<<
>>

6.3. Подсознание

Подсознанием называются психологические инструкции правого, подчиненного, полушария головного мозга (у прав­шей), которые в эмоциональной форме подсказывают индиви­ду такие решения личных биологических и социальных про­блем, которые ускользнули от внимания левого полушария ли­бо давно вышли из употребления в человеческом обществе, ли­бо не свойственны нормальному человеку ввиду аномальной физиологической или генетической подоплеки подсознатель­ных побуждений (см.

разд. 3.2, 4.7). Противопоставление со­знания и подсознания сродни противопоставлению ума, подве­домственного левому полушарию головного мозга у правшей, и сердца, эмоций, подведомственных правому полушарию го­ловного мозга, управляющему, кстати, работой сердца, распо­ложенного в левой половине человеческого тела.

В психоанализе 3. Фрейда (1856-1939) подсознание назы­вается бессознательным, понимаемым как неосознанное содер­жание психической жизни, способное при определенных усло­виях осознаваться [214, с. 426, 430]. В силу архаичного проис­хождения подсознания его содержанием преимущественно яв­ляются мотивы агрессии и сексуальности в тех формах, кото­рые давно подавлены обществом и перешли в состояние подсо­знательных психологических комплексов.

Таким образом, в досоциальной первобытности (до 2,6 млн лет назад) в стадах гоминин бытовали только силовые и знако­вые (угрожающие) формы проявления и обуздания агрессии и безудержного секса, как свойственно всем высшим коллектив­ным животным. Сообщества гоминин, объединенные культур­ными последствиями демографо-технологической зависимо­сти (см. разд. 2.6, 3.5), передали нашим предкам такие правила общежития, которые ставили во главу угла целостность сооб­щества и подавляли любой поведенческий сепаратизм его чле­нов, ярче всего проявляющийся в агрессии и сексе. В опреде­ленных рамках они были запрещены речевому левому полуша­рию головного мозга, но сохранились в эмоциональной памяти правого, которое нуждается в обуздывающем тренинге (воспи­тании) и мерах принуждения.

Психологическим комплексом называются навязчивые убеж­дения или побуждения, идущие вразрез с правилами обществен­ной жизни и морали, но не противоречащие биологии челове­ка. В противоположность психологическим комплексам психи­ческие заболевания и паталогические изменения психики не­совместимы с нормами биологиии человека, не говоря о стан­дартных правилах общежития. Так, тяжелые навязчивые состо­яния (например, при шизофрении) настолько искажают рабо­ту психики, что исключают нормальную жизнь человека (что в первобытности привело бы его к гибели). Современные инсти­туты медицины и социальной защиты предохраняют психиче­ски больных людей от неминуемой биологической гибели (чего не скажешь об их общественном положении), но предоставлен­ные самим себе такие люди мало жизнеспособны. С нормальной биологией несовместимо положение алкоголиков, наркоманов и людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Последние плохо пригодны для продолжения рода, а две первые категории калечат свое психическое и физическое здоровье.

Психологические комплексы не опасны в биологическом отношении. Порой они необременительны и в социальном смысле. Так, всем нормальным людям известно, что в период взрывного, ускоренного роста при переходе от детства к юно­сти (пубертатный скачок роста при половом созревании; см. разд. 1.5, 6.3) нам снятся остросюжетные сновидения, в кото­рых мы летаем и просыпаемся в ужасе от сцен падения. Это наш вестибулярный аппарат реагирует на относительно бы­стрый рост во сне. Не секрет, что боязнь высоты и падения пре­следует иных людей и наяву в течение всей жизни. Чем объяс­няется подобный психологический комплекс?

Вспомним, что наши предки по происхождению являлись древесными приматами. Проводя много времени на ветвях де­ревьев, они постоянно рисковали упасть и разбиться насмерть. Поэтому страх высоты и боязнь падения стали их естествен­ными психологическими поведенческими стереотипами. Из-за неотении человек и наши предки гоминины эволюционирова­ли медленно (см.

разд. 1.5), а потому неохотно расставались с обезьяньим наследием. К числу такого наследия относятся и психологические стереотипы, порожденные инстинктом само­сохранения в конкретных условиях (в данном случае - на дере­вьях). Проще сказать, страх высоты пусть не помогает, но и не мешает людям жить, и поэтому не выпалывается естественным отбором. Стало быть, наш высотный психологический ком­плекс достался нам из глубины времен.

