<<
>>

6. Афинская демократия при Перикле и олигархическая оппозиция Фукидида, сына Ме- лесия, во второй половине V в. до н. э.

Наиболее ценной является характеристика, данная Периклу Фукидидом (II, 65, 5—11). Однако, вчитываясь в нее, историк неизбежно задается целым рядом вопросов: всегда ли Перикл был таким, как его оценивает Фукидид и какому периоду его политической карьеры более всего соответствует эта характеристика? В чем смысл противопоставления Фукидидом периода правления Перикла времени его преемников и каково значение замечания автора о том, что при Перикле правление называлось демократией, на деле же власть принадлежала первому гражданину? Внимательное рассмотрение источников позволяет признать, что первая половина жизни и деятельности Перикла, по крайней мере до начала 40-х гг., является загадкой, Ибо сведения источников фрагментарны, противоречивы и не вполне надежны.
Этим и объясняется отсутствие единства взглядов ученых о внутриполитическом положении Афин в 60—40-е гг. V в. до н. э. и причинах возвышения Перикла. Период идеализации Перикла, характерный для второй половины XIX в.65, сменился критическим отношением к античной традиции о нем. В конце, XIX — начале XX вв. сложилось И стало господствующим мне^ ние, согласно которому возвышение Перикла объяснялось социальными й политическими причинами66. Однако вскоре после второй мировой войны в западной историографии наметились тенденции к пересмотру сложившейся концепции о Перикле. Прежде всего исследователи признали ошибочным использование термина «партия» для историй Афин V в.67 68. Затем, как уже отмечалось, они стали утверждать, что в Афинах до конца V в. не существовало демократии и демокра!- тической политики. Закономерным следствием этих взглядов явилось распространение с конца 50-х гг. мнения о то'м, что общественные отношения в Афинах невозможно трактовать с точки зрения социально-политических факторов. Поэтому ученые, объясняя возвышение Перикла, придают первостепенное значение его личным и семейно-клановым связям55.
Итак, чтобы ответить на поставленные вопросы, необходимо начать с анализа существующей традиции. О начальном периоде карьеры Перикла сообщает только Плутарх. Биограф отмечает, что сначала Перикл совершенно не занимался государственными делами, но только участвовал в военных походах (по-видиМому, под руководством Кимона. — В. С.). Неучастие Перикла в политической жизни Плутарх объясняет тем, что он боялся народных масс (Plut. Pericl. 7.1). Имея большое сходство с Писистратом и будучи богатым человеком и принадлежавшим к выдающемуся роду69, он опасался быть подвергнутым остракизму. Ион, на которого ссылается Плутарх, утверждал, что; обхождение Перикла с людьми было дерзким и высокомерным. Вероятно, все эти качества составляют субъективно-тенденциозную основу враждебной Периклу характеристики, сохранившейся у Иона, который противопоставлял его Кимону. Ион, по-видимому, в гипертрофированном виде представил такие черты характера Перикла, как замкнутость, некоммуникабельность, т. е. именно то, на что указывает Плутарх, говоря, что он по своей природе был не прост в обхождении (Pericl. 7.2). Эти черты могли быть преодолены по мере расширения его общественной активности. Что касается замечания' Плутарха о сходстве Перикла с Писистратом, то это, вероятно, литературный штамп, найденный биографом в одном из источников. По-видимому, это был Фео- noMin, который с Писистратом сравнивал и Кимона. Нуждается в объяснении и мысль Плутарха о том, что Перикл угождал массам, боясь как бы его не стали подозревать в стремлении к тирании. В данном случае, вероятно, Плутарх объединяет два обвинения, выдвинутые против Перикла его врагами, сохранившиеся в традиции, которой пользовался биограф. Обвинение в стремлении Перикла к тирании скорее всего получило распространение с того времени, когда он стал ежегодно избираться на должность стратега. Это обвинение опровергается относительно просто. В отличие от Писи’страта, который, как известно, хотя и не отменил конституцию Солона, но фактически с ней не считался, Перикл не только придавал афи'нокой конституции огромное значение (см.
