<<
>>

Демоны и существа битвы

Демоны упоминаются еще раз в конце «Болезни Кухулина». Когда основная история уже рассказана, текст завершается следующим образом:

Вот видение разрушения холма, показанное Кухулину народом волшебных холмов (des side).

Ибо велика была власть демонов до прихода истинной веры, так велика, что демоны во плоти боролись с людьми и показывали им наслаждения и тайные места, как если бы они были вечными. И таким образом им верили. И вот эти видения зовутся невежественными людьми «волшебные холмы» (side) или «народ волшебных холмов» (?es side) [SCC, 844—849, § 49].

Этот финальный кусок, очевидно, является комментарием к рассказанной перед этим истории. Первое предложение — это, видимо, встроенное в текст заглавие нарратива (см. [? Cathasaigh 1994, 89]). Затем следует комментарий, который одновременно интерпретирует сказанное и дистанцируется от него. Интерпретирующая часть, которая вводится союзом аг «ибо», позволяет автору дистанцироваться, с одной стороны, от событий языческого прошлого, а с другой — от невежественных современников, которым следовало бы уяснить, что с приходом христианства такие сверхъестественные видения следует называть не ?es side, a demna. Примечательно, что текст только что был завершен «заглавием», в котором используется заклейменный ранее термин ?es side.

Тем не менее комментарий тесно связан с предшествующим нарративом. В нем сообщается, сколь велика была сила демонов в дохристианский период. Слово «власть», cumachta(e), встречается до этого в тексте еще раз. Кухулин хочет поймать двух птиц, соединенных золотыми цепочками, которые появились над озером. Его предостерегают: ar it? n?ch cumachta fora cul na n-?n sa «ибо есть некая сила за этими птицами» [SCC, § 7: 62]. К этому моменту читатель уже знает, что «птицы, наделенные силой» являются женщинами-сидами. Таким образом, ?es side искусно приравниваются к демонам. Затем комментарий обращается к битвам, которые были одним из занятий Кухулина в ином мире.

«Удовольствием» называется второй тип его занятий. В саге описываются несколько путешествий Кухулина в иной мир, и нам представляется, что именно они подразумеваются под показыванием «тайных мест». Из текста можно понять, что Лаэг и Кухулин при путешествиях в иной мир должны были иметь каких-либо сопровождающих родом из иного мира [SCC, § 14, 32, 35]. Последнее предложение опять относится и к месту (side), и к народу (?es side) иного мира, основным темам предыдущего нарратива. Этот финальный комментарий (особенно использование слова «демоны») наводит на мысль, что автор или составитель должен был испытывать двойственные чувства по отношению к повествованию. Джон Кэри предполагает, что автор мог вставить в текст два упоминания демонов, с тем чтобы «отвести упреки в чрезмерном интересе к иному миру, который прочитывается в тексте, или даже искупить его» [Carey 1994, 78]. В свою очередь, Томас О’Кахасы видит здесь «умелое обоснование нарратива» [? Cathasaigh 1994, 89]. Он указывает, что упреки были адресованы современникам, использовавшим неправильный с религиозной точки зрения язык. События, о которых повествуется в саге, остаются достоверными: они были созданы не рассказчиком, а демонами во времена, когда те еще были могущественны.

Подобное двойственное отношение характерно и для того, как они изображаются в саге. Демоны в «Болезни Кухулина» не являются такими уж отрицательными, как, например, демоны в «Житии Святого Колума Килле» Адамнана [Anderson 1961]. В ритуале мечей демоны в конечном счете служат истине, а в заключительном комментарии они уравниваются с des side.

Основные представители aes side в нарративе также имеют двойственные характеристики. Роль двух женщин достаточно двусмысленна, так как они едва не убивают Кухулина, в то время как их целью является приглашение его в иной мир для любви и битвы. Называются они нейтральными терминами: mn? «женщины», ingena «девушки, дочери». Более определенно текст высказывается о них в пяти случаях. Во-первых, Кухулин называет их mn? side «женщины волшебных холмов» [SCC, § 28, 313], что указывает на их сверхъестественный характер, но не сообщает нам, добрые они или злые.

Во-вторых, в том же разделе Лаэг называет nxgenaiti [Ivid., 318]. По-видимому, обычно этим термином именуются опасные существа битвы. Тем не менее глосса к тексту объясняет genaiti через нейтральный термин mn? [Ivid., note а]. В-третьих, после визита в иной мир Лаэг высказывается о них однозначно положительно: они «безгрешное племя отца Адама» [Ivid., §34, 558] (перевод А. А. Смирнова). В-четвертых, влюбленная женщина называет себя нейтральным термином sidaige «обитательница сида» [Ivid., §45, 800]. В конце повествования отношение к ним вновь становится негативным, и они вновь обозначаются термином demna.