В социальном отношении гораздо знаменательнее сексу­альные психологические комплексы, в частности так называ­емый Эдипов комплекс (по имени фиванского царя Эдипа, 1261-1240 до н.э.), принимавшийся 3. Фрейдом за ядро не­врозов на почве инфантильной сексуальности [213, с. 188; 214, с. 436-437]. Основу этого комплекса составляет враждебность сына к отцу и тяга к инцесту ( от лат. incestum - кровосмеше­ние) с матерью. Как ни странно, но природа этого психологиче­ского стереотипа не патологична. Он ведет начало от нормаль­ных отношений особей в стадах высших обезьян. Там социаль­ный статус особи зачастую передается по материнской линии, особенно если мать приближена к вожаку стада. Когда очеред­ное поколение самцов взрослеет и стремится завоевать высо­кое положение в стаде, молодые самцы готовы умертвить ста­рого вожака, даже если тот является их отцом. При этом често­любивая молодежь стремится сблизиться с господствующей самкой, чтобы унаследовать ее статус, - сблизиться, даже не­взирая на то, что она приходится этой молодежи матерью. Как можно видеть, каркас Эдиповою комплекса здесь налицо, и он не несет в себе никакой патологии.

Психологический комплекс Электры (по имени дочери ми­кенского царя Агамемнона, Электры, р. ок. 1200 до н.э.) состоит в любви к отцу и ненависти к матери. Он также находит пред­посылки в нормальном поведении приматов. В пустынных био­топах у обезьян складываются гаремные семьи (см. разд. 2.6). Молодые самки сообществ, состоящих из гаремных семей, тя­нутся к их вожакам, даже если те приходятся им отцами, и кон­курируют со старшими самками, даже если те приходятся им матерями.

Молодые самки при этом стремятся повысить свой социальный статус, что не является паталогией. У некоторых девочек и девушек присутствует аналогичный стереотип пове­дения, что также не является нейрофизиологической патало­гией, однако идет вразрез с принятыми нормами общежития.

Эдипов комплекс и комплекс Электры, будучи анцестраль- ными (предковыми) состояниями психики, закономерно про­снулись у современных инфантилов во второй половине XIX в. и попали в поле зрения 3. Фрейда, поскольку детская (здесь - инфантильная) психика менее социализирована и более зо- оморфна (животна), чем психика неотеников, отличающаяся социальной зрелостью и подавлением животных порывов (что не следует абсолютизировать). Кроме того, акселераты (ин- фантилы) отчасти воспроизводят биологическое состояние на­ших предков до начала их гоминизации, выражавшейся в неот­ении. Иначе говоря, комплексы Эдипа и Электры представля­ют собой обезьяньи стереотипы, закономерно проснувшиеся в психике современных инфантилов.

Психологический комплекс Жанны д’Арк (1412-1431) представляет собой преимущественно социальную реакцию на биологическую аномальность организма. По-видимому, бу­дущая святая Жанна в детском возрасте испытала аномально раннее и аномально сильное эротическое чувство. Проще ска­зать, она была очень ранней акселераткой, что объясняет не только ее раннее половое созревание, но и ее ратную доблесть. По средневековым представлениям, эротическое чувство бы­ло греховно, социально негативно, в связи с чем девочка Жан­на стала интерпретировать свои сильные эротические видения как асексуальное, т.е., по тогдашним представлениям католи­ков, безбрачное общение с воображаемым прекрасным муж­чиной. Его отождествление с архангелом Михаилом было во­просом времени. Сексуальная природа видений архангела Ми­хаила у Жанны д’Арк доказывается тем обстоятельством, что он никогда не являлся ей вместе со святыми особами женско­го пола [9, с. 163].

Греховная в основе природа видений Жанны объясняет ее скрытность относительно характера своих видений, скрыт­ность, не делающую исключений даже на исповеди, что пораз­ительно для невиданно набожной Жанны.

