<<
>>

ОСКОЛОК БЕРБЕРСКОГО МИРА?

Ученые все еще не пришли к единому мнению относительно того, были ли гуанчи единым Народом, или же острова заселены разными, хотя и близкими между собой, племенами. Ко времени прихода европейцев были заселены семь крупных островов архипелага, однако плотность населения была неодинаковой и зависела от климатических условий.

Большинство исследователей сходится в мнении, что культура гуанчей представляла собой культуру позднего неолита. В ней выявлены многочисленные параллели, роднящие ее (или имеющие чисто внешнее сходство) с культурами многих народов Северной и Западной Африки и Средиземноморья.

По преданию канарцев, Бог создал человека из земли и воды. Он создал много людей и для поддержания жизни дал им стада. Потом Он сотворил еще людей, но стад им не дал, а когда к Нему обратились, ответил: «Служите тем, и они дадут вам пищу». Все это поразительно напоминает космогонические традиции некоторых пастушьих народов Западного Судана, особенно фульбе.

  1. - 8432 Низовский

Ко времени прихода европейцев канарцы были язычниками. Гуанчи поклонялись солнцу. Они почитали Луну, называя ее, согласно некоторым источникам, «сель» (слово явно европейского происхождения!). Как и берберы Ливии, они поклонялись силам природы, обращаясь с вершин гор к небесам ниспослать дождь. Поклонение солнцу у канарцев напоминает культ солнца в Древнем Египте и у народов Сахары.

На вершине горы Аходар на острове Гран-Канария находился храм, возведенный в честь бога солнца. Этому культу служили священные девы. Ни одни мужчина не мог взглянуть на них вблизи. Они жили в «монастыре», вырубленном в скалах к северу от Гальдара, галереи и кельи его удивительно напоминали улей. Эти ритуальные обычаи канарцев обнаруживают сходство с халдейскими: и тут и там девуш- ки-жрицы могли покинуть храм и выйти замуж.

Гуанчи совершали жертвоприношения на высокогорных площадках, как это делали древние жители Ханаана.

Испанские этнографы утверждают, что канарцы приносили в жертву масло и совершали возлияния на каменных алтарях храмов — «альмогарен» — и на вершинах священных гор. Ма- рин-и-Кубас сообщает, что жрецы сжигали подношения и гадали по направлению дыма.

Среди археологических находок на островах нередки фигурки всевозможных идолов. Сабен Бертло одним из первых сравнил их с аналогичными предметами, найденными в погребениях Северной Африки, а Д. Вёльфель впоследствии выявил в них явные критские черты. В одной из комнат Кносского дворца Артур Эванс в свое время обнаружил фигурку мужчины на подставке, поднявшего вверх руки с растопыренными пальцами. Схожую фигурку нашли на острове Фуэртевентура в местечке Айгина, правда, ее черты были несколько упрощены. В музее Лас-Пальмаса на Гран-Кана- рии хранится фрагмент маленькой глиняной статуэтки — торс женщины, обнаруживающий сходство с произведениями кри- то-микенской культуры.

У гуанчей, видимо, были священные животные. Жрец имел отличительные регалии — высушенную козью или баранью

голову на шесте или на шее. Такой же знак отличал и древних берберов, поклонявшихся быку и барану — священным животным Египта и Сахары. Черепа буйволов, баранов и муфлонов всегда украшали стоянки древних ливийцев и пещеры, где жили неолитические племена Атласа.

С особым почтением относились жители островов к покойникам. А. Кацамосто отмечает, что останки старого правителя служили символом достоинства нового. На его костях приносили присягу вассалы и воины. Тот же обычай мы наблюдаем у некоторых африканских народов. На Гран-Ка- нарии мужчины приносили пищу на могилы покойникам, а женщины — покойницам, и проводили там ночь, как это делается в Сардинии, на Мальте и в Северной Африке. Обожествление мертвых прослеживается также у неолитических обитателей Сахары.

Умерших Гуанчи хоронили либо в пещерах (Тенерифе, Ферро, Гомера, Пальма), либо в траншеях (Гран-Канария), либо в насыпях (Фуэртевентура и Лансароте). Захоронения знати более богаты, чем захоронения простых канарцев, по ним можно судить о социальном расслоении среди гуанчей.

