<<
>>

7 Кельтское общество

Античные писатели интересовались кельтским обществом и его институтами лишь в той мере, в какой это касалось их собственных стран. Поэтому многие подробности жизни кельтов ускользнули от их внимания и могут быть восстановлены лишь благодаря археологическим находкам.

Островной кельтский героический эпос принадлежит к важным историческим источникам, но требует строгой критики и прежде всего отделения древних частей от поздних добавлений. Реконструкция образа жизни и общественного устройства кельтов осложняется также тем, что у них не было никакого политического единства и сведения, которые относятся к одной части кельтов, нельзя распространять на другие племена 79. Между племенами существовали очень нестойкие связи. Периодически возникали союзы племен, как, например, у галлов — под руководством арвернов, эдуев и секванов. В отличие от греков и италиков кельты не имели никакого представления о государстве ни в форме полиса, ни в форме республики. Это было типичное общество периода распада первобытного строя и перехода к классовой структуре. Здесь существовала специфическая организация власти, которую Маркс и Энгельс вслед за Морганом назвали «военной демократией».

Основными единицами кельтского общества были семья и род, но они не могли существовать самостоятельно и входили в состав племени — высшего общественного образования у кельтов. Племя у ирландцев называлось «tuath», у галлов (по-латыни) — «civitas», «pagus». Племена были различны: одни — очень малочисленны, другие — сильны и владели большими территориями. Островные племена были меньше галльских.

Общее количество кельтских племен очень велико. По свидетельству Страбона, на алтаре, посвященном Цезарю Августу в Лугдуне (Лион), были написаны названия 60 галльских племен — очевидно, только тех (трех Галлий), которые считали Луг дун своим центром.

У островных кельтов сохранились следы материнского права, но на континенте кельтская семья целиком патриархальна.

Отец обладал неог- раниченной властью над членами семьи 80.              277

Общественная дифференциация зашла довольно далеко, и аристократические семьи сосредоточили в своих руках значительную власть. В Ирландии социальная структура туатов была следующей: король, аристократия, свободные граждане. Король избирался из родственников предшественника, но не обязательно должен был быть его сыном. Жреческое сословие друидов не только ведало делами религии, но и пользовалось большим политическим влиянием. Свободные общинники были в большинстве крестьянами, но в их число входило и много ремесленников. Существовал институт клиентов — бедных общинников, заручавшихся покровительством и материальной поддержкой господ, за что они должны были служить этим господам как воины и выполнять для них различные работы 81.

Самое существенное различие между социальной системой ирландских кельтов и континентальных заключалось в том, что у большинства европейских племен (кроме живших в Аквитании и Бельгии) не было королевской власти. Во главе племени стоял ежегодно избираемый вождь («vergobret»), который был военачальником и обладал всей полнотой власти над своими подданными. Важнейшие вопросы он решал совместно с советом аристократов. Свидетельства античных авторов и изучение собственных кельтских имен заставляют полагать, что королевский сан был обычным и древним институтом и у континентальных племен. Но этот институт постепенно пришел в упадок и был заменен выбором вождей.

Цезарь различал в кельтском обществе три слоя: друидов, всадников и плебс. Всадники — это военная аристократия. У кельтов не было постоянного войска. В военное время все мужчины должны были служить в войсках. Вожди начальствовали над отрядами, поделенными по племенному или родовому признаку, и сражались на колеснице или на лошади.

В латене I и II колесницы играли большую роль в военных действиях, но во времена Цезаря они остались в употреблении только у островных кельтов. Хотя большинство повозок, иайденных в позднегальштатских погребениях, четырехколесные, приспособленные для обычных перевозок и церемониальные, есть основания полагать, что уже в это время в Трансальпийской Галлии употребляли двухколесную боевую повозку.

Во всяком случае в V—IV вв. до н. э. боевые колесницы уже были известны в Северной, Восточной и Центральной Галлии. Известны они и в более позднее время, но в конце латена сохранились только так называемые essedum у островных кельтов — легкие двухколесные повозки, запряженные двумя лошадьми.

