<<
>>

6.8. Современная личность

На театральной сцене появляется десантник в противогазе, с автоматом Калашникова наперевес. Это не кто иной, как сам принц Фортинбрас из «Гамлета».

- Ба! - всплескивает руками рядовой зритель.

- Какой без­умец достукался до бреда?!

- Ничуть не безумец, - высокомерно поясняет эстет из кла­керов (из подставных фанатов сцены). - Это мировая знамени­тость Питер Штайн ищет новые формы на театре.

- Как новые формы?! - растерянно спрашивает зритель. - Мы так играли в детском саду...

Наивный зритель прав. Создатель подобного спектакля лишь по паспорту взрослый человек, а по психике он 10-лет- ний тинейджер, и вот почему.

Основу жизненного опыта человека составляют его эмоци­ональные переживания, навыки в общении с себе подобными и формирование характерных для него пристрастий, определя­ющих жизненный путь каждого из нас. Переживания наделя­ют нас незаменимой рефлекторной (не рассудочной, не «книж­ной») оценкой окружающего мира - природного и социаль­ного. Навыки общения помогают нам занять приемлемое ме­сто в обществе (в коллективе, в семье и т.д.). Эмоциональные пристрастия помогают нам избрать профессиональную стезю и проложить свой жизненный путь в соответствии со своей при­родой (физическими и духовными задатками). Переживания, навыки общения и пристрастия формируются в ходе гормо­нального созревания человеческого организма, а потому нача­ла жизненного опыта человека можно условно именовать «гор­мональным жизненным опытом», т.е. опытом, формирующим­ся в ходе усложняющихся перемен в гормональном состоянии организма и соответствующих им этапах становления челове­ческой психикики.

По окончании гормонального созревания физиологическое состояние организма стабилизируется (период возмужания и зрелости), а затем направляется к упадку (период старости). Исключение составляют представительницы прекрасного по­ла, первые роды у которых наделяют их заметной порцией но­вого гормонального жизненного опыта.

Разумеется, всякий че­ловек набирает информацию о мире на протяжении всей жиз­ни, и его жизненный опыт расширяется. Однако краеугольный камень жизненного опыта, определяющий формы накопления человеком дальнейшей информации о мире, закладывается в период гормонального созревания человека, т.е. его физиоло­гического взросления.

Условно говоря, неотеники приобретают основу гормо­нального жизненного опыта в 17,5 года (по половому созре­ванию) или в 18,5±1,5 года (по пубертатному скачку роста у мальчиков): оба эти события сопровождаются существенной перестройкой гормональной работы организма. Акселераты достигают этих гормональных вех в 13 лет (по половому созре­ванию) и в 14+1,5 года (по пубертатному скачку роста у маль­чиков, см. разд. 6.3). Между тем, по объему жизненной инфор­мации акселераты получают в 13 лет только 74,3% жизненно­го опыта неотеников в возрасте 17,5 года, а в 14,5+1,5 года ак­селераты накапливают лишь 75,(675)% жизненного опыта не­отеников в возрасте 18,5+1,5 года. Аналогичные проценты соб- с.твенного жизненного опыта акселераты набирают в 9,7 года и в 10,(594) года, т.е. приблизительно в 10,13±0,5 года. Ины­ми словами, по эмоционально пережитому жизненному опы­ту гормонально созревшие акселераты соответствуют неотени- кам в 10,13±0,5 года. То есть гормонально взрослые акселера­ты равноценны тинейджерам-неотеникам около 10-ти лет. Не­трудно понять, что акселераты выходят в гормонально взрос­лую жизнь инфантильными по сравнению с неотениками и продолжают ее, вооруженные основами гормонального жиз­ненного опыта, характерного для 10-летних тинейджеров не- отеничных времен. Это обстоятельство обусловливает незре­лое, детское восприятие действительности, которое мы ныне наблюдаем у соотечественников старше 1960 г. рождения, у за­падноевропейцев и североамериканцев.

Биологическое формирование современного человека скла­дывается следующим образом. В 5-летнем возрасте мозг ребен­ка развивается на 90% [25, с. 428], в силу чего основные ней­ронные связи в коре головного мозга на 90% фиксируются уже в 5 лет.

По этой причине приобретенные до 5-летнего возрас­та навыки прямохождения, общественной жизни и речи ста­новятся для человека пожизненными и в дальнейшем не под­даются коррекции. Эти особенности взросления человека не­безразличны для педагогики. В частности, в нашей стране курс средней школы начинается ныне для детей 6-летнего возраста, а к основам арифметического счета и письма дети приобщают­ся еще раньше: в детском саду или дома. Если начать этот об­разовательный процесс до того, как ребенку исполнится 5 лет, прививаемые ему навыки (арифметического счета, письма и др.) станут пожизненными, подобно тому как становятся по­жизненными в этом возрасте навыки речи, прямохождения и общественной жизни. Чем больше полезного усвоит ребенок до 5-ти лет, тем богаче он будет оснащен неотъемлемыми на­выками на всю жизнь.

В силу акселерации (ускорения индивидуального развития) современный ребенок взрослеет быстро по сравнению с неоте- яичными временами, а потому кажется родителям вундеркин­дом, что встречается сплошь и рядом. В действительности роди­тели не понимают истинной физиологической природы уско­ренного развития своих детей. На деле, стремительно повзрос­лев в соответствии с акселерацией, дети-вундеркинды застыва­ют на достигнутом уровне развития и со временем становятся стандартными взрослыми, что в средствах массовой информа­ции представляется как «трагедия вундеркиндов», или «загадка детей-индиго» (попросту вышеописанных акселератов, назван­ных так в США 1980-х гг. по синему, индиго, цвету своей «ау­ры», которую распознали некие умельцы). Между тем, особых загадок здесь нет: акселерат преждевременно становится взрос­лым и поэтому выглядит архи одаренным, а затем остается та­ким пожизненно, что в его взрослом состоянии выглядит зау­рядно, а потому псевдотрагично. Складывается своеобразный парадокс: акселерат в детстве - старше своих лет, а взрослый акселерат, наоборот, - моложе своих лет, что осложняет пони­мание реальной природы современной личности.

К 14-ти годам подросток-акселерат преодолевает основ­ные вехи гормонального развития (см.

выше). После бурного (в смысле индивидуального развития) детства молодой чело­век вступает в относительно равновесную полосу своей жиз­ни и принимает статус взрослого человека, располагая основа­ми психики 10-летнего тинейджера-неотеника, после чего по­следнему предстояло еще 7,5-8,5 года физиологического фор­мирования и накопления гормонального жизненного опыта. По этой причине взрослый неотеник и взрослый акселерат ра­дикально различаются в психологическом отношении: неоте­ник - это уравновешенный взрослый человек, а акселерат - ди­тя во взрослом теле, причем это тело в среднем на 15 см круп­нее тела неотеника, что внушает акселератам необоснованный комплекс превосходства.

Для народов Западного мира (западноевропейцев и севе­роамериканцев) акселерация началась в 1760 г. и стала наби­рать обороты: связанный с ней психологический инфантилизм «проклюнулся» уже в XIX в. в виде нетрадиционных научных доктрин вроде теории естественной биоэволюции Ч. Дарви­на (1842-1859 гг.) и др. (см. разд. 6.3), а также в виде первых классических опытов детективного (Э.А. По, 1845 г.) и научно- фантастического (Ж. Верн, 1864 г.) жанров, рассчитанных пре­жде всего на юный ум. Серьезные произведения в этих жанрах написаны в легко доступной форме (например, у А. Конан Дой­ла, 1859-1930, Г.Дж. Уэллса, 1866-1946, С. Лема, 1921-2006, братьев А.Н. Стругацкого, 1925-1991 и Б.Н. Стругацкого, р. 1933).

Тенденция инфантилизации Западного мира продолжилась и в XX в. Прежде всего надо отметить распространение среди юношества черт неустойчивой, детской психики. Об этом сви­детельствует следующий пример. Если такое социальное бед­ствие, как война, в прошлом закаливало психику участников- неотеников, то первая мировая война (1914-1918 гг.), оказала на акселерированную молодежь Запада иное действие: она (за­падная молодежь) вернулась с мировой бойни не закаленной, а по-детски деморализованной (несмотря на победу Антанты), в виде «потерянного поколения», по выражению Г. Стайн, став­шему широко известным из романа Э.