Отчасти канарские могильники напоминают захоронения гарамантов — обитателей Сахары.

Примечателен обычай канарцев мумифицировать умерших. В своем интереснейшем исследовании об обычаях мумификации у древних народов, опубликованном еще в середине XIX века, французский ученый Ж. Ганналь собрал воедино все имеющиеся сведения об этом обычае у гуанчей. «Эти мумии, — пишет Ж. Ганналь, — которые мы находим и по сей день, сухие, легкие, многие сохранили волосяной покров и ногти, лица тоже сохранили свои черты, у некоторых видны даже следы разрезов. Все они темно-коричневые, но часто рассыпаются в пыль при первом прикосновении. Часто они покрыты пятнышками и чешуйками мушек, налипших, вероятно, в процессе мумификации». Другой исследователь, англичанин Скори, пишет: «Им более двух тысяч лет, но точно время изготовления определить нельзя. Для предохранения от тлена использовался сок эуфорбии, я сам видел ее следы на груди у мумий».

Больше всего мумий сегодня находят на Гран-Канарии; есть они и на других островах. Нередко над ними насыпались пирамиды из камней. Самую большую обнаружили в местечке Абона на Гран-Канарии. Под ней нашли более тысячи мумифицированных тел, тогда как обычно число не превышало 300—400. В свое время несколько мумий были доставлены отсюда в Королевский ботанический сад Парижа. М. Жуэннэ, обследовавший их, заметил, что у двух мумий глаза и нос были заполнены битумом, как это делалось в Древнем Египте.

Мумификацию мертвых практиковали только три народа на Земле — гуанчи, инки и египтяне. Техника этого процесса во всех трех случаях поразительно схожа. Везде мумии прятали в труднодоступных, скрытых от глаз местах. В фоте Тараконте на Гран-Канарии найдена мумия старухи, захороненная в сидячем положении, как это делали инки в Перу.

Д. Вёльфель в своих работах подчеркивал, что места отправления культа канарцев, храмы в горах и некоторые другие черты их культуры явно мегалитические. Это подтверждает каменная кладка стен и камни для сидения.

На Гран- Канарии они напоминают амфитеатры Микен и Крита в миниатюре. Оборонительные сооружения с башенками на Гран-Канарии очень похожи на нураги — мегалитические сооружения на Сардинии. Помещения, оборудованные в скалах, напоминают, если верить Вёльфелю, подземные сооружения Кносского дворца. Но откуда пришли на архипелаг элементы древней культуры Средиземноморья, пока не ясно. Фактом остается то, что на Канарских островах они приобрели более упрощенные черты и «закостенели» в условиях длительной изоляции.

Основной пищей гуанчей, наряду с мясом, сыром и молоком, служил «гофио» — размолотый ячмень, смешанный с молоком и водой. Тот же «гофио» был и основной пищей пастухов-номадов Сахары и древних ливийцев. Византийский историк Прокопий Кесарийский отмечал, что жители Сахары не могут есть изделия из пшеницы, не знают каши, а едят зерно, подобно животным.

Гуанчи мололи зерно на ручных мельницах двух типов. Первый — жернов из пористого базальта продолговатой или округлой формы с вогнутой поверхностью, на которой круглым камнем растирали зерно. Эта мельница похожа на те, что использовали народы нильской и иберомавританской культуры.

«Зал мумий» в Канарском музее

«Зал мумий» в Канарском музее

В наши времена ими пользуются некоторые африканские племена Западного Судана, в частности хауса.

Обработка камня была развита на всех островах архипелага, а шлифование, судя по находкам, лишь на Гран-Канарии и Гомера. Каменные орудия гуанчей обработаны довольно грубо, на некоторых едва угадываются следы шлифовки. По-видимому, обитатели островов не могли найти подходящих пород, приходилось использовать базальт — далеко не лучший материал. Однако почти все найденные ножи имеют идеальную форму. В канарс- ких гротах найдено много гальки, употреблявшейся для обработки камня. Наконечники стрел и копий были одного типа, а топоры — двух видов: одни односторонние, типа мустье, а другие обоюдоострые.

Видимо, жители с одинаковым успехом использовали орудия обоих типов — их находили в одних и тех же пещерах. Интересно отметить, что изделия из обсидиана не шлифовались и напоминают мексиканские.