Конница континентальных кельтов комплектовалась из аристократи-


и в Греции.

Во времена Цезаря конница, по-видимому, имела меньшее значение. Массу воинов составляли пешие, число которых достигало 200—300 тыс. По сравнению с этим кажется небольшим контингент в 15 тыс. всадников, выставленный эдуями при осаде Герговии. Кельты славились своей отвагой в бою. Женщины сражались, как мужчины. И все же войну с римлянами кельты проиграли, так как способ ведения боя у них был очень архаическим. Они считали, что слепое неистовство и жестокость в бою должны устрашить противника, и поэтому не придавали значения военной хитрости и тактике римлян. Если в начале кельтской истории дикий натиск сокрушал неподготовленного и хуже вооруженного врага, то в позднейшее время это преимущество исчезло. Впрочем, указывают, что с переходом к оседлости, с ростом благосостояния мужество кельтов

Галлъский шлем, найденный в Горж-Мейне, департамент Марны, Франция

быстро шло на убыль, и наступило время, когда кельты избегали столкновений и отступали перед превосходящими их отвагой германцами.

Римлян и греков поражало, что кельты сражаются почти обнаженными и единственной защитой им служит щит. Этот обычай, вероятно, имевший религиозное, магическое значение, исчез в римское время. Южногалль- ские статуи изображают воинов в панцире, но на рельефах арки в Оранже они обнажены. Кроме брони и наколенников, которые были сравнительно поздно переняты у народов Италии и Греции, защитным вооружением служили щит и шлем.

Первоначально бронзовый шлем, перенятый у италиков и этрусков, носили, вероятно, только вожди и богатые воины, и он редко встречается в кельтских погребениях.

И когда было налажено собственное производство, шлемы еще долго оставались признаком знатного воина, о чем свидетельствует их художественная обработка, недоступная для рядового. Некоторые шлемы так богато украшены золотом, кораллами, эмалью, что скорее служили головным убором, чем средством защиты в бою.

Судя по скульптурным изображениям, в Южной Франции были распространены кожаные шлемы, неизвестные в остальной*Галлии.

Защитным оружием, которым владел каждый воин, был большой, иногда в человеческий рост, овальный или шестиугольный деревянный щит. Он имел железный умбон, продолжавшее умбон вверх и вниз вертикальное ребро и оковку по краю бронзовым или железным листом. Щиты были тонкими — в середине 11 мм, по краям до 5 мм. Иногда щиты изготовлены из коры или тростника и обтянуты кожей. Многие щиты расписаны и украшены орнаментом или изображением животных. Особенно часты щиты в погребениях кельтов с середины III в. до н. э.

Наступательным оружием кельтов были меч, висевший справа, длинное (иногда более 2 м) копье в руке и дротик («madaris»). Копейщики составляли важную часть кельтских войск. Некоторые воины были вооружены луками. Преимущественно у островных кельтов встречается праща. В раннем и среднем латене сохраняются гладкие железные наконечники копий со втулкой, в позднем латене — различные варианты с сильнопро- филированным средним ребром.

Ранний латенский меч был, как правило, коротким, с антропоморфной или псевдоантропоморфной рукоятью. Их прототипом служили поздне- галынтатские кинжалы. Такие мечи появляются с конца V в. до н. э. и употребляются долго — до I в. до н. э. Возможно, что они принадлежали военачальникам.

После 350 г. до н. э. появляются более длинные (в среднем около 80 см) мечи. Они имеют массивный клинок и ребро посредине. Ножны обычно богато орнаментированы. В позднем латене длина меча достигает м и более. Конец такого меча был тупым.

Каждое племя, каждый военный отряд кельтов имели свой «штандарт»— деревянную штангу, украшенную чаще всего бронзовой фигуркой кабана.


Галльский шлем, покрытый золотом Найден в Амфревилле

О внешнем виде и обычаях кельтов нам сообщают античные авторы.