Thuc. II. 37 sqq.), но и своими реформами совершенствовал ее. С обвинением в демагогии дело обстоит сложнее. Термин / бгцкхуюуод, предводитель народа, с отрицательным смыслом получил широкое распространение в IV в. Под предводителя1- ми такого рода имели в виду политиков, которые угождали, потворствовали народу, шли на поводу у демоса. Этот термин, по- видимому, имел в виду Фукидид, характеризуя преемников Перикла (П.65.10, ср. Ш.36.6; IV.21.3). Аристотель уже широко его использовал (Arist. Ath. Pol. 27—28; Pol. II.9.3. 1274 a. 3— 10). Историки IV в. Феопомп, Стесимброт и Ион, как мы уже отмечали, особенно часто прибегали к нему, отрицательно характеризуя современную им демократию. Между тем, прослеживая историю развития афинской демократической конституции и ее отражение у античных авторов (Геродот, Фукидид, Аристотель), / можно прийти к заключению, что термин бгщау^У0? является синонимом, только с оттенком отрицательного содержания, более благопристойного понятия Проотатг|?. Уже Геродот, характеризуя Клисфена, и называя его простатом народа, считал его не только защитником, но и предводителем демоса (ср. Arist. Ath. Pol. 20.4). Тем не менее эволюция социальный отношений в Афинах, естественно должна была наложить отпечаток и на изменение Г Г содержания понятия Про 35). Численность граждан древние всегда рассматривали как важнейшее условие успешного функционирования государственного организма (Plato Leg. 737 с; 742 d; 745 с; Arist. Polit. VII. 4.2, p. 1327 a 1—3). Несомненно, эта проблема обсуждалась! и в кружке Перикла’, в состав которого входил известный архитектор Гшшодам из Милета. Он давно уже жил в Афинах, возможно, еще со времени Фемистокла. Ему принадлежит планировка Пирея. Аристотель подробно разбирает его проект идеального государства (Arist. Pol. П.5.1. sqq., р. 1267 b 22 sqq.)., Два положения в его проекте заслуживают особого внимания. Большое значение Ги'лподам придавал проблеме граждан и их численности в идеальном государстве. Оптимальным он считал город с населением в 10 тысяч граждан (Arist.
Pol. П.5.2^ р. 1267 b 30). Возможно, идеи Гипподама легли в основу и гражданской реформы Перикла. В пользу правомерности этой, гипотезы говорит следующий факт. Гипподам считал, что дети лавши’х на войне гра'ждан должны воспитываться на казен-. ный счет (Arist. Polit. Н.5.4, р. 1268 а 9—10). Эта идея была во-» площена в жизнь в Афинах при Перикле. Заканчивая свою речь в честь павших воинов, он заявил: «.-.с этого дня государство будет содержать их детей (детей павших воинов. — В. С.) до их возмужания на государственный счет» (Thuc II.46.1). Итак, гражданская реформа Перикла предусматривала* создание наиболее оптимального по численности гражданского, коллектива, в чем в это время был особенно заинтересован афинский демос. Вместе с тем введение этой реформы было свя,-( зано и с законом об оплате должностных лиц. Осуществление этой меры требовало больши'х денежных затрат (Arist. Ath, Pol. 24.3, ср. Plut. Pericl. 37.4). Естественно, нужно было поза-, ботиться о количественном составе гражданского коллектива (ср. Arist. Ath. Pol. 63. 3). Конец 50-х — начало 40-х гг. V в. в политической карьере Перикла являются важной вехой. В это время он достигает первенствующего положения в государстве. В среде демократиче- ских лидеров он уже более не имел соперников после гибели Толмида (ср. Plut. Pericl. 18.2—3). Со смертью Кимона консервативно-аристократические круги на некоторое время ослабили сопротивление Периклу. С этого времени мы можем уверенно говорить о внутренней и внешней политике Афин, которая теперь всецело осуществлялась под его руководством. По своему характеру это была имперская политика, но лишенная авантюристических замыслов. Перикл, продолжая традицию Феми^ стокла и Зфиальта, считал Спарту главным противником. Однако, в отличие от других демократических лидеров, он полагал, что войне со Спартой должна предшествовать серьезная подготовка, предусматривавшая возвышение авторитета Афин в эллинском мире и пропаганду афинского превосходства73; укрепление афинского господства в морском союзе и превращение его в афинскую империю; осуществление активной внешней политики, направленной на утверждение афинского влияния в стратегически важных районах.