Хемингуэя «И восходит солнце» («Фиеста», 1926 г.). Неотеничные российские участ­ники этой войны сохранили жизненные силы и окунулись у се­бя на родине в жестокую гражданскую войну (1918-1920 гг.).

Другим крупным явлением психологической инфантилиза­ции западной молодежи явились движение хиппи и сексуаль­ная революция 1960-х гг. Эти события отличались детским от­ношением молодежи к сексу и наркотикам и, невзирая на па­цифистские идеологические лозунги, основывались на психо­логическом инфантилизме (напомним, что мы не вкладываем в этот термин никакого оценочного содержания, а всего лишь констатируем социально-психологические факты, ср. разд. 6.3).

В нашей стране акселерация началась в 1960 г. и закономер­но дала о себе знать в начале 1980 гг. В это время Советский Союз вел боевые действия в Афганистане (1979-1988 гг.). Ес­ли кровопролитная Великая Отечественная война (1941-1945 гг.), в которой с советской стороны участвовали солдаты- неотеники, породила поколение закаленных людей, деятель­но включившихся в послевоенный реконструктивный пери­од, то акселерированная молодежь вернулась с афганской во­йны психологически травмированной, что объясняется ин­фантилизмом ее психики. То же самое повторялось после бое­вых действий в Чечне (1994-1996, 1999-2000 гг.), из которых участники событий вышли с психологическим надломом, име­нуемым посттравматическим синдромом [110]. Непонима­ние инфантильной природы послевоенного психологического травматизма затрудняет его лечение.

Психологическим инфантилизмом объясняется еще одно негативное явление, связанное с защитой Родины. Общеиз­вестно, что отдельные (мягко выражаясь) юноши не горят же­ланием принять участие в священном деле военной службы Родине и всячески «косят» от армии. Но почему? В неотенич- ные времена воинского призыва до 1978 г. в армию шли моло­дые люди 18-ти лет, успевшие приобрести гормональный жиз­ненный опыт 17,5-х года, что делало их достаточно зрелыми взрослыми людьми, понимающими свой долг перед Родиной (от исключений отвлечемся).

Ныне же в армию призываются юноши с психикой 10-тилетних детей, которые вряд ли способ­ны понять свой долг перед Родиной и при этом по-детски боят­ся угодить из родительского дома в казарму, что понятно. Пре­одолеть эту проблему можно не драконовскими санкциями во­енкоматов, а психологическими программами, построенными на адекватном понимании глубоко детской природы психики современного призывника.

Психологический инфантилизм наших нынешних соотече­ственников дает о себе знать в политической жизни страны (см. разд. 6.9), в ее творческой и повседневной жизни (см. далее).

«Диагноз Говорухина». В 2006 г. (29 марта) маститый ки­норежиссер и депутат Государственной Думы Российской Фе­дерации С. С. Говорухин по случаю своего юбилея (70-летия) дал телеинтервью, в котором поставил тяжелый диагноз твор­ческой интеллигенции Новой России и ее почитателям: деби­лы. Несмотря на видимое правдоподобие этого диагноза, зна­менитый кинорежиссер был не прав, и вот почему.

При обыденном взгляде на интеллектуальные и духовные достижения некоторых современных россиян действительно может показаться, что их постиг недуг, отвечающий «диагнозу Говорухина». Рассмотрим эти достижения попунктно.

В области нравственности наши молодые и не очень моло­дые люди на скорую руку усвоили достижения западной сек­суальной революции и революции «детей цветов» хиппи (т.е. развернутую наркоманию), а также убеждение в том, что смысл жизни состоит в достижении денег и славы. Поскольку побор­ники перечисленных ценностей сплошь и рядом оказывают­ся несчастными, приходится думать, что С. С. Говорухин вро­де бы прав.

В области религии на фоне возрождения православия, ис­лама, иудаизма и буддизма широкие слои опять же молодого и не очень молодого населения окунулись в стихию «бесовской» магии, экстрасенсорики, психотерапевтики и прочих нетради­ционных форм коррекции действительности. Поскольку на дворе стоит сциентистский XXI век, трудно избавиться от впе­чатления, что и тут С.С. Говорухин попал в точку.

В области литературы и искусства мы наблюдаем расцвет жанров, не требующих для своего восприятия работы головно­го мозга и ориентированных на инстинкты дремучих дикарей и малых детей. Речь идет о боевиках, детективах и мистике, ко­торые в наши дни в массе утратили интеллектуальную состав­ляющую и перестроились на эксцентрические (цирковые) эф­фекты, как-то: беготню, мордобой и убийства, чуть разбавлен­ные диалогами, состоящими из нецензурщины и кочующих из произведения в произведение служебных фраз типа «ты по­койник!»

Своеобразна киноклассика современных инфантилов. Ес­ли для неотеников литературной и киноклассикой служили произведения типа «Гамлета» (1964 г., реж. Г.М. Козинцев), то для инфантила это - скука, а классика, наоборот - мультфиль­мы, которые обильно цитируются: «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро» («Винни-Пух»); «Средства у нас есть - нам ума недостает» («Простоквашино»); и т.д. Ничего дурно­го в этом нет, однако характер классики инфантилов с головой выдает в них психологически 10-летних детей. Добавим, что современные юмористические передачи для взрослых неотли­чимы от детских утренников неотенических времен.

В сфере проведения досуга юридически взрослые люди по­сле трудового дня предаются играм, в свое время характерным для неотеников младшего возраста. Распространена игра «ноч­ной дозор», когда наши 30-летние современники по вечерам бегают по городу, пряча в укромных местах столицы мелкие вещи и оставляя подсказки относительно их местонахождения товарищам по игре. На 19.09.2010 г. в России насчитывалось 500 тыс. участников игры в «дозор» (за вычетом инфантилов, погибших в ходе игры в трансформаторных будках и других «взрослых» местах). В неотеничные времена аналогичная игра «в секреты» пользовалась популярностью у питомцев детских садов, но оставлялась ими при поступлении в первый класс на­чальной школы. У неотеничных детей была в ходу игра «в во­йну», которая удерживалась примерно до третьего класса на­чальной школы (возраст 10 лет). У современных акселератов аналогичная игра в «пейнт-бол», при которой игроки охотятся друг на друга с красящими метчиками, удерживается лет до 30- ти, когда потеря физической формы заставляет вести себя спо­койней. Аналогичным образом обстоит дело с игрой «паркур» (беготня по крышам и заборам). Дети-неотеники охладевали к ней примерно в пятом классе школы (возраст двенадцати лет), тогда как современные акселераты трудятся на ниве «паркура» лет до 30-ти, пока не потеряют физической формы. Наконец, в 2009 г. прошел долгожданный для инфантилов 1-й чемпионат России по сборке кубика Рубика - игрушечной головоломки. Американские инфантилы не отстают от наших. В ноябре 2010 г. у них разразилась эпидемия вампиромании. Это когда взрос­лые люди с детской психикой разыгрывают из себя вампиров голливудского толка. Эпидемия не поддается излечению, по­скольку и вампироманы, и психоаналитики-вампироведы оди­наково обладают психикой 10-летних детей и не могут уяс­нить, откуда взялась вампиромания.

Если дети неотеники стремились повзрослеть и всерьез разыгрывали взрослых, то взрослые акселераты не только раз­ыгрывают детей, но и сохраняют детскую образность психики. Как взрослый инфантил называет день рождения? Разумеется, «день варенья», как полагается в соответствии с детским муль­тфильмом о медвежонке Винни-Пухе. Как взрослый инфан­тил называет тайного агента? Разумеется, «засланным казач­ком», как полагается в соответствии с детским кинофильмом «Е1еуловимые мстители» (1966 г., реж. Э. Кеосаян). Как глубо­ко взрослые инфантилы называют неприятного человека? Раз­умеется, «покимоном», героем глубоко детского мультфильма. Наконец, как взрослый инфантил называет выдающегося чело­века? Понятно, Бэтменом («Человеком-летучей мышью») или Спайдерменом («Человеком-пауком»), как надлежит, в соот­ветствии с детскими голливудскими фильмами для взрослых. Как называют западные астрономы-инфантилы планету Са­турн, окруженную кольцами? Разумеется, «Властелин колец», в соответствии с одноименными детскими книгой и кинофиль­мом. Взрослый инфантил искренне верит в реальных волшеб­ников, которых по-научному называет «экстрасенсами». Нако­нец, инфантилы всех возрастов жаждут адреналина, для чего готовы валяться на телевидении в грязи, записавшись в «риэ- лити шоу», тогда как молодежь неотеников удовлетворяла по­требность в активности, возводя новые города, осваивая цели­ну и строя железные дороги (заметим, что мы не следуем ком­мунистической пропаганде прошлого, а просто исходим из до­стоверных фактов).