Наиболее наблюдательным из них был Посейдоний, историко-географические и этнографические сведения которого известны нам только в цитатах и отрывках. Основываясь на данных Посейдония, Диодор 82 пишет о кельтах, что они были высокого роста, с белой и нежной кожей, с голубыми глазами и русыми волосами. Волосы у них были не только от природы светлые, но еще и окрашенные специальными красками. Мужчины мазали себе волосы известковым раствором, чтобы прическа лучше держалась, а затем зачесывали их назад. Некоторые мужчины брились, другие носили бороды. Знатные брили щеки, но оставляли такие длинные усы, что они закрывали им рот.

Однако, как показали антропологические исследования, это описание применимо не ко всем кельтам. Они не принадлежали к ярко выраженному однородному физическому типу. У них чередуются, притом в одних и тех же могильниках, долихоцефальные и брахицефальные типы. Рост мужчин (захоронения с оружием) колебался от небольшого (150 см) до среднего (160—170 см) и высокого (195 см) 83.

Кельтов описывают как народ воинственный и ловкий и в то же время очень наивный. Они любили забавы и пиршества, были гостеприимны, заботились о своем внешнем виде, были педантично опрятны.

По описанию Диодора, кельты носили цветные хитоны и штаны (Ьгас- сае). Сверху надевали плащ, зимой — шерстяной, летом — из тонкой ткани, и застегивали его фибулой. Брюки составляли главное отличие этого костюма от римского. Классические народы не знали брюк. Пряжки от поясов и фибулы от плащей находят в кельтских погребениях во мно- 281

жестве. Фибулы изготовляли из бронзы или железа, иногда — из серебра. Их эволюция служит в настоящее время важнейшим средством датировки. Известно множество типов и неисчислимое количество вариантов, изготовленных в определенных мастерских.

Фибулы с масками или инкрустированные кораллами и эмалью принадлежат к лучшим произведениям кельтского искусства. В некоторых захоронениях женщин встречается много фибул на плечах и на груди (например, в могильнике у Цюриха в одном случае — 14, в другом — 21 фибула).

Богатые раннелатенские пояса украшены золотыми и бронзовыми нашивными бляшками. В III в. до н. э. пояс становится важной частью одежды. Пояса мужчин и женщин начинают резко различаться. Знатные женщины этого времени носят бронзовые поясные цепи, состоящие из литых звеньев, инкрустированных красной эмалью и соединенных между собой кольцами.

К более поздним формам относятся цепи из восьмеркообразных звеньев. Мужские пояса делаются из кожи или бронзовых звеньев. В конце в. до н. э. появляются железные поясные цепи из плоских переплетенных звеньев с богатой чеканкой на лицевой стороне.

Характерным украшением латенского времени был торквес — шейная гривна, скрученная из нескольких проволок или сделанная из массивного или полого стержня с несомкнутыми концами, завершающимися печатевидными (или буферовидными) расширениями. Торквес известен еще в бронзовом веке и, возможно, был заимствован с Востока. Во всяком случае во второй половине V в. до н. э. он распространяется у кельтов. Торквесы изготовляют из золота, и это предметы большой художественной ценности. Позже появляются более простые торквесы, изготовленные из бронзы.

Из античных источников известно, что торквесы носили воины, особенно предводители. На всех изображениях кельтов, как собственных, так и греко-римских, и на монетах воины носят это украшение, ставшее символом кельтов. Даже кельтские боги изображаются с торквесом на шее или в руке как религиозным символом. Если судить по сообщениям древних авторов и изображениям, торквес был мужским украшением. Однако в раннелатенских могильниках он встречается только в погребениях женщин. Совершенно исчезает торквес после 300 г. до н. э., когда женщины перестали его носить и из женского украшения он стал знаком отличим вождей. Это, однако, не объясняет, почему торквес исчез из погребального инвентаря. Я. Филип предполагает, что во II в. до н. э. торквес перестал служить знаком общественного положения отдельных лиц в повседневной жизни и перешел в разряд религиозно-мифологических символов.

Кроме шейных гривн, кельты, как женщины, так и мужчины, носили в качестве украшений ручные и ножные браслеты из золота, бронзы, железа, янтаря, сапропелита, шифера или стекла.