Углубление демократических тенденций во внутренней и внешней политике Афин, обусловленное реформами Эфиальта и Перикла, было уже необратимым, поэтому знать предпринимала* безуспешные попытки, используя временные внешнеполитические неудачи демократов и Перикла, возвратиться к ла!коно- фильской консервативной политике. Такие попытки были предприняты вскоре после битвы у Танагры (457 г.), где афиняне потерпели поражение, и после гибели афинского флота в Египте (454 г.). Опасная внутриполитическая ситуация заставила Перикла» вернуть из изгнания1 Ки'мона и пойти на заключение, мира со Спартой (Theopomp.=FGr Hist. 11 В 115 F 88; Plut, Cim. 17.8—18.1; Pericl. 10.4; Diod. XI. 80.3—6; Andoc. III. Aes- chin. 11.172). Однако со смертью Кимона после 451 г. канули в Лету и надежды аристократической оппозиции Периклу. Новое осложнение внутриполитической борьбы в Афинах наблюдалось вскоре после заключения тридцатилетнего мира со Спартой (446/45 г). Лидером аристократической оппозиции становится Фукидид, сын Мелеси’я, свойственник Кимона. К сожалению, сведения о нем противоречивы и фрагментарны (Theo- pompus*=FGr Hist. 115 F 91; Vita Anon. Thuc. 6; Plut. Pericl. 6.2; 8—5; 11—13; 12.1; 16.3; Nic. 2.3). Поэтому и в современной западной историографий оценка роли Фукидида и дата его изгнания йз Афин являются дискуссионными проблемами74. Насколько позволяют судить источники, Фукидид принадлежал к консервативным* кругам афинской аристократии. Отец Фукидида был знаменитым тренером (Pind. Olymp. VIII.54; Nem. IV.93; VI.65), и сам Фукидид был связан со спортивной борьбой (Plut. Moral. 802 с.; Pericl.85; Plato Meno 94 c.). Он был женат на сестре Кимона (Arist. Ath. Pol. 282; Plut. Per. II.l). Пиндару известны связи семьи Фукидида с знатными семьями Эгийы. О политической карьере Фукидида можно говорить на основании тех сведений, которые сообщают Аристотель и анонимный автор жизнеописания Фукидида (Arist. Ath. Pol. 28.2.5; Plut. Op. cit.; Vita. Anon. Thuc. cp. Plato Meno. 94). Некоторые исследователи считают, что конфликт между Фукидидом и Периклом не имел принципиального значения.
