<<
>>

1.1. Закономерности гоминизации

Обрисованные закономерности количественной эволюции земной биосферы ответственны за появление на планете на­ших предков. Процесс их физического формирования называ­ется гоминизацией (от слова гоминины, обозначающего людей и их двуногих предков, см.

разд. 1.9). Эволюция млекопитаю­щих кайнозойской эры подчинялась общим принципам разви­тия биосферы, и гоминизация стала закономерным эпизодом этой эволюции.

Общебиологический подход к проблеме гоминизации по­зволяет снять с рассмотрения ряд слабо мотивированных ги­потез становления наших предков. Так, высказывались пред­положения, что гоминины обрели двуногий способ передвиже­ния для того, чтобы:

а) возвышаться над травами саванны и иметь большой об­зор местности (Ч. Дарвин и др.), тогда как все без исключения обитатели саванн четвероноги, а гоминины возникли в лесах;

б) освободить руки для трудовой деятельности (Ф. Энгельс [239]), однако многие двуногие динозавры мезозойской эры оставались равнодушными к труду;

в) обитая в водоемах, возвышаться над водой (А. Харди [512; 697; 743]), а между тем ни предки первых гоминин, ни са­мые первые гоминины не обнаруживали привязанности к воде, хотя кениантроп с озера Рудольфа, по-видимому, прятался на обширном болоте Лориан от саблезубых тигров (см. разд. 3.2);

г) следовать за стадами копытных и подбирать павших жи­вотных (А.Р.Э. Синклер, М.Д. Лики, М. Нортон-Гриффитс и др. [815]), но двуногость не способствует выносливой подвиж­ности, необходимой для преследования неутомимых четверо­ногих копытных. Эти и другие гипотезы, выдвинутые ad hoc (для данного случая), т.е. для объяснения гоминизации, выхва­ченной из общебиологического и исторического контекстов, не могут быть приняты.

В эпоху палеоцена (65,5-56 млн лет назад) угасли послед­ние динозавры, а высокоподвижные млекопитающие стали бо­лее разнообразными, поскольку продолжалось похолодание климата, биопродуктивность среды снижалась и такие условия благоприятствовали четвероногим млекопитающим.

С точки зрения здравого смысла такого просто не могло быть. Условия среды ухудшаются, а разнообразие животных класса млекопи­тающих резко возрастает. Непонятность явления устраняется с уточнением того, что при ухудшении природных условий (при падении биопродуктивности экосистемы) процветают не вся­кие животные, а высокомобильные, в то время как благопри­ятные (высокобиопродуктивные) условия лучше подходят ма­ломобильным животным, хотя отнюдь не истребляют подвиж­ных существ, как было в меловом периоде, когда четвероногие динозавры из юрского периода сосуществовали с двуногими динозаврами из теплого триасового периода (см. разд. 1.1).

Эпоха эоцена (56-34 млн лет назад) открылась вулканиз­мом в ходе альпийской складчатости (горообразования), в ре­зультате чего в атмосферу было выброшено 1400-2800 Гт ме­тана, спровоцировавшего метановое потепление [635; 773, с. 530, рис. 1, с. 531; 847]. Теоретические соображения подска­зывают, что последовавший рост биопродуктивности экоси­стемы должен был бы реанимировать малоподвижные формы жизни мезозойского типа. В соответствии с этим ожиданием вымершие было меловые головоногие моллюски белемниты воспрянули от эволюционного сна и породили в среднем эоце­не байанотеутид [61, с. 189-190]; [69, с. 382, 388; 171, с. 161- 162]. Тогда же возникли не связанные общностью происхожде­ния нелетающие, двуногие птицы Ratidae, своего рода конвер- генты, т.е. внешние подобия двуногих динозавров, как-то: стра­усоподобные элеутерорнисы (средний эоцен, век лютет) и эпи- орнисовые псамморнисы (эоцен) [61, с. 245-246].

