<<
>>

Судьба как жизнь

Мы рассмотрели главный (функциональный) смысл понятия судьбы: запрограммированность событий человеческой жизни, независимость их от самих людей. Перейдем теперь к «предметному» содержанию судьбы, т.

е. к тому, что же именно посылает она человеку. В этом отношении судьба есть все разнообразие событий человеческой жизни или просто жизнь человека, однако текущая независимо от него по велению некоей внешней силы. Например, «Предназначено роком Энею спастися (jiopijiov... іатаХісха^аг - “доля (участь) спастись”)» [Ил., XX, 301-302]; baip.Судьба объективно, сама по себе, и статистически вроде бы нейтральна по отношению к человеку, так как перемежающиеся благоприятные и неблагоприятные события равно распределяются, попарно уравновешивают друг друга и взаимно пргашаются.
Но ведь субъективно, с точки зрения человека, они (радости и печали) далеко не равнозначны. И поэтому судьба в своих конкретных (противоположных) проявлениях кажется человеку весьма различной, не одной и той же судьбой. Когда она дает ему добро - это одна судьба, а когда несет зло - это уже совсем другая судьба. В итоге в представлении «мифологического» человека судьба распадается на добрую и злую, но в конце концов воспринимается в качестве злой судьбы (какдг oitov, nanos jiopos) [Ил., VIII, 33-34; Гом. гимн., VII, 8]. Неблагоприятные события в сознании человека перевешивают благоприятные (зло помнят дольше, чем добро), он видит в жизни больше худого, чем доброго, боится жизни, не ждет от нее ничего хорошего. Таковы общечеловеческие основания того, что человек времен мифа видел жизнь в черном цвете, считал судьбу злодейкой (см.: [Феномен человека, с. 194]).

Итак, начиная с истоков мифологии и на протяжении всей ее истории к Судьбе относились с недоверием и считали ее злой. Эго связано, кроме того, еще и с тем, что в древнейший период истории, зафиксированный в хтонической мифологии, сознание человека было направлено главным образом на непонятное, загадочное, опасное для его жизни и т. п. Судьба и выступала как обобщенное выражение жизненных коллизий, вызывала негативное отношение к себе и представлялась в образах хгонического демона. Мы не знаем, случайно или намеренно у Гесиода получилось так, что его перечень ужасных (хтонических) богов начинается с Участи-Мора, но это весьма многозначительно [Тео., 211]. Кроме того, Участь-Мор и Судьба-Мойра пребывают в окружении порожденных Ночью таких божеств, как «мучительная (aXyivdeeea)» Печаль, Смерть, «вызывающая слезы (baxpvotv)» Скорбь, «ужасный (bnvos)» Страх, «проклятая (ovXojievos)» Старость и других [Там же, сл.]. Из этого окружения Судьбы видно, что с ней связывали негативные явления в жизни человека.

Смятение и неприязнь, которые вызывала Судьба, находили соответствующие эмоциональные выражения в ее эпитетах.

