<<
>>

Структура интерпретаций. Общая системная теория

Археологи-процессуалисты стараются представить человеческое поведение как взаимосвязь разных систем, одни из которых охватывают культурные явления, другие же имеют природу, не связанную с культурой.

Стратегией процессуалистов является понимание отдельной личности и ее взаимодействия с различными системами, чтобы представить единичные образцы как единое целое. Эту теорию предложил в 1920 г. Людвик фон Бер- таланффи, ее сразу же использовали в общественных и физических науках ученые: фон Ньюман, Моргенштерн (1947), Винер (1954), Болдинг (1956) и Эшби (1956). Все они разделяли мнение Берталанффи, что основы общей теории являются настолько важными в экзистенциональной системе, что проникают фактически в каждую область жизни. Они утверждали: общая системная теория ищет основные законы, правящие взаимной зависимостью, которую мы наблюдаем в реальном мире. Иначе, чем другие модели, общая системная культура трактует культурные системы как части, в которых целое очень часто значит несомненно больше, чем сумма частей этого целого и в которых отношения между компонентами системы и степень сложности этих отношений могут быть более значимыми, чем сами компоненты. Следовательно, такую динамическую систему нельзя определять в категориях структуры или же организации ее компо- 22*

нентов только в одной точке времени. Поэтому дефиниция является постоянно изменяющейся, а структура, обусловлена временем.

В.              Букли представляет это так: стабильность или продолжение адаптационной системы как необходимое условие может требовать изменений в ее структуре. То, в какой степени значительными будут эти изменения, является общей функцией:

  1. внутреннего состояния системы;
  2. состояния соответствующей ей среды;
  3. характера интеракции между этими двумя состояниями.

Итак, структура системы может подвергаться значительным

изменениям и появляться в новом образе, не теряя своей самобытности.

Способность системы изменяться в зависимости от среды служит мерой ее конформности, что является одной из причин пригодности системной теории в исследованиях изменчивости праисторических культур.

В широком значении этого слова, наличие входящей энергии или же ее отсутствие означает открытость или же непроницаемость системы. Системы часто определяются как «открытые» или же «закрытые». Открытая система — это такая, в которую может проникнуть энергия (или материя, или информация). Закрытая система не получает входящей, внешней энергии. Она склонна к достижению состояния динамически устойчивого равновесия, при котором изменения могут компенсироваться приспособленностью, в результате чего целостная система возвращается к границам первоначального состояния. Так как закрытые системы не поглощают энергии из среды, то они проявляют тенденцию к израсходованию собственной доступной энергии, чтобы сохранить свое существование. Исчерпывание собственных ресурсов приводит закрытые системы к развалу. В отличие от закрытых, открытые системы зависят от обмена энергии со средой. Если есть источник энергии, то открытая система может разрастаться и расслаиваться, иногда при этом существенно преображаясь. Часто открытые системы характеризируются как находящиеся в нестабильном равновесии, т.е. в ситуации, когда небольшие помехи или передвижения могут привести к значительным изменениям системы или даже к реструктуризации ее компонентов (Ватсон, 1971).

Гомеостаз (динамическое состояние системы, позволяющее ей удержать определенные величины в допустимых границах) — еще один характерный для открытой системы признак.

Таким образом, система — это сложная целостность, которая регулируется структурно-охраняющими процессами (равновесие и гомеостаз), обладая при этом способностью преображаться и изменять свою структуру. Преобразованные и измененные структуры часто называются морфогенетическими (морфогенез — сумма структурообразующих процессов, благодаря которым животные или растения приобретают черты и свойства, соответствующие видовой принадлежности).

Гомеостатические механизмы выполняют при таких процессах структурно-поддер- живающую функцию. Культурные системы обычно сложные и контролируются как гомеостатическими, так и морфогенетическими процессами.

Чтобы понять культурные изменения, которые происходили в праисторических обществах, теоретики систем должны предусмотреть действие обоих процессов.