Пища кельтов состояла из хлеба и большого количества мяса. Свинина, поджаренная на углях или на вертеле или сваренная в большом котле, была любимым блюдом. Подавались также баранина, говядина и печеная соленая рыба. Континентальные кельты сидели во время еды на земле или на разостланных шкурах, иногда перед ними ставился низкий столик. Любимым напитком было вино, доставлявшееся с юга в провансальских и римских амфорах. Народным напитком было пиво, приготовленное из ячменя.

Во время пира иногда устраивалась борьба, певцы (барды) пели под аккомпанемент инструмента, похожего на лиру.

Кельтская шейная гривна (тсрквес) с бычьими головами. Железная основа обтянута серебром. Диаметр 29,4 см, вес 6,75 кг. Трихтинген, Вюртемберг. Музей в Штутгарте

Религиозные представления кельтов, несмотря на кажущееся обилие источников, до сих пор не вполне ясны. Сообщения древних писателей очень неточны, так как чаще всего они переносят собственные религиозные представления в кельтский мир. Старая ирландская литература и сравнительная филология чрезвычайно важны для изучения вопроса о религии кельтов, но использование этих источников требует самой строгой научной критики.

Две группы источников (правда, относящиеся к сравнительно позднему времени) важны для понимания религии континентальных кельтов: надпи

си галло-римских времен и археологические памятники — статуи, алтари, святилища, погребальный инвентарь. Сотни надписей на латинском языке содержат имена галльских богов, а иногда и сообщения о причине посвящения им данного текста. К сожалению, еще плохо изучены тысячи фигурок из бронзы и глины, найденные в качестве приношений в галлоримских храмах. Да и рельефы и статуи систематически изучены только в Г аллии 84. Островные и среднеевропейские (дунайские) памятники ждут еще такого издания.

Мнения ученых о кельтской религии очень противоречивы: одни считают, что у каждого племени были свои боги и культы, другие — что существовал общекельтский пантеон85, третьи — что наряду с местными были и общие божества. Новейшие исследования показали, что общие черты кельтской религии более сильны, чем раньше предполагалось. Различия иногда определялись своеобразием местной культуры, вследствие чего одному и тому же божеству в двух отдельных областях приписывали различные атрибуты и функции. Имело значение и воздействие религиозных представителей автохтонного населения тех областей, куда приходили кельты.

Источники приводят около 400 имен богов и богинь. Иконография отдельных божеств разработана нечетко, атрибуты разных богов нередко совпадали, функции их часто переплетались, между богами и героями не было ясной границы. Все это очень запутывает и усложняет наши представления о кельтской религии 86.

В кельтском мире известны три отдаленные друг от друга области, где почитались женщины-богини: Прованс, Прирейнские области и Ирландия. Вероятно, этот культ восходит к древним неолитическим традициям и связан с Матерью-Землей, плодородием и подземным царством. В Ирландии, где пережитки матриархата были более сильны, боги мужского пола подчинялись богиням. К очень древним традициям относится почитание различных природных объектов: гор, рек, деревьев и т. п. Особым почитанием были окружены и некоторые животные: баран, собака, змея и др. Часто они сопровождают изображения кельтских богов. В Галлии встречается изображение бога с оленьими рогами — это Цернуннос, олений бог. Эпона — богиня лошадей, почитавшаяся в Г аллии, Северной Италии, Британии и кельто-иберской области, изображена в сопровождении лошадей или жеребят. Возможно, что божества, изображения которых связаны с животными, первоначально представлялись в облике этих животных и были тотемами отдельных племен. Позже боги приобрели человеческие черты, и животные стали лишь их атрибутами. Однако существование тотемизма у кельтов не доказано и, вероятно, не может быть доказано, так как почти все изображения богов восходят к поздней фазе религиозного развития, когда примитивный тотемизм стал уже отдаленным прошлым.

