<<
>>

Заключение

Ритуал коммеморации определяет идентичность его непосредственных участников через указание на связь с ушедшими людьми, событиями, явлениями. Поминки («commemoration» в основном значении этого слова) определяют и переформулируют статусы вдовы, сирот, скорбящих друзей и родных, т.

е. тех, кто претендует на то, чтобы быть наследником умершего человека. В рамках этого обряда, с одной стороны, констатируется разрыв между умершим и наследниками и, с другой стороны, публично артикулируется, приобретая от этого статус легитимной, связь между ними. И формат обряда зависит от того, как понимается природа воспоминаемого, а так же сущность разрыва и вновь установленной связи. Сравнивая два описанных выше обряда, мы понимаем, что в каждом из них предмет воспоминания - это воображаемая ушедшая Русь. В Чине покаяния она репрезентируется как обладающий политической волей и ответственностью народ, живущий в дольнем мире242. Этот народ присутствует на присяге дому Романовых и может обрести себя в том же идеальном и искомом состоянии, когда исповедует грехи перед этой династией. Леушинское же стояние видит в своей Святой Руси культурное пространство, легко ускользающее на небеса или на дно святого озера и управляемое небожителями. Смерть прекрасной богоизбранной державы в обоих обрядах понимается как наступление безбожной власти. И если Чин покаяния подробно живописует характеристики этого разрыва, чтобы предать его проклятью и забвению, то Леушинская идея вступает в сложную игру с разными значениями, маркирующими состояние лиминальности, и включает в образы советского периода мотивы очищения. При этом леушинцы, выстраивая генеалогию своих святынь, вынуждены перекидывать мостик через пропасть советского времени, которое оказывается населенным скрытыми подвижниками - гражданами небесной Руси. Легитимность наследственных притязаний активистов соборного покаяния не нуждается в столь тонкой и небезопасной аргументации. Заявляя об искупительной жертве царя и своей верности ему, они убеждены, что искреннее и массовое покаяние вернет утраченную в 1917 г. гармонию и царская власть будет восстановлена без каких-либо дополнительных усилий с их стороны. Последнее допущение парадоксальным образом роднит их упования с убежденностью многих членов современных протестантских церквей в том, что покаявшись и признав Христа свои личным спасителем, они оказываются невосприимчивыми к греху и могут все свои заботы отдать Богу. Так что православные почитатели средневековых форм власти оказываются способны следовать вполне модернистской религиозной логике.

<< | >>
Источник: Э. Гучинова, Г. Комарова. Антропология социальных перемен. Исследования по социальнокультурной антропологии : сборник ст. - М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). 2011

Еще по теме Заключение:

  1. 5.14. Заключение эксперта
  2. 15.4. Окончание предварительного следствия с обвинительным заключением 15.4.1.
  3. УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. Примечание [Обычный взгляд на умозаключение]
  5. В. УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ РЕФЛЕКСИИ
  6. а) Умозаключение общности
  7. Ь) Индуктивное умозаключение
  8. с) Умозаключение аналогии 1.
  9. а) Категорическое умозаключение 1.
  10. Ь) Гипотетическое умозаключение
  11. с) Дизъюнктивное умозаключение