При этом телереклама ежедневно увещевает граждан муж­ского пола быть «настоящими мужчинами», что выдает глубо­кий инфантилизм как рекламодателей, так и рекламопотреби- телей. Дело в том, что даже дети неотеников стеснялись назы­вать себя «настоящими мужчинами» - они явочным поряд­ком стремились вести себя в соответствии с указанным звани­ем, помалкивая о нем. У инфантилов все наоборот. Для при­мера напомним, что известный акселерат, американский пи­сатель Э.М. Хемингуэй (1899-1961, Пулитцеровская 1952 г. и Нобелевская 1954 г. премии по литературе), всю жизнь словом и делом пропагандировал поведение «настоящего мужчины», а на склоне лет благосклонно принимал инфантильное прозви­ще «папа Хэм». Вопреки самому себе писатель застрелился, че­го подлинные «настоящие мужчины» никогда не делают, даже попав в безвыходное положение, - они борются до конца, при­меры чему мы приводили (см. разд. 6.6, где описано поведение неотеников). Поясним, что детская терминология характерна для американской нации в целом. Так, белые первопоселенцы на территории США именуются «отцами-основателями», гла­вы семейного клана зовутся «большой Па» и «большая Ма», основатель государства США Дж. Вашингтон (1732-1799, пре­зидент 1789-1797) заслужил титул «отца нации» и т.д.

Э. Хемингуэй же сделал любопытный вклад в технику ли­тературного творчества. В молодости, в бытность свою в Пари­же (1922-1923 гг.), писатель произвел следующее изобретение: если сочинить рассказ и отсечь от него концовку, в тексте поя­вится интригующая недоговоренность, укрепляющая, по мне­нию автора, сюжет. Эта техника под названием «техники под­текста» вызвала большой интерес у инфантильной аудитории, поскольку позволяла не томиться над скучной литературой, а играть с ней в «угадайку»: чего не договорил писатель? Излиш­не говорить, что подобная игра в литературу придумана дет­ским умом и воспринята такими же умами.

В сфере театрального искусства система Станиславского уступила место «методу Марка Твена». Напомним, что в ро­мане американского писателя М. Твена (С.Л. Клеменса, 1835— 1910) «Приключения Гекльберри Финна» (1883 г.) два прохо­димца, Король и Герцог, нашли ключи к сердцам и кошелькам провинциальных зрителей, выступая перед ними в чем мать родила, не считая боди-арта (нательной раскраски). Нынеш­ние режиссеры систематически выпускают на сцену орущих и небритых актеров без штанов и актрис в нижнем белье, удо­стаиваясь единодушных аплодисментов. Совершенно очевид­но, что для подобных постановок никакого театрального талан­та не требуется.

Наконец, нельзя не упомянуть о телевидении. Отличитель­ной чертой современных телепрограмм является засилие все­возможных телевизионных игр, телевикторин и ночных инте­рактивов с кроссвордами. Сочетание недетского времени транс­ляции с детской направленностью этих передач прямо указы­вает на то, что они предназначены для юридически взрослых людей с детской психикой. Не то чтобы идеологи телевидения понимают, с какой аудиторией они работают, но элементарные социологические опросы показывают, как работать с налич­ной аудиторией. Добавим, что информационные программы не пропускают таких «событий», как Осенний праздник домино в Голландии, когда, например, 15.11.2008 г. группа взрослых лю­дей обрушила по цепочке 45 млн костяшек домино и прослави­лась на весь инфантильный мир. Нашим ответом голландским инфантилам стало учреждение в славном городе Ульяновске (Симбирске) профессии «колобоковедов» (12.02.2011 г.), по­святивших себя проблемам сказочного персонажа Колобка. Сообщение же (19.01.2011 г.) о том, что между зодиакальными созвездиями Скорпиона (октябрь) и Стрельца (ноябрь) нахо­дится 13-е зодиакальное созвездие Змееносца (известное уже 3 тыс. лет), повергло международную инфантилию в ужас, так как потребовало изменений в гороскопах, по которым живут инфантилы. Что называется, какой удар от классика!

Добавим явление, справедливо огорчающее замечательно­го отечественного сатирика М. Н. Задорнова (р. 1948 г.). Для произведений западного искусства характерен так называемый юмор «ниже пояса», который в наше время распространяется и в отечественном искусстве. Для юмора «ниже пояса» свойстве­нен болезненный интерес к естественным отправлениям и по­ловой жизни людей. Общеизвестно, что интерес к подобной те­матике просыпается у детей начальных классов школы. У не- отеников этот интерес с возрастом проходит. У инфантилов он остается на всю жизнь. Поскольку западное общество XX века инфантильно, юмор «ниже пояса» для него органичен. В силу того, что отечественное общество также инфантилизируется, юмор «ниже пояса» укореняется и у нас. Можно лишь надеять­ся, что великие традиции неотеничного отечественного искус­ства как-то сгладят наиболее неприглядные углы инфантиль­ного искусства. Однако следует иметь в виду, что инфантиль­ная отечественная общественность будет всеми силами тянуть­ся к достижениям западного инфантильного искусства. И, как говорится, с этим ничего не сделаешь.

Понятно, что в свете перечисленных современных культур­ных ценностей С. С. Говорухин не мог не поставить своего ди­агноза, и он не одинок.

Между тем, нелишне вспомнить, что к моменту постанов­ки «диагноза Говорухина» отечественные акселераты перева­лили возрастной рубеж 45 лет и успели составить основу дея­тельной части общественности. Проще сказать, общественная жизнь страны оказалась в руках людей, представляющих собой по психологии в основе 10-летних детей, «доработанных» те­кущим жизненным опытом. На первый взгляд, это может по­казаться нереальным. Ведь эти так называемые «психологи­ческие дети» способны вести бизнес и сколачивать состояния. Как же откажешь им во взрослом уме?

Как ни странно, одно другому не мешает. Самым предпри­имчивым существом на свете является вовсе не деловой че­ловек, опирающийся на достижения социума, который мож­но обобрать, а одиночный грызун полевка-экономка (Microtus oeconomus), который находит нужным запасать на зиму столь­ко корневищ, клубней и семян (до 15 кг), что ими способны кормиться нерадивые окрестные крестьяне, разоряющие за­пасы крохотного труженика. Излишне говорить, что полевка- экономка опирается не на разум, а на инстинкт. Заметим, что у неотеничных детей предпринимательская жилка обозначалась в 10-12 лет (по части выгодных операций с монетами, коло­ниальными марками и другими мелкими ценностями, способ­ными приносить доход), так что ничто не мешает психологиче­ски 10-летним акселератам заниматься взрослым предприни­мательством.

Психологически инфантильные люди не в состоянии вос­принимать неотеничных интеллектуальных ценностей, кото­рые кажутся им занудством, и предпочитают на досуге «оття­нуться», чему служат эксцентрический кинематограф и театр по «методу Марка Твена». Отдельной строкой оговорим «бо­лезнь геймера». Инфантильные поколения питают слабость к компьютерной технике, не отрываются от клавиатуры и дис­плея, теряют интерес к чтению и отгораживаются от жизни. Для таких «юзеров» (компьютерных пользователей) у иных неотеников на языке вертится «диагноз Говорухина». Однако спешить с этим не следует. Жертва «болезни геймера» при по­мощи компьютера имеет возможность творить на экране но­вый мир, отличный от реального, и это занятие затягивает. Оно имеет историческую перспективу. Трудно сомневаться, что в будущем производство материальных и духовных ценно­стей станет достоянием компьютерных программ, начало чему мы наблюдаем в наши дни. Высказано предположение, что на основе физических теорий суперсимметрии и суперструн в бу­дущем удастся синтезировать материальные предметы из эле­ментарных частиц (суперструн), что потребует сложных ком­пьютерных программ, работающих на наноуровне элементар­ных частиц [99]. Следовательно, компьютеры, засасывая аксе­лератов, готовят их к жизни в компьютерном технотронном об­ществе.