Цезарь в шестой главе записок о Галльской войне называет кельтских богов, но настолько приспосабливает свое описание к римским понятиям и категориям, что совершенно искажает истинный характер религии кельтов. Поэт Аукан (I в. н. э.) называет всего трех кельтских богов — Эзуса и Тевтатеса, соответствующих Марсу — Меркурию, и Та- раниса, соответствующего по своим функциям Юпитеру и Диспатеру (dis pater, которого галлы считали своим предком). Среди сотен галльских изображений богов различают две группы: к одной относятся боги в «позе Будды», бог с рогами оленя, трехголовый бог и бог с кельтской змеей (змея с головой бараиа); к другой—-боги, изображаемые с колесом и молотом или находящиеся на так называемых колоннах Юпитера.

Изображение кельтского трехголового бога на сосуде из Бовэ

Каждая из этих групп ограничена определенной областью87. Известно 35 изображений бога в «позе Будды» из Южной и Средней Франции.

Его атрибутами были сума и крыло Меркурия, корзина с плодами, что характерно для богов плодородия и изобилия. К той же группе принадлежит трехголовый бог, около 30 изображений которого найдено в области белтов. Число три символизировало у кельтов силу и совершенство.

Бог со змеей и бог с рогами оленя — это боги плодородия и подземного мира.

Бог с колесом или молнией в руке соответствует классическому Юпитеру и должен быть идентифицирован с Таранисом.

Бог с молотом, изображений которого найдено более 200, особенно почитался в области эдуев.

Остается открытым вопрос, были ли изображения богов у кельтов доримского времени. В течение всего латенского периода антропоморфных изображений богов нет, а все, что мы знаем, за немногими исключениями, относится к периоду римского завоевания. Возможно, что если такие изображения и были, то они делались из дерева или другого не- сохраняющегося материала.

Вероятно, кельтская религия стала бы для нас яснее, если бы удалось датировать знаменитый культовый котелок из Гундеструпа в Ютландии

(Дания)".              285

Серебряный котелок из Гундеструпа, Дания. Высота 42 см, диаметр 68 см.

Национальный музей в Копенгагене

Высота котелка 42 см, диаметр 58 см, вес почти 9 кг. Чеканные стенки котелка с внутренней и внешней сторон покрыты серебряными позолоченными пластинками с изображением богов и героев. Семь сохранившихся пластин внешней стороны представляют четырех богов и трех богинь (одна пластина утрачена). Они очень схематизированы, и изображения мужчин отличаются бородой и поднятыми вверх руками. Один бог держит в руках оленей, другой — людей, третий — морских коньков, рядом с четвертым стоят человеческие фигурки. Богини также окружены фигурками людей или животных. На внутренних пластинах изображены воины, богиня с фантастическими животными, бог Цернуннос с торквесом и змеей и др.

К сожалению, дата изготовления котелка и его происхождение очень спорны. Одни считают его дунайско-кельтской работой I в. до н. э., другие — кельто-лигурийской работой II в. до н. э. Некоторые указывают на возможное влияние религии Митры, сказавшееся в отдельных сценах, изображенных на котелке89, и в соответствии с этим относят его к в. н. э. и считают изготовленным в Северо-Восточной Галлии. Поэтому, несмотря на обилие и разнообразие культовых изображений на котелке из Гундеструпа, он немного дает для понимания кельтской религии.

Мы мало знаем о представлениях кельтов, касающихся загробной жизни. Во всяком случае, судя по могильному инвентарю, содержащему все, что необходимо было живому, они верили в загробную жизнь. Погребальный ритуал менялся в течение веков. Во время экспансии распространился обычай трупоположений в грунтовых могильниках. Однако в областях, где не было больших передвижений, долго сохранялся обычай хоронить в курганах. В грунтовых могильниках разных племен и областей ритуал различен: в Словакии костяки лежат головой к югу, в Моравии— головой к северу, а австрийско-карпатской области есть погребенные в скорченном положении. Умершие часто похоронены в деревянных гробах или в ямах, обложенных деревом. Типично кельтским обычаем было помещение в могилу части вепря. Бытовал обычай трепанации черепов.