Борьба носила личностный характер75. Данные источников не позволяют согласиться с этим мнением. Как аристократ и связанный со спортивной борьбой, Фукидид имел многих друзей как в Афинах, так и в союзных городах (Plato. Meno. 94 d). Вследствие этого он легко мог найти единомышленников. Источники изображают Фукидида талантливым оратором, обладавшим большой силой ума (Vita anon. Thuc. 6). Не случайно с именем Фукидида связывается изменение стратегии и тактики аристократии. Она из простого консервативного противодействия демократической конституции перерастает в организованное олигархическое движение (Plut. Pericl. II), целью которого стало впоследствии свержение демократии. Главными вопросами, которые дебатировались в народном собрании между сторонниками и противниками’ Перикла, как уже отмечалось, были налоговая политика, отношение к союзникам, строительная программа, оплата должностных лиц, а также юрисдикция. Оппоненты Перикла возражали против перенесения казны из Делоса в Афины и использования денег союзников для строительной деятельности и оплаты должностей в. Афинах. Они обвиняли демократов и Перикла в том, что их власть над союзниками подобна тирании, и считали несправедливым сбор фороса’ в условиях мира с персами. Следы этих дебатов отразились у Плутарха (Pericl. 12) и в речах, приведенных Фукидидом-историком. Требования, выдвигаемые оппозицией, отчасти отразились и в «Афинской полити- тии» Псевдо Ксенофонта (1.16—18). Главная черта этих дебатов заключалась в том, что Перикл и его сторонники, приняв вызов, брошенный оппонентами, отнюдь не оправдывались, а избрали наступательную тактику. Возможно, это обстоятельство не учел Фукидид,, что и было его роковой ошибкой. Некоторые контраргументы, выдвигаемые Периклом и его сторонниками, заслуживают специального рассмотрения,, ибо они важны для понимания сущности внутренней и внешней политики Афин. Отметая обвинение противников в том, что афиняне не по назначению используют деньги, которые союзники вносят в казну в виде фороса, Перикл выдвинул три важных положения, свидетельствующих об Имперском характере политики афинской демократии. Во-первых, Перикл с позиции великодержавного гегемонизма отверг какую-либо возможность отчета перед, союзниками о том, как и на что расходуются деньги, внесенные ими в общесоюзную казну в виде налога1. Во-вторых, вся предшествующая1 внутрисоюзная политика Афин была направлена на то, чтобы сократить до минимума число союзников, поставлявших конницу, гоплитов и корабли, и заменить эти поставки денежными взносами, что фактически разоружало союзников (ср. Thuc. 1.99.3). Теперь, опираясь на это обстоятельство, Перикл доказывал правомерность использования! их денег для укрепления афинского могущества и превращения Афин в центр морской державы. Наконец, Перикл оправдывал эксплуатацию союзников необходимостью решения и социальных задач, предусматривающих обеспечение афинян средствами к существованию и создание условий, при которых государство могло бы само себя содержать на жаловании. Учитывая, что только гелиастов, получавших оплату, насчитывалось в Афинах 6 тыс. человек, можно уверенно считать, что подобные речи ПерИкла более импонировали афинскому демосу, чем морализирование Фукидида. В ответ на обвинение в том, что господство афинян над союзными полисами подобно тирании (Plut. Per. 12.1), Перикл и в этом случае занимал наступательную позицию. Соглашаясь с тем, что власть афиняН над союзниками приобрела вид тираний, он, напротив, доказывал правомерность, законность и неизбежность такого господства, подчеркивая вместе с тем, что отказываться от него тем- более опасно (Thuc. 11.62.1—3, ср. 1.75.4; Ш.37). Выдвигалось также обвинение в том, что афиняне имеют страсть к сутяжничеству, заставляя союзников ездить для судебных дел в Афины (Thuc. 1.77.1; Ps. Xenoph. Ath. Pol. 1.16). Псевдо Ксенофонт приводит целый ряд аргументов, которые выдвигали демократы' в целях оправдания системы юрисдикции, сложившейся в Афинской морской державе. Все эти аргументы вполне могли быть высказаны и Периклом. Суть их заключалась в том, что, во-первых, афинские граждане и государство в целом получали от этого материальные выгоды’, во- вторых, благодаря тому, что судебные дела союзников разрешались в Афинах, афинский народ в лице судей, должностных лиц и народного собрания ощущал свое превосходство и, наконец, судьи являлись важнейшим средством удержания союзников в повиновении. Если соотнести все оказанное с расстановкой политических сил в Афинах в 40-е гг. V в., то становится вполне понятным поражение Фукидида, сына Мелесия, и изгнание его остракизмом в 443 г. В источниках этот год считается переломным в правлении Перикла. С этого времени в течение не менее 15 лет он правил почти единолично (Plut. Pericl. 