Свои мощные сек­суальные эмоции Жанна перенаправила (сублимировала) на служение обществу, и превращенное (переиначенное) эроти­ческое чувство, интерпретируемое как религиозное, сообщи­ло Жанне небывалую энергию акселератки, позволившую ей вдохнуть волю в терпящий бедствие французский народ и вы­нести тяготы средневековой войны.

Следует подчеркнуть, что реальная Жанна д’Арк вела глу­боко целомудренную жизнь, так что эротическая энергия ни­чуть не противоречит статусу святой Девы, поскольку в вопро­сах нравственности важны не мысли, а поступки.

Таким образом, природа психологического комплекса Жан­ны д’Арк состоит в способности рано созревшей женщины пе­реключить свою аномальную эротическую энергию на созида­тельные цели без понимания существа происходящих психо­логических сдвигов. О психологической сути Орлеанской дев­ственницы догадывался еще Вольтер [42].

Психологический комплекс Елизаветы I Английской (1558-1603) имеет не физиологическую, а генетическую при­роду. Судя по всему, эта английская королева обладала ано­мальным генотипом с половой хромосомой типа Х0 (синдром Тернера), в то время как нормальной женщине положен гено­тип с хромосомами XX, а нормальному мужчине присущ гено­тип с хромосомами XY. Между тем синдром Тернера (генотип Х0) не вызывает соматических (телесных) аномалий у женщин [25, с. 406; 50, с. 117; 70, с. 268]. Иными словами, фигурально го­воря, Елизавета I была женщиной лишь наполовину. Это объ­ясняет не только ее равнодушие к брачным узам, что для нор­мальной женщины противоестественно, но и железную, муж­скую волю в ведении государственных дел. Иначе сказать, пси­хологический комплекс Елизаветы I - это генетически обуслов­ленная неженственность, выражающаяся в усвоении женщи­ной мужских черт характера при одновременном равнодушии к фундаментальным женским пристрастиям.

Указанный комплекс не следует смешивать с поведением вполне нормальных женщин, отличающихся твердым характе­ром. Как известно, найдя достойного избранника, такие жен­щины готовы поступиться чем угодно, не исключая своей са­мостоятельности, что было совершенно не характерно для по­ведения непреклонной Елизаветы I.

Сексуальные комплексы садизма и мазохизма представля­ют собой психологически иные случаи, нежели комплекс Ели­заветы I, хотя их генетическая основа, возможно, в чем-то ана­логична. Садизм (по имени французского писателя «марки­за де Сад», т.е. графа Д.А.Ф. де Сада, 1740-1814) предполага­ет половое удовлетворение при условии причинения партне­ру физических или психических страданий. Подобные наклон­ности основаны у мужчин на ненормально выраженном «муж­ском начале», что может опираться на аномалию половой хро­мосомы XYY, включающей лишнюю мужскую Y-хромосому.

Напротив, мазохизм (по имени австрийского писателя Л. фон Захер-Мазоха, 1836-1895) предполагает половое удовлет­ворение при условии физических или психических страданий, причиняемых партнером. Данный комплекс у мужчин отлича­ется ненормальным «женским началом», присутствующим в мужской психике. Эта особенность, в принципе, может базиро­ваться на таком генетическом отклонении от нормы, как ано­малия половых хромосом XXY, включающих лишнюю жен­скую Х-хромосому. Подобное явление называется синдромом Клайнфельтера, он не вызывает соматических (телесных) от­клонений от нормы у мужчин [25, с. 406; 50, с. 117; 70, с. 268].

Психологические комплексы многообразны. Некоторые из них, в свете приведенных примеров, представляются наследи­ем досоциальной, стадной жизни наших предков. У большин­ства людей они подавлены нормами общественной жизни, из­глажены. Однако у некоторых индивидов социализация при­вивается неполноценно. У них анцестральные (предковые) комплексы психологии не искоренены, а лишь скрыты, так как общество их не приветствует. Скрытность и животная энергия подобных комплексов превращает их в бессознательное страда­ющего ими человека. Предупреждение развития этих комплек­сов состоит в полноценном воспитании ребенка и социализа­ции подростка, т.е. во всестороннем включении его в жизнь об­щества.

