<<
>>

П.В. Дриевский ГУК АЭМ «Тальцы», г.Иркутск, Россия ОРИЕНТИРОВОЧНЫЕ ЗНАКИ — УКАЗАТЕЛИ ОХОТНИКОВ В ТАЙГЕ

  основным видом таёжного промысла на территории Байкальской сибири долгие годы являлась охота, обусловливающая кочевую жизнь для освоения новых охотничьих территорий в погоне за зверем.
Все виды хозяйственных построек таёжной зоны исходили из целесообразности жизнеобеспечения в данных климатических условиях плюс преобладания высокой мобильности, необходимой для охотников. опасности и стрессовые ситуации вырабатывали на протяжении веков в человеке-охотнике определённые стереотипы поведения, черты характера, навыки. Догнать, настичь и убить зверя, при этом самому не стать жертвой, приспособиться к суровым условиям — вот задачи, которые постоянно должен решать охотник-промысловик. очень важную роль в этом играет умение ориентироваться, определять своё местоположение и дорогу к тому месту, куда ты хочешь дойти. Ландшафт таёжной местности труднопроходимый. на пути охотника ждут гари и заросшие кустарником непроходимые дороги, мари, ручейки и быстрые реки, крутые склоны и скалистые хребты.

Ещё задолго до прихода казаков коренные жители осваивали таёжные пространства Байкальской сибири. огромнейшие территории заселяли эвенки, главным занятием которых была охота. Этот народ назвали «следопытами тайги». Умение хорошо ориентироваться на местности по различным природным признакам было у эвенка «в крови», т.е. передавалось на генетическом уровне и вырабатывалось с детских лет. Эвенк-охотник обладал отличной визуальной памятью, ему достаточно было одного раза побывать в незнакомом месте, чтобы в следующий раз безошибочно указать дорогу к нему. Главными ориентирами на больших площадях для них служили водоразделы и речушки. на участках меньших по размеру ориентирами могли служить необычные природные и географические объекты (скалы, лиственница, сожжённая грозой, каповый нарост, пещера, дупло и т.д.).

иногда невдалеке от тропы или стойбища эвенков можно встретить затёсы на толстоствольных лиственницах размерами от 30 до 50 см2.

По словам информатора н.н. Копыловой из рода Лаксикагир с. Усть-Каренга Читинской обл. эти затёсы служили условными знаками, ориентирами, указывающими тропу, ведущую к лабазу, солонцу, капкану, петле. иногда на таких затёсах с помощью угля вперёд ушедшие оставляли информацию идущим за ними. они писали (вторая половина XX в., когда большинство эвенков были знакомы с русским алфавитом) или изображали, на каком дне пути от стоянки находились на данном месте, или же что в пути добыли соболя, сохатого и т.д., сообщали и о постигшей в пути неудаче, например, болезни или смерти. Это была своеобразная таёжная почта, где данные затёсы были бумагой, а уголь — карандашом. Подтверждения о надписях углём можно найти в статье П.П. Хороших «Путевые знаки эвенков- охотников» (Хороших, 1950; 57-60).

Зимой охотники оставляли информацию позади идущим рисунками и знаками, выполненными вдоль тропы веткой на снегу. так, «белкуя» вместе с одним охотником, мы оставляли информацию о направлении, где тропа расходилась, стрелками-рисунками на снегу. Информацию о направлении оставляли, используя ветку-стрелку, один из концов которой был заострён или же был тоньше. Этот конец указывал направление. Зимой ветку оставляли на снегу, в другое время года вставляли в развилку сучка или расщеп древесного ствола. Для лучшей видимости и привлечения внимания ветку-указатель могли очистить от коры, а на стволе дерева, к которому она прикреплялась, делали затёсы. Функциональное предназначение такой ветки — указать направление для лучшей ориентировки. Если охотник хотел донести информацию до путников, то старался выделить знак, если же делал её для себя, то указатель был менее заметный. Как пример: если такой прутик указывал направление от тропы до места, на котором охотник утаил часть своей поклажи, то кроме него самого такой указатель вряд ли кто увидит.

Во время Витимской этно-археологической экспедиции 2004 г., охотник- оленевод Н.Я. Арунеев с. Тунгокочен Читинской обл. согласился проводить участников к верховому захоронению.

Пройдя обряд очищения дымом (окуривания) и жертвоприношения, Арунеев попросил изготовить две ветки- указатели, которые были прикреплены рядом с развалившимся лабазом могилой. Они указывали сторону, по которой необходимо было обогнуть место захоронения. Николай объяснял это тем, что часто путники, которые не знали о захоронении, оскверняли его. Они проходили по упавшему погребению, и их ждало неминуемое возмездие в виде болезни, утери какой-либо вещи и даже смерти. Олень, прошедший по могиле, по словам Арунеева, вял на глазах. Поэтому кроме установления указателей мы ещё и огородили это место. Подтверждение предположения о том, что с помощью таких знаков охотники оповещали друг друга об опасности на пути следования, указывали места обходов, можно найти у Беликова. «Пользовались охотники-эвенки и своеобразными рисунками, свидетельствующими о наличии на пути капканов, ловушек, опасностей для собак или самого охотника, места пребывания, времени возвращения, болезни, смерти, другие подробности» (Беликов, 1995; 126-139).