Если с так называемыми «демонами» из заключительного комментария все более или менее понятно, то природа демонов из ритуала мечей остается по-прежнему неясной. Попробуем выяснить их происхождение. Для начала целесообразно привести несколько примеров из саги «Похищение быка из Куальнге» [ТВС], в которой мы встречаем два типа криков: демонические крики, раздающиеся непосредственно с доспехов и оружия, и более общие демонические крики. Вот что говорится о Кухулине в первой версии текста (Recension I):

Is and sin го gab a chirchathbarr catha 7 comlaind 7 comraic ima chend asa ng?ired g?ir chet n-?clach do sireigim cecha ctili 7 cecha cerna de, d?ig is cumma cong?iritis de b?nanaig 7 boc?naig 7 geiniti glinne 7 demna aeoir riam 7 uasu 7 ina imthimc[h]iull cach ed no teged re tesitin fola na mmiled 7 na n-anglond sechtair [TBC I, 68, 2237-2242].

Затем водрузил он гребенчатый шлем свой для боя, сражения и схватки — клич боевой стоголосый раздался оттуда и отразился протяжно в каждом углу и изгибе. То разом вскричали b?nanaig, boc?naig, geiniti glinne и демоны воздуха, что куда бы не шел Кухулин, витали вокруг него и над ним, предвещая кровавую гибель героев и воинов (Слегка измененный перевод С. В. Шкунаева).

Можно отметить несколько интересных моментов. Во-первых, создается впечатление, что кричит сам шлем, но затем поясняется, что шум производят демонические существа. Здесь демоны, кричащие с оружия, называются следующим образом: b?nanaig может значить «бледные существа» (ср. ban «белый, бледный» и b?naid, b?naigid «бледнеть, опустошать» [Henry 1958, 406; Sayers 1991, 45-55], boc?naig— «козлоподобные существа» (ср. Ьос, Ьосап «козел»), а, geiniti glinne «демонические существа женского пола, обитающие в долинах» (см., например, [Stokes 1900, 264, §640]). В переводе О’Рахилли функция этих существ передается как «prophesying bloodshed» — «предсказывание кровопролития». Поскольку предсказание является, строго говоря, вербальным сообщением, тогда как демоны просто кричат, стоит, видимо, больше придерживаться оригинала, в котором сказано буквально следующее: «...перед пролитием крови воинов и героев». Таким образом, их крики могут трактоваться как предзнаменования кровопролития. Другой пример, в котором эти существа упоминаются в качестве источников крика с оружия, мы находим только в версиях TBC L и S. Во время поединка Кухулина с Фер Диадом те же четыре разновидности демонов кричат с краев их щитов, рукоятей их мечей и наконечников их копий [TBC L, 3326-3329; TBC S, 3143-3145]. В этом отрывке создается образ демонических существ, обитающих на оружии и кричащих оттуда в разгар битвы.

Демоны, издающие звуки с доспехов и оружия, очень похожи на демонов, говорящих с мечей, но с одной существенной оговоркой. Кричащие демоны не делают вербальных сообщений, и функционируют, скорее, как предзнаменования (в случае со шлемом) и как признаки жаркой битвы (в случае щитов, мечей и копий): они не являются предсказателями. Основная функция криков демонов — усиление хаоса и неистовства битвы.

Второй тип демонических криков в «Похищении быка из Куальнге» не настолько тесно связан с оружием, но также встречается в контекстах, описывающих битву. Когда Кухулин видит огромное количество врагов, он трясет щитом, копьями и щитом и издает геройский крик. B?nanaig, boc?naig, geiniti glinne и духи воздуха в ужасе на него откликаются [TBC I, 2081-2085;

TBC L, 2130-2133; TBC S, 2168-2171]. Таким образом, получается, что они кричат в страхе перед Кухулином. Этот пример можно найти во всех редакциях, в отличие от следующего примера, который отсутствует в Версии I. Когда Кухулин ступает на колесницу, чтобы сражаться с Фер Диадом, четыре разновидности демонов кричат вокруг него. Теперь они приравниваются к Племенам Богини Дану, которые делают Кухулина более устрашающим с помощью своих криков [TBC L, 2845-2849; TBC S, 2843-2848].