Наконец, в раннем среднем эоцене Германии (50-48 млн лет назад) возник подлинный конвергент двуногих динозавров - двуногое насекомоядное млекопитающее Leptictidium nasutum с шагающе-бегающей походкой динозавро-человеческого типа [234, с. 34] (рис. 2), отличающейся от способа передвижения со­временных двуногих млекопитающих (например, сумчатых кен­гуру, насекомоядных или приматов прыгунчиков, тушканчиков из грызунов), чей двуногий прыгающий способ передвижения яв­ляется результатом развития лягушачье-кроличьей энергозатрат­ной формы локомоции, свойственной четвероногим животным.

Эоценовое потепление, повысив биопродуктивность среды, раздвинуло границы экологических ниш и привлекло в них но­вых обитателей. По этой причине некоторые сухопутные пар­нокопытные перешли к жизни в воде, дав водных китообраз­ных в нижне-среднем эоцене (после 52 млн лет назад) [856] или в конце среднего эоцена (в веке лютете, 47 млн лет назад) [478]. В противоположность другим млекопитающим зубатые киты из числа китообразных усвоили равнозубость, характер­ную для теплолюбивых динозавров.

Рис. 2. Изящный насекомоядный «хоречек носатый» (Leptictidium nasutum). По очертаниям тела напоминает двуногих динозавров, так как является их конвергентом (эволюционным подобием) времени потепления раннего сред­него эоцена (50-48 млн лет назад), хотя относится к млекопитающим, а не к пресмыкающимся. Факт существования этого симпатичного зверька под­тверждает эволюционную концепцию, согласно которой холодные времена скудной экосистемы дают простор четвероногим животным, в то время как теплые эпохи изобильной экосистемы благоприятствуют двуногим, к числу которых относится и человек [234, с. 34]

Тогда же, 47 млн лет назад, на территории нынешней Герма­нии появился лемур Darwinius masillae, являющийся предком линии обезьян-антропоидов, приведшей к нашим пращурам - гомининам. Одновременно в позднем среднем эоцене в Север­ной Африке, в местонахождении Дур Ат-Талах центральной Ливии, появились представители сразу трех ветвей обезьян- антропоидов (Afrotarsiidae, Parapithecidae, Oligopithecidae), что свидетельствует либо об их долгой эволюции в Африке, либо о совместном прибытии туда извне [543, с. 1095]. Прими­тивный антропоид Biretia из Египта, возрастом 37 млн лет, де­монстрирует продолжающуюся эполюцию антропоидов в Аф­рике [789].

Переход от эоцена к олигоцену ознаменовался началом оле­денения в Антарктике 34 млн лет назад [424, с.

635] и падением среднегодовых температур ок. 33,5 млн лет назад на 8,2±3,1 °С за 400 тыс. лет [941, с. 639]. Поэтому в эпоху олигоцена (34- 24 млн лет назад) на Земле опять похолодало и четвероно­гие млекопитающие испытали максимальный эволюционный подъем, рекордный для своего класса. Возникла мегафауна млекопитающих, украшением которой стал гигантский безро­гий носорог Indricotherium transouralicum («индрикотерий за­уральский») - самое крупное и высокое (до 5 м) наземное мле­копитающее из среднего олигоцена [175, с. 323-325]. В олиго­цене же нынешней Саудовской Аравии 29-28 млн лет назад по­явился небольшой примат (15-20 кг) Saadanius hijazensis, со­четающий признаки гоминоидов (человекообразных обезьян и людей) и церкопитецидов (мартышкообразных обезьян), чье размежевание произошло 29/28-24 млн лет назад [940].

Еще одна стадия потепления отмечена в неогеновом перио­де, в раннем и среднем миоцене (24-13 млн лет назад). Теплый климат поднял биопродуктивность экосистемы и тем самым погубил аскетичную олигоценовую мегафауну. В конце этого потепления, после среднемиоценового климатического опти­мума 17,5 млн лет назад [544], возникла человекообразная обе­зьяна - первый гоминид «пьеролапитек каталонский» (Испа­ния, 13-12,5 млн лет назад [702; 390]; см. приложение 2). Аф­риканские потомки «пьеролапитека» (см. ниже) предстают пе­ред нами как двуногие существа. Появление млекопитающих двуногой формы в отряде приматов не было случайным.