Резюмируя сказанное, признаем, что «диагноз Говорухина» справедлив лишь по форме, по внешним признакам, а по со­держанию ошибочен. Современное деятельное население стра­ны не является «дебилами» - оно всего лишь инфантильно, по­жизненно психологически незрело и равнодушно к неотенич- ным ценностям, проводником которых выступает С. С. Гово­рухин. Как отмечалось (см. разд. 6.3), с научной точки зрения это явление закономерно и ничуть не гибельно для общества: оно повторялось в человеческой истории 5 раз и не вредило со­циуму. Акселерация с инфантилизмом пройдут, оставив по се­бе общеупотребительную культуру, которую около 2314 г. под­хватят «высоколобые» неотеники новой генерации и избавят от симптомов «диагноза Говорухина».

«Синдром Горина». В киноповести Г. И. Горина (1940 2000) «Формула любви» (1985 г.) некий провинциальный по­мещик говаривал: «... желаю думать, что я сейчас в Древнем Риме...» [57, с. 341]. Писатель метко выразил психологиче­ский комплекс провинциала, желающего без достаточных на то оснований предстать как бы «столичной штучкой». Со времен Петра I западноевропейские иностранцы пользовались в на­шей стране пиететом. Однако почтительность к этим инозем­цам никогда не превышала разумной меры, а порой отношение к ним бывало ироничным.

С развитием акселерации в России положение перемени­лось, и часть творческой интеллигенции перешла к слепому ко­пированию западноевропейских и североамериканских образ­цов. Сразу оговоримся, что прямолинейные суждения здесь не­приемлемы. Так, в нашей стране традиционно было сильно ху­дожественное слово. На наш взгляд, ситуация принципиаль­но не изменилась и сейчас. Да, успешные писатели выдают пу­блике романы, в которых герои страница за страницей диску­тируют, надо ли принимать лекарство против укуса оборотня или нет. Возможно, для инфантильного ума это актуально. Да, однообразными боевиками и детективами завалены книжные лотки.

Однако, например, в первых 20-ти томах детективных про­изведений Александры Марининой можно насчитать по край­ней мере шесть отрывков, достойных хорошей литературы и притом увлекательной («стиль телеведущего», «гас.тарбайтер- шав Турции», «театральная постановка», «анализ оперы», «де­вочка на трех работах», «кинофестиваль»), чего недостает на­шим чересчур глубоким мастерам.

Самая ходовая, песенная, поэзия не составляет исключе­ния, и практически все (что необычно) тексты наших эстрад­ных песен удачны. Даже, прямо скажем, неодназначная песня из репертуара противницы инфантилизма певицы DuoK’oZbi (Наталья Ионова, р. 1986 г., концентирует с 2002 г., см. «Мо­сковский комсомолец», 17.06.2011 г.), «Жениха хотела, вот и залетела» не лишена здравой современной ироничности. И т.д. Замечательный сатирик Михаил Задорнов жестоко высмеи­вал тексты нынешних эстрадных песен за их безграмотность и абсурдность (особо доставалось той же DuoK’oZe). Однако тут имеет место недооценка молодежного стиля построения моло­дежных песен: он (стиль) в соответствии с характером аудито­рии порой безграмотен и абсурден, а, говоря по-современному, попросту «приколен», каковым ему и надлежит быть. Иная картина проступает при переходе к собственно музыкальной стороне эстрадного творчества.

За вычетом двух песен для детей композитора В. Я. Шаин- ского (р. 1925 г.), «Улыбка» и «Песенка», наделенных мело­дическим узором, советские и современные российские песни строятся как распевки. Проще говоря, композиторы берут по­этические песенные тексты (на наш взгляд, всегда хорошие) и строят музыкальное сопровождение для фактической деклама­ции нараспев, когда повышения и понижения звука отвечают разговорным интонациям, а музыкальные фразы прочно при­вязаны к метрическим размерностям текстов, повторяя их рит­мическое однообразие, что губительно для музыкального про­изведения. Ритмическое однообразие стихов является усло­вием стихосложения, но не хорошей музыки. Тогда как му­зыкальная композиция - это отбор интересных звукосочета­ний из массы звуков, тогда как распевка - это задушевная де­кламация стихов, не требующая композиторского творчества.

Между тем, совершенно очевидно, что собственно музыкаль­ное творчество должно подстраивать тексты под музыку, а не музыку - под тексты. Отечественные исполнители крикливых распевок относят себя к «рок-исполнителям» и даже к испол­нителям «настоящего американского рок-н-ролла».

Эта быстрая музыка размера «4 четверти» развивалась в США с 1950-х гг. XX в. Поначалу ритм-гитара этой мелодики обходилась тремя знаменитыми аккордами, затем их ассорти­мент расширился, сохраняя ритмическую основу рок-н-ролла, что дало так называемую рок-музыку различных направлений. Идеальная структура рок-песни, неоднократно воплощенная на Западе, сложна. Песне предшествует вступление на особую мелодию. Затем следует основной куплет из четырех-шести музыкальных фраз, обычно попарно различающихся не только по высоте звука, отнюдь не следующего речевым интонациям, но и по размерности лежащих в их основе стихов. Далее идет проигрыш с собственной мелодией, высотой звучания и поэти­ческой размерностью. Наконец, имеется припев с теми же ори­гинальными особенностями. Вдобавок партии ритм-, соло- и бас-гитары, а подчас и ударных (или иных инструментов) от­личаются собственными мелодиями, совпадающими лишь в ключевых пунктах (что не надо смешивать с аранжировкой, переложением основной мелодии по инструментам и голосам). Иными словами, образцовая западная песня подобно матреш­ке состоит из шести самостоятельных слоев. В качестве приме­ров можно назвать песни «Его последняя любовь» из реперту­ара Элвиса Пресли, «Эй, Джуд!» из репертуара «Биттлз», вальс (размера 3 четверти) «Далила» из репертуара Тома Джонса, «Жженый сахар (героин)» из репертуара «Роллинг Стоунз», «Билли Джин» из репертуара Майкла Джексона, «Жаркая лу­на» из репертуара Тони Эспозито, «Растопим лед!» и «Если вы ищете Эми» из репертуара Бритни Спирс (что в 2008 г. неожи­данно превратило подтанцовщицу Бритни в солистку-талант, второй после Сабрины случай в истории эстрадной музыки) и ряд др.

За вычетом упомянутых песен В. Я. Шаинского отечествен­ной эстраде подобная сложность чужда. Между тем, принад­лежность к «настоящему американскому рок-н-роллу» или, на худой конец, к рок-музыке не вызывает никаких сомнений у отечественных исполнителей и у освещающих их творчество музыкальных критиков и журналистов, для чего нет фактиче­ских оснований. Никто не сомневается, что многие отечествен­ные распевки хороши, но их принадлежность к рок-музыке за­падного типа дискуссионна. Стремление числиться в среде рок-исполнителей может объясняться инфантилизмом и «син­дромом Горина» у иных отечественных музыкантов. Неверно думать, что никто из них не осознает своего реального поло­жения в музыкальном мире. Так, солист искрометной группы «Дюна» Виктор Рыбин на вопрос о его принадлежности к тем или иным течениям рок-музыки здраво ответил, что работает в жанре народной частушки. Вероятно, его слова огорчили кол­лег, так как они работают в том же жанре. Тем более что эти коллеги называют свои популярные частушки и распевки не как-нибудь, а «хитами» (от англ, hit - большой успех).

Относительно содержания отечественных песен можно заме­тить следующее. Как отмечалось, на наш взгляд, содержание этих песен почти всегда хорошее. Однако подчас их характер специфи­чен. Известно, что полюбившиеся кинофильфы дети порой вос­принимают не менее остро, чем реальность. Взрослые инфанти- лы, сохраняя детскую психику, ведут себя так же. В частности, они охотно создают песни, посвященные не реальности, а кинокарти­нам. Например, замечательные кинофильмы «Место встречи из­менить нельзя» (1979 г., реж. С. Говорухин) и «Шерлок Холмс и доктор Ватсон» (1979-1986 гг., реж. И. Масленников) произвели такое впечатление на инфантильную психологию отечественной эстрады, что породили известные песни о Глебе Жеглове и Воло­де Шарапове, а также о любви к Шерлоку Холмсу. Ничего дурно­го в этом нет - это просто симптоматично.

