>>

Детинец на детских костылях

Летом прошлого года я присутствовал при закладке нового сруба в деревне. В восточном углу дома будущий хозяин вырыл ямку и бросил горсть монет, Зачем? — спросил я. Так положено, — ответили мне.

Кем? Когда? Почему? — ответить никто не мог Положено — и все.

Пришлось выяснять это самостоятельно. Правда, раскапывая древнегреческие города, я уже сталкивался с чем-то подобным: находками монет в фундаментах. Тогда это объяснялось просто: на счастье. Чтобы дом стоял на деньгах. Но все оказалось гораздо сложнее и куда как древнее денег.

Еще один из первых и виднейших археологов СССР, автор учебника по археологии, А. Арциховский писал: «Неизвестно, чем вызваны погребения, встречаемые в мустьерских стоянках разных стран: страхом перед мертвым, заботой о нем или просто желанием уберечь покойника от зверей. Во всяком случае эти погребения дали нам основной антропологический материал по неандертальскому человеку». Несуразностей тут две. В пещерах или на стоянках жили тысячи лет и тысячи по-, колений, а находят один, два, три костяка; за что такой почет и‘ куда делись остальные? Почему большинство похороненных — дети или подростки (мальчик из Тешик-Таш, сунгирские дети и т.д.), за что им такой почет?

Ответ, как ни странно, дали не археологи первобытного общества, а современные этнографы и историки культуры. Имен-

но они наткнулись и заинтересовались древней и жестокой тю- рингской легендой. Чтобы сделать замок Либенштейн неприступным, за большие деньги купили ребенка и решили замуровать в стену. Пока каменщики делали свое дело, ребенок сидел в нише и ел пирог Иногда он кричал находившейся рядом матери: «Мама, мне тебя видно... Мама, мне все еще тебя видно... Мама, я вижу тебя в щелочку... Мама, а теперь я ничего не вижу».

Вскоре выяснилось, что подобные обряды были не только у немцев, а у всех народов Европы без исключения. Стены Копенгагена, например, несколько раз обрушивались, пока строители не прибегли к радикальному средству: взяли невинную голодную девочку и посадили за стол с игрушками и кушаньями.

Пока девочка насыщалась и играла, двенадцать (сакральное число?) рабочих сложили свод. Затем во все время возЕедения стен около склепа играла музыка, чтобы заглушить вопли несчастной. В итальянских преданиях можно найти историю о мосте через реку Арту, который все время обрушивался, пока в него не заложили жену строителя. Мост стоит, но его периодически трясет от рыданий и проклятий несчастной женщины.

В Шотландии вам и сейчас расскажут, что древние пикты орошали человеческой кровью закладку всех своих построек. В Англии помнят о Вортингерне, который не мог закончить башню, пока не пролил на фундамент кровь ребенка, рожденного матерью без отца. Даже святая Колумба зарыла святого Орана живым в основание своего монастыря, чтобы умилостивить духов земли, которые злокозненно разрушали ночью построенное за день.

Ничем не отличались и славяне. В Сербии три брата решили построить крепость Скадру, но злая вила-русалка год за годом разрушалато, что возводили триста каменщиков. Пришлось умилостивить злодейку человеческой жертвой. Решили, что ею станет жена того брата, которая первой принесет рабочим пищу. Братья поклялись хранить решение в тайне, но двое старших предупредили жен, и, когда жена младшего пришла на стройку, ее тут же замуровали в стену. Правда, женщина умолила оставить небольшое отверстие, через которое она могла бы выкормить грудью недавно родившегося ребенка. До сих пор сербские женщины приходят к источнику, который течет по тенам крепости и имеет цвет молока из-за примеси извести.

| >>
Источник: Бацалев В.В., Варакин А.С.. Тайны великих раскопок. 2006

Еще по теме Детинец на детских костылях:

  1. Детинец на детских костылях