Системная теория использует также принцип обратной связи. Как морфологические, так и гомеостатические системы обладают циклической способностью, заново вводя в систему часть использованной энергии. В системе она влияет на повторное производство, результатом чего является вид циклической закономерности протекания энергии. Это можно представить как обратную связь, которая может иметь как положительный, так и отрицательный характер.

Когда системы находятся в состоянии неустойчивого равновесия, каждый, даже незначительный инцидент или помеха (initial kick = исходный толчок) может привести в действие ряд механизмов развития и отклонения, способных вызвать необратимую ситуацию. Возникшее состояние может диаметрально отличаться от первоначального. Более сложные системы (а к ним принадлежат культурные системы) состоят из многочисленных обратных связей: положительных и отрицательных. В зависимости от их значения составные части системы способны реагировать на различные возмущения среды или элементов системы.

Польза системного анализа в том, что он переключает наше внимание с области свойств артефактов на размышления над

взаимоотношениями аспектов системы. Это вносит разнообразие и отвлекает археологов от классических размышлений и исследований «начала», будь то размышления над использованием огня, приручением животных, над зарождением цивилизаций или же над явлением диффузии. Однако все эти вопросы могут стать частью реконструкции и интерпретации в системных исследованиях. Основное внимание при этом должно быть обращено на:

  1. механизмы, которые поддерживают стабильность, приводя к нейтрализации изменений;
  2. механизмы, которые вызывают небольшие отклонения (девиации), вследствие чего наступают изменения.

Флэннери (1968) в своей работе приводит пример применения кибернетической теории в археологии. В ней говорится о переходе в Центральной Америке от собирательного образа жизни к оседлому, земледелию.

Флэннери, приняв Южную возвышенность Мексики и ее население за отдельную, сложную систему, старается объяснить, каким образом различные компоненты системы могли взаимно воздействовать на протяжении семи тысячелетий. Этот ученый установил, что собирательские и охотничьи общины, населяющие эти регионы между 8000 и 2000 гг. до н.э., принимали участие в пяти основных системах снабжения. Каждая из этих систем базировалась на собирательстве определенных растений или же на охоте на некоторые виды животных. При этом исследовались различные технологии, которые включали собирательские и охотничьи орудия, как и устройства, облегчающие транспортировку и сохранение (такие как корзины, ямы для копчения или запасов). В состав пяти самых важных видов растений и животных входили:
  1. агава, лыковое растение, которое хорошо развивается на очень плохих почвах и урожайно круглый год;
  2. плоды кактуса, которые созревают в конце сухого периода;
  3. бобовые и мимозовидные деревья, съедобные стручки последнего созревают с июня до августа, в дождевой период;
  4. олень-вапити, обитает в каждой среде Мезоамерики, может размножаться круглый год, даже при снижении годового урожая до 30—40 % не уменьшает своего поголовья;
  5. кролик (калифорнийский) — круглый год быстро размножается и легко ловится с помощью различных ловушек.

Эти пять систем снабжения регулировали два механизма, которые успешно поддерживали добычу пищи в постоянном равновесии, в соответствии с сезоном и потребностями.

В соответствии с временем года — означает, что праисториче- ские собиратели старались предугадать, когда растения созреют и можно будет их собирать, опережая их употребление животными. Часто на это требовалось большое количество людей, которые работали группами в дождевой период, когда созревало большинство растений. Во время сухого периода, когда были доступны лишь агава и листья кактуса, население, вероятнее всего, мигрировало маленькими группами, возможно односемейными.

Когда у группы было две или более возможностей организации походов, то процесс принятия решения отличался эластичностью и зависел от оптимальных условий, т.е. носил плановый характер. Выбор, какие из доступных ресурсов будут использованы в соответствующее время, должен был исключить возможность безмерной эксплуатации определенных ресурсов. Планирование давало возможность удержать равновесие между человеческими популяциями и природными ресурсами, а также обеспечивало выживание за счет противодействия помехам, которые могли привести к голоду.