Основным оружием канарцев были деревянные копья, наряду с которыми применяли и круглые обточенные камни для метания, подобные тем, что имелись у древних ливийцев. На острове Гомера использовали также пращи. В I тысячелетии до н.э. праща употреблялась и на Балеарских островах, на западе Средиземноморья.

Гончарное дело получило наибольшее развитие на Гран- Канарии. Среди образцов керамики этого острова — большие глазурованные вазы тонкой работы, очень похожие на кипрские. Гончарные изделия других островов не идут с ними ни в какое сравнение. Французский археолог М. Лажар считает, что канарские вазы не похожи ни на какие другие в мире.

На Гран-Канарии одежда жителей состояла из закрытой рубашки с капюшоном, сплетенным из тростника, кожаного пояса, плаща и шлема из козьей шерсти, украшенного перьями. Лео Фробениус, выдающийся немецкий этнограф, отмечал тот же обычай в одежде у иберов и древних ливийцев. Интересно отметить, что обычай жителей некоторых островов Канарского архипелага украшать голову перьями также прослеживается у древних иберов и ливийцев.

Гуанчи широко практиковали татуировку. Для этих целей, вероятно, использовали печатки-пинтадеры (от испанского «pintaderas» — «предметы для рисования»), впрочем, назначение этих орудий окончательно не выяснено — может быть, их применяли и для нанесения рисунков на вазы. Пин- тадеры обнаружены лишь на Гран-Канарии, причем большинство — в Агимесе, в мастерской, где их скорее всего и делали. Они вылеплены из обожженной глины или вырезаны из дерева, толщина — 4—8 мм, рукоятка конической или пирамидальной формы, на слегка выгнутой поверхности вырезаны геометрические фигуры — квадраты со скругленными углами, треугольники, круги. Подобные орудия обнаружены в Мексике, Венесуэле, Колумбии, Запацной Африке и Лигурии (Италия).

Сходные предметы находили у фригийцев, найдены они и в Сербии, и в Англии (в последнем случае — с остатками красной охры); в Венском музее есть

даже пинтадера из Австралии. Раскопки на территории Марокко позволили обнаружить пинтадеры и в Северной Африке, в непосредственной близости от Канарских островов. Правда, они слегка отличаются от канарских.

В поисках истоков обычая раскраски тела у древних канарцев исследователи обратились к обычаям бербером и кабилов. По данным Геродота и других античных авторов, и те и другие раскрашивали тело киноварью (или красной охрой) перед военным действиями и религиозными церемониями. Постепенно этот обычай исчез на континенте, но на Канарах сохранился до XVI века. Древние авторы не приводят сведений о средствах рисования, в частности о пинтадерах в Северной Африке, однако у гуанчей, пишет Р. Верно, такой обычай был широко распространен: «Все канарцы ходили дочти голые, они украшали кожу рисунками или красили красками». Об этом упоминали еще первые хронисты.

Вопрос о существовании у древних жителей архипелага мореходства долго оставался без ответа. Считали, что у них не было ни лодок, ни плотов, а следовательно, исключалась возможность даже каботажного плавания. Говорили о некоем «табу» моря, об отсутствии строительного материала на островах. Исследования комиссара по археологическим раскопкам С. Хименеса Санчеса на Гран-Канарии позволили обнаружить на островах наскальные рисунки, где представлены несколько типов древних судов. Одни из них похожи на корабли скандинавских петроглифов и одновременно на суда, изображенные на скалах Нубийской пустыни и на вазах додинастического Египта. Другие пока не поддаются идентификации.

Ученые выделили на Канарах тип судна конца каменного — начала бронзового века. «Те мудрые мореплаватели, которые обеспечивали тесные контакты между Южной Испанией, Британией, Бретанью и Скандинавией, — пишет Д. Вёльфель, — очевидно, прекрасно знали архипелаг и оставили там свидетельства мегалитической культуры Средиземноморья и Атлантического побережья Европы, то есть черты, Дожившие до начала вторжения на острова Бетанкура».