Участь не только открывает ряд ужасных божеств (de trot Э-eoi), но и сама является «ужасной (srvytpog)» [Тео., 211]. Гомер называет Мойр (Айсу и Клото) «суровыми фареїаг)» [Од., VII, 197-198]. Кера именуется «черной (jiiXas)» и «безжалостно карающей (yijXeoxoivos)»36 [Тео., 211-214]. Зародившееся в период хтонизма представление о злой Судьбе сохраняется и в героической мифологии и переносится на богов в качестве подателей судьбы. Но в основном водораздел добра и зла проходит между хтоническими и героическими богами. Поэтому рудиментом хтонизма следует признать характеристику олимпийских богов в качестве ужасных сил, несущих бедствия человеку: «Зевс, нам родитель! Меж всеми богами ты самый жестокий! / Ты не жалеешь людей, тобою же на свет рожденных, / Ты предаешь их несчастьям и самым тяжелым страданьям!» [Од., XX, 201-203]. Миф об убийстве Аполлоном киклопов в отместку за то, что Зевс ослепил Асклепия, воскресившего людей, А. Ф. Лосев объясняет так: Зевс здесь либо хтонический демон, враждебный людям, либо божество начала цивилизации, когда боги трактовались как нечто деспотическое (см.: [Лосев, 1957, с. 390-391, 472]). Вот несчастья и приписывали козням таких богов: «Скрыли великие боги от смертных источники пищи... / Но далеко Громовержец источники пищи запрятал... / Жестокой заботой людей поразил он» [Раб., 42,47-49]37. Зевс также осуждает на «рабские дни», отнимает счастье, превращает в ничтожество сильного [Од., VII,320-324]. Эпитетами Ареса являются pivoropos (щитодробитель) [Тео., 934], fiporoXoiyds (душегубец) [Ил., XII, 130], avbpofdvos (человекоубийца) [Scut, 98]. Грозит людям и Афина [Щит, 193—197]. У Гомера, в гомеровских гимнах, а также у трагиков (Софокла, Эсхила и Еврипида) сохранились представления об Аполлоне как грозном и суровом боге, причиняющем смерть (см.: [Лосев, 1957, с. 305,439,449-451 ]). О бедах, проистекающих от богов, пишет и Гесиод. У Ночи «из железа душа», она хватает людей и им ненавистна [Тео., 763-766]. Эпиметей, титан, брат Прометея, стал несчастьем (каког) для людей [Там же, 512]. И известный миф о Пандоре также содержит рассказ о намерениях богов (Зевса) навредить людям [Раб., 60 сл.; Тео., 570 сл.]38. В одном из орфических текстов «Плрі ixtji^aatcnv» («О причинивших вред») перечисляются самые разные напасти, которые насылают Крон, Зевс и Арес. Крон e^aXjiara fiiov хоіеї: разрушает имущество, разбивает супружество, уводит в плен и совершает еще много чего подобного. Зевс приносит смерть, болезни и страдания. Арес - источник раздоров и раздражения [К, fr. 286]. У орфиков часто встречаются рассуждения о Солнце в астрологическом духе. В созвездии Водолея оно, например, вызывает грабежи, безрассудство и неистовство народа [Ibid., fr. 285].

Мифологическое представление о Судьбе-жизни и родственных ей хтонических божествах связано, как мы видим, преимущественно с неблагоприятными явлениями в жизни человека. Отсюда проистекает мифологическое же определение человека - «несчастный (6«iAos)» и «слабосильный». В «Орфической Аргонавтике» есть слова о «несметных племенах людей слабосильных (oXiyodpaviwv)» [Орфическая Аргонавтика*; Orphei Argonautica, 430]. 1.2.6.

<< | >>
Источник: Звиревич В. Т.. Античная антропология: от героя-полубога до «человечного человека»/В.Т. Звиревич ; [науч.ред.С.П.Пургин].-Екатеринбург: Изд-во Урал, ун-та. - 244 с.. 2011

Еще по теме Судьба как жизнь:

  1. ЖИЗНЬ И СУДЬБА
  2. Т. А. Михайлова «Заговор на долгую жизнь»: К ПРОБЛЕМЕ ОБРАЗОВ «ДОЧЕРЕЙ МОРЯ» И «ВОЛН СУДЬБЫ» В ИРЛАНДСКОЙ МИФОПОЭТИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИ
  3. ИДЕЯ СУДЬБЫ КАК ЛИНГВО-ФИЛОСОФСКОЙ КАТЕГОРИИ
  4. 6.2. Бытие как жизнь
  5. Жизнь, как предельное понятие
  6. Проклятия и нарушения запретов как причины плохой судьбы и смерти в понимании обско-угорских и самодийских народов.
  7. Судьба Церкви - судьба народа
  8. А. И. Кузнецова Представления о СУДЬБЕ в традиционных культурах Сибири: ЖЕНСКИЕ ОБРАЗЫ, ОЛИЦЕТВОРЯЮЩИЕ СУДЬБУ (НА ПРИМЕРЕ ОБСКО-УГОРСКИХ И САМОДИЙСКИХ КУЛЬТУР
  9. Обречены на инновации: жизнь на периферии как фактор изобретательства
  10. § 43 «Жизнь» и «история» как конечные цели по-новому осмысленной феноменологии
  11. 8.8. НАЦИОНАЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР КАК ЛЕЙТМОТИВ НАЦИОНАЛЬНОЙ СУДЬБЫ
  12. СУДЬБА
  13. Человек во власти божественной судьбы