Основные психологические комплексы распадаются на социально-психологические и предупредительные. Социально- психологические коплексы - это подсознательные побуждения, которые осложняют человеку общение с себе подобными. К по­добным комплексам относятся Эдипов комплекс, комплексы Электры, Жанны д’Арк и Елизаветы I, садизм и мазохизм, по­скольку они организуют поведение человека далеко не обще­принятым образом, что заметно затрудняет носителю комплек­са общение с другими людьми.

Эдипов комплекс и комплекс Электры базируются на пре- житочных психологических стереотипах, основывающихся на инстинктах и рефлексах наших обезьяньих предков. Преодоле­ние этих комплексов достигается методом психотерапевтиче­ского внушения, т.е. методом психоанализа. Комплексы обре­менительны для их носителей и окружающих. Комплекс Жан­ны д’Арк тоже психогенен и основывается на ранней и избы­точной гормональной активности человека. В случае нужды его лечение может быть медикаментозным. Е1аконец, комплек­сы Елизаветы I, садизма и мазохизма имеют генетическую по­доплеку и их коррекция возможна на пренатальной (дородо­вой) стадии развития паталогического плода методами генной инженерии.

Предупредительные психологические комплексы - это под­сознательные страхи, оберегающие людей от опасностей, с ко­торыми трудно физически бороться из-за подспудности этих опасностей. Так, боязнь высоты держит человека и держала его обезьяньих предков начеку при высотных операциях на огра­ниченной опоре (на карнизе, на ветке дерева). В таких услови­ях человеку трудно обезопасить себя физически, о чем напоми­нают ему рефлексы. Данный комплекс обременителен для лю­дей экстремальных профессий: спасателей, пожарных, десант­ников. Его преодоление нуждается в самовнушении и внуше­нии психоаналитика, так как в указанных случаях со спасате­лями и др. наличие этого комплекса равносильно профессио­нальной непригодности.

У людей, особенно у женщин, имеются также предупреди­тельные комплексы страха перед некоторыми, подчас мелкими, но опасными животными. Слизь кожных покровов иных жаб и лягушек бывает ядовитой. Отсюда проистекает инстинктивная опаска человека прикоснуться к названным животным, что рас­пространяется также на слизней и червей, обладающих слизи­стой кожей. Все пауки, а также некоторые другие членистоно­гие ядовиты - порой они смертельно опасны даже для человека. Инстинктивный страх перед этими существами пришел к нам от животных предков. То же можно сказать о страхе перед змеями, среди которых попадаются ядовитые для человека виды. После неолитической революции спутниками человека (его зерновых запасов) стали мыши и крысы. Они агрессивны, больно кусают­ся. К настоящему времени у женщин (хозяек) развился инстин­ктивный страх перед ними. Названные мышевидные грызуны были спутниками уже кениантропа с озера Рудольфа, как сле­дует из словаря его языка Руди (Р. 5652. misa - домовая мышь (Mus musculus); Р. 6943. pire - черная крыса (Rattus rat.tus)).

Среди людей порой распространены так называемые ком­плексы неполноценности, неуверенности в себе и комплексы ви­ны. Они имеют анцестральную (пережиточную) природу. В глубокой древности подобные комплексы предостерегали на­ших обезьяньих предков от поспешных, преждевременных пре­тензий на статус лидера в обезьяньем стаде. У психологически стандартных индивидов подобные комплексы обернулись здо­ровой самокритичностью - они не создают поведенческих за­труднений. Однако у некоторых людей эти комплексы в значи­тельной степени подчиняют себе психику, придавая самокри­тичности размах непреодолимой уничижительности чрезмер­ного характера. Как и в случае с Эдиповым комплексом, данная психологическая особенность является не паталогией, а разду­тым поведенческим пережитком, поддающимся психоаналити­ческой коррекции.

Особым родом подсознания являются сновидения, и вот почему. По-видимому, 96% снов являются немыми, неозвучен­ными: мы видим лишь черно-белое изображение, но не слы­шим никакого звукового сопровождения. Отсюда следует, что эти сновидения порождены правым, немым полушарием го­ловного мозга. Данное, на первый взгляд, нейтральное обсто­ятельство объясняет содержательную сторону сновидений. В значительной части они фантастичны и не ассоциируются ни с каким нашим жизненным опытом. Встает вопрос: откуда бе­рутся сновидения, не имеющие источника в нашем жизненном опыте? Ответ состоит в следующем.