У гуанчей было развито рыболовство, однако рыбу они ловили исключительно с берега, лодок и других плвучих средств практически не было. Единственное исключение — небольшие плоты, абсолютно не мореходные, но удобные при ловле рыбы. В связи с этим испанский историк Серра- Рафольс обратил внимание на одно место в рукописи Валентина Фернандиша, который рассказывает о способе мореплавания у обитателей Байе дель Гальго (побережье Африки южнее Канар, сейчас на территории Мавритании, где находится город Нуадибу). «Они ловят рыбу, — пишет Фернан- диш, — с плота, изготовленного из связанных вместе стволов дерева, приводя его в движение не парусом, а кусками древесины, укрепленными сзади в виде руля, и стоят по колено в воде». Аналогичные сведения английский исследователь Дж. Рабий приводит о способе ловли у имрагуенов (племен района Нуадибу) в XII веке. Имрагуены, жившие на побережье до широты острова Фуэртевентура, были древними, доисламскими обитателями этих мест. «Не они ли принесли на Канары искусство строительства плотов?» — задается вопросом Серра-Рафольс, и сам же отвечает на него: «Сомнительно, что имрагуены доставили на Фуэртевентуру домашних животных и запасы зерна, стоя по колено в воде на шатких плотах и находясь в море более четырех часов — именно столько требуется времени, чтобы преодолеть расстояние от берега до острова».

У гуанчей, как отмечалось выше, существовал забавный обычай откармливания невесты перед свадьбой: считалось, что женщина с большим животом может родить крупного, сильного ребенка. Жених платил за невесту выкуп скотом. Подобный обычай существует у берберских племен джерба и туат, живущих в Северной Африке. Об этом пишет в своей известной книге «Африка — ее народы и культурная история» американский этнограф Дж. Питер Мердок.

Сословные различия у канарцев совпадали с расовыми. По мнению А. Эспиносы и А. Галиндо, светлокожая часть населения владела стадами, а темнокожие были простыми общинниками. С подобным явлением мы опять же встреча

емся у древних гарамантов — смешанного ливийско-эгей- ского населения Сахары. «Негроидные черты сильнее выражены в нижних слоях гарамантского общества, — пишет Ю. Поплинский, — в верхних социальных слоях прочно сохранялся европеидно-берберский тип».

Кстати, о параллелях между культурами древних канарцев и берберов (ливийцев). Еще в 1820 году английский исследователь Джексон провел несколько параллелей между берберами-шлух и канарцами. Сведения он брал из старых испанских хроник. Наблюдения Джексона подтверждаются сегодняшними исследованиями.

У канарцев дома большей частью построены из камня, без помощи цемента, вход узкий, так что войти может только один человек. У шлух дома тоже построены без цемента, из камня, входы тоже узкие.

В своих храмах канарцы приносят богу в жертву молоко и масло. У шлух молоко и масло — свидетельство богатства, а молоко еще и символ доброй воли.

Когда канарцы заболевали — а это случалось редко — то намазывались травяными настоями, а при острой боли надрезали больное место острым камнем и прижигали, а потом намазывали козьим жиром. Такой же в точности обычай мы обнаруживаем у шлух.

Гуанчи мололи ячмень в ручной мельнице, состоящей из двух камней. В Сусе племена шлух трут зерно точно так же.

Ячмень, размешанный в молоке и жире — основная пища гуанчей. Они называли его «lasamotan». Эго и основной продукт шлух Атласа, который они называют «azamilta».

Подводя итог, можно отметить, что берберские корни гуанчей бесспорны, но не единственны. История заселения Канарских островов гораздо более сложна и во многих отношениях неясна. В отношении основных этапов заселения Канар в древности ученые пока условно принимают гипотезу Э. Хутона, опубликованную им в трудах «Гарвардского африканского общества» в 1925 году.

Первые поселенцы на островах появились в период неолита. Предположительно, это были долихокефалы низкого

роста, брюнеты средиземноморской расы. Возможно, стимулом их миграции стало начавшееся высыхание Сахары. Пришли они с юга Марокко, а точнее, из Вади-Дра. Они привезли с собой уже одомашненных коз и овец, искусство обработки камня. Культурных злаков и гончарства они не знали, говорили на древнеберберском языке. Их социальная и религиозная организации были довольно примитивны — они поклонялись божеству дождя и, возможно, изобилия. К войне они не были приспособлены совсем- Остатки этой культуры сравнительно хорошо сохранились на острове Ферро.

