.В. Клягин. СОВРЕМЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, получающих образование по направлениям (специальностям) «Антропология и этнология», «Философия», «Социология». 2014

Еще по теме 1.4. Неотения и акселерация:

  1. ГЛАВА З ПРИНЦИП АКСЕЛЕРАЦИИ
  2. 3.1. НЕЗАВИСИМЫЕ И ИНДУЦИРОВАННЫЕ КАПИТАЛОВЛОЖЕНИЯ
  3. 3.3. ТЕОРИЯ РОСТА ХАРРОДА — ДОМАРА
  4. § 6. Исторический характер возрастной периодизации. Акселерация
  5. 2.7. Фпэпческое развитие и акселерация
  6. Терминология
  7. 1.4. Неотения и акселерация
  8. 1.8. Территориальная экспансия гоминин
  9. 1.8. Видыгоминин
  10. 1.12. Телесная конституция человека
  11. Физическая красота человека
  12. 2.1. Демографо-технологическая зависимость
  13. 2.1. Технологические революции
  14. Мифология.
  15. 5.2. Культурные революции
  16. 6.3. Традиционалисты и революционеры
  17. 6.8. Современная личность
  18. Приложение 2 ДВУНОГИЕ ПРИМАТЫ (ТРИБА ГОМИНИН) И ИХ ПРЕДКИ-ГОМИНИДЫ
  19. Приложение 6 АПОРИИ (неразрешимые парадоксы)