Автор часто наблюдал, что по дороге эвенк-охотник ломал ветки, — с одной стороны это делалось для того, чтобы тропа не зарастала, с другой — сломанной веткой охотник оповещал о себе, заявлял, что он недавно проходил по угодью и следит за ним, что оно не заброшено. Чтобы быстрее найти дорогу к нужному месту, эвенк-охотник оставлял в коре дерева и между сучьями сорванный мох или ягель на расстоянии 10-20 м. С помощью стрелок-указателей определяли места брода через речки. По словам н.н. Копыловой, указателем, установленным на длинном шесте (хува), эвенки отмечали место брода. Такой же указатель приводит в своей статье П.П. Хороших (Хороших, 1950; 57-58). С помощью указателя эвенк-охотник не только мог показать направление, но и продолжительность похода. Если он полагал, что скоро вернётся, то к хонин-хува он добавлял ещё небольшую палку, указывающую в другую сторону. Если на палке-указателе были кольца из веток ивы или тальника, то по ним определяли количество дней, проведенных в походе.

Добрым знаком, указывающим то, что охотник находится на стоянке, являлся дым от костра. Но когда охотничья избушка (зимовьё) находилась на расстоянии от тропы или сплавной судоходной речки, то охотник, чтобы оповестить путника о своём пребывании, ставил возле дороги знак, отёсанную жердь, которую опирал на дерево; когда он уходил, то клал палку на землю. Проходящий или проплывающий путник-охотник знал: если приметит такую отёсанную приваленную к дереву жердь, то хозяин дома и можно заехать на чай.

Ориентировочные информационные знаки-указатели используются охотниками тайги и сегодня. С развитием грамотности у местного аборигенного населения уже не так часто встречаются знаки-письмена. Охотники оставляют записки на бумаге карандашом в избушках-зимовьях или прикалывают на затёсы деревьев. Всё же наряду с современными способами передачи информации охотники-таёжники продолжают использовать примитивные и удобные знаки- указатели: ветки-стрелки, затёсы на деревьях, знаки-рисунки, мох, вставленный в кору или между сучков, приваленные отёсанные жерди.

Подобные знаки применялись не только эвенками, а, скорее всего, были распространены у большинства таёжных охотников. Описание таких затёсов у тофаларов есть в монографии у Л.В. Мельниковой (Мельникова, 1994; 86-87).

Литература

Беликов В.В. Хозяйство и быт эвенков Бурятии в XVII-XVIII вв. // Отчий край: краевед. сб. — Улан-Удэ, 1995. — Вып. 2. — С. 126-139.

Мельникова Л.В. Тофы. — Иркутск, 1994. — 304 с.

Мыреева А.Н. Таёжные письмена // Розовая чайка. — 1992. — № 1. — С. 208-211.

Хороших П.П. Путевые знаки эвенков (Из материалов по этнографии эвенков р. Нижней Тунгуски) // Краткие сообщения института этнографии. — 1950. — Вып. X. — С.57-60.

 

<< | >>
Источник: А.В. Харинский. Социогенез в Северной Азии: материалы 3-й научно-практической конференции (Иркутск, 29 марта — 1 апреля, 2009 г.) — иркутск: изд-во ирГту. — 241 с     . 2009

Еще по теме П.В. Дриевский ГУК АЭМ «Тальцы», г.Иркутск, Россия ОРИЕНТИРОВОЧНЫЕ ЗНАКИ — УКАЗАТЕЛИ ОХОТНИКОВ В ТАЙГЕ:

  1. РОЛЬ ЛЕГАЛЬНОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ПРЕССЫ ИРКУТСКА В ПРЕДВЫБОРНОЙ КАМПАНИИ 1911-1912 ГГ.
  2. Исследование полимодАлыюсти восприятия у студентов Т.Н. Бандурка (Иркутск)
  3. Изучение лидерских способностей подростков, обучающихся в лицее для одаренных учащихся Е. А. Бурзунова (Иркутск)
  4. Экспериментальное изучение интеллектуальной одаренности Л. И. Ларионова (Иркутск)
  5. Инешин Е.М. Иркутский государственный технический университет, г Иркутск, Россия. О ПРАКТИКЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ПОНЯТИЯ «АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА» В АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕдОВАНИЯХ
  6. А.В.Тетенькин Иркутский государственный технический университет, г.Иркутск, Россия К ВОПРОСУ О КУЛЬТУРНЫХ МЕХАНИЗМАХ ТРАНСЛЯЦИИ АРТЕФАКТОВ В ПРОСТРАНСТВЕ
  7. А.В. Харинский Иркутский государственный технический университет, г. Иркутск, Россия КУРУМЧИНСКАЯ КУЛЬТУРА: МИФ И РЕАЛЬНОСТЬ
  8. В.М. Ветров Иркутский государственный педагогический университет, г. Иркутск, Россия ЛОЖЕЧКОВИДНАЯ ПОДВЕСКА ИЗ ИРКУТСКА. НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИНТЕРПРЕТАЦИИ, ОПРЕДЕЛЕНИЯ ВОЗРАСТА И КУЛЬТУРНОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПРЕДМЕТОВ И АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ КОМПЛЕКСОВ
  9. О.И. Горюнова, А.Г. Новиков Иркутская лаборатория археологии и палеоэкологии ИАЭТ СО РАН — ИГУ; 2Иркутский государственный университет, г.Иркутск, Россия ОБРАЗ ЗМЕИ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ БРОНЗОВОГО ВЕКА ПРИБАЙКАЛЬЯ
  10. П.В. Дриевский ГУК АЭМ «Тальцы», г.Иркутск, Россия ОРИЕНТИРОВОЧНЫЕ ЗНАКИ — УКАЗАТЕЛИ ОХОТНИКОВ В ТАЙГЕ
  11. Ю.А. Емельянова Иркутский государственный технический университет, г.Иркутск, Россия К ПРОБЛЕМЕ ИЗУЧЕНИЯ КЕРАМИКИ СЕВЕРОБАЙКАЛЬСКОГО ТИПА