Вторая волна мигрантов, не очень значительная, пришла на острова в те времена, когда гончарное искусство уже распространилось по всей Северной Африке, а ячмень стал важной сельскохозяйственной культурой. Эти пришельцы с гор Анти-Атласа и Атласа были брюнетами с несомненными монголоидными чертами. Они заселили в основном южные острова архипелага — Гран-Канарию и Гомера. Центром их распространения в Африке был залив Габес в Восточном Тунисе, откуда они и пошли на запад, вдоль отрогов Атласа. На Канары они принесли ячмень, примитивное гончарное искусство, некоторые виды оружия. Именно этой группе острова обязаны появлением собак и распространением обычая кинофагии. Черты этой группы сохранились в населении острова Гомера. Говорили пришельцы на каком-то неберберском языке, видимо, с ним связан и существовавший на Гомере язык свиста.

Одновременно со второй на острова проникла третья волна мигрантов. Это были высокие светлокожие долихокефалы, длиннолицые, с узкими носами, атлетически развитые. Их культура не несла новых элементов, однако, они были весьма воинственны. У них сложилось подобие кастовой организации (светлокожие — знать, темнокожие — скотоводы). Пришли они из района Марокканского Атласа. Сегодня это ближайший к Канарам центр распространения «блондинов» в Африке. Люди этого типа осели только на острове Тенерифе. Они, возможно, обладали примитивными навыками мореплавания, но через некоторое время они забылись. Гово-

рили пришельцы на древнеливийском языке, и на острове они образовали слой своеобразной военной аристократии (манси и ачиманси).

Четвертая волна миграции коснулась только восточных островов — Гран-Канарии, Лансароте и Фуэртевентуры. Новые пришельцы были представителями средиземноморского типа, физическая характеристика которого определялась долихокефалией и узким носом. Они принесли с собой более совершенные формы керамики, «пинтадеры» и пшеницу, а также нефритовые долота. Однако большинство их начинаний погибло, так как на островах не нашлось подходящих материалов для продолжения и развития их культуры. Некоторые черты этой культуры несли явные европейские черты. Возможно, среди этих пришельцев были эгейско-ливийские элементы. Именно этим людям жители островов обязаны совершенной религиозной организацией. Кроме этих основных миграций, имели место посещения островов финикийцами, карфагенянами, позже — арабами, поздними берберами, многочисленными европейскими пиратами.

Культура аборигенов Канарских островов на долгие столетия стана своеобразным «заповедником» неолита Северной Африки. И, как ни странно — мостиком к другим культурам, причем не только Африки, но и других континентов...

<< | >>
Источник: А. Низовский. ЗАГАДКИ АНТРОПОЛОГИИ. 2004

Еще по теме ОСКОЛОК БЕРБЕРСКОГО МИРА?:

  1. ТЕМА 3. ДОЛГ И СОВЕСТЬ
  2. 2. Исторические типы философии и их ведущие представители
  3. 1.2. Аксиологические основы современной стратегии цивилизационного развития
  4. 2.1. Информационная Сеть в зеркале аксиологии
  5. 2.3. Ценности информационного общества
  6. 1.2. Аксиологические основы современной стратегии цивилизационного развития
  7. 2.1. Информационная Сеть в зеркале аксиологии
  8. 2.3. Ценности информационного общества
  9. 2.4.3 Онтологические следствия изобразительной теории
  10. 3.3.1 Физикалистский анализ Рудольфа Карнапа
  11. 4.6 Теория истинности А.Тарского
  12. 26. Относительно страдания чувственного мира1.
  13. СПОСОБЫ КОММУНИКАЦИИ
  14. БЕРБЕРСКАЯ АТЛАНТИДА
  15. ТАИНСТВЕННЫЕ КОЛОССЫ СРЕДИЗЕМНОМОРЬЯ
  16. ОСКОЛОК БЕРБЕРСКОГО МИРА?
  17. Глава 10 ПРОГНОЗЫ РОСТА ЧИСЛЕННОСТИ НАСЕЛЕНИЯ МИРАИ ЕГО РЕГИОНОВ
  18. Введение
  19. Путешествие гонца по мирам подсознания
  20. Итальянский мираж: Генрих VII Люксембургский (1308- 1313)