16.3, ср. Thuc. II.65.8—9). Ежегодная стратегия Перикла выдвигает ряд проблем. Первые из них — это процедура избрания стратегов и время ее введения. Согласно Аристотелю (Ath. Pol. 61), «стратегов избирали поднятием рук — прежде по одному от каждой филы, а теперь из всего состава граждан». В' этом случае возникла возможность появления в коллегии стратегов нескольких человек, выходцев из одной филы. Поскольку граждане выбирали тех, кому они больше доверяли (например, Формион избирался стратегом 45 раз), то пропорция могла отчасти нарушаться, хотя в описке стратегов больше двух человек от одной филы, по-видимому, не могло быть, так как принцип представительства от фил сохранялся, а число стратегов должно быть не более 10 человек. Долгое время господствующим- считалось мнение, что эта процедура введена при Перикле не ранее 440/439 г. Сегодня списки стратегов позволяют считать, что упомянутая выше процедура избрания стратегов утвердилась не позднее 460/59 г.76 Другой дискуссионной проблемой является вопрос о характере власти Перикла в период несменяемой стратегии. Исследователи пытались определить ее как тиранию, монархию, диктатуру или принципат77. Едва ли оправданны попытки исследователей использовать известное замечание Фуки'дида о власти Перикла (о том, что она по форме была демократией, а по существу — правлением одного человека) как доказательство в пользу какой-либо конкретной политической форм^ы, в которой она могла воплотиться. Мысли Фукидида следует интерпретировать с этико-политической точки зрения. Во-первых, историк подчеркивает нравственные качества Перикла, благодаря которым он заслужил признание и авторитет у большинства афинских граждан, и противопоставляет ему его преемников, не обладавших высокими нравственными качествами и являвшихся всего лишь демагогами. Во-вторых, Фукидид, несомненно, не был сторонником демократии, однако, осознавая ее историческую обусловленность, видел в Перикле последнего политического деятеля, способного противостоять крайнему радикализму афинского демоса. Итак, подводя итог Исследованию внутриполисных отношений в Спарте и в Афинах, следует подчеркнуть, что в силу своеобразного развития полисной структуры сложившиеся» в Спарте олигархическая, а в Афинах демократическая формы правления способствовали росту афино-спартанского соперничества, которые в период «Пятидесятилетия» характеризовались трансформацией афино-спартанского дуализма в конфронтацию. В то время как спартанская олигархия вследствие особенностей социально-экономической и политической структуры спартанского полиса имела тенденцию к консервации, афинская демократия со времени реформ Клисфена получила широкий простор для развития и совершенствования. Олигархия и демократия с середины 70-х гг. в греческих государствах становились не только формами полисного строя, но и двумя противоположными по своему содержанию общественно-политическими течениями в Элладе, идеями которых руководствовались в своей внутренней и внешней политике Спарта и Афины. Радикальная разность этих течений и составляющих их основу политических! форм, опирающихся'на материальную силу Пелопоннесского и Афинского морского союзов, порождали соперничество и конфронтацию между лакедемонянами и афинянами за первенство, за гегемонию в Греции.
<< | >>
Источник: В. М. СТРОГЕЦКИИ. ПОЛИС И ИМПЕРИЯ В КЛАССИЧЕСКОЙ ГРЕЦИИ Учебное пособие. 1991

Еще по теме 6. Афинская демократия при Перикле и олигархическая оппозиция Фукидида, сына Ме- лесия, во второй половине V в. до н. э.:

  1. 6. Афинская демократия при Перикле и олигархическая оппозиция Фукидида, сына Ме- лесия, во второй половине V в. до н. э.