<<
>>

§ 58 б Конститутивностъ «быть» для истории и религии

«У нас здесь многое происходит - Вы не сразу узнаете - 2 сложнейших семинара и серия превосходнейших феноменологов, полных рвения. Хайдеггер читает о религиозно-феноменологических проблемах, в настоящее время - опираясь на послание к Галатам и т.п.
(св. Павел, Августин)»

Э.Гуссерль 308

Цель Хайдеггера заключается в постижении исторического мира. Наиболее «универсальной», но вместе с тем и чрезвычайно неопределенной и расплывчатой характеристикой исторического могла бы послужить категория «темпоральное». Благодаря ее расплывчатости у нас есть надежда, что она не навяжет ничего извне. Поэтому «темпоральное» как универсально формальное может быть взято в качестве основополагающей схемы для всякого вообще определения понятия времени 359 Памятуя о трех аспектах рассмотрения феномена (содержания, отношения, подхода), мы можем сказать: проблема времени не должна быть связана с тем, время конституирует себя в чистом сознании, Поскольку доступ к проблеме времени должен быть получен из опыта фактической жизни, Хайдеггер спрашивает: каким образом темпоральность изначально переживается в фактической жизни?

Теоретическая часть лекций по феноменологии религии обрывается внезапно, и Хайдеггер никогда более не обращается к столь подробному анализу формального указания. Студенты не выдержали долгих методологических размышлений, и пожаловались на преподавателя декану. В курсе по феноменологии религии недостает собственно религиозной проблематики - таково обвинение слушателей. Как видно, лектор подчинился последовавшим рекомендациям декана: за считанные недели до Рождества методологические размышления резко обрываются в пользу «конкретного исторического феномена». «Я сделаю это, предполагая, что вы не поймете меня от начала и до конца» - единственное замечание, которое позволяет себе сделать по этому поводу Хайдеггер 36°.

В последующие несколько лекционных часов, остающихся до Рождества, философ переходит к рассмотрению посланий ап.

Павла к Галатам, причем его изложение этих посланий позволяет предположить, что Хайдеггер недостаточно подготовлен к столь резкому переходу309. Он, скорее, ожидает, что эти послания окажутся ценнейшим материалом для раскрытия тайны истории3<2. Хайдеггером также движет уверенность в том, что история религии, еще несколько десятилетий назад служившая основным инструментом решения вопроса об историчности человека (Ренан, Гар- нак), не дает исследователю того материала, на котором могла бы быть построена феноменология религии, поскольку - как об этом уже говорилось выше в связи с проблемой формального указания - в своем обращении к историческому материалу историк не только неизбежно руководствуется определенным его предпониманием, но пользуется также и некоторыми принципами, в соответствии с которыми обобщается и систематизируется материал.

В противоположность подходу традиционной исторической науки, Хайдеггер заявляет: послание само по себе, вне всевозможных религиозно- догматических разъяснений, должно стать центральным религиозным феноменом. Феноменологическое понимание послания должно опираться на актуализацию исторической ситуации автора. Следует отметить, что такого рода подход становился все более популярным в те годы. Несколько ранее сходные идеи были высказаны также Карлом Бартом в его интерпретациях Нового Завета и прежде всего в обширнейшем истолковании посланий к Римлянам (1919)

Когда центральным религиозным феноменом становится само послание, мы должны задаться следующими вопросами: От кого исходит послание? Кому оно адресовано? В какой ситуации и когда? Решающей является здесь наша собственная актуализация религиозного феномена, Для этого мы должны обратиться к ситуации, связанной с этими посланиями, таким образом, что буде как бы писать письмо вместе с Павлом, вместе с ним актуализируем создание письма (87). Здесь снова обнаруживается теснейшее родство с Бартом, который не только писал: «Нельзя услышать Евангелие, если не стать его современником, если не стать самому свидетелем его события» 310, но и даже и самого ап.

Павла называл «истолкователем человеческой ситуации» (выд. мною - КМ.) 311.

В каком отношении к фессалоникийцам находится ап. Павел? Со-мир (Mitwelt) Павла должен быть взят в аспекте отношения к нему Павла. Мы обратимся тем самым к изначально-историчному в его абсолютной неповторимости, к исторической ситуации в ее уникальной актуализации.

Ап. Павел воспринимает фессалоникийцев как людей, ставших христианами. Он также относится к ним как к имеющим «знание» о-том-что- они-стали-христианами. Есть и третья важная черта в восприятии ап. Павлом фессалоникнйцев: их обращение в христианскую веру соответствует и опыту самого Павла. Эти черты можно теперь рассмотреть подробнее.

Когда мы говорим, что обращение в христианство тех, к кому адресует свои послания Павел, связано с определенным «знанием», то мы не должны полагать, что это случайно в том, например, смысле, что могло бы и не сопровождать обращение человека в религию. Напротив, это знание является конститутивным для бытия-христианином. Такое знание радикально отличается от любого другого знания и «памяти» о каком-либо событии. Это знание проистекает непосредственно из ситуативного контекста христианской жизни.

Наконец-то Хайдеггер обнаружил феномен фактической жизни, на котором отчетливо видно: то, во что он превратился, находится в полном соответствии с его собственными изначальными тенденциями. Более того, на материале раннего христианства Хайдеггер не только обосновывает свою идею о примате практического по отношению к теоретическому, но и подходит к тому, чтобы снять противостояние, характерное для концепции объективного времени, отделенность исторических событий от «субъекта» истории и отдаленность самих событий друг от друга в едином вместилище мировой истории.

Так, например, то обстоятельство, что фессалоникийцы стали христианами - не есть ушедшее в прошлое прошедшее, но, скорее, то, что как раз и составляет их нынешнее бытие, их актуальное «сейчас», в котором они находятся: «ибо теперь мы живы, когда вы стоите в Господе» (1 Фесс. 3:18, ср. 1 Фесс. 2:19). Снимается не только отстояние прошлого от настоящего, но и настоящего от будущего. Ведь в ожидании Пришествия Христа не столь важно высчитать, «когда» оно произойдет («О временах же и сроках нет нужды писать вам, братия: ибо сами вы достоверно знаете, что день Господень так придет, как тать ночью» 1 Фесс. 5:2). То, что окажется единственно важным и решающим - фактическая ситуация веры (или неверия) человека. Хайдеггер обнаружил, что прошлое существует не как прошлое, но как будущая возможность.

<< | >>
Источник: Михайлов И.Н.. Ранний Хайдеггер Между феномено-логией и философией жизни - М.: Прогресс-Традиция; Дом интеллектуальной книги. - 284 с.. 1999

Еще по теме § 58 б Конститутивностъ «быть» для истории и религии:

  1. § 58 б Конститутивностъ «быть» для истории и религии