Эти существа битвы появляются и во многих других древнеирландских текстах, обычно в компании сходных персонажей, как, например, ammaiti, badba, gelliti glinne, arrachta, siabra и т. д. (см., например, [CGG, 174—175; Fianaigecht, § 40]). Они носятся над сражающимися войсками, подстрекают или пугают воинов, пронзительно кричат и сражаются. Очень редко они передают вербальные сообщения. В моем собрании текстов пока есть только четыре таких случая. Во-первых, три ammaiti, или ведьмы, в «Brislech шог Maige Muirtheimne», которые намереваются вынудить Кухулина нарушить свой гейс, заставив его съесть собачье мясо, также называются geniti. Их цель — вынудить его нарушить свой гейс, из-за чего он станет менее силен в битве и будет обречен на смерть. Слова этих ведьм нельзя рассматривать как предсказания или пророчества.

Во-вторых, три badba описаны в древнеирландских интерполяциях в версии S «Похищения быка из Куальнге» [TBC S, 4637-4645]. Насколько можно понять, они летают вокруг трех подвижных военных башен и предсказывают, что произойдет во время битвы, в виде вербальных сообщений.

В третьем примере мы находим более поздний пример geniti glinne: gelliti glinne. Двоих из них можно встретить в позднем среднеирландском тексте о Кормаке Мак Арте [Meyer 1891; Smith 1934]. Это две очень красивые и очень вредоносные женщины. Они хотят, чтобы Кормак поклонялся им и семи демонам (demna), которые окружают каждую из них. Кормак вверяет себя защите истинного Бога, предотвратив тем самым страшную участь: случись иначе, в Ирландии вплоть до Страшного Суда чтили бы только призраков (arrachta) и идолов. Эти женщины беседуют с Кормаком; они обладают некоторым знанием будущего, но их высказывания не носят профетический характер.

Последний пример из саги «Cath Maighe Lena», ранненовоирландского текста [CML]. В тексте представлены три возлюбленные из sid Конна Ста Битв, по имени Ат, Ланн и Лена, которые подстрекают его принять участие в битве [CML, §68-69]. Потом они еще раз появляются в тексте [CML, § 87-90], но теперь у них отвратительный, страшный облик. Они носят те же имена, что и существа битвы: badba, arrachta, geniti, cillecha и f?atha. Они также кричат и визжат, но, в отличие от последних, могут и говорить. Эти существа уходят к врагам Конна, чтобы показать и напророчить им смерть.

Таким образом, во вставке к «Похищению быка из Куальнге» и в «Cath Maighe Lena» мы встречаем существ битвы, которые произносят профети- ческие высказывания, связанные со сражениями. Однако два других примера являются слишком поздними, чтобы служить возможным источником демонам мечей в «Болезни Кухулина». Поэтому следует исследовать еще один класс существ битвы: богинь войны. III.

<< | >>
Источник: Михайлова Т.А.. Мифологема женщины-судьбы у древних кельтов и германцев. — М.: «Инд- рик». — 336 с.. 2005

Еще по теме Демоны и существа битвы:

  1. I. СУЩЕСТВУЕТ ЛИ НРАВСТВЕННЫЙ ПРИНЦИП, ИЛИ ЗАКОН ПРИРОДЫ? ДА, СУЩЕСТВУЕТ
  2. Демоны и богиня войны
  3. ЭХО КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ
  4. Ж. Борч ПРЕДЗНАМЕНОВАНИЯ, ПРЕДСКАЗАНИЯ И ИСПЫТАНИЯ: ДЕМОНЫ И ОРУЖИЕ В ДРЕВНЕИРЛАНДСКИХ ТЕКСТ
  5. Ксеркс после Платейской битвы
  6. Хэнкок Г.. Сверхъестественное. Боги и демоны эволюции, 2007
  7. МОЛИТВА ИОАННА ЗЛАТОУСТА НАД СТРАЖДУЮЩИМИ ОТ ДЕМОНОВ
  8. 3. Крупнейшие битвы Великой Отечественной войны
  9. МОЛИТВЫ СЕ ЕСТЬ ЗАКЛИНАНИЯ ВЕЛИКАГО ВАСИЛИЯ К СТРАЖДУЮЩИМ ОТ ДЕМОНОВ
  10. Александр Владимирович Быков, Ольга Владимировна Кузьмина. Эпоха Куликовской битвы, 2004
  11. 33.3. УЧАСТИЕ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНИКОВ В НАСТУПАТЕЛЬНОЙ ОПЕРАЦИИ СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ
  12. Глава 81 ОПРОВЕРЖЕНИЕ ОБВИНЕНИЯ СОКРАТА ПО ПОВОДУ ДЕМОНИЯ. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  13. Советско-британские отношения накануне "Битвы за Англию". Миссия Криппса