Кроме трупоположений, с III в. до н. э., особенно в среднеевропейских областях, появляются, вероятно под влиянием автохтонного населения, трупосожжения. В некоторых могильниках с конца III в. до н. э. трупосожжения преобладают, но обычай хоронить несожженные тела все же удерживается.

Судя по сообщениям античных авторов, с верой в загробную жизнь у кельтов сочеталось учение друидов о бессмертии души и о переселе-

90

нии душ после смерти из одного тела в другое .

Несомненно, у кельтов существовали человеческие жертвоприношения. По некоторым сведениям, каждому из богов была необходима своя форма умерщвления жертвы: для Тевтатеса жертву топили в сосуде с водой, для Тараниса — сжигали в сплетенных из ивовых прутьев больших корзинах, для Эзуса — вешали на дереве. Возможно, у кельтов был и обычай ритуальной антропофагии.

Кельты сохраняли отрубленные головы своих врагов в храмах или жилищах. В колоннах портика галльского храма в Рокпертюсе были сделаны ниши, в которые вставлялись отрубленные головы. Подобное наблюдалось в Испании и других частях кельтского мира. «Отрубленные головы» — любимый мотив в скульптуре и орнаменте, в особенности на юге Франции.

Вероятно, еще в доримское время кельты возводили для своих богов храмы. Они были деревянными, и найдены только их следы. Судя по таким следам, это были квадратные, круглые или многоугольные постройки со стоящим посредине идолом. В римское время постройки возводили на местах прежних храмов. Так, в Альтбахтале близ Трира под постройкой римского времени были найдены следы более древнего деревянного храма.

Однако в большей части кельтского мира в латенском периоде не находят следов храмов или святилищ. Здесь есть лишь доказательства существования священных мест, ограниченных забором, валом или рвом. Священными были некоторые леса, горы, рощи, где кельты приносили жертвы своим богам.

В некоторых священных местах скопилось множество вотивных предметов, принесенных в жертву богам. Таким местом, очевидно, был и сам Ла- Тен, давший название всей культуре. Из 2500 найденных здесь .предметов более трети составляет оружие, брошенное в воду. На острове Англси (Лэн Кэрриг Бах) в I в. до н. э. со скалистого утеса сбрасывали в воду оружие, оковку повозок, цепи пленников и рабов и т. д.

В кельтской религии, как и в других областях их культуры и жизни, смешивались весьма архаичные, восходящие к первобытности черты и черты, сближавшие их с цивилизованным миром Средиземноморья.

<< | >>
Источник: Монгайт А.Л.. Бронзовый и железный века.Археология Западной Европы. 1974

Еще по теме 7 Кельтское общество:

  1. ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
  2. 2.2 Правовая лексика древнеанглийского периода
  3. Хозяйство и общество эллинистического Египта.
  4. Н. А. Ганина ГЕРМАНСКИЕ ПРОВИДИЦЫ В ЭПОХУ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ
  5. Глава пятая МОНОГАМНАЯ СЕМЬЯ
  6. РИМСКАЯ ГАЛЛИЯ
  7. Внутренняя граница
  8. Глава 5 ЧТО ТАКОЕ ЭТНИЧНОСТЬ. ПЕРВОЕ ПРИБЛИЖЕНИЕ
  9. Глава 8 МАРКС И ЭНГЕЛЬС ОБ ЭТНИЧНОСТИ: ЖЕСТКИЙ ПРИМОРДИАЛИЗМ
  10. Глава V Специфика национального развития Великобритании
  11. О гомогенности венгерского общества
  12. Хронологические подразделения латенской культуры
  13. 2 Общая характеристика латенской культуры
  14. Вопросы происхождения кельтов
  15. Торговля, транспорт, денежное дело
  16. 6 Кельтское искусство
  17. 7 Кельтское общество
  18. Вторая ступень железного века вне основной кельтской территории
  19. 11 Германцы
  20. Очерк двенадцатый ЭТНОСОЦИАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ В ДОКАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ КЛАССОВЫХ ОБЩЕСТВАХ