В эволюционной генетике существует принцип «прими­тивные наследуют Землю» [169, с. 174], смысл которого состо­ит в следующем. Живым существам неодинаково везет в эво­люционном процессе, поэтому одни из них приспосабливают­ся к среде лучше, а другие - не так успешно. Геном успешного организма и его фенотип (внешнее оформление в виде живо­го тела и его биологических свойств) хорошо приспособлены к среде обитания (похолодание или потепление, убыль или рост биопродуктивности и др.). Такой организм называется специа­лизированным. Менее успешный организм, именуемый генера­лизованным, обладает геномом и фенотипом, лишь приблизи­тельно отвечающими среде обитания.

Если экосистема развивается последовательно в сторону скудости при похолодании или в сторону изобилия при по­теплении, участь специализированных существ, отвечающих этим тенденциям, завидна. Например, если бы нынешний зем­ной климат имел тенденцию к похолоданию, белые медведи (специализированные животные, приспособленные к бедной, холодной среде) и сопутствующая им фауна широко распро­странились бы на юг. Однако если вектор развития среды ме­няется, например от похолодания к потеплению, судьба «холо­долюбивых» специализированных существ становится драма­тичной. Так, современное глобальное потепление сулит белым медведям и окружающей их фауне эволюционный крах, начало которого мы все уже наблюдаем, невзирая на утопические про­екты спасти фауну белых медведей путем сокращения выбро­са вредных газов в окружающую среду, что остановило бы гло­бальное потепление [264а; 406а].

Причина столь незавидной судьбы объясняется законом не­обратимости эволюции Л. Долло (1893 г.), согласно которо­му организм не может вернуться к состоянию, пройденному его предками. В принципе, количественный мутагенез посред­ством обратных мутаций мог бы возвратить организму пред- ковый облик, лучше отвечающий попятному развитию экоси­стемы. Но подобное превращение означало бы одновременно и утрату организмом достигнутого уровня развития, чем вос­пользуются конкуренты и вытеснят обратного мутанта из эко­системы. Поэтому естественный отбор давно «запретил» тира­жирование обратных мутантов в природе.

Судьба генерализованных организмов складывается ина­че. При данном развитии экосистемы в сторону ее большей или меньшей продуктивности генерализованные существа не в состоянии тягаться со специализированными и находятся в их эволюционной тени, как было с млекопитающими при ди­нозаврах мезозойской эры. Однако с изменением вектора раз­вития экосреды ситуация меняется. Генерализованные суще­ства относительно слабо соответствуют прежнему направле­нию развития среды. Поэтому они легче переориентируются на новый вектор ее развития и кладут начало своей династии господ биосферы, как произошло с теми же млекопитающими в кайнозое.

По остроте приспособленности к среде обитания генерализованные существа несовершенны, что обещает им бу­дущее при смене направления развития среды. Отсюда право­мочность слогана «примитивные наследуют Землю».

Вопреки общему мнению приматы вообще и наши пред­ки в частности отнюдь не являлись эволюционными лидера­ми среди млекопитающих. Легенды о выдающихся биологиче­ских качествах приматов (от лат. primates - первенствующие) связаны с их незаурядной сообразительностью, что для само­влюбленного человека затмевает все прочие качества (см. вве­дение). Между тем согасно объективным показателям эволю­ционными лидерами среди млекопитающих являются не при­маты и не люди, а многочисленные, быстро размножающиеся, широко распространенные и, кстати, отнюдь не глупые мыше­видные грызуны [169, с. 97]. Понятно, что ни один здравомыс­лящий человек в подобное не поверит, но в этом случае он не­объективен.