В состоянии бодрствования мы живем под управлением ле­вого полушария головного мозга, которое умеет разговаривать, а потому руководит нашим сознанием. При этом немое пра­вое полушарие оказывается подавленным и накапливает свой эмоциональный жизнанный опыт незаметно для нас. Его (это­го опыта) эмоциональная окраска делает накопленные знания необъективными, а потому - порой нереалистическими, фан­тастическими. Ко времени отхода ко сну доминирующее левое полушарие утомляется и во сне пассивизируется. Напротив, подавленное правое полушарие во сне раскрепощается, вре­менно избавившись от диктата левого полушария, и подчиняет наше сонное сознание образам своего эмоционального жизнен­ного опыта, который порой представляется необъективным, нереалистичным, фантастичным. Иными словами, правое по­лушарие, освобождающееся только во сне, представляется но­сителем своего рода подсознания по отношению к сознанию, управляемому левым полушарием.

В связи со сказанным проясняется природа предсказаний, поражающих воображение людей: прежде всего предсказа­ний Нострадамуса. Мишель де Нотрдам (Нострадамус, 1503— 1566), потеряв супругу, начал переживать видения. Они скла­дывались у него в бредовые четверостишия-катрены, которые составили книгу Предсказаний (1555 г.). Инфантилы всего ми­ра ищут и находят соответствия этих предсказаний историче­

ским событиям. Но что представляют собой иррациональные катрены вполне адекватного человека Нострадамуса? На этот вопрос можно предположительно ответить так.

После смерти жены Нострадамус испытал такое потресе- ние, что контролирующее воздействие его левого полушария головного мозга на правое полушарие было нарушено, и обра­зы эмоционального правого полушария стали засорять созна­ние Нострадамуса не только во сне, как у всех людей, но и на­яву, что встречается не часто, если вообще встречается. В ре­зультате, бодрствуя, Нострадамус переживал малопонятные, немые эмоциональные видения. О немоте его видений гово­рит то обстоятельство, что ни в одном катрене нет цитат из ре­чей персонажей видений Нострадамуса - имеются только опи­сания внешней стороны данных видений. Немота его видений позволяет уверенно отнести их к продукции немого правого полушария головного мозга. А оно, как говорилось выше, снаб­жено жизненным опытом, далеким от рационального понима­ния левым полушарием головного мозга. Получая средь бела дня иррациональную информацию от правого полушария, Но­страдамус, по-видимому, терялся в догадках об источнике этой информации и поневоле отнес ее к несуществовавшему и несу­ществующему времени, т.е. к будущему. Вопрос о совпадении катренов Нострадамуса с реальностью мы оставляем более жи­вой аудитории.

<< | >>
Источник: Н.В. Клягин. СОВРЕМЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, получающих образование по направлениям (специальностям) «Антропология и этнология», «Философия», «Социология». 2014

Еще по теме 6.3. Подсознание:

  1. 5, Подсознание не верит в смерть
  2. РЕКЛАМА, ДЕЙСТВУЮЩАЯ НА ПОДСОЗНАНИЕ
  3. Практическая магия, или Как научиться сотрудничать с подсознанием
  4. Глава двадцать первая, в которой ты поймешь: как научиться работать с подсознанием и в результате вырвать корни своих болезней.
  5. АЗБУКА РАБОТЫС ПОДСОЗНАНИЕМ
  6. ЗНАКОМСТВОС ПОДСОЗНАНИЕМ
  7. ОБРАЩЕНИЕК ПОДСОЗНАНИЮ
  8. КАК ОБРАЩАТЬСЯ К ПОДСОЗНАНИЮ
  9. КАК ПРИКАЗЫВАТЬ ПОДСОЗНАНИЮ
  10. КАК СЛУШАТЬ ПОДСОЗНАНИЕ
  11. КАК РАБОТАЕТ ПОДСОЗНАНИЕ
  12. Доступ к подсознанию
  13. Путешествие гонца по мирам подсознания
  14. ПУСКОВЫЕ КНОПКИ ПОДСОЗНАНИЯ
  15. УПРАВЛЕНИЕ ПОДСОЗНАНИЕМ
  16. МОТИВАЦИЯ ПОДСОЗНАНИЯ