<<
>>

Лингвоотступление и «ненаучная» история

Один из восьми языков, которые обнаружил Э. Форрер, это лувийский язык. Еще тогда, практически на заре хеттологии, высказывались мнения, в частности, профессором А. Захаровым, о возможной принадлежности этого языка к южной группе угро-финских, теперь исчезнувшему.

Эту загадку, честно говоря, можно было бы не рассматривать, если бы не значительное количество обстоятельств, возвращающих к этому вопросу. И не только отсутствие префиксов и своеобразие суффиксов и окончаний побуждает нас к этому. Если уж на то пошло, все языки мира сводятся к одному протоязыку (Л. Наров- чатская, «Первозванность». М.: «Художественная литература», 1991) Ойкумены.

Когда Суппилулиума и его сын Арнуванда II скончались от чумы, престол занял юный Мурсили II. Западные царства восстали, и инициатором смуты была все та же Арцава, которую приходилось покорять и Лабарне (первый царь хеттов, по имени которого титуловались цари, хотя по полному списку царей он был вовсе не первый). Арцава подбивал к противодействию Мурсили — Миру, Кувалию, Хапаллу и «странуреки Сеха». Однако молодой Мурсили не ударил в грязь лицом и восстановил за два года положение вещей, причем в покоренной Арцаве в ходе военных действий убил царя-смутьяна.

Распад страны Хатти на множество слабых хеттских государств произошел после завоевания Капподокии мушками (мосхами), от имени которых, предположительно, произошло название Москвы.

Оба выделенные обстоятельства — проходные моменты из исследования Л. Наровчатской. От себя добавим третье; на берегу Евфрата стоит город Мари (во-первых, по протокорням языка прекрасно переводимый по упомянутой книге, а во-вто~

рых, названием повторяющий ныне существующее племя угро- финского корня). Возможно, следовало бы вернуться к происхождению лувийского языка? Тем более что он уже именуется и иероглифическим лувийским.

Наверное, стоило бы исследовать вероятность появления хеттов (с лошадьми) в Малой Азии — из Азии Центральной, где связь их с угро-финнами была бы менее спорной, и основания к тому есть, хотя дня современного историка пока еще не очень веские: исследователи привыкли не замечать друг друга.

А ведь кроме Наровчатской есть еще и Юван Шесталов, поэт-манси, который независимо от нее в исследовании «Регули» пришел к сходным выводам и даже почти доказал идентичность древних антов и нынешних ханты-манси. У мосхов и теперь есть прямые потомки — мокша. Кстати, одного происхождения с венграми (уграми), которым гораздо ближе было до Балкан из Малой Азии, чем из-за Уральского хребта. Мадьяр — Мари, Угры — Угарит, Финикия.

А по Л. Наровчатской, угро-финны в Египте фараонов — народ окраин. Причем не пропадающий на задворках, а деятельный, занимавшийся сбором дани — как материальной, денежной, так и живой: воинами и рабочей силой. Кстати, е Египте, как и в Хатти, нигде и ни разу не возникло слово раб, встречающееся только в Ветхом Завете. Империя — да! Причем простиравшаяся от одной Саха — до Саха другой: от Сахары до Саха-лина. В промежутке между этими пунктами — и Ра- Сеха (Волга), и Сихотэ-Алинь, и Саха-Якутия. Мадьяры — мытари на Западе, Мокша — мытари на Востоке. А еще — воины, конные воины (хетты?). Не они ли взбунтовались при РамзесеП?..

И непонятная «страна реки Сеха»....

<< | >>
Источник: Бацалев В.В., Варакин А.С.. Тайны великих раскопок. 2006

Еще по теме Лингвоотступление и «ненаучная» история:

  1. Лингвоотступление и «ненаучная» история