Аналогичное положение сложилось отчасти и в отечествен­ном кинематографе. В 1990-х гг. в стране окрепло акселериро- ванное поколение, и кинематограф попытался отозваться на его нужды воспроизводством инфантильной голливудской про­дукции про вампиров, оборотней и героев фильмов-фэнтези (в жанре вымышленной истории). Несмотря на агрессивную ре­кламу особого успеха не последовало. Затруднение в продви­жении голливудских детских ценностей объясняется истори­ей кино. Она началась в 1895 г., когда западный мир уже втя­нулся в акселерацию, а потому голливудское кино с самого на­чала было инфантильным, склонным производить однообраз­ные небылицы, получившие наименование продукции «голли­вудской фабрики грез». Неотеничная Россия в области кино­искусства дала в XX в. ряд шедевров, которые ни при каких условиях и ни при каких бюджетах не могут быть сняты в Гол­ливуде. К таким кинофильмам относятся увлекательные и од­новременно интеллектуальные киноленты «Добро пожало­вать, или Посторонним вход воспрещен» (1964 г., реж. Э. Кли­мов), «Доживем до понедельника (1968 г., реж. С. Ростоцкий), «Дневной поезд» (1976 г., реж. И. Селезнева), «Ключ без права передачи» (1976 г., реж. Д. Асанова), «Всем - спасибо!..» (1981 г., реж. И. Селезнева) и др. В настоящее время создание срав­нимых с ними лент в нашей стране исключено тоже, так как антропологическое перерождение населения (акселерация) не оставляет шансов неотеническим ценностям. Однако их при­сутствие в истории отечественного кинематографа делает на­ших зрителей взыскательными, что затрудняет продвижение наиболее инфантильных голливудских перлов на отечествен­ных экранах. Соответственно, в связи с нашей исторической спецификой «синдром Горина» срабатывает не всегда.

Еще один сомнительный вклад Голливуда в отечественное кино выразился в учреждении у нас средствами рекламы жан­ра фильмов-экшн (фильмов действия). Унылая отечествен­ная продукция, претендующая на принадлежность к указанно­му увлекательному жанру, строится методом «нарезки», ког­да пара-тройка длинных заунывных сцен расчленяется на мно­жество частей, которые монтируются вперемешку для оживле­ния общей убогости произведения. Ничего общего с голливуд­скими картинами действия подобная продукция не имеет: до­бротные голливудские «экшны» состоят из стремительно че­редующихся различных сцен, которые захватывают и неотени- ков, и акселератов.

«Комплекс Незнайки». В романе-сказке Н. Н. Носова (1908-1976) «Незнайка в Солнечном городе» (1958 г.) без­дельник и лоботряс Незнайка пришел к убеждению, что, вме­сто того чтобы работать или учиться, «... лучше всего волшеб­ная палочка, потому что тот, кто ею владеет, может достать се­бе все, что угодно» [163, с. 93]. Заполучив волшебную палочку и поселившись в коммунистическом Солнечном городе, празд­ный и незадачливый Незнайка при помощи своей волшебной палочки очень быстро скатился к злостному хулиганству и да­же к уголовщине. Под «комплексом Незнайки» можно пони­мать инфантильное стремление решать сложные проблемы элементарными средствами. Как ни странно, на опыты подоб­ного рода богата в целом передовая и образцовая наука Запа­да. В качестве примеров обсуждаемого комплекса можно при­вести следующие [118а].

Около 2,222±0,013 млрд лет назад на планете случилось так называемое III Гуронское оледенение, а около 680-606±3,7/- 2,9, 602±, или около 635 млн лет назад [298, с. 504] состоялось оледенение Марино-Варангер. По палеомагнитным данным, указывающим положение древних магнитных полюсов, полу­чалось, что названные оледенения произошли в низких, тропи­ческих широтах. Отсюда был сделан фантастический, но широ­ко распространенный вывод, что в те времена Земля оледене­ла целиком, чего не происходит даже с Марсом. Инфантильная психика иных ученых охотно ухватилась за подобную антина­учную идею. Загадка этих оледенений объясняется по-другому [105, с. 55-57; 433]. Магнитный полюс нашей планеты не со­впадает с ее географическим полюсом и постоянно блужда­ет, дрейфует относительно него. В определенные эпохи про­терозоя (2,5-0,542 млрд лет назад), когда недра нашей моло­дой планеты были более подвижны, чем ныне, дрейф магнит­ного полюса временами значительно превышал современный, перемещая этот полюс в низкие широты, что создавало лож­ное впечатление, якобы некоторые высокоширотные, нормаль­ные ледниковые отложения скопились в низких широтах (см разд. 1.1).

Историю земной биосферы систематически прерывали эпизоды массового вымирания организмов, когда вымирает не менее % их видов [ЗООЬ, с. 51]. Раскрыть систему массовых вы­мираний науке не удавалось. По этой причине некоторые не­терпеливые умы попытались найти «волшебную палочку Не­знайки», по мановению которой могло бы разразиться то или иное вымирание. При этом их систематический характер иг­норировался, отдельные эпизоды вымираний вырывались из исторического контекста и объяснялись изолированно, чего педантичный неотеничный интеллект принять не мог бы, под­чиняясь незыблемому принципу науки единообразно объяс­нять все явления данного класса, не делая из них исключений.

Одно из массовых вымираний произошло в конце пермско­го геологического периода (286-251 млн лет назад), когда ак­тивная вулканическая деятельность оставила на территории нынешней Сибири мощные траппы, излияния магмы (251 млн лет назад). Отсюда сделан заманчивый, но легкомысленный вывод насчет того, что вулканические газы, отравив и обескис­лородив океаны, вызвали в них массовую гибель организмов (ср. ту же самую тему в разд. 1.1). Идея была принята с энту­зиазмом. Между тем, было показано, что пермо/триасовое вы­мирание стряслось не разом, а осуществилось в два этапа: Гва­делупа - 260 млн лет назад [917], истребившая 58% родов мор­ских организмов, и татарий - 251 млн лет назад, уничтожив­ший 67% родов морских организмов [832; 937]. Понятно, что версия убийственной вулканической катастрофы потеряла по­чву под ногами, тем более что было показано, что обескисло­роживание океанов в самом начале триасового геологическо­го периода (251-201 млн лет назад) явилось следствием, а не причиной позднепермского вымирания (кризиса морских ра­диолярий) [752].

Самое известное вымирание фауны произошло в конце ме­лового геологического периода (144,2-65,5 млн лет назад). Тогда помимо прочих организмов Землю покинули морские и наземные ящеры, среди которых выделялись эффектные дино­завры. Поскольку 65,5 млн лет назад на Землю упал крупный метеорит (возможно, мелкий астероид), оставивший кратер Чикхулуб в Мексике и прослойку редкого «метеоритного» ме­талла иридия на границе меловых и палеоценовых слоев, бы­ло решено, что этот метеорит спровоцировал «ядерную зиму» на планете и вызвал массовое вымирание организмов. Идея прошла на ура и по сей день педалируется средствами массо­вой информации и не только ими. Было показано, однако, что на одном материке с кратером Чикхулуб динозавры пережили удар иридиевого астероида в штате Монтана на северо-востоке США и оставили свои кости в слоях палеоцена (65,5-56 млн лет назад), выше иридиевой геологической аномалии [817; 818]. Более того, в конце мелового периода динозавры обитали за северным и южным полярными кругами, где по полгода сто­яла ночь, аналог «ядерной зимы», а потому реальную «ядерную зиму» заполярные динозавры восприняли бы с энтузиазмом и, вместо того чтобы вымирать, заселили бы всю землю. Однако этого не произошло, поскольку вместе с прочей меловой фау­ной они постепенно угасли в начале палеоцена.

Далее, крупное вымирание постигло приледниковую мега­фауну в Евразии и Северной Америке 11 700 календарных лет назад. По этому поводу был сделан вывод в духе современного экологического кризиса: приледниковую мегафауну истреби­ли верхнепалеолитические охотники [591, с. 221-222]. Почему они не тронули более южную фауну, например африканскую, никого уже не интересовало. Упор делался на то, что верхне­палеолитические охотники, едва прибыв в Северную Америку, перебили там мамонтов и их приледниковых спутников. Выяс­нилось, однако, что верхнепалеолитический человек австрало- идной расы приступил к заселению Америки еще раньше (см. разд. 1.11, 2.5) и никаких вымираний своей охотой не произ­вел. Аналогичным образом австралоиды, заселившие Австра­лию 55±5 тыс. лет назад не истребляли местной мегафауны, ко­торая угасла от аридности (засушливости) и бескормицы [105, с. 77; 689; 690; 766]. Добавим, что одним из последних достиже­ний инфантильной науки в вопросах вымирания явилась тео­рия насчет того, что австралийская и тасманийская мегафауны погибли под давлением подсечно-огневого земледелия 50 тыс. лет назад. Поясним, что в то время (как и ныне) у австралий­ских аборигенов не было никакого подсечно-огневого земледе­лия (см. разд. 2.5).