Флэннери считает, что основой приспособления в период собирательства и начала земледелия являлась не сфера и даже не биотоп (среда жизни биоценоза) внутри сферы, а пять четко определенных видов животных и растений: олень, кролик, агава, бобовые деревья и кактус.

Приспосабливание собирательства, земледелия и охоты к времени года и планирование создавали отрицательную обратную связь, которая обеспечивала относительно устойчивое равновесие системы: «потребление — продукция». Этот механизм оказался достаточно эффективным, чтобы обеспечить существование. Ни один источник еды не был исчерпан настолько, чтобы это стало угрозой для выживания и продолжения популяции.

Что-то потрясло систему настолько сильно, что направило ее на другой путь. Флэннери считает, что причиной такого толчка могла быть серия генетических изменений, которые произошли в источниках пищевых ресурсов. Как следует из палеоботанических источников, где-то между 5-м и 3-м тыс. до н.э. произошли

генетические изменения в ряде видов растений, повысившие потребительские качества сырья и облегчающие местному населению их использование в пищу:

  1. у некоторых сортов фасоли изменилась оболочка, которая постепенно начинает легче пропускать воду и, таким образом, становится предпочтительной для употребления. Стручки делаются мягче и не лопаются во время созревания, что сохраняет урожай;
  2. кукуруза прошла ряд важных изменений, включая скрещивание с другими видами, что привело к увеличению початка.
    Новые, гибридные сорта являлись предками современной кукурузы.

Вследствие этих изменений праисторические человеческие популяции получили полноценную по содержанию белков пищу — фасоль и кукурузу.

Таким же образом могли произойти определенные случайные изменения в системе снабжения дикорастущих растений. Они и стали началом непредотвратимых перемен.'Случайные отклонения в системе вызвали положительное направление обратной связи, что сделало выращивание кукурузы приоритетным занятием в Мезоамерике. Чем шире распространялось возделывание кукурузы, тем больше условий создавалось для неконтролируемого межсортового скрещивания. Благоприятные генетические изменения повышали урожайность. Надежная пищевая база способствовала увеличению численности населения, а значит, и культивированию зерновых.

Описанная система дала начало росту эффективности снабжения продуктами земледелия и побудила к действию (динамике) другие системы снабжения в бесплодной части плато. Более того, эта система помогла осознать агрегатный характер сезона возделывания (период весеннего и осеннего сева) и не совпадала со временем охоты на оленей и пекарей (диких кабанов) в период дождей. Возможность пополнения рациона и запасов другими видами пищи сделала население плато независимым от неурожая, а также позволила сохранить необходимое количество посевного зерна. Это подействовало и на совершенствование способов хранения посевного зерна. Население, которое использовало эту систему, расширяло свои ареалы, устраняя кон

курентные растения в местах, где хорошо плодоносила кукуруза. Таким изменениям, скорее всего, сопутствовала реорганизация методов сбора дикорастущих растений и ловли зверей.

<< | >>
Источник: Л. Тегако, Е. Кметинский. Антропология: учеб. пособие. — 2-е изд., испр. — М. : Новое знание. — 400 с.. 2008

Еще по теме Структура интерпретаций. Общая системная теория:

  1. 5.3.1. Общая характеристика направления
  2. § 2. Системность и синергетика — новые парадигмы методологии науки
  3. Интерпретация как метод философствования
  4. ТЕОРИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ эволюции П. Н. МИЛЮКОВА
  5. § 3. Внешняя структура учебной деятельности Компонентный состав внешней структуры учебной деятельности
  6. Общие принципы функционирования мозга человека
  7. § 3. Интерпретация терминов
  8. Структура интерпретаций. Общая системная теория
  9. О СИНТЕТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА И. Н. Андреева (Полоцк, Беларусь)
  10. В. Ф. ГЕНИНГ ЗАМЕТКИ К ПОСТРОЕНИЮ ТЕОРИИ АРХЕОЛОГИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ (АК)