Причина выгодной эволюционной отсталости приматов, делающей их генерализованными животными, состояла в сле­дующем. При жизни на деревьях, где нет обширных площа­дей опоры, таким животным, как приматы, трудно воспиты­вать многочисленное потомство, а потому обезьяны ограни­чены в количестве одновременно рождаемых детенышей [25, с. 50-51]. По той же причине женщины, как правило, рождают одного ребенка, что характерно для высших обезьян и их по­томков - людей. Избавленные от конкуренции между собой, эмбрионы и детеныши обезьян заторможены в индивидуаль­ном развитии, онтогенезе, что в силу биогенетического зако­на тормозит их видовое развитие - филогенез. Напомним, что биогенетический закон Э. Геккеля (1866 г.) гласит, что онтоге­нез вкратце повторяет филогенез. В силу закона обратной свя­зи онтогенез при этом способен, видоизменяясь, видоизменять филогенез. Проще сказать, медленное индивидуальное разви­тие животных замедляет чередование их поколений, что тор­мозит естественный отбор в их среде, а торможение естествен­ного отбора замедляет эволюционное развитие данных живот­ных в целом. Именно это обстоятельство превратило обезьян в эволюционно заторможенных, а следовательно, эволюцион- но отсталых, примитивных существ (что не вредит их сообра­зительности).

Очевидные признаки отсталости, архаичности у высших приматов состоят, например, в их цветном зрении, как у репти­лий (у прочих млекопитающих, ведших при мезозойских дино­заврах скрытный, ночной, образ жизни, развилось черно-белое зрение). Кроме того, людям присущи обильные кожные желе­зы, как у земноводных (чего нет у прочих млекопитающих), а порой - и шестипалость, как у первых земноводных (см. разд. 1.1). Шестипалость встречается и у наших отдаленных роди­чей, примитивных приматов тенреков, как у тенрека-самца Шестерки из Московского зоопарка, имеющего шесть пальцев на передней лапке (2007 г.). Иными словами, по объективным показателям обезьяны представляются эволюционно отсталы­ми существами, а люди и их предки - отсталыми обезьянами, чем обеспечивалось их великое эволюционное будущее. Нари­сованная картина наших эволюционных судеб сложна и диа­лектична (противоречива), однако она соответствует фактам.

Эволюционное аутсайдерство давало приматам предпочти­тельные шансы приспособиться к среде с переменой вектора ее развития при ранне-среднемиоценовом потеплении 24-13 млн лет назад. Локализация эволюционных достижений приматов в то время являлась предсказуемой.

Видообразование успешнее всего идет в предельно малых популяциях, в силу чего предпосылкой возникновения но­вых видов является изоляция эволюционирующих групп орга­низмов [169, с. 93-95]. Их изоляция необходима потому, что в крупных популяциях преобладают традиционные геномы и ге­номы, приобретшие новые признаки, теряются в море традици­онных геномов, не «подхватываются» естественным отбором и не дают начала новым видам, имея для этого все предпосылки. Напротив, в крохотных изолированных популяциях мутанты с новыми перспективными признаками заметны и подхватыва­ются естественным отбором. В силу своей эволюционной кон- куретос.пособности они вытесняют тоже немногочисленных ге­нетически традиционных собратьев и дают начало новому ви­ду. Проще сказать, чем меньше популяция, тем выше значение перспективного мутанта в процентном выражении.

В холодные эпохи, когда биопродуктивность среды низка, общеглобальная численность живых существ закономерно па­дает, их популяции легко изолируются и видообразование осу­ществляется в любой точке ареала эволюционирующих живых существ, в силу чего оно приобретает взрывообразный харак­тер, как было в эпоху ордовикского похолодания [421]. Напро­тив, в теплые эпохи ничто не угрожает численности живых су­ществ, а потому их относительная изоляция возможна лишь на окраине видового ареала, как было, например, вдали от родно­го моря с кистеперыми пресноводными рыбами, превративши­мися в земноводных в теплом верхнем девоне (см. разд. 1.1). Из сказанного следует, что в эпоху ранне-среднемиоценового по­тепления приматы имели шанс дать эволюционно новые фор­мы лишь на периферии, а не в центре своего ареала, который простирался от Африки до Юго-Восточной Азии, о чем свиде­тельствуют палеонтологические факты.