Применительно к предварительному эпизоду позднедриа- сового вымирания, вымирания североамериканской мегафау­ны, обращается внимание на то, что оно (вымирание мегафа­уны 14,8-13,7 тыс. лет назад) хронологически совпадает с те­плыми климатическими эпизодами Бёллинг и Аллерёд [477], календарные возрасты которых составляют 15,27-14,12 и 13,55-12,4 тыс. лет назад соответственно. Это обстоятельство плохо укладывается в голове, потому что инфантилам непо­нятно, как это можно умереть не от холода, а от тепла (о том, что это возможно см. разд. 1.1).

2 января 2009 г. инфантильная наука получила новогодний подарок в виде сообщения в американском журнале «Сайнс» [569], о том, что 12,9±0,1 тыс. лет назад Землю ударил комет- ный поток или поток углеродистых хондритов (род метеори­тов), который, как положено, перебил мамонтовую фауну в Се­верной Америке. То обстоятельство, что мамонтовая мегафа­уна приступила к вымиранию в Северной Америке за тысячу лет до зловещего метеорита (см. выше), авторов публикации ничуть не интересовало. Данную гипотезу оценили специали­сты и пришли к выводу, что 12,9 тыс. лет назад метеорит нико­го не убивал [575].

Как мы показали (см. разд. 1.1, [105, с. 54-81]), эти и все остальные вымирания в биологической истории Земли были обусловлены эволюционными причинами, которые действова­ли с противоположной направленностью в конце оледенений и межледниковий, что осложняет их выявление.

Наконец, «инфантильная наука» не оставляет вниманием и человеческую эволюцию. Так, генетическое разнообразие че­ловеческих популяций относительно невелико. Как объяснить этот феномен? А очень просто... Около 74 тыс. лет назад на се­вере о-ва Суматра в Индонезии произошло крупное изверже­ние вулкана Тоба, оставившее кратер, превратившийся в со­временное одноименное озеро. «Инфантильная наука» сдела­ла вывод, что извержение вулкана Тоба удушило 70% тогдаш­него человечества, а потому оно (человечество) начало 74 тыс. лет назад развитие как бы заново и не успело набраться генети­ческого разнообразия.

Этот псевдонаучный вывод противоречит тому факту, что, например, в южной Индии (местонахождение Джвалапурам в долине реки Джурреру) среднепалеолитическая технология ничуть не изменилась после извержения Тоба: и до и после из­вержения она идентична [732], а это говорит о том, что создате­ли данной технологии попросту не заметили извержения Тоба и не стали из-за него вымирать... Вдобавок показано, что из-за неотении эволюция предков человека заторможена в 3,8 раза, что объясняет низкое генетическое разнообразие людей (см. разд. 1.4, [105, с. 89-93]). По той же причине генетические от­личия людей от обезьян шимпанзе не превышают 1,6%. Одна­ко инфантильный интеллект не принимает «заумных» эволю­ционных закономерностей. Другое дело - удушающий вулкан! То обстоятельство, что зловещий вулкан «охотился» лишь за предками человека и не трогал других высших млекопитаю­щих, инфантилов не смущает. Заметим, что вулканы, оледене­ния, астероиды и охотники-браконьеры систематически при­влекаются инфантильной наукой для объяснения всего непо­нятного ей в человеческой истории, а такового немало.

С особым трепетом «инфантильная наука» относится к про­исхождению человеческого интеллекта, поскольку дети благо­говеют перед умом (что, впрочем, понятно). Не понимая зау­мной социальной природы интеллекта (см. разд. 3.2, 3.3, 4.7), ученые-инфантилы ищут чудодейственных факторов, сделав­ших наших предков умными. В век генетики, разумеется, раз­ыскивался ген интеллекта: он-де возник в результате мута­ции, и наши предки мигом поумнели. Ген интеллекта найден не был [727]. Тогда интеллект был «списан» на регуляторные гены: располагаясь вблизи генов, кодирующих нейроны, регу­ляторные гены так на них воздействуют, что мы умнеем [746; 885], ибо у нас в мозгу больше активных генов, чем у шимпанзе [576], Но это как-то слабо. Тогда выдвигается идея [470], что, овладев огнем и научившись вкусно готовить, наши предки так откормили себя, что у них разросся мозг и они, понятно, по­умнели. (Мы не шутим: ссылка приведена). Видимо, следует ожидать, что человечество, вкусно кормя своих домашних лю­бимцев (собак, кошек и т. д.), скоро увидит рост у них мозга.

Приведем несколько иной пример. Англо-японская груп­па исследователей природы физической красоты человека (см. разд. 1.13, [104; 105, с. 99; 729]) провела опрос западных ин- фантилов на предмет, как они понимают эту красоту. Мы бы взялись предсказать результаты этого опроса. Имея психику 10-тилетних детей, инфантилы благоговеют перед внешностью взрослого человека. С возрастом же у людей неотеничные чер­ты лица грубеют, что приводит, например, к некоторому раз­растанию надбровий. Для инфантилов это авторитетно, и они обязательно должны оценить большие надбровные дуги как признак мужской красоты. В упомянутом англо-японском ис­следовании результаты опросов были именно такими, что ав­торы публикации этих результатов простодушно приняли за разгадку красоты человека. Вдобавок красивое, неотеничное лицо у человека всегда убрано под лоб, что автоматически соз­дает впечатление выраженных надбровий, но природа красоты при этом состоит не в надбровьях, так сказать, а в неотенично- сти лица (см. разд. 1.13 [101, с. 13-15; 104; 105, с. 99-102]).

Поиски чудодейственных факторов, действующих на чело­веческую историю, касаются наших дней и ближайшего буду­щего. Идея образования «озоновых дыр» над полюсами в ре­зультате воздействия холодильного газа фреона провалилась и позабылась. Оказалось, что озоновый полярный слой был на несколько лет разрушен сульфатными аэрозолями, выбро­шенными извержением вулкана Маунт Пинатубо на Филип­пинах в 1991 г. [865, с. 1201]. Но сама антропогенная идея (на­счет воздействия людей на среду) не потеряла привлекатель­ности для торопливого инфантильного ума. Поскольку плане­та переживает глобальное потепление, был сделан вывод, что оно вызвано технологической деятельностью человека, за что бывший вице-президент США в 1993-2001 гг. Альберт Гор (р. 1948 г.) даже получил Нобелевскую премию за 2007 г. Меж­ду тем, глобальные потепления наступали на планете регуляр­но на протяжении всей ее истории, когда ни людей, ни их тех­нологий не было (см. разд. 1.1, приложение 1). Предшествовав­шее глобальное потепление состоялось в Рисс/Вюрме 144-110 тыс. лет назад. Оно перекрывало современные эффекты поте­пления (см. приложение 5), которые начались не сегодня и не вчера, all 700 лет назад и в наши дни естественно развивают­ся в соответствии с логикой голоценового (нынешнего) меж­ледниковья.

Апофеозом инфантильной науки, близкой к Большому адронному коллайдеру в Швейцарии, явилось выдвижение в январе 2011 г. новейшей версии рождения Вселенной в Боль­шом Взрыве. Как известно, при взаимодействии вещества с антивеществом происходит их взрывообразная аннигиляция с превращением реагентов в фотоны - истинно нейтральные частицы, не имеюшие античастиц (у фотонов частицы и анти­частицы совпадают). Утверждается, что аналогичное взаимо­действие этаких вселенной и антивселенной вызвало Большой Взрыв, породивший нашу Вселенную. Почему в нашей Вселен­ной практически нет заметного количества антивещества и от­куда взялись материнские вселенная и антивселенная, инфан­тильную науку нимало не волнует.

