РАДОСТЬ РАЗРУШЕНИЯ

Наконец, всюду прорывается долго сдерживавшаяся радость разрушения, удовольствие делать вещи бесформенно-неузнаваемыми, известная медикам сладострастно-ожесточенная жажда корежить беззащитную вещь, пока она не превратится в обломки, которым нет названия, — словом, любое раскрепощающее насилие, недостающее человеку с тех пор, как у него не стало игрушек, которые мож но сломать, когда надоест с ними играть.
Можно, конечно, бить посуду на ярмарочных аттракционах — но это жалкое удовольствие рядом с упоением убийствами. Человек словно получает высшее наслаждение, уничтожая себе подобных. Порой ему предаются до изнеможения, до потери сознания; в этом открыто сознаются и гордятся этим366.

Воина охватывает ярость, и он чувствует, как в нем вновь обретает свои права первобытный инстинкт, загнанный лживой цивилизацией в самые недра его души: «Тогда, в какой-то яростной оргии, настоящий человек отыгрывается за свое воздержание! инстинкты, слишком долго сдерживавшиеся обществом и его законами, вновь делаются для него чем-то главным, святым, высшим оправданием!»367.

Подобно инцесту на празднике, убийство на войне есть акт религиозно переживаемый. Как говорят, оно схоже с человеческим жертвоприношением и не имеет непосредственной пользы. Именно поэтому народное сознание и отличает его от убийства преступного. Один и тот же закон требует от бойца жертвовать своей жизнью и велит ему умерщвлять противника. Тщетно правила войны стараются превратить ее в благородную игру, во что- то вроде дуэли, где пределами насилия служат честность и учтивость. Главным все равно остается резня. Умелость все равно состоит в том, чтобы уничтожать врага с удобством, как дичь на охоте; если можно — убивать его, когда он спит и безоружен. Хороший генерал — это тот, кто не рискует зря своими солдатами. Оттого некоторые мыслители полагали, что современная война, где не щадят мирного населения и большие города служат крупными мишенями для самых смертоносных ударов противника (их легко поразить, и ущерб наверняка будет большим), — что именно она более всего соответствует идеальной сущности войны. Настоящий воин согласен на отмену рыцарского кодекса, который в былое время превращал битвы в большие турниры. Некоторым по душе, что на этом празднике все меньше литургии и все больше оргии и вседозволенности.

<< | >>
Источник: С.Н. Зенкина. Миф и человек. Человек и сакральное / Пер. с фр. и вступ — М.: ОГИ — 296 с.. 2003

Еще по теме РАДОСТЬ РАЗРУШЕНИЯ:

  1. II. РАДОСТИ И ГОРЕСТИ МЫСЛИ И ОЩУЩЕНИЯ
  2. «ПЯТНАДЦАТЬ РАДОСТЕЙ» ЕВРОПЕЙСКОГО БРАКА
  3. ЭТА БИТВА НА РАДОСТЬ ВОРОНАМ, НА СЧАСТЬЕ ВРАГАМ
  4. 2.5. Разрушение в условиях ползучести
  5. 5.1.2. Задержанное разрушение
  6. Усталостное разрушение
  7. СПОСОБЫ РАЗРУШЕНИЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА
  8. Вязкое или пластическое разрушение
  9. Хрупкое разрушение
  10. 16 Башня Разрушения
  11. Основные виды разрушения металлов
  12. Область хрупкого разрушения
  13. § 8. Разрушение мира символов
  14. 2.3.2. Механизм хрупкого межкристаллитного разрушения
  15. Разрушенные воспоминания