Молекулярно-генетические данные показывают, что при­маты вместе со своими ближайшими родичами - лесными планеристами шерстокрылами [545] - отошли от прочих пла­центарных млекопитающих в начале века кампана (верхний мел) ок. 75 млн лет назад [921, с. 1090]. Похолодание середи­ны палеоцена ок. 60 млн лет назад выделило из состава при­матов мобильных, летающих крыланов, или летучих лисиц, которые в свете современных данных уже не считаются род­ней внешне похожих на них летучих мышей [466; 481; 733]. В это же время лазающие формы приматов распались на полуо­безьян (тупайи, долгопяты, лемуры) и антропоидов (обезьян) [778, с. 112]. Последние с раннего эоцена (56-50,5 млн лет на­зад) представлены в палеонтологической летописи Северной Африки [303; 666; 667; 812] и Юго-Восточной Азии [359; 365; 542].

На рубеже эоцена и олигоцена, 36±3 млн лет назад, от узко­носых обезьян Старого Света отпочковались широконосые обезьяны Нового Света. Наконец, в начале миоцена, 22±2 млн лет назад, узконосые обезьяны разделились на низших, цер- копитекоидных (павианы, макаки и др.) и человекоподобных (гиббоны, орангутаны, гориллы, шимпанзе, люди) гоминоидов. Благоприятные природные условия ранне-среднемиоценового потепления привели африканских гоминоидов на север, в Ев­ропу [105, с. 83]. В тогдашней субтропической Европе они ока­зались на периферии своего ареала и получили перспективу принципиальных эволюционных преобразований. В резуль­тате на северо-востоке Испании 13-12,5 млн лет назад возник первый гоминид -пьеролапитек каталонсеий.

Среднемиоценовое похолодание (13-10 млн лет назад) бросило потомков пьеролапитека на историческую прароди­ну, в Африку, где они дали начало гориллам, шимпанзе и го- мининам. Высокая биопродуктивность теплой экосистемы тол­кала гоминин к маломобильной двуногости, которую в эпоху потепления 10-7 млн лет назад усвоили предки сахельантропа чадского - первого достоверно известного двуногого гоминина возрастом в 7-6 млн лет назад (см. приложение 2). Сложные миграции этих наших отдаленных предков из Африки в Евро­пу и обратно в Африку [834] привели к тому, что ни среди аф­риканских гоминоидов [267, с. 641; 460; 469; 901], ни среди ев- разиатских дриопитеков [267, с. 642, 643; 322; 497, с. 69-70] не найдено надежных предков гоминин, поскольку наши европей­ские предки успели отдалиться от африканских гоминоидов и при этом были чужды гоминоидам Европы.

<< | >>
Источник: Н.В. Клягин. СОВРЕМЕННАЯ АНТРОПОЛОГИЯ Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, получающих образование по направлениям (специальностям) «Антропология и этнология», «Философия», «Социология». 2014

Еще по теме 1.1. Закономерности гоминизации:

  1. 2.2. Закономерности размещения общественного производства.
  2. Понятие о педагогическом общении. Закономерности процесса общения. Принципы речевого общения
  3. Глава 4 Закономерности формирования государства на Востоке
  4. ГЛАВА 7 ЗАКОНОМЕРНОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ БИБЛИОТЕЧНЫХ СИСТЕМ
  5. § 5 Закономерности правовой системы
  6. ЗАКОНОМЕРНОСТИ ПЕДАГОГИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА
  7. ОБЩИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ ОБУЧЕНИЯ
  8. ОБЩИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА
  9. Глава 5 ЗАКОНОМЕРНОСТИ И ПРИНЦИПЫ ВОСПИТАНИЯ
  10. 1. Закономерности процесса воспитания школьников
  11. ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ ВОСПРИЯТИЯ ИНФОРМАЦИИ
  12. 8.5.Закономерности, связанные с восприятием визуальной и речевой информации. Единые законы подачи и управления информацией