Реальное положение выглядит сложнее и не столь нелепо. Общим местом физики и астрофизики в этом вопросе являет­ся утверждение, что применительно к космологической син­гулярности не приходится говорить о классических законах квантовой механики, а о чем можно говорить - неизвестно. На наш взгляд, не все так пессимистично. Космологическая сингу­лярность, породившая нашу Вселенную, вероятно, представля­ла собой суперструну (трепещущую складку мировой поверх­ности) с 3,386 х Ю139 степеней свободы (направлений) коле­баний. Это значит, что космологическая сингулярность одно­временно колебалась во всех этих направлениях, что обуслов­ливало ее сказочные свойства типа сверхплотности и др. Су­ществовала вероятность, что в один прекрасный день какая-то степень свободы колебаний придет во встречное движение по отношению к самой себе и неизбежно вызовет распад сингу­лярности, т.е. Большой Взрыв. С каждой из степеней свободы сингулярности такое событие могло случиться с вероятностью 50%. Скорость реализации подобной вероятности составляла 1 планковский квант времени 5,391 * 10~44 с. Умножая планков- ский квант времени на величину, обратную степеням свободы сингулярности, мы приходим к выводу, что за 1,0932342 сек­стиллиона лет космологическая сингулярность должна была распасться по стохастическим (случайным) причинам.

Приведенная цифра, по человеческим меркам, близка к веч­ности, что хорошо отвечает представлениям о торможении вре­мени для сингулярности. Изложенные представления вполне могут служить основой особой физики космологической син­гулярности, и они бесконечно далеки от наивных рассуждений об аннигиляционном Большом Взрыве.

Касательно асимметричности вещества и антивещества во Вселенной уместно обратиться к так называемой матрице су­перструны [ИЗ, с. 18-19], согласно которой существуют шесть вариантов отрицательного заряда электрона и лишь один ва­риант положительного заряды позитрона. Иными словами, во Вселенной вероятность рождения электронов 3,22 * 10~5 с по­сле Большого Взрыва [114, с. 80] в 36 раз превосходила веро­ятность рождения позитронов, т.е. электронов было в 36 раз больше, чем позитронов. Таким образом, в узкой тогдашней Вселенной с радиусом всего 9,652 км электроны стремительно подавили позитроны посредством аннигиляции, формирова­ние атомов антиводорода стало невозможным и антивещества во Вселенной не образовалось. Подчеркнем, что изложенные взгляды всесторонне связаны и не содержат выхваченных изо­лированных частей, типичных для инфантильной науки.

Еще одно инфантильное достижение в науке состоит в утверждении, что человек овладел огнем 30 тыс. лет назад. По­ясним, что в реальности с 1988 и 2000 гг. следы использования огня найдены у человека-мастера в Кооби-Фора (Кения) около 1,6 млн лет назад; Чесовандже (Кения) около 1,4 млн лет назад; Сварткрансе 3 (ЮАР) 1,5-1,0 млн лет назад [105, с. 107]. Вне Африки огонь отмечен в Гешер Бенот Я'аков (Израиль) 790 тыс. лет назад [482]. Добавим, что, по лингвистическим дан­ным языка Руди, огнем владел уже кениантроп с озера Рудоль­фа 1,9-1,84 млн лет назад, о чем свидетельствуют такие терми­ны этого языка, как Р. 3898. kusi - высекать огонь, Р. 4211. leqa — разжигать огонь, Р. 11074. tupi - охота с огнем и др. При­знаки приготовления пищи на огне археологически датируют­ся 1,9 млн лет назад [329].

Примеры можно было бы продолжить (см. приложение 8), но и приведенные факты показывают, что «комплекс Незнай­ки» распространен в среде акселератов-интеллектуалов. От ак­селератов, дилетантов в науке, можно ждать и не того - неда­ром маги пользуются у них успехом. Причина наивности «ин­фантильной науки» может состоять в следующем. Как отмеча­лось (см. разд. 6.3), гормональный опыт мужчины-инфантила соответствует гормональному жизненному опыту ребенка- неотеника примерно 10 лет. В таком возрасте ребенок-неотеник заканчивает 3-й класс начальной школы. Ребенок-неотеник

продолжает накапливать гормональный жизненный опыт до 17,5 лет, когда он заканчивает весь курс средней школы. По­скольку весь этот курс проходит у неотеников параллельно с накоплением гормонального опыта, полный курс средней шко­лы прочно отпечатывается в памяти неотеников (за вычетом злостных двоечников, разумеется). Собственно, это обстоя­тельство объясняет, почему средняя школа складывалась из 10 классов, так как выпускники-неотеники в любом случае закан­чивали их не позже, чем в 17,5 лет.

Иное дело - акселерат-инфантил. Поскольку накопление гормонального жизненного опыта прекращается у него в 13 лет, т.е. после 6-го класса средней школы, дальнейшее образо­вание усваивается им непрочно. В результате повзрослевший инфантил оказывается человеком с прочным образованием, от­вечающим лишь шести первым классам начальной школы. Не­мудрено, что при подобной образованности ученый инфантил склонен к созданию наивной науки, наполненной неокатастро- фическими химерами (см. выше), понятными шестиклассни­ку. Сам он при этом не осознает своего положения и публично рассказывает, например, что крокодилы и черепахи убереглись от иридиевого астероида, попрятавшись в ил (один из инфан­тильных, псевдонаучных фильмов ВВС). Иначе, как анекдо­тичной, подобную «науку» не назовешь.

Аналогичное положение складывалось после возмужания поколения 1960 г. и в нашей стране. После 6-го класса шко­лы средний ученик-акселерат переставал усваивать учебную программу. В эпоху перестройки это обстоятельство было за­мечено в Минобразования, что привело к ряду нововведений. Во-первых, в 1990 г. курс среднего образования был растянут с 10-ти классов до 11-ти в расчете, что сидение за партой прео­долеет нейрофизиологические и психологические особенности акселератов (что, признаем, никто адекватно не понимал). Во- вторых, учебная программа была дополнена инфантильными западными тестами. В-третьих, появились откровенно «хули­ганские» учебники, о чем неоднократно сообщали СМИ. Это было сделано, по-видимому, в надежде, что инфантильные уча­щиеся лучше усвоят «хулиганский» учебный курс.

В связи со сказанным мы можем объяснить известный фе­номен специализации наук Новейшего времени (XIX-XXI вв.), выражающейся в связи малоизвестных терминов малопо­нятной логикой. Этот феномен обусловлен тем, что ученые раз­бираются только в своей узкой области исследований и совер­шенно несведущи в иных областях (см. разд. 6.3). Казалось бы это - естественное положение вещей. А, собственно, почему? Например, Леонардо да Винчи (1452-1519) был сведущ в це­лом ряде наук и искусств и далеко опережал свое время, о чем нынешние ученые даже не мечтают. Напомним, что Леонардо да Винчи был не только гениальным художником, скульпто­ром и сценографом, но и анатомом, биологом (зоологом и бо­таником), военным инженером, гидротехником, архитектором, механиком, металлургом (в теории), астрономом-теоретиком, первым танкостроителем, авиатором и подводником (в тео­рии), даже изобретателем спасательного круга. Излишне гово­рить, что ныне подобных людей нет. Вероятная причина данно­го расхождения состоит в следующем.

Леонардо да Винчи являлся неотеником, имел прочный гормональный опыт 17,5 лет и «по-взрослому» широкий кру­гозор. Дополненный выдающимися природными способностя­ми такой кругозор дал феномен энциклопедического гения. Нет никаких сомнений, что выдающиеся способности прису­щи и современным инфантилам. Однако их кругозор чрезвы­чайно сужен фактически 10-летним гормональным жизнен­ным опытом. Поэтому ученые инфантилы, невзирая на способ­ности, замкнуты в узких областях знаний, что создает феномен специализации наук. В результате им недоступны сложные те­оретические обобщения, что приводит к выдвижению неком­петентных «теорий», приведенных выше, и им подобных, а так­же к неспособности оценивать эти «теории» если не с энцикло­педических, то хотя бы с широких научных позиций.

Явление специализации наук в силу инфантильности за­нимающихся ими ученых объясняет феномен коллективно­сти науки Новейшего времени. Инфантильный ученый имеет ограниченный кругозор, и ему трудно в одиночку работать в своей области знаний. Таким ученым выгодно объединить уси­лия и несколько расширить свой кругозор. До уровня да Вин­чи они не доходят, но все же облегчают свое положение. Имен­но поэтому ученых-одиночек типа да Винчи среди инфанти- лов нет, а инфантильная наука сплошь и рядом - коллективна. Сразу заметим, что данное рассуждение не относится к наукам- отраслям типа космонавтики, где коллективность продиктова­на неподъемной практической сложностью задач.

По статистическим причинам (см. приложение 4), пример­но 4% объектов во Вселенной уклоняются от нормы, характер­ной для 96% объектов. Следовательно, 4% акселератов, по ста­тистическим причинам, могут иметь зрелую психологическую организацию, характерную для неотеников. Это обстоятель­ство объясняет, например, почему в оскароносном море ин­фантильной голливудской чепухи изредка появляются чудес­ные серьезные фильмы (типа «Седьмого путешествия Синдба­да», 1958 г., США, реж. Б. Херрманн; «Прошлой ночью», 1987 г., США, реж. Т. Эберхардт и др.), которые никогда не получа­ют «Оскаров», присуждаемых инфантильной киноакадемией.

Аналогичным образом в западной науке среди анекдотиче­ских инфантильных теорий (типа крокодилов в иле, см. выше) иногда появляются выдающиеся теоретические работы. Под­черкнем, что речь идет о теориях широких обобщений, в ко­торых ребячливые инфантилы закономерно не сильны. В раз­личных узких прикладных сферах инфантилы не отличаются от неотеников. Особенно сильны инфантилы-геймеры, -хаке­ры, -слайдеры, -спамеры в компьютерном программировании, поскольку они воспринимают программирование как игру. По аналогичным причинам инфантилы сильны в молекулярной генетике, которая эмоционально воспринимается как своего рода генетическая игра «монополия» (детская игра для взрос­лых инфантилов). Наконец, робототехника, смахивающая на игру в самодвижущихся «оловянных солдатиков», безуслов­но, в руках инфантилов пойдет семимильными шагами. Доба­вим, что и космонавтика, удовлетворяющая детское любопыт­ство инфантилов, разовьется у них безмерно.

Однако широкие теоретические обобщения в области моле­кулярной генетики создают для инфантилов затруднения. Так, с 1968 г. они безуспешно пытаются генетически удревнить че­ловека, не понимая, что это невозможно из-за высокой посто­янной Рубнера у людей (см. разд. 1.4). Можно, вероятно, пред­полагать, что истинными авторами научно-технических ре­волюций являются 4% инфантилов, имеющих, по статисти­ческим причинам, неотеническую психическую организацию (см. разд. 6.3; ср. гл. 3).

Справедливости ради признаем, что подобно «синдрому Го­рина», описанному автором-неотеником для таких же, как он, неотеников, «комплекс Незнайки» в науке отмечен также для неотенических времен. Так, высказывалось мнение, что гоми- низация и сапиентация наших предков происходили под «вол­шебным» воздействием проникающей радиации от природных залежей радиоактивных руд в Восточной и Южной Африке (как местах гоминизации) [150] или от радиоактивных осадков абразивного (водно-эрозионного), эолового (выветренного) и вулканического происхождения в конце Рисс/Вюрма (ок. 110 тыс. лет назад) и в голоцене (7-3 тыс. лет назад) как узловых эпохах сапиентации [159, с. 22-23, 151-162]. Между тем био­логически закономерное становление человека современно­го типа началось 473,5 (не позже 200) тыс. лет назад (см. разд. 1.9, приложение 2), т.е. задолго до его гипотетического радио­активного облучения, откуда следует, что поиск евгенической, усовершенствующей наших предков, «волшебной палочки» в виде мутагенной радиации повисает в воздухе.

Приведенные выше научные «ляпы» инфантилов имеют сходное происхождение. Они построены на единичных, выхва­ченных из массы однотипных данных фактах. Так, например, массовые вымирания постигали земную биосферу системати­чески. Они имели единую эволюционно-экологическую при­роду (см. разд. 1.1, [105, с. 47-81]). Инфантильная наука же вы­хватывает отдельные вымирания из общей массы и предлага­ет для них различные наивные объяснения. Причина подобно­го простодушия состоит в следующем. Инфантил, располагая психикой 10-летнего ребенка, твердо усваивает учебный курс первых шести классов начальной школы. Поэтому ему трудно и неинтересно строить широкие обобщения. По этой причине у инфантилов одну фауну истребили браконьеры, другую - зло­вещий астероид, третью - вулканы, четвертую и пятую - то­тальные обледенения планеты. Отнесемся к этим «ученым» версиям с юмором.

Возникает, однако же, вопрос: неужели акселераты не заме­чают своей психологической инфантильности? Конечно, нет, поскольку, согласно теоремам Гёделя (см. введение), средства­ми какой-то системы ее оценить нельзя, т.е. средствами своей психики мы не можем оценить ее зрелость, что справедливо как для акселератов, так и для неотеников. Допустим, напри­мер, что существуют некие сверхнеотеники, накапливающие гормональный жизненный опыт лет до 30. Такой сверхнеоте- ник окажется психологически почти вдвое зрелее, чем обыч­ный неотеник, и тот окажется не в состоянии даже представить себе психику сверхнеотеника, ибо не будет иметь для этого гор­монального жизненного опыта. Так же и акселерат-инфантил не может представить себе взрослую психологию неотеника и оценить свои отличия от него.

Если иронически суммировать представления инфантилов о смысле жизни, то можно сказать следующее. Согласно еже­дневным телевизионным слоганам, жизненное кредо «насто­ящего мужчины» (самоназвание инфантилов) состоит в том, чтобы собрать коллекцию престижных оловянных солдатиков, игрушечных машинок и танков; бросить пить, курить, колоть­ся; похудеть, разбогатеть и «свалить за бугор», где жизнь дав­но налажена. Конечно, в последнем пункте мы узнаем психо­логик» элементарных паразитов (в буквальном смысле слова), однако было бы непедагогично применять столь жестокие сло­ва к психологически десятилетним детям («настоящим мужи­кам», по их терминологии). «Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно».

Если же говорить о грустной стороне инфантилизации, то можно заметить следующее. Неотеничное население бывшего СССР гордилось своей относительно низкой преступностью по сравнению с инфантильным Западом. Однако в 1985-1999 гг., когда возмужали отечественные инфантилы, кривая пре­ступности в России круто пошла вверх, и мы по этой части наконец-то «догнали и перегнали Америку». Встает вопрос: по­чему это случилось? С антропологической точки зрения ответ лежит на поверхности. Инфантилы легкомысленны, и сбить их с пути нетрудно. В эпоху экономического упадка 1985-1999 гг. отечественными инфантилами руководила жажда немедлен­ного обогащения, для чего органичнее всего было податься в преступники и рекордно криминализировать Россию.

В честной жизни инфантилам тоже нелегко, поскольку их одолевают недуги, неведомые неотеникам: например, «болезнь геймера», т.е. непреодолимая тяга забавляться компьютерны­ми играми, не зная ни сна, ни покоя. Дело в том, что незави­симо от паспортного возраста инфантил психологически пред­ставляет собой тинейджера 10,13 года с твердым образованием лишь шести классов средней школы. Совершенно естествен­но, что такая универсальная игрушка, как компьютер, целиком завладевает его помыслами (см. выше) и отвращает от всякой мирской жизни.

<< | >>
Источник: Н.В. Клягин. СОВРЕМЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, получающих образование по направлениям (специальностям) «Антропология и этнология», «Философия», «Социология». 2014

Еще по теме 6.8. Современная личность:

  1. 2. Человек и его общественный мир
  2. СТРАТЕГИИ ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОГО СТАНОВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ ЛИЧНОСТИ В КОНТЕКСТЕ АНАЛИЗА ТРАДИЦИОННЫХ МОДЕЛЕЙ И ПРАКТИК ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА Денисенко И.Д.
  3. В. Ф. Мартынов ВЕРА В СИСТЕМЕ МИРОВОЗЗРЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ лИЧНОСТИ
  4. МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИЙ ФАКТОР ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА И.И. Акинчиц
  5. АКСИОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИОРИТЕТЫ СОВРЕМЕННОЙ БЕЛОРУССКОЙ МОЛОДЕЖИ О.Г. Лукашова
  6. Особенности духовно-нравственной самореализации педагогов в досуговой сфере жизни
  7. Философско-религиозная концепция
  8. Медведева Евгения Юрьевна Формирование современной личности в поликультурной среде в школе «“открытого” типа»
  9. Образование как целостная система
  10. Эстетигеские воззрения Гете (1749-1832)
  11. Основные